Не быть вам учителем. часть 2.

-С незапамятных времен люди задавались подобными философскими вопросами, и неудивительно, что они затрагиваются в наших с вами произведениях. Как, например, в данном. Но я хочу дать вам иное задание. Напишите сочинение. Тема....."Что такое душа человека?» -По прочитанным произведениям? — спросила одна из учениц. -Нет. Не обязательно. В этот раз ваше сочинение не ограничено никакими шаблонами. Вы можете рассуждать, приводить в аргументы книги или не использовать их вовсе, использовать ситуации из жизненного опыта и так далее. И давайте устроим конкурс на лучшее сочинение. И, что бы было честно, они будут анонимные. -А это интересная идея! — предположил ещё один ученик. -Итак, это вам задание на завтра. До свидания! — закончила Екатерина Сергеевна.       Следующий день, второй урок обществознания. -Мы уже достаточно далеко продвинулись по этой теме, пора вас поспрашивать. Начнем с самых первых разделов, — начала учительница. На что ученики дружно издали обреченный вздох, — давайте, давайте. Повторяйте! С самого первого термина. Так, что там у нас? Государство. И ответит, — она оглядывала школьников, проходя мимо рядов, скрестив руки на груди, — Карасу.       Парень никак не отреагировал на ее слова, он уставился в одну точку, не замечая происходящего вокруг. -Карасу? Карасу! — повторила женщина, — слышишь? -А? Что? — откликнулся школьник, придя в себя. -Определение государства! Отвечай. -Та-а-ак, государство, государство… — он подтянулся к парте, опустив глаза в тетрадку, — сейчас…это особая политическая система, располагающая аппаратом подавления и..... управления, эм, сейчас...... -С тетради считываешь, -покачала головой учительница, — ты учил сегодня?       Он глубоко вздохнул и закрыл лицо рукой. Она перешла к другим ученикам, оставив его в покое, что крайне не свойственно для нее. Учительница даже как-то с опаской взглянула на него, хотя его внешний вид и состояние и правда пугали. До конца урока она так его и не тронула.       Всю следующую перемену Карасу провел в наушниках и пялившись в потолок. Прозвенел звонок, немного опоздав, через несколько минут зашла учительница. Ученики встали, она внимательно осмотрела всех и каждого и ее взгляд с презрением остановился на парнишке, чье лицо она не могла толком увидеть из-за закрывающих его черных прядей. -Карасу, ты не хочешь меня приветствовать? — до ужаса вредная тетка. Он резко поднял на нее голову, уставившись на учительницу потерянными и от чего-то ошарашенными глазами, и встал. Она одобрительно кивнула, но гримаса недовольства все еще не сходила с ее лица. Присев за стол, немолодая женщина принялась листать учебник и свои записи. -Сегодня мы, пожалуй, продолжим решать уравнения через схемы Горнера. Я сама вам их буду диктовать.       Просто тупо списывая все с доски, время от времени отводя взгляд куда-то в сторону и, как скажет учительница обществознания, «в прострацию». Абсолютно не вникая в суть происходящего, он нервно стучал ногой, иногда находя себе объект и сверля его взглядом по несколько минут. И вроде бы почти удалось пережить этот урок, как вдруг: -Карасу, а теперь ты иди к доске. -Что? Почему я? — он перевел на нее взгляд безумных глаз. -Ну, наверное, потому что я учитель и я так решила. Он нехотя встал и проплелся к доске, тихо проговорив: -Чертовы схемы Горнера… -Прости, что? — поинтересовалась учительница с некоторым высокомерием. -Ничего. -Хорошо. Записывай уравнение. Икс в четвертой плюс пять икс в кубе плюс пять икс в квадрате плюс пять икс минус шесть равно