Комфортная тишина

      Это была довольно-таки тяжелая неделя. Столько всего нужно было сделать в полицейском участке: устроить расследование, собрать улики, поймать преступников, опросить, но самое противное и муторное, что было в работе – рапорты. Вновь сидеть и из раза в раз писать, практически, одно и тоже. Чувство того, что попал в какой-то день сурка не покидало Дмитрия, который складывал все бумаги по делу о поимке дилеров в папку. Хотелось хоть какого-то разнообразия в жизни. Взгляд упал на Игоря, который крутил карандаш в руках, пока вторая рука печатала на клавиатуре документ. Он и сам не получал удовольствия от того, что все повторяется, только поимки давали хоть какое-то разнообразия на работе. Когда они в последний раз выходили на крышу с шавермой в руках и проводили время вдвоем? Черт знает, когда.       Игорь посмотрел на часы, уже близилось к шестому часу вечера. Пора уже заканчивать здесь засиживаться. Рука несколько раз похлопала по плечу Димы, как бы намекая ему, что надо идти. Оба были уставшими, это видно по взгляду, ленивым шагам, чуть ли не шорканьям, прямо как у дедов, а также не хотелось особо говорить. Даже Дубин, который был самым разговорчивым в их дуэте не горел желанием тратить свои силы на болтовню. Да и о чем говорить? Можно конечно бурно обсудить очередное закрытое дело, да вот только не было возможности. Игорь и Дима вышли из участка и шли домой, где им никто не помешает.       Дима съехал к Игорю ещё месяц назад. После его резкого появления в жизни Грома столько всего изменилось, начиная с интерьера. Наконец стало более людно, до этого было понятно, что никто не ждал гостей. Но теперь все немного иначе: появились растения, убрано, холодильник наполнен продуктами и приготовленными блюдами на ужин. Также появилась дверь в туалете, которую Игорь так не хотел ставить. Ну а что? Уже друг у друга видели все, смысл стесняться? Но только Дима с этим был не согласен. Когда полицейские зашли внутрь, послышались громкие и тяжелые вздохи. Наконец-то день закончился. Кожанка Игоря была повешена на напольную вешалку, которая хотела упасть, но зацепилась за веревку для развешивания стирки. Сам же Гром упал на диван и прикрыл глаза, пока Дубин прошел за ним следом и переодевался в свою домашнюю одежду.       Тишина в голове успокаивала. Столько мыслей было: как поймать, увернуться, дать отпор, незаметно защитить Диму, чтобы тот не заметил и не обижался, что с ним как с маленьким обращаются. Сейчас же, ничего не хотелось, кроме как почувствовать теплые объятия. Игорь приоткрыл глаз и наблюдал за Дубиным, после чего повернулся к нему и вытянул руки. Блондин устало посмотрел в сторону шатена, а вскоре улыбнулся лениво, положил очки на столик и прилег рядом, окунаясь в объятия. Никто ничего не говорил, да и зачем. Сейчас самое главное, что оба живы, в целости и сохранности, этого было достаточно. Игорь перебирал пряди мягких волос, зарываясь пальцами. В полицейском участке такого удовольствия не будет, максимум по плечу похлопать. Дима прикрыл глаза и вдыхал запах Грома: орехи, смешанные с потом и шавермой. Ароматное безумие уже стало таким родным и узнаваемым из тысячи.       Так они и пролежали до ночи в обнимку, не желая что-то говорить. Без слов было предельно ясно, что любовь между ними самая крепкая. Столько испытаний появлялось в их отношениях и ни одно не смогло сломить, наоборот, укрепить любовь. – Игорь, – Дима решил нарушить тишину. – с тобой даже тишина самая комфортная. Спасибо.