Абьюз

Включив воду, Лололошка принялся мыть посуду. Намочив ее, он налил немного средства для мытья посуды и принялся намыливать тарелку. Так он проделал со всеми столовыми приборами, глубокими и не очень тарелками, но когда он собирался класть последнюю тарелку, она выпала у него из рук и разбилась. На звук моментально прибежал Джон. По его лицу было видно, что тот в ярости. Он схватил Лололошку за руку и швырнул на пол, прямо на осколки. По инерции шарфик подставил руку, что бы не упасть на спину, из-за чего в нее впилось много маленьких осколков, пол окрасился в красный. Голубоглазый зашипел от боли, не смея поднять взгляд на мучителя. Руки дрожали, сердце бешено колотилось, будто сейчас вырвется из груди. Джон в свою очередь наклонился вперед и ударил Лололошку головой о стену. Ещё раз. Ещё раз. И ещё раз. Глухие звуки и крики раздавались по квартире, пока стена становилась красной из-за попадавшей на нее крови. Наконец, решив что достаточно наказал Лололошку, Дейви ушел в свой кабинет. Когда послышался звук закрывающейся двери, Мироходец еле как поднялся с пола и пошел в ванную. Вытащив все осколки припасеным на такие случаи пинцетом, он смыл кровь с руки и головы. Позже, когда Лолик был чистым, он перевязал свою руку и голову. Когда его мучения закончатся? За что Джон так с ним поступает? -"Я… Я сам виноват. Разбил тарелку. Так мне и надо. Криворукий» — размышлял Лололошка, пока убирал осколки с пола и вытирал стену и плитку от крови. Голова кружилась и сильно болела, в глазах темнело. Вот-вот и он потеряет сознание. Думая об этом, Лололошка пытался добраться до комнаты, но не успел: худое тельце с глухим звуком упало на холодную плитку. На звук опять вышел Джон. Все ещё злой, он начал пытаться привести Ло в чувства, толкая того ногой. — Эй, вставай! — пинок — вставай, я сказал! Когда Кареглазый понял, что привести Шарфика в чувства не получится, он потащил его за ворот рубашки в спальню, а после оставил на полу, облокотив спиной о стену. -"Вот ещё на кровать его поднимать не хватало! Переживет, ничего страшного не случилось.» — думая об этом, Дейви вышел из комнаты, оставив Лололошку лежать на холодном полу. -Перевязал себе голову, боже. О, я бедный — бедный Лололошка! Ужасный Джон меня побил, ах! — бубнил JDH, передразнивая того, кто сейчас лежал без сознания с разбитой головой и изрезанной осколками рукой. Он даже не представлял, насколько его партнеру было больно и обидно.