нулю. Он, не раздумывая, стал чертить таблицу на пять значений. -Ага, первым значением мы не будем брать два, она нам не подходит. Тогда возьмем один. Верно? -Что? -Прекрати спать! — настоятельно и с гордым возмущением ответила учительница. -Я не сплю! — так же уверенно кинул он ей. -Во всяком случае, ты сейчас думаешь не совсем о том, о чем надо! Посчитав все значения для одного и минус одного с ее подсказок, Карасу записал окончательное уравнение. -Икс минус один умножить икс плюс один умножить икс в квадрате плюс пять икс плюс шесть. Только хотелось бы, чтоб это говорил ты, а не молча записывал. -А мне бы не хотелось, — сказал Карасу, не поворачиваясь к учительница. -Первые корни один и минус один. А вторые..... По теореме Виета находим, что корни квадратного уравнения равны два и три. Запиши ответ. Ужасно торопясь и записав ответ корявым почерком, он отряхнул руки от мела и с нетерпением спросил: -Все? -Нет. Вообще, здесь нужно подбирать значения, но мы сделали это устно. Спасибо, можешь присаживаться. Он пролетел к своей парте. Звонок. Карасу собрал свои вещи, схватил рюкзак и стремительно вышел из класса. На что учительница вслед ему крикнула: -Урок еще не окончен! -Да мне похер! — негромко ответил он, чего, она, к счастью, не услышала.       Как назло, перемена была длинной, и он бродил возле туалета туда-сюда. Иногда хватаясь за голову, потирая ладонь о ладонь, потупив глаза в пол. Наконец мучительное ожидание было прервано. Он мигом завернул в туалет и повалился в угол, сбросив себя рюкзак. Оперевшись на холодную стену, он закинул голову назад, изобразив на лице мучение и боль. А затем издал приглушенный вой. Трясущимися руками он потянулся в карман рюкзака. Какое счастье, что на входе охранник не догадался его обыскать. Он достал пакет с порошком, зажигалку, шприц и некое изогнутое подобие ложки. Немного привстав, Карасу стянул с себя ремень. При треморе все эти действия с высыпанием и разогревом делать было ужасно не удобно. Закончив и набрав полученную жидкость иглой, он закатал рукав черной длинной рубашки, что сейчас мешало, ее концы лежали на полу, и принялся сильно перетягивать руку ремнем выше локтя. Взяв свободной рукой шприц, Карасу с некоторым страхом и отчаянием посмотрел на него и постарался прицелиться, чтобы попасть в вену. Закрыв глаза с видимым чувством долгожданного спокойствия, он услышал звук открывающейся двери. Конечно, шанс того, что кто-то его увидит был велик, но Карасу было не до этого. В туалет вошел школьник, может даже из началки или пятиклассник. Но завидев сидящего в углу парня, он выпучил на него глаза и медленно развернулся, стремясь к выходу. -Пацан, подожди, — окликнул его Карасу, — подойди. Да подойди, не бойся! Мальчик сделал несколько неуверенных шагов. Карасу же, до конца введя инъекцию, отложил в сторону шприц и полез в карман брюк, вынув оттуда три сотни. -Держи. Ты ничего не видел. А деньги скажешь на дороге нашел. Все, иди. Попозже сюда зайдешь. Школьник взял протянутые деньги. -И..... никогда не делай того, что сейчас увидел. Уходи. Мальчик кивнул и направился к выходу. Проводив его взглядом, Карасу собрался и, опираясь на стену, вышел из туалета. В таком состоянии он не собирался идти на урок и, свернув на лестничную площадку второго этажа, побрел туда, где сейчас должно быть поменьше людей. А именно в коридор спортзалов. Разместившись в неприметном проеме, он просидел там до конца урока. Завидев своего пошатывающегося из стороны в сторону ученика, рассеянно озиравшегося направо и налево, она как можно скорее двинулась к нему. -Карасу! — воскликнула Екатерина Сергеевна с некоторой тревогой в голосе. -Я…плохо себя чувствую. Можно я домой пойду? -Плохо себя чувствуешь? Да, конечно, иди. Только заявление напиши. -Я не совсем в том состоянии, что сейчас писать заявление. Напишите за меня, — приглушенно ответил Карасу, потирая рукой лицо. -Хорошо.....