Ваза маковых снов

Аарон дернул за ручку машины и сделал шаг на улицу. Под подошвой пролегла ещё не до конца высохшая земля, покрытая влажными листьями. Деревьев у разбитой дороги не было, но осенний прохладный ветер донёс их до места, где остановился транспорт. В воздухе стоял слабый затхлый запах, от которого возникло желание вернуться на такси домой, подальше отсюда. Парень прошёл к багажнику, откуда достал две сумки и пакет с едой, что они с девушкой взяли с собой в загородный дом. Идея отпраздновать хэллоуин в подобном месте была выдвинута Кейтлин ещё в середине месяца. Миньярда одолевали сомнения, поскольку это означало оказаться на несколько дней в глуши, где в случае внезапного объявления преподавателей он будет в неизвестности. Но Маккензи все же удалось повернуть решение в свою сторону и устроить празднование, как она и хотела. Расплатившись с водителем, она вышла вслед за парнем и потянулась после продолжительной дороги. На несколько секунд она прикрыла глаза, а лицо расслабила, отдавшись только окружающей их природе. Взор Аарона обратился к любимой. Вероятно, это не было плохой идеей. Чирлидерша подошла к нему и забрала один из пакетов. Парень уже потянулся, чтобы вернуть груз на место, когда Кейтлин сделала шаг назад. – Хоть это донесу. Нечего самому все тащить. Миньярд усмехнулся и кивнул в знак согласия. Спорить с упрямым человеком было бессмысленно. Он захлопнул багажник и последовал за Маккензи по тропинке. Из-за спины донесся звук уезжающей машины. Спереди шла девушка, прокладывая путь к недалеко расположенному домику, который он видел лишь в очертаниях. Через время почва сменилась каменной тропой, а после перед ними предстало место, где паре предстояло провести следующие три дня. Празднование хэллоуина началось. Здание было небольшим. Его деревянные доски гормонировали с окружающими растениями, листва которых успела пожелтеть и частично опасть. Ковёр из потускневшей травы и одеяния деревьев прерывался каменной тропой, которая пролегала до двери дома. В окне мелькнул темный силуэт. Всего на секунду и нечетко, но взгляд спорстмена, привыкший к резким движениям, его уловил. Хозяин не должен был встречать жильцов, поскольку девушка заранее съездила к нему и взяла ключи, потому что тот должен был уезжать. По телу прошел холод. Он пригляделся, стараясь различить, показалось ли ему. Окно оставалось пустым. Миньярд не замечал, как продолжал идти. С улыбкой Кейтлин повернулась к парню. Её лицо при виде того приняло озадаченное выражение, после чего спустя секунду смягчилось. – Аарон, я тебе обещаю, все будет хорошо. Если препод что-то скажет, я лежала в больнице, а ты за мной ухаживал. Угум? Не волнуйся. Она сделала два шага в сторону спортсмена, сократив расстояние между ними до десятка сантиметров, после чего приобняла его за плечо. Улыбка девушки выражала заботу и поддержку. Океан тепла, в котором хотелось утонуть. – Хорошо, – выдохнул Миньярд и отпустил одну руку любимой, оставив вторую в своей ладони. Этой паузы в половину минуты было достаточно, чтобы парень переключился с напряжения о том, что он видел, на рыжий лучик добра. Пройдя оставшиеся три метра до двери, Кейтлин достала ключи, на одной связке с которыми висел брелок. Надпись на нем была выведена на иностранном языке, которым Аарон не обладал. Его взгляд на пару секунд задержался на вещи, прежде чем девушка толкнула дверь вперёд. Внутри дом был покрашен в коричневый цвет. Под потолком висели внешне новые люстры, а на полке, висевшей напротив входа, стояли небольшие статуэтки, придающие комфортную атмосферу. Над ней висело небольшое зеркало, в которое люди наверняка смотрели перед выходом, дабы удовлетвориться своим внешним видом. В стороне, ближе к углу, стояла длинная ваза с искусственными маками. Заметив те, Маккензи подошла к цветкам и немного наклонилась. – Красивые, – прокомментировала она. – Почти как живые. – Да, красивые, – поддержал девушку спортсмен и прошёл в сторону предположительной спальни. Комната оказалась той, которую парень и ожидал увидеть. Кровать была двуспальной. Фиолетовое постельное белье приятно вписывалось в цвет стен. Рядом с ней стояла тумба из тёмного дерева и шкаф. Слева от входа, ближе к шкафу находилась деревянная дверь. Напротив кровати на небольшом столе был установлен телевизор. С другой стороны висели ещё две полки, под которыми стояла вторая ваза с маками. Вероятно, хозяин дома решил устроить для своих постояльцев уют. Пускай пара и планировала это сделать самостоятельно, для чего взяла достаточно декораций, это было неплохим плюсом. Миньярд оставил сумки рядом с кроватью, после чего отправился на кухню, которая находилась против спальни. Кейтлин уже успела поставить пакет и начать разбирать продукты на те, что стоило положить в холодильник, и те, что могли спокойно обойтись без него. Первых оказалось не так много, но тем не менее парень решил помочь. Уже через несколько минут холодильник был на треть заполнен продуктами. Закончив, Маккензи села на стул у стола, в то время как парень взял из пакета яблоко и повернулся к раковине. Пред ним появилась женщина лет пятидесяти. Одежда походила на ту, что носили люди в веке шестнадцатом. Одной руки у нее не было. На её месте остался лишь обрубок, из которого виднелась серая кость. Парень остолбенел, уставившись на недостаток