Мой клыкастик

– И как давно тебе семнадцать..? – Уже да... И вот тут Сонхун захлопывает ноутбук, уставившись на дергающегося в истеричном смехе Ни-ки. – Вот поэтому я и не хотел смотреть "Сумерки"! Какого хера он такой тормоз? – возмущается Пак, скрестив руки на груди. – Ты иногда так же тупишь, клыкастик. – отозвался Нишимура, вытирая выступившие на глазах от смеха слёзы тыльной стороной ладони. Злой, как голодный гоблин Сонхун – это отдельный вид искусства. Вообще он редко раздражался, но Ни-ки, как настоящий профессионал знал за какие ниточки подёргать. – Ой, да завались ты. И вообще мне вставать завтра рано, я домой пойду. – Ну и вали, предатель, сам досмотрю. – хмыкнул Нишимура и встал вслед за Сонхуном чтобы закрыть дверь за ним. – Удачи, – скептично отозвался Пак, натягивая кофту. Парни обнялись, Ни-ки клюнул на прощанье Сонхуна в уголок губ и выпихнул за дверь. Всё таки на самом интересном моменте остановились, надо досмотреть. Но то, что было примерно за пару месяцев до этого ещё интереснее.

***

–Можно? Ни-ки аккуратно ткнул парня в плечо, чтобы привлечь к себе внимание. Брюнет поднял взгляд, вынув наушники из ушей и вопросительно уставился на Нишимуру. – Сесть, говорю, можно? – повторил он, выразительно посмотрев на пустующее место. В ответ получил простой кивок и поджатые губы. Аудитория почти пустовала, половина опаздывала, другая половина просто прогуливала. Ни-ки давно заглядывался на этого "вампиреныша", как он мысленно его назвал. Он почти ни с кем не общался и постоянно спал на парах, но не залипнуть на бледную кожу и тонкие черны лица было совершено невозможно, вот Ни-ки и залип, а теперь решил наконец познакомиться. До начала пары оставалось ещё минут двадцать и Нишимура решил воспользоваться этим временем. – Кстати, меня зовут Ни-ки, а тебя? – он уронил голову на согнутую в локте руку, заглянув парню в глаза. – Я Сонхун...– губы растянулись в немного неловкой полуулыбке. Ни-ки нашел это невероятно милым. В общем, кое-как Нишимура вывел загадочного "вампиреныша" на разговор. Узнал, что когда Сонхун улыбается у него появляются очаровательные складочки в уголках глаз и прекрасные ямочки. А ещё что он любит читать и слушать музыку. Короче, удачный получился день.

***

Казалось, всё шло прекрасно, но одним вечером, когда они сидели у Ни-ки дома, Сонхун дернулся на прозвище "вампиреныш", а через какое-то время расспросов оказалось, что прозвище – не прозвище, а Сонхун реально вампиреныш. Пак не хотел говорить, но отказать в чём-либо младшему – за пределами его возможностей. Нишимура сначала конкретно так охуел, а затем пошли нескончаемые вопросы и подъёбы. У Сонхуна спустя пару дней начал дёргаться глаз. А ещё позже Ни-ки надоело, что они постоянно сидят у него дома, ведь убираться он не любил, а чем больше людей – тем больше уборки, вот они и пошли к Сонхуну, который очень удачно жил неподалеку. Нишимура ожидал увидеть большой, страшный и темный средневековый замок с летучими мышами и паутиной по углам, но был глубоко разочарован, обнаружив простую двушку с разбросанными по гостиной вещами. – Ну блин...так неинтересно, – вздохнул Ни-ки, растянувшись на диване, попутно спихнув какую-то помятую рубашку на пол. – Вот зачем мне вампир, если у него даже замка нет. – Ой, ну извините, твой вампир вообще-то студент, приходится выживать. И вообще, чем тебе мой дворец не нравится? – недовольно прищурился Сонхун, заваривая какой-то дешёвый чай с малиной. – Нравится...– Нишимура сел по-турецки, внимательно всматриваясь в своего вампиреныша. – А покажи клыки. Сонхун закатил глаза и сел рядом, протянув младшему одну из теплых кружек с напитком. Ни-ки не собирался сдаваться так что состроил щенячьи глазки, поджав губы. Пак вздохнул и оскалился, показав острые, но не особо выделяющиеся клыки. – Вау, а ты людей кусаешь? – начал допрос Ни-ки, после того как, кажется, обжёг себе язык о горячий чай. – Я че, на каннибала похож? – Ну иногда. А ты умеешь в летучую мышь превращаться? – Ты ебанулся? – Ну ладно, ладно, не злись клыкастик. А ты можешь выходить на солнце? Или в уголёк превратишься? – Я даже комментировать это не буду. Может прекратишь? – Как скажешь, милый...а лев влюбился в овечку? – Ни-ки, блять. Никаких "Сумерек" в этом доме. Нишимура пожал плечами и наконец замолчал, пока Сонхун искал им фильм. – Слушай, последний вопрос, ты реально не можешь трогать серебро? – На мне серебряные кольца, так что могу, как видишь. – у Сонхуна задёргался глаз, но он стойко продолжал отвечать на многочисленные вопросы. Скоро Ни-ки увлёкся фильмом и напрочь забыл о расспросах, а Пак наконец успокоился, уложив голову на колени младшего. – Кстати, а ты тоже на солнце блестишь? – Нишимура, мать твою, Рики! – Всё, всё, молчу, клыкастик. Кстати, можно я сегодня у тебя на ночь останусь? – Тебе можно всё.