Может, тебе стоит сходить к медсестре? -Нет! Только не..... туда..... -Ладно… -А, да, и по поводу сочинение. Оно у меня есть. Вам сдать его? -Давай будем принцип анонимности. Зайди в кабинет и положи в общую стопку, только где-то посередине. -Хорошо. Он как бы ненароком оперся на стену, на что учительница все равно обратила внимание, осторожно спросив: -Тебе нужно, чтобы тебе кто-то проводил? -Нет, не надо. Ну до свидания! -До свидания, выздоравливай. Пасмурная погода, из-за которой даже не понятно, какой сейчас час. И понемногу усиливавшийся ветер. Он сидел на ступенях пришкольной лестницы. Услышав звук распахнувшейся двери, он даже не обернулся, точно зная, кто сейчас должен выйти. -Ты что здесь делаешь? Тебя ж вроде бы сегодня не было в школе, — удивилась женщина. -Помогите, — тихо произнес Карасу. -Что? Чем помочь? О чем ты говоришь? -Пожалуйста…я просто.....умоляю вас… -Да что случилось-то? — в замешательстве спросила медсестра. -Простите, пожалуйста…я не могу так больше, — говорил он временами срывающимся голосом, уткнув лицо в ладони. -О чем ты? -Простите. Вы помогли мне тогда, но я..... Она смотрела на него, не понимая смеется ли он или бьется в истерике. Но выслушав последние слова парня, женщина полностью изменилась в лице. -Все с тобой ясно, — холодно сказала она. -Подождите! — Карасу вскочил со ступеней и преградил медсестре путь, не давая уйти, — вы единственный человек, который может мне помочь. Я прошу вас… -Я предупреждала тебя! Говорила тебе! — повысила голос женщина. -Я знаю, знаю! Но, пожалуйста… Она сверлила его суровым взглядом, парень лишь виновато опустил голову. -Присядем, — сказала медсестра. Они прошли к лавке, стоящей рядом со школой. -Помогите. Мне не к кому пойти. А я не могу так больше..... -Ты обещал. Я поверила тебе! А теперь ты заявляешься ко мне с этим! — возмущалась женщина. -Простите меня, я…понимаю. Но… я не могу справиться с этим… -Ты просто идиот. Да как ты посмел! -Я прошу вас… Помогите! — умолял он, покачиваясь взад вперед. -Ладно, — вздохнула она, — сделаю все, что в моих силах. -Вы же понимаете, о какой помощи идет речь..... Я не хочу, чтоб кто-то.....мне нужно… -Да поняла, поняла. Пойдем. Может, хоть он вправит тебе мозги. Поднимайся! Карасу покорно встал и поплелся за медсестрой. -И не вздумай врать! Как это делаешь обычно, уяснил?! -Д-да… -Хэй, ты здесь? — спросила женщина, открывая тяжелую металлическую дверь в подвал, — Рязанов? Ты здесь? -Да, да! Здесь! — откликнулся мужчина, — привет, — он вышел к зашедшим к нему людям. -Слушай, у меня к тебе такое дело. Не поможешь парнишке? — она кивнула на Карасу головой. -Смотря чем. -Он....., — медсестра покосилась в его сторону, неуверенно продолжив, — он…подсел на неогероин… -Что ж, понятно. -А я его отмазала..... -Ну и дура, что отмазала. Ладно. Что сделано, то сделано. Присаживайся пока, — обратился он к Карасу. Закончив разборку различных предметов на столе, он подошел к парню. -Как твое имя? -Карасу… — неуверенно ответил тот. -А меня, как ты уже слышал, Рязанов. Я никуда и никому тебя не сдам. Пожалуйста, не бойся меня, — с улыбкой попросил он. Но Карасу и правда смотрел на него растерянными, полными страха глазами. -Да, и ты можешь говорить со мной совершенно откровенно. -Х-хорошо… -Что ты так дрожишь? От испуга или неогероина? Ну не хочешь отвечать, не надо. Тебя можно похвалить хотя бы за то, что вообще осмелился прийти. -Да, и по поводу оплаты… — начала медсестра, но Рязанов лишь незаметно покачал головой, не дав ей продолжить. -Скажи мне, как ты сейчас себя чувствуешь? -Хреново… -Как именно? — уточнил Рязанов. -Я.....