конечности. Боковым зрением он заметил, что шею украшал яркий синяк, огибавший ее по кругу. Морщины пролегли в коже. По спине Миньярда прошлась волна мурашек. Сердце до боли сжалось. Оно изо всех сил старалось биться как можно быстрее, но место в грудной клетке словно сократилось в несколько раз. Женщина казалась запредельно старой. Неживой. Ненастоящей. Её не могло здесь быть. Кислород замер на пути к легким. На несколько секунд тело словно забыло о том, что необходимо дышать и моргать. Он пошатнулся. – Аарон, все хорошо? Голос Кейтлин вырвал его из остолбенения. Парень резко обернулся. На лице чирлидерши отражалось начавшееся беспокойство. Но почему она спрашивала? Спортсмен уже медленнее повернулся обратно. Женщины не было. Но секунду назад он видел ее. Это было невозможно. - Что-то случилось? - повторила свой вопрос девушка, в надежде в этот раз получить ответ. - Я кого-то видел, - признался Миньярд. Тревога бурлила внутри, но стыд, появившийся от произнесенных слов, смог ее затмить. Галлюцинации никогда не были знаком хорошего состояния, а для студента-медика, к тому же играющего в спортивной команде университета - тем более. Забавы его психики могли нанести неисправимый ущерб. Узнай кто об этом, парень наверняка вылетел бы из университета. Отправили бы его в психиатрическую больницу или нет - это уже вопрос второстепенный, но учебу и экси, которым он посвящал все свое время на протяжении уже нескольких лет, Аарон не мог потерять. - Ты слишком перетрудился. Я говорила, что ничем хорошим это не кончится, и тебе стоит расслабиться. Напряженность в глазах спортсмена не уходила. Он не мог так легко отпустить свою появившуюся или прежде спящую проблему. Чирлидерша вздохнула. - Давай сейчас перекусим и пойдем прогуляемся по лесу. Тебе нужно абстрагироваться от этих мыслей. Расслабимся, посмотрим, что в округе. Мне кажется, лес здесь шикарный. Спортсмен поджал губы и кивнул. В правоте девушки сомнений быть не могло. Как и в поддержке, за которую Аарон был ей безмерно благодарен. Ни Эндрю, ни эта проблема не помешали ей быть чем-то родным и поразительно теплым по отношению к нему. Вероятно, ничего в будущем не сможет разорвать их связь, пускай в начале близнец в этом и сомневался. Он не мог поверить в чуства, что начал получать от сокурсницы. Ныне же он ни за что бы не поверил, что это имеет конец. – Что хочешь съесть? На усыпанном веснушками лице расцвела легкая, подобная цветку улыбка. – Давай разогреем сырные палочки. Я с собой брала для них красный перец. Ты должен хоть раз с ним попробовать. Это что-то невероятное. – Я надеюсь, ты хоть раз это пробовала? – Если бы не пробовала, все себе забрала. А так хочу, чтоб и ты оценил этот шедевр. Миньярд открыл дверцу холодильника. Его взгляд прошёл по содержимому. К счастью, того было заложено не так много, и необходимое быстро попалось на глаза. Чтобы достать упаковку из глубин полки, парню пришлось привстать на носочки, но все же у него это получилось. К тому моменту лисичка уже поднялась со своего места и подошла к шкафам у плиты. Открыв несколько из них, она все же нашла обещанную хозяином дома посуду. На плите щелкнула комфорка. От столкновения металл зазвенел. Маккензи налила масло в сковороду и оставила нагреваться. Спортсмен разрезал найденным ножом упаковку с сырными палочками, после чего осторожно отложил его на стол. Сделав несколько шагов, чирлидерша обвила его талию руками и прижалась щекой к виску. Короткие волосы щекотали кожу. Аарон уткнулся носом в её шею. Цитрусовый запах дурманил разум. Он медленно выплывал из озера тревоги, которое в одиночестве могло утянуть его на дно. Парень поцеловал лисичку в шею. По её телу прошли мурашки. Студент повторил своё действие, и тонкие пальцы девушки слабо сжали его ягодицы. От неожиданного действия спортсмен резко вздохнул и притянул Кейтлин за талию, еще сильнее утыкаясь носом в нежную кожу. Ладони так и остались лежать на теле любимой. Он практически ощущал кожный покров, пролегаюший под объемным свитером. Ему хотелось запустить руки под одежду. Почувствовать пальцами тепло, исходящее от чирлидерши. Ласкать нежными поцелуями в шею и руки. Окунуться в их любовь, забыв обо всем. Остановить время, лишь бы никогда не расставаться с низошедшим на него благословением. Он опустил голову и поцеловал в косточку ключицы, отчего девушка тихо простонала. Кейтлин прождала несколько секунд, после чего осторожно убрала руки парня с талии и сделала шаг назад. По быстро вздымающейся груди тот отметил, что его действия вывели девушку из расслабленности, несколько возбудив. – Лучше не забывать про масло, – напомнила она, казалось бы, мелочь, после чего хитро ухмыльнулась. – Но потом мы можем продолжить. Обязательно продолжат. Она развернулась на месте и в два шага оказалась напротив сковородки, в которой активно бурлило масло. От первой опущенной палочки оно защипело. Горячие капли начали стрелять в разные стороны, атакуя все, что находилось в округе. К счастью девушки, она нередко занималась готовкой и по привычке сразу же убрала руку. За первой испытательницей последовали ещё около десятка. Жидкость под ними шумно бурлила, пока пара наблюдала на происходящим. Когда корочка с одной стороны поджаривалась, они переворачивали перекус на другую. Кухню постепенно заполонял запах жареных сыра и панировочных сухарей. Воздух становился все более душным, из-за чего Миньярд открыл окно. Снаружи было хоть и свежо, но прохладно. В любом случае, всяко лучше, чем внутри ещё несколько секунд назад. – Перец в небольшой баночке с ярко-красным стикером, – произнесла Маккенези, выкладывая сырные палочки на бумажные полотенца, дабы масло, оставшееся на панировке, стекло. Парень отошел от окна к пакету с продуктами, среди которых была часть баночек со специями. Чирлидерша взяла только часть, но и их казалось черезчур много. Аарон, привыкший к трем специям: соли, сахару и перцу, не мог понять понять необходимость множества, что вечно использовала его партнёрша. Спортсмен достал все лежащие вверху баночки и выставил на стол. Стикеры на них были различных цветов: коричневый, белый, серый, бежевый, черный. Наконец, повернув одну из них, ему представился красный цвет. Это и было нужно. Миньярд взял холодный металл и понес к "мастеру готовки". Когда специя со слабым стуком была поставлена перед ней, Маккензи усмехнулась. – Ты другой не нашёл? – поинтересовалась она, на что спортсмен качнул головой. – Только этот красный. А что? – Это паприка, – в несколько шагов она подошла к пакету, в котором минуту назад проводил поиски парень. Упаковки зашуршали от прикосновений, и спустя несколько секунд Кейтлин поднялась с победным лицом и специей в руке. На серебристой поверхности был наклеен стикер, цвет которого совпадал с тем, что принёс Аарон. Удивительная способность столь чётко различать тона, даже без их сближения. – А вот красный перец, – девушка подняла руку, чтобы Миньярд лучше рассмотрел находку, после чего вернулась к угощению. – Так они одинаковые. Чирлидерша усмехнулась. – Нет. Это ярко-красный, а стикер на паприке более тёмный – специально, чтобы я не перепутала. В несколько лёгких движений аккуратной руки часть сырных палочек покрылась слабым красным слоем из перца. Внешний вид их стал более привлекающим. Вот, что стоило использовать местам быстрого питания. Кейтлин взяла две посыпанные и протянула одну парню. Тот, со слабым доверием к подобному эксперименту, принял еду и поднял взгляд на веснушчатое лицо. – Мне точно обязательно это пробовать? – Желательно. Но тебе понравится. Давай, не бойся, – заверила девушка спортсмена, после чего стукнула свою палочку о ту, что держал парень, подобно тому, как чокаются на праздниках. Подобный жест от неё, означающий начало трапезы, стал уже привычным и не создавал никаких вопросов. Первый укус они сделали практически одновременно. Поджаренная панировка захрустела. Горячий внутри сыр обжигал язык, из-за чего паре пришлось втянуть ртом воздух. От резкой смены температуры зубы заболели. Миньярд вспомнил, из-за чего, если ему и приходилось восполнять уровень жиров в организме в заведениях быстрого питания, он не заказывал подобные блюда, либо ждал, пока они остынут не только снаружи. Маккензи протянула второй конец сырного куска вперёд. Горячая нить явно могла растягиваться еще, но, достигнув расстояния вытянутой руки, с которой она уже не могла ничего сделать, девушка медленно собрала сыр, который после скрылся за её зубами. Сделав несколько движений челюстью, она ненадолго закрыла глаза от удовольствия, после чего кивнула на парня. – Не забывай есть. Это шикарно. Только после озвученных слов спортсмен опомнился и вспомнил, что в руке находился оставшийся кусок. К его счастью, в первый раз получилось попасть на место, где Кейтлин то ли случайно, то ли намеренно не обсыпала специей. То же повторилось и на обратном конце. Он сделал второй укус. На сей раз звук был тише. Вкус перца почувствовался только через несколько секунд после того, как он начал жевать. Прежде приносящее удовольствие ощущение сыра на языке сменилось примешанной остротой и стало чем-то неприятно-странным. Миньярд отложил оставшуюся палочку и отошел к крану с водой. Набрав немного воды в стакан, что к небольшому его удивлению стоял рядом, он сделал попытку с помощью жидкости убрать с языка неприятное послевкусие. Даже она оказалась холодной – явный признак, что Кейтлин не зря запаслась различными тёплыми напитками. – Тогда непосыпанные – тебе, – прокомментировала девушка, доедая свое угощение. Не удовлетворенный первым опытом, юноша взял сырный кусок, который предназначался ему, после чего опустил в рот. Привычный вкус заглушил безобразие, что устроили его вкусовые сосочки. Разделавшись с перекусом, Кейтлин положила в рот парня последнюю палочку и направилась к выходу. Обувь они оставили у входа, дабы не испачкать помещение прилипшей к подошве землей. После прогулки им понадобится помыть её. Чирлидерша быстро обулась и, подняв голову, увидела парня, подходившего к ней. Она сделала шаг в сторону, чтобы освободить ему место, и практически уткнулась лицом в полки. Стеклянные статуэтки, представшие пред ее глазами, были непонятной растянутой формы. На верхней полке среди них уместилась одна в виде человека. Аарона. Блондин стоял в объёмной бежевой толстовке и делал в руке рыжую клюшку, на которой кто-то не поленился вывести миниатюрные белые лапки. Волосы от середины неровным слоем выкрашены в темно-красный цвет. По коже прошлось непонятного происхождения напряжение. Не считая волос и инвентаря он выглядел подобно тому, как приехал отмечать хэллоуин. Конечно, хозяин дома не мог знать, в чем