хочу....., — отрывисто произнес Карасу, но не смог сказать дальше. -Все, можешь не продолжать. Когда в последний раз принимал? -Вчера. -Сколько? Больше трех, вообще, за все время. -Я.....не помню....., — Карасу поднял голову на медсестру. -Я говорила тебе не врать! — сердито сказала женщина. -Но я правда не помню! — запротестовал парень, — но..... больше трех. -Хорошо, хотя, конечно, ничего хорошего. Еще такой такой вопрос: у тебя уже была ломка? -Ломка? — устало и с некоторой боязнью спросил он. -Да-да, ну или абстинентный синдром… Знаешь, если долго не употреблять, то…начинаются сильные боли, напряжение… -Нет, не было. -Значит, скоро будет. Сразу говорю, это ужасно. Но тебе главное это пережить. -Мне главное самостоятельную по геометрии пережить..... Рязанов усмехнулся, а затем сказал: -Если б ты пришел раньше, может, было бы легче. -Я напишу на тебя заявление, что ты будешь отсутствовать…некоторое время, — вмешалась медсестра. -Около четырех дней, — подсказал Рязанов. -Что ж, я тогда пойду. И не вздумай сбежать, Карасу, — женщина бросила на парня угрожающий взгляд и ушла, захлопнув со стуком дверь. -Садись в это кресло. -Может, можно как-то обойтись без этого? -Слушай, ты пришел сюда за помощью. И я тебе помогаю. Не сопротивляйся. -Х-хорошо....., — он протянул руку, придерживая ее другой, чтобы унять дрожь и принялся расстегивать рукав рубашки. -Можно повторю вопрос? Ты так боишься или это проявление твоей психологической зависимости? -А сами как думаете? Он покосился на стоящую рядом капельницу. -Я думаю, тебе страшно. -Возможно.....

***

      Она сидела вечером за столом, за бесчисленным количеством печатных листов. При неярком свете приглушенной лампы она читала страницу за страницей. В комнате было так тихо, чтобы был слышен лишь шелест стрелок часов, как они быстро сменяли секунды на минуты. А потому можно было сконцентрироваться на сочинениях. Всегда было интересно узнать, как они считают, что думают и что…у них на душе. Тем более по такой теме. Она читала: «Душа — это совокупность всех наших чувств, эмоций. Душа позволяет нам ощутить прекрасные моменты: счастье, радость. Но иногда и нечто плохое. Многие литературные герои рассуждали о своей душе и испытывали ее. Что бы ответить на вопрос «что такое душа» в широком смысле обращусь к литературным произведениям......» Следующее: «Душа.....Как много в этом слове. Каждый человек по-разному ответит на вопрос: что же такое душа? Для меня душа — это что-то глубокое и неизведанное. Я даже не могу познать до конца свою душу, но, возможно, никто не знает? Мне кажется, большинство людей находятся в вечном поиске. Я не могу сказать, хорошо это плохо. Чтобы рассмотреть чужие скитания в поисках себя, я хочу обратиться к художественной литературе.» «..... Обращусь к художественным произведениям…» «..... Обращусь к литературным произведениям......» И все одно и тоже. Конечно, эти сочинения чем-то отличались, но..... все было построено на литературе. Это неплохо, но она ждала чего-то.....