Миньярд приедет, тем более, когда он сам не знал о личностях гостей, что собирались предстать пред домом. Все в тот момент было неправдаподобно. – Выходим? Она обернулась на парня. Тот был в норме. Внутри что-то сжалось пуще прежнего. – Видел фигурку с твоим изображением? Аарон поднял голову на полку, что находилась выше его уровня глаз. – Видимо, хозяин дома увлекается экси, – сделал он вывод и опустил глаза обратно к девушке. Она кивнула. – Да. Круто, что из команды ему нравишься ты. Ну, пошли. Кейтлин пересекла короткое расстояние и дернула за ручку двери. Когда она оказалась на улице, Миньярд прошёл вслед за ней, после чего закрыл дверь, заперев в доме тревогу и все, что могло испортить их день. Прохладный воздух освежал пару, забирал все неприятные чувства, что засели глубоко внутри и сдерживали их. В стороне леса тихо перекликались птицы, что ещё не улетели в более тёплое место. Солнце близилось к горизонту. Вероятно, на прогулке они застанут закат – небо, разлитое множеством тёплых красок. За учёбой они не успевалм насладиться простыми чудесами природы, но у них была подробная возможность сейчас. Выспаться, встретить рассвет и закат – прекрасные цели на короткие каникулы. Около десятка минут под ногами чувствовалась лишь размякшая земля, что новым, более плотным слоем покрывала обувь. Когда появилась редкая, пускай и подсохшая трава, идти стало легче. – Аарон, смотри, там цветы. Парень обернулся в сторону, куда был направлен взгляд чирлидерши. На застеленном травой и опавшими листьями пространстве расположились разного цвета растения. Они должны были погибнуть вместе со всем, что их окружало, но этот кусочек земли был не тронут, словно над поляной стоял невидимый круг, остановивший время на месяц. – Сорвем на гербарий? – уточнил парень, на что получил положительный кивок. – Но когда будем возвращаться. Сейчас будет неудобно, да и они завянуть могут. В сей раз Кейтлин повернулась в сторону леса. Частично опавшие с деревьев листья сделали поверхность под ногами более устойчивой. Оставшееся оденияние веток было желтого, изредка оранжевого цвета. Вскоре все, что осталось висеть, украшая стволы, опадёт вниз и смешается с землёй. Через несколько минут молчаливой ходьбы, которую разбавляли лишь голоса птиц, что стали громче, Аарон заметил, что отстал от своей спутницы. Пускай разница в росте была и небольшой, но из-за натуры девушки, полной энтузиазма, она всегда оказывалась впереди. Парень ускорился и через минуту уже шагал с ней в ногу. – Здесь такой воздух приятный, – прервала тишину Кейтлин. Через время вдалеке зажурчала вода. Новый звук уже, казалось, не подходил к пейзажу засыпающего леса. Пара достаточно быстро достигла единственной на всем пространстве жизни. Река стремительно передвигалась по руслу, огороженному редкими камнями. Пускай и пожухлая, трава у берега росла обильнее, чем в остальном месте. Маккензи опустилась на корточки и опустила ладонь в кристально-чистую воду. Быстрое течение щекотало пальцы и понижало их температуру, пока девушка не подняла руку. Парень присел рядом с ней и повернул голову к рыжей. Лёгкий ветер, пробегающий мимо стволов, поддерживал передние пряди на лету. – Вода холодная, – сообщила девушка и вновь посмотрела на лес. Его опавшая листва за прошедшую минуту словно потускнела, иссохла, спрятавшись меж подобных себе от людей. – Даже не верится, что до зимы только месяц. – Время идёт быстро, когда его не хватает. – И то верно. Кейтлин поднялась с корточек и потянула манжеты толстовки, скрыв за зелёной тканью подзамерзшие руки. – Давай пойдём обратно. Я чай хочу. Миньярд несколько секунд наблюдал за спешащими в неизвестном направлении потоками, прежде чем последовать примеру чирлидерши. Течение реки завораживало, заполняя своим шумом уши, а темпом своим забирая все мысли, что ютились в голове. Но каждое удовлетворение заменяется иным, в большинстве своём более важным. А Кейтлин была важным аргументом против многих дел. Обратный путь показался короче. Вероятно, из-за появившихся в голове представлений о проведении вечера. Тёплый чай или кофе; просмотр фильмов, скачанных на флешку; согревающие объятия, которые остаются и без того чем-то нежным и трепетным для обоих. Когда они подошли к поляне, спортсмен быстро коснулся губ Маккензи и повернул её в сторону дома. – Иди грейся. Через несколько минут буду. Девушка обвела взглядом оставшиеся цветы, после чего подняла его на Аарона. Она знала, что стоило послушать парня. К тому же, слабый, но холодеющий вечером ветер все равно умудрялся забраться под одежду и пробежать по телу. – Смотри не долго, – с материнской строгостью сказала она и отправилась в направлении, куда отправил лис. Тот в свою очередь и не собирался долго оставаться на улице. Несмотря на плотную ткань толстовки, обещающую защиту от холодов, парень мёрзнет и в ней. Каким бы спортсменом он ни был, зимние холода все же напоминали о себе в не самом хорошем кровообращении, из-за чего риск замёрзнуть был высок. Стебли растений казались очень хрупкими в руках защитника. От одного лишь прикосновения они могли рассыпаться на крупинки, уничтожая великую красоту природы. Через две минуты бесконечных наклонов в руке парня были собранные им цветы. Точное название, что пришлось учить на латыни, у него из головы вылетело, в то время как светло-фиолетовый