отличающегося. И вот, следующее произведение: «А что вы хотите увидеть во мне? Душа..... Странное понятие, не находите? У каждого человека в этом самом..... пространстве творится черт знает что. Так что лежит в основе понятия «душа»? Я определю это так: душа — это истинная сущность человека, то что выражает его правдивое отношение ко всему, хоть не увидит и не узнает. Можно много рассуждать о том, что это такое. Но вместо литературных аргументов, я хочу привести в пример.....себя.       Я знаю, что вы думаете обо мне. И что видите во мне..... Бездушная, хамовитая, похотливая тварь. Вы считаете, что мне плевать на всех и вся. Что я никого не боюсь и ни за что не волнуюсь. Неправда. Но прежде, чем продолжить обо мне, я задам вопрос. Что формирует внутренний мир человека? Атмосфера, в которой он рос, его семья, воспитание, школа, круг общения. Определенно, все вышеперечисленное. Многие пытаются создать себе какой-то образ, сделать себя лучше, порождают оболочку более красивой версии. И я не исключение. Но предпочту термин «защита», а не «оболочка». А почему же они делают это? Люди не могут показать себя настоящего, боясь осуждения. Можно сделать вывод, что для современного общества оболочка намного важнее, нежели истинная душа человека. То, что вы видите во мне каждый день — абсолютная ложь. Даже вы лжете, и вы это знаете. Но хотите ли выяснить, что скрывается за моей «защитой»? Вся моя грубая натура выражает правдивое отношение к людям, я этого не отрицаю. Но.....на самом деле… замкнутое, искалеченное существо с проженным сердцем. Каждый мой день наполнен страхом, не перед чем-то конкретным, но я день изо дня ощущаю его. Он заставляет меня дрожать и закрываться. И сила искушения перед..... она виснет надо мной словно бог смерти или шестикрылый серафим, она так велика, что терзает меня каждую минуту моей жизни. А справиться с этим я не способен. Я надеваю на свою шею петлю не в силах признать своей безысходности. Вы можете сказать, что я в этом виноват? Но я так не считаю.       Знаете, есть мнение, что у сильного человека две души: одна живет и функционирует с другими людьми, пока другая истекает кровью и страдает. Я не могу назвать себя сильным человеком, но…соглашусь с этой точкой зрения. Если не две души, то хотя бы две ее стороны. Почему же так происходит, что одна истекает кровью? Общество. Люди. Они дали мне урок, но и разрушили. Убили во мне все, что могло бы впоследствии стать чем-то прекрасным. Но нет, этому не суждено было случиться. И вот перед вами этакая сволочь. Я не прошу ничего сожаления, не хочу слышать осуждения, хотя приходится иметь с ним дело каждый день. Все эти чувства и страхи разрывают меня на части.       Таким образом, душа хранит самые сокровенные тайны человека. Все, чего он так жаждет и чего боится. Душа отнюдь не является воплощением прекрасного и чистого. Она черна и грешна. Я, конечно, не берусь утверждать за всех. Но большинство. И я. Ведь в пример я беру именно себя. И здесь могут жить самые разные состояния и эмоции. Тоска, скорбь, отчаяние и горе. Отчаяние.....живет ли оно во мне? Они задушили во мне человека. И это не жалкое оправдание. А теперь видят во мне то, что хотят. Но что вы хотите увидеть во мне?»       Она читала последние строки и роняла слезы на листы плотной, жесткой бумаги. Прочитывая строки снова и снова, учительница рыдала. Из жалости ли. Ей хотелось встретиться с этим человеком, поговорить с ним, обнять. Что же такое с ним творится и что с ним произошло? И…петля, о которой идет речь, метафора ли это? Или же..... Она боялась за этого человека, но и сочувствовала, и это разрывало ей сердце. Но самое ужасное было в том, что она даже не знала, кто это.....