и белый цвета были весьма знакомыми. На поле осталась, по меньше мере, ещё половина. Солнце было близко к горизонту, отчего Миньярд решил, что ему стоило бы поспешить в снятый домик. Проклиная дождливую погоду, парень прошёл путь пыток в виде грязи и вернулся к девушке. Когда дверь за ним закрылась, парень сразу почувствовал, как тёпло окутало его тело. Холод ещё сильнее сжался внутри, не желая отступать. Аарон осторожно снял кроссовки, стараясь не задеть прилипшей к ним грязи. Рядом с ней остались темно-коричневые следы, которых было не избежать. Обуви Кейтлин не было. Наверняка сразу по возвращению домой девушка отправилась мыть её, пока земля не успела засохнуть. Он переложил небольшой букет в левую руку, зажал меж пальцев края кроссовок и прошёл в комнату. Дверь слева, которую он поначалу не заметил, была слегка приоткрыта. Из-за неё слышалось тихое пение, темп которого шёл быстро, как у любимых песен девушки. Оставив на кровати цветы, спортсмен прошёл в ванную. Маккензи сидела на полу напротив таза с водой, в котором плавал темно-зеленый кроссовок. Второй находился в её руке, пока девушка, сжимая губку, ездила по подошве. Та уже практически была очищена от грязи. Миньярд поставил в воду обувь и положил руки на плечи чирлидерши. Пальцы начали вырисовывать круги, иногда надавливая на кожу, чтобы принести большее расслабление. Девушка наклонилась щекой к ладони, остановив движение. – Не замёрз там? – спросила она и запрокинула голову. Зелёные глаза были направлены на светлое лицо. Парень усмехнулся и отрицательно помотал головой. – Немного, но скоро согреюсь. А ты как? – Всё замечательно. Боль в горле и трудность с дыханием от непривычной позы дали о себе знать. Кейтлин пришлось вернуться в ровное положение и приступить к очистке обуви. Ванную снова заполнило пение, заглушающее звуки едущей по обуви губки. Аарон заправил пряди девушки за уши и перекинул их за спину, дабы те не мешали её обзору. Он покинул комнату и прошёл на кухню. Парень немного повозился в остатках пакета и выставил на стол банку с рассыпным чаем и картонную коробку начос. Через несколько минут чайник закипел. Лис за то время успел насыпать в кружки чай и сахар для чирлидерши. Несмотря на свою любовь к острому, она была неравнодушна и к сладкому, в то время как Миньярд любил сам вкус напитка, его легкую горечь. Пока пар от кипятка кружил над кружкой, медленно передавая кисловатый запах чая, Аарон прошёл в комнату. В выдвижной полке шкафа он нашёл плед и дополнительные подушки. В контраст прочему постельному белью, они имели травяной зелёный оттенок. Из укромного места, где они были спрятаны, парень постелил тёплое покрывало на пол, а подушки, оказавшиеся, на удивление, очень мягкими, приложил к краю кровати. Аарон вернулся за напитками и закуской. Упаковка начос оказалась прижата подбородком к груди. Кружки с частично завврившимся чаем легли в руку. Медленными, небольшими шажками он добрался до обустроенного места и, подняв голову, опустил закуску. Коробка с приглушенным стуком ударилась через плед о пол и, слабо отпрыгнув, встала на месте. Кружки в свою очередь были поставлены осторожно. Разницы между краем и уровнем жидкости хватило, чтобы последняя не пролилась. Пение чирлидерши не прекращалось. Лишь сменилась музыка, которая лису была знакома. Не удивительно, ведь во время домашнего задания они ставили свои песни на рандом, тем самым смешивая плейлисты и вкусы. Разница не столь огромная, но тем не менее, пара каждый раз могла найти для себя новых исполнителей и увидеть собственное различие, которое их лишь объединяло в одно целое. Парень достал из заднего кармана сумки флешку, на которую Кейтлин заранее скачала фильмы. Связи в подобной глуши не было, зато электричество, к удивлению – да. Лисичка уже очистила свою обувь и приступила к чёрным кроссовкам Миньярда. – Давай я почищу. – Фигушки тебе. Ты чай сделал, я – обувь чищу. Потом воду выльешь. Аарон пожал плечами, не собираясь спорить. Если она так хочет – пусть делает, если в её решении нет ничего негативного. Он вернулся к пледу с подушками и опустился на мягкую поверхность. Он сел, подложив под бедра одну ногу, и потянулся к начос. Парень поморщился от неприятного звука, с которым отошла пластмассовая крышка упаковки. Коробка вернулась на деревянный пол рядом с "гнездышком", дабы она ни в коем случае не перевернулась, тем самым испачкав постельное. Долго ждать не пришлось. То ли грязи на обуви Миньярда было меньше, то ли запах чая был столь манящим, но по прошествии пяти минут девушка позвала лиса унести воду. Таз был довольно лёгким. Единственное, что смутило Аарона – цвет воды, превратившийся из прозрачного в темно-коричневый. Пузырьки на поверхности ещё не успели лопнуть после активных действий хозяйки, в то время как жидкость внутри покачивалась, как на волнах, перегоняя их из одной стороны в другую. Ручку пришлось открывать локтем. Металл с болью врезался в кость, но, к счастью, дверь быстро поддалась. В лицо ударил холодный воздух, о котором Миньярд успел забыть. Медленным движением он слил воду. Капли, попадая на землю, периодически соскакивали на носки спортсмена, который на это даже не обратил внимания. По прошествии нескольких секунд наполнение таза было слито, и парень вернулся в дом, закрыв дверью путь для грязи и холода – двух факторов, которые могли испортить даже лучший отдых, появись они в нём. В спальне уже ожидала Маккензи, только опустившаяся на одну из подушек с пультом в руке. На экране телевизора вышли заставки скачанных фильмов, под которыми находились названия. Девушка подняла голову на вошедшего и похлопала рукой по месту рядом с собой, приглашая парня поскорее сесть. Тот последовал её желанию и устроился на плече, поджав ногу к груди. – Что смотреть будем? – поинтересовалась чирлидерша, листая возможные варианты. К удивлению парня, их, казалось, было более десятка. – Без разницы. Включай, что хочешь. – Тогда-а, – протянула Маккензи и направила выбор в сторону. Сменив несколько рядов фильмов, она остановила синюю полосу, окружающую иконку, на фильме с незнакомым Аарону названием. Клацнула клавиша пульта. Экран на несколько секунд стал темным, после чего в центре начала литься вода, наполняя весь прямоугольник. Напряжённая мелодия, напоминавшая гудение перегорающей лампы, постепенно становилась громче. Кейтлин потянулась к кружке и сжала её между ладоней. Тепло медленно разливалось по рукам, пока внутри проходил напряжённый холод. Миньярд поставил закуску перед девушкой и опустил голову на её колени. Пальцы её медленно вошли меж прядей и коснулись кожи головы. Парень немного поерзал, устроившись удобнее. Все два часа, что шел фильм, спортсмен ощущал на себе незримый взгляд. В первую минуту он обернулся на вход. В дверном проеме не оказалось ожидаемого наблюдателя. Спортсмен напрягся и постарался погрузиться обратно в фильм. Чувство непонятного происхождения засело внутри, не собираясь отступать. Аарон сам не заметил, как уснул. Вымотанный сборами и очередным напряжением, что испытывало нервы и силы на прочность, он устал для дальнейшего продолжения дня. Пара проснулась около полудня. Солнце уже в полной мере взошло на небосклон, ярким светом пробиваясь сквозь стекла окон. В комнате царило тепло и спокойствие только начавшегося для них дня. Лис поднял руки к глазам и протёр их, снимая оставшуюся пелену сна. – Доброе утро, – развеял тишину нежный, как прикосновение любимого, голос. – Утро, – ответил парень и, поднявшись, оперся на подушку. Мягкая поверхность пролегла под давлением тела, принимая его в свои объятия. – Давно проснулась? Я тебе не помешал? – Всё хорошо, не переживай. Сама только недавно встала. Ты так сладко спал, что даже не хотелось будить тебя. Редкость все-таки. Миньярд закатил глаза. Его понятие необходимого сна явно различалось с тем же видением Маккензи. Благодаря ей медик все же примерно в половине случаев ложился раньше, чем планировал, но всегда и она не могла быть рядом. – Не редко я сплю, просто иногда меньше остальных, – изо рта вырвалась сдерживаемая зевота в опровержение его слов. Организм не врёт. – Иногда? – девушка сомнительно выгнула бровь. Она явно знала ответ на собственный вопрос. – Иногда. Тем более, потом отсыпаюсь, так что волноваться не о чем. – "Волноваться не о чем", – повторила лисичка, немного понизив голос, дабы изобразить Миньярда. – Действительно было бы не о чем, если бы не было ночей, когда ты спишь по два часа. Это – действительно не о чем беспокоиться. – Я тебя услышал. Кейтлин выдохнула, сбросив с себя ненадолго появившееся напряжение. Она оперлась рукой рядом с парнем, сократив расстояние между ними, и поцеловала в щеку. Прикосновение губ было мягким, как шёлк; ценным, как самый дорогой алмаз. На лице спортсмена проступила довольная улыбка. Его рука прошла позади локтя девушки и легла на талию – аккуратно выведеную, нежную часть тела. Аарон подвинул её ближе к себе и с лёгкостью обвил с двух сторон руками. Объятие было всяко лучше любого сна или утреннего кофе, который можно отложить, если спешки нет. Ненадолго, всего на несколько минут, которых было достаточно для восполнения эндорфина за все прошлое время, проведённое в учебе. Он чувствовал биение сердца в груди. Странный процесс – слежение за собственной работой сердца даже без каких-либо приборов, в части случаев при нервничании или эмоциональном возбуждении заметное, а в части сливающееся с общей картиной происходящего. – Кофе хочу, – сообщил студент. Кейтлин отстранилась и поднялась с пола. – Завтракать будешь? – уточнила она, на что Аарон отрицательно покачал головой. – Вообще желания нет. – Но чуть позже перекусить нужно будет. Парень кивнул. От осознания, что он сам является медиком и при этом пропускает часть собственных приёмов пищи, он задумался о том, что придётся что-либо делать. К тому же, будучи спортсменом, он обязан был нормально питаться для поддержки собственного здоровья, какую он мог себе устроить. Поднялись студенты практически одновременно. Пока Кейтлин отправилась умываться, лис прошёл на кухню и поставил на плиту чайник. Банка кофе, уже выложенная, стояла на столе среди остальных ёмкостей для специй и чая. Количество кофе в кружках различалось, из-за чего ему пришлось немного повозиться, прежде чем найти две различные. Кейтлин пила эспрессо с кленовым сиропом, в то время как Аарон предпочитал трипло, иначе называемый тройным эспрессо. Для него не было столь большой важности во вкусе жидкости, которую он пьет, главное – чтобы она помогла продержаться ещё хотя бы несколько часов. Чирлидерша вернулась за несколько секунд до того, как густые клубы пара начали активно вылетать из носика чайника. Лис, уже взявший в руку прихватку, самостоятельно закончил приготовление напитков. Кейтлин в свою очередь открыла холодильник и достала оттуда небольшую упаковку нарезной колбасы и плавленого сыра и хлеб. Продукты были рассчитаны лишь на завтрак, который подразумевался у обоих студентов, но для парня будет отдельно. Маккензи прошла к кухонным шкафам. В уже знакомом шкафу она достала один из ножей и вернулась к продуктам, оставленным на столе. Места там уже практически не осталось, из-за чего впоследствии придётся его освобождать для готовки. Резким движением руки она вскрыла упаковку и отложила в сторону. – Дай тарелку, пожалуйста, – попросила рыжая парня, который успел подойти к ней, намереваясь помочь. Миньярд отошел к верхнему шкафу, до которого он, к собственному счастью, доставал. Он взял первую тарелку и, опустив дверцу вниз, шагнул к столу и отдал посуду. Девушка уложила на стеклянную поверхность три куска хлеба, последний из которых лезвием разделила на две равные части. Поверх них она уложила колбасу, упаковку которой только недавно открыла, а те в окончательный слой спрятала за плавленым сыром. Закончив, девушка взяла в руки тарелку и кивнула Миньярду в сторону выхода из кухни. – Ты уснул на самом интересном. Это нужно досмотреть. Там в конце такие кошмары ему приходят... Ты обязан увидеть их, – оправдала свое решение девушка и вышла в коридор. Спортсмен же постарался вывести в своей памяти хотя бы имя главного героя, не говоря уже и о половине просмотренного фильма, из которого он помнил лишь нечеткие отрывки, не связанные между собой. День, начатый с просмотра ужастика, обещал быть необычным и насыщенным, особенно, когда это день перед хэллоуинской ночью. Как и накануне вечером, Миньярд отнёс кружки в обеих руках до спальни. Вечернее место, использованное вместо кровати, осталось в том же состоянии, как и когда он комнату покинул. Судя по всему, плед переживёт и предстоящий вечер со сном на нем, заместо мебели, которая то предполагала. Маккензи уже устроилась, положив перед собой подушку, которую обняла ногами и руками, положив подбородок на край. Просмотр фильма стоял на паузе, в ожидании последнего члена небольшой компании, чтобы продолжить показывать все, что следовало далее. Студент передал девушке её кружку с кофе и устроился на собственном месте. Кейтлин протянула руку с пультом вперёд и нажала на продолжение. Спустя около получаса действие закончилось. Текст титров быстро съежал по чёрному фону, испачканному в крови главного героя. С нарушением классики жанра, тот погиб от лап зверя, что с дикой свирепостью бросился на него. Из-за недорасчёта приложенных сил они с громким всплексом упали в воду, разбив темную гладь на множество кругов. Борьба продолжалась и в водоеме, но выжил лишь зверь, в то время как парень с рассеченной когтями грудью не мог ничего сделать. Пальцы Миньярда с силой сжали кружку, напитка в которой уже не осталось. Последний глоток стал предзнаменованием конца истории, за которой он следил с поразительной концетрацией. Жизнь и муки парня оказались бессмысленными. Все чудовища и природные явления, являющиеся ему в кошмарах, были не столь страшными, какой непредсказуемой может быть жизнь. На плечо парня легла рука. От прежнего напряжение он едва заметно вздрогнул и обратил взор на чирлидершу. На лице той было явное восхищение. – Ты понял, что сейчас произошло? Да они же его просто убили. Никакого "хэппи энда", просто "энд". Интересно, а родители найдут его труп или решат, что он сбежал? Я вообще не этого конца ожидала. Мне так нравится. Она подняла с пола кружку и сделала большой глоток. – Это так классно, – повторила она, отняв посуду от губ. Парень почувствовал упертый в лопатки палец. Холодный, как если бы толстовки поверх тела не было. Болезненно тонкий, но сильный. Что-то от него требующий, но что именно? Аарон обернулся назад, откуда шло прикосновение. Снова никого. Так же, как недавнего взгляда. Как женщины, далёкой он жизни, но представшей пред ним. Их не было, но при том они с точностью были. Невозможные насмешки от дома, где они остановились для хорошего времяпрепровождения. – Что у нас там было по планам? – уточнил спортсмен, не намереваясь говорить об ощущениях. Их не могло быть без повода. Просто невозможно. Его неполадки с головой не должны были еще более портить отдых – Приготовить пирог, свечи поставить... – начала перечислять лисичка и задумалась, все ли пункты она назвала. Украшать дом не имело смысла, учитывая, что на следующий день, либо же вечер, что зависело от Эндрю, приедет такси, дабы забрать их обратно в город. Из-за отсутствия связи они не могли самостоятельно вызвать машину, а потому Кейтлин не нашла иного варианта, как попросить об этом близкого своего бойфренда. – А, ещё с цветами разобраться. Надеюсь, они не завяли. Миньярд обернулся и поднял голову. На фиолетовой простыни мирно лежали оставленные им прошлым вечером цветы. Лепестки по краям стали темнее, вид цветов стал несколько слабее, чем был до этого, но, тем не менее, они были ещё в неплохом состоянии. Если засушить в коротком времени, лепестки ещё сохранят свою красоту. – Я пока вишней займусь, а ты – цветами. После всех подготовок вместе сделаем, хорошо? – предложила Маккензи распределение начальных дел. – Можем поменять, если