***

-Можно я музыку послушаю? -Если более менее нормально себя чувствуешь, то почему бы и нет. Я не стану тебе запрещать. Он бросил взгляд на парня, подключавшего в это время наушники. -Что слушаешь? -Точно не гимн государства. -Мда, характер у тебя конечно....., — покачал он головой. -Знаете, музыка тоже своего рода наркотик. Если долго ничего не слушать, морально становится хуже, — поделился наблюдениями Карасу. -Лучше б ты так музыкой увлекался, а не наркотой! -Да понимаю я, понимаю..... -Понимаешь, а все равно продолжал. Что, сильно понравилось? — негодовал Рязанов. -Не то чтобы..... Да не важно! -Надеюсь, эта ситуация хоть чему-то тебя научит. -Это настолько ужасно? — поинтересовался Карасу не без тени боязни. -Да, мучительно и ужасно. Парень несколько замялся и замолчал. -Я одного не понимаю, как твои родители вообще допустили подобное? — не отставал Рязанов. -Давайте не будем об этом. -Неужели они ничего не замечали? -Если хотите поговорить о моих родителях, то спросите кого-нибудь другого, — с раздражением ответил Карасу. -Ты дома кололся? -Да, и что с того? — он доводил школьника до такой степени злости, когда в его черных, и обычно беспросветных глазах вспыхивал холодный, но безумный и страшный огонь ненависти. -И никто тебе ничего не сказал? -Прекратите спрашивать об этом! — закричал Карасу. Они замолчали на несколько минут, пока Рязанов снова не спросил: -А твои…одноклассники не будут о тебе волноваться? -Одноклассники? Хаха, да они были бы счастливы, если б я сдох! Волноваться......Смешно! -Чем же ты заслужил такое отношение? -Не знаю, — пожал плечами Карасу, — ничего особенного я не делал. -Ну, наверное, на то были причины? -Да нет же! Хотя..... Ну подумаешь, некоторые из них и правда заслуживали наказания. Но, мне кажется, они…боятся меня..... -У тебя вообще есть друзья? -Нет, а зачем они мне? Лишние проблемы только… Привязываться к людям это плохо, — презрительно бросил Карасу. -И ты ни с кем не общаешься? — спросил Рязанов. -Нет, знакомых у меня дох....., то есть много. Но я ни с кем близко не общаюсь. Ах, черт! -Чего? -Голова....., — он прищурился от боли. -А общее состояние как? -Ммм, хуже… Я прилягу..... Черт, все кружится, — он уткнулся лицом в спинку дивана, отвернувшись от своего собеседника и сильно сжавшись. -Не хочу тебя пугать, но будет только хуже, — но Карасу ничего не ответил, только прокашлялся.

***

      Поразительная тишина. Казалось, напряжение учительницы передалось всему классу. Она вышла и встала по центру помещения перед рядами парт, прервав абсолютную тишину, начала взволнованным голосом: -Я прочитала все ваши сочинения, и.....можно сказать, была приятно удивлена. Но все же мне нужно выбрать одну работу. Она называется, — Екатерина Сергеевна с жалостью посмотрела в листок, — «а что вы хотите увидеть во мне?», — и тут же подняла взгляд на класс, наблюдая за реакцией учеников. Они перешептывались, мотали головами, вопросительно смотрели на своих одноклассников. Учительница решила продолжить, — признаюсь, эта работа… поразила меня в самое сердце и растрогала. Но и испугала. То, о чем пишет этот автор…скажу вам так, я волнуюсь за него. Он писал о таком состоянии, о таких ощущениях, что игнорировать это просто нельзя. Могу ли я узнать его имя? — но никто ничего не ответил, все продолжали смущенно переговариваться, — если автор не хочет выходить, пусть подойдет ко мне после уроков. Тогда продолжаем. -Где Карасу? — серьезно спросила Романова. -Ему не здоровится. Его не будет в школе несколько дней..... -Что с ним? -Я не знаю. На него написали заявление и все. -Вы можете с ним связаться? — настаивала Романова. -Послушай, мне просто отдали заявление и сказали, что ему нехорошо, — от такого упорного допроса учительница даже растерялась, — я не знаю, где он и как с ним связаться. Немного помолчав, девушка обратила на Екатерину Сергеевну гневный взгляд. -Что…вы с ним сделали?! Я? — удивилась учительница. Конечно, ее всегда поражало странное отношение этой девчонки к Карасу. Хотя, она и сама была несколько странной. -Конечно вы! А кто же еще? — с недовольством спросила Романова. -Человеку просто стало плохо, вот он и не ходит в школу. Я то тут при чем? -Ага, как же!       Он посмотрел на мучившегося от боли школьника и, вздохнув, подошел к нему, присев рядом с ним. Тот, задыхаясь и обхватив живот руками, лежал, скорчившись еще сильнее. -Ну что, будешь еще употреблять? -Н-нет....., — выдохнул он. -Чего? -Нет, нет! -Вот и хорошо, — сказал Рязанов. -Но…я чувствую…мне нужно....., — говорил Карасу, обрываясь на полуслове. -Потерпи. Тебе нужно просто переждать это. Потом будет легче, если сейчас устоишь перед зависимостью. -Я…не смогу..... -Все ты сможешь. Тебе нужно отказаться от этого, — уговаривал Рязанов. -Черт…мне нужно! — закричал он. -Потерпи. Будет лучше. Карасу принял сидячее положение, уставившись в пол: -Отойдите. Чего ты? — Рязанов подвинулся. Мне…плохо....., — он поплелся в туалет, со стуком захлопнув дверь. Выйдя, он сел рядом со своим врачом, скрестив руки и уткнувшись лицом в колени. -Скажите, почему все так?! — спросил он срывающимся на крик голосом. И говорил так, будто у него время от времени перехватывало дыхание. В каждом его слове чувствовалось волнение, дрожь, боль и страх… -Ты о чем? — спросил тот, взглянув на ссутулившегося парня. -Да обо всем! Почему..... почему все так?! -Ох уж этот переходный возраст, — вздохнул Рязанов. -Это.....никак не связано с моим возрастом! — возразил Карасу. -Кто же ты такой..... Но школьник ничего не ответил и даже не удостоил своего собеседника вниманием. -Знаешь, что я вижу? Я вижу, что в прошлом у тебя что-то произошло… что-то ужасное и поэтому ты занимаешься…этим, — и, немного подумав, он добавил, — либо ты просто идиот. -Я не буду вам ничего рассказывать! -А я и не прошу, хотя мне интересно.

***

      Он медленно плелся по этажу, но вдруг остановился, обреченно подняв голову к потолку и изменил направление, отправившись в туалет. Засидевшись на грязном, кафельном полу, когда горло уже свело от частых рвотных позывов, а взгляд мутнел, он с ужасом обнаружил то, что заставило его поскорее убрать за собой и вылететь из кабинки. Не отходя далеко от туалета, Карасу примостился возле стены и быстро достал из кармана телефон, торопливо ища нужный номер. -Скорее…возьми трубку! -Карасу? Что-то случилось? — спросил Рязанов. -Слушайте, что за херня?! Что вы со мной сделали?! — по его голосу было слышно, что он не на шутку напуган. -Что такое? -Почему меня рвет кровью? Что за..... -А ты что хотел? Думал, полежишь четыре дня и все пройдет? — язвительно спросил Рязанов. -Да что это значит?! И что мне делать…, — в растерянности возмущался парень. -Ты не умираешь. И ничего не надо делать. Как ты? -Хреновей некуда… -Ты же в школе? -Конечно! Меня уже пять дней не было! А справки у меня нет..... -Лучше б ты, конечно, не ходил. Ну ладно. Постарайся поскорее свалить и отдохни дома. Не нагружай себя особо. -Хорошо, — он завершил разговор и убрал телефон в карман. Из-за всей силы, на которую сейчас был способен, ударил по стене кулаком с криком: -Черт!       Безнадежно вздохнув, он встал и побрел в сторону своего класса. Дойдя до нужного кабинета, и так и не осмелившись в него войти, Карасу замер в коридоре, наблюдая такую картину: Романова и Екатерина Сергеевна стояли друг напротив друга, кричали и что-то активно пытались доказать друг другу. Прохожие с удивлением и опаской взирали на них и пытались быстрее убраться отсюда. Едва завидев Карасу, Романова (он просто случайная обратила взгляд в сторону) со всех ног рванула к нему, учительница последовала за ней. -Карасу! Где ты был?! — она схватила его за руку, но он тут же отпрянул. -А что? -Это она, — указала на учительницу, — тебя послала? Докопалась до тебя, да? Что там с тобой сделали? -Да никто никуда меня не посылал! Что происходит вообще?! — возмутился Карасу. -Она думает, что это я отправила тебя на… больничный, — вздохнула Екатерина Сергеевна. -В смысле? Зачем? А..... Кажется, понимаю, — чуть тише сказал Карасу. -Да я тут ни при чем! — возражала учительница. -Надо же, из-за меня поссорились две девушки....., — ухмыльнулся Карасу. -Что она тебе сделала? Как заставила? — продолжала усердные расспросы Романова. -Да послушай! — взмахнул руками и повысил голос школьник, — никто ничего не заставлял меня делать! Никуда меня не посылали! Считай, что я болел. -Ха-ха! Ты? Болел? Да у тебя иммунитет как у сверхчеловека! Не верю! -Да похрен мне, веришь ты или нет! Мне было.....нехорошо..... Уч.....то есть, Екатерина Сергеевна здесь ни при чем! -Вот видишь! — подхватила учительница. -Да быть того не может....., — не верила Романова. -Все так, — Екатерина Сергеевна уже успела заметить, что девчонка доводила Карасу до его известного «прожигающего ненавистью» взгляда. -Что ж, если ты все же расскажешь, что случилось на самом деле, буду рада выслушать! — она сверкнула на учительницу глазами и, резко развернувшись, (из-за чего ее локоны разлетелись в разные стороны) ушла. -Ладно....., — посмотрела ей в след учительница, — я хотела спросить у тебя по поводу… сочинения. -А, точно. И кто выиграл? -Сочинение под названием…"А что вы хотите увидеть во мне?» Я сейчас приду, — она вернулась из класса с листком бумаги. И присела на лавку в рекреации. Школьник последовал ее примеру. -Ага, и что? — Екатерина Сергеевна внимательно следила за ним. -Оно, конечном же, мне очень понравилось. Но..... понимаешь, этот автор пишет о том, что он в отчаянии. Может быть, эта метафора, а, может, суицидальный мотив.....Я не знаю. Прочти. Он за несколько минут мельком пробежался глазами по сочинению и вернул листок. -Что думаешь? — спросила учительница. Карасу внимательно взглянул прямо на Екатерину Сергеевну, чего обычно не делал. Впиваясь своими черными глазами в нее, он будто пытался что-то рассмотреть, из-за чего она изрядно смутилась. -Не знаю, что и сказать. Явно видно, что этот автор страдает. Его терзают сомнения и страхи. -Как думаешь, кто мог его написать? — осторожно спросила Екатерина Сергеевна. -Без понятия, — пожал плечами школьник, — кто угодно. Мало ли, у кого что на душе. -Я не могу это так оставить. Нужно помочь этому человеку. -Помочь...... -Но как мне его найти..... В этот момент Карасу склонился, содрогаясь в диком приступе кашля. -Все.....в порядке? — поинтересовалась учительница. -Да. Да, в порядке. Они замолчали на несколько минут, пока Екатерина Сергеевна снова не повернула голову на своего ученика. А не ты ли.....автор? -Что?! Я? Нет, конечно! -Мне кажется, что ты..... -Можете думать что угодно, только я этого не подтверждаю! Я могу идти? — нетерпеливо спросил Карасу. -Да, иди...... -Ага, — он встал и не совсем твердой походкой двинулся дальше. -Что же ты скрываешь....., — задумчиво произнесла учительница, но только парень ее уже не услышал, подключив наушники и сделав погромче, он, немного пошатываясь, в своих клетчатых штанах, удалялся восвояси.