хочешь. – Нет, меня устраивает. Куда ты книгу положила? Девушка указала на лежащую у двери в ванную сумку, молния которой была раскрыта. Из раскрытого края виднелась немногочисленная одежда, среди которой должно было прятаться место обитания гербария. Парень встал на ноги и подошёл к вещам. Мимо прошла спортсменка, уход которой не продлится дольше занятия партнёра. Искать долго и не пришлось – толстое издание, среди страниц которого скрывались засохшие цветы и листья, было приставлено к стене сумки, за счёт чего найти его не оказало труда. В отличие от этого, чтобы достать его, пришлось около минуты повозиться, но оно того стоило. Книга была тяжеловата по сравнению с себе подобными. Часть страниц друг с другом не сходилась из-за плотности находящихся между ним растений, с каждым из которых была определённая память. Даже простое воспоминание о прогулке на душе в тоскливые дни могло отозвать слезы, а иногда – вызвать улыбку. Недооцененные, лично прожитые дни и память о них остаются в виде маленького лучика жизни, способного во мраке дать хоть слабую, но надежду на лучшее. На ещё один шанс. Аарон раскрыл страницу, части которой казались свободными. К его счастию, так и оказалось. Осторожными движениями, как при работе с чем-то драгоценным, он переложил цветки внутрь книги и медленно, стараясь ничего не повредить, закрыл её. На кухне закрылась дверь холодильника. Послышались шаги, и в комнату ступила Маккензи. – Знаешь, что мы забыли? Подобная фраза для спортсмена оказалась неожиданной. После второй проверки всех вещей, что должны были лежать для проведения праздничных выходных, они все-таки смогли что-то забыть. И, судя по тону, с которым девушка это произнесла, пункт был одним из важных для хэллоуина. – Что же? – напрягся парень, готовый к крикам, либо же холоду. – Я хотела тебя покрасить в кого-то, но всю косметику дома оставила. Причём я думала о том, что её нужно положить, но отложила, и в итоге все там осталось. – И что ты думаешь по этому поводу? – осторожно уточнил он. Несмотря на спокойствие от произошедшего, оно могло быть наигранным, отчего последующая ярость может быть лишь хуже. – Аарон, любимый, не волнуйся. Всё хорошо, меня это никак не огорчает. Забыла и забыла. Лисичка заметила, как тот хрустит пальцами. Тихий, как игла, звук рассек тишину, и только тогда Миньярд заметил собственные действия. Руки сразу опустились в карманы, и их владелец поднял взгляд на стоящую у входа в комнату. – Всё хорошо, – повторила она уже привычную для их пары фразу, от которой к студенту пришло легкое спокойствие. Он кивнул. Действительно так. Оно должно быть так, и рано или поздно будет. Его выбор любимого человека отличался от образа матери, а то было лучшей наградой в жизни. – Хочешь пойти прогуляться или к готовке приступим? – Давай с готовки начнём, – без колебаний ответил Миньярд и облегченно выдохнул. Буря действительно не планировала начинаться. Первым из комнаты вышел студент. Кейтлин проследила за его движением и спустя пару секунд прошла вслед за ним. Аарон первым делом приступил к освобождению поверхности стола от всевозможных баночек. Девушка же подошла к висевшим над плитой шкафам и открыла один из них. – Как думаешь, здесь есть сито? – спросила она и, закрыв дверцу, за которой прятались тарелки, открыла следующий. – Сомневаюсь, – ответил парень. Он вкладывал в руки солонки и, быстро делая несколько шагов, ставил их на поверхность. Аарон глянул через плечо чирлидерши. Второй шкаф оказался пустым. Лисичка проверила оставшиеся несколько шкафов. Помимо тарелок, нескольких кастрюль и противней, она ничего не нашла. В общей сути приготовления искомая посуда не была крайней необходимостью, без которой пирог не имел шанса появиться. Девушка пожала плечами и обернулась к столу. Миньярду оставался последний заход для завершения своей начальной задачи. Маккензи опустилась к муке, оставшейся в пакете. Пятикиллограмовый пакет оказался несколько тяжелым, но, тем не меннее, рыжей удалось его без особых трудностей поднять и поставить на стол с легким стуком. – Подай, пожалуйста, миску. Она во втором шкафу слева. Совсем забыла про неё. Лис быстро достал необходимое и поставил на стол перед чирлидершей. – Давай я помогу с мукой, – предложил он, на что девушка кивнула. Она успела убедиться в немалом весе новой упаковки, из-за чего возражений предъявлять не собиралась. – Я тебе скажу, когда остановить. Весов не понадобилось. Любительница готовки и без них уже помнила внешний объем всего, что было необходимо в процессе. Погрешность в десяток грамм не играла особой роли, а если все же это и случалось – всегда был шанс исправить, добавив больше воды, либо же наоборот – муки. Парень открыл бумажный пакет и наклонил его край к миске. Бежевые стенки постепенно становились белыми от сыпящейся мелкой крупы. Маккензи прождала, пока та наполнится на половину. – Стой, – произнесла она, и Аарон обернул упаковку в обратную сторону, после чего поставил на стол. Лисичка удовлетворённо кивнула и прошла к холодильнику, откуда достала упаковку масла. Та уже была открытой, но, к счастью, содержимое не протекло в дороге и сохранило прежнюю форму. Девушка вернулась к столу и отрезала несколько кубиков, которые бросила в белую массу. Заняв место перед ней, чирлидерша запустила руки в миску. Пальцы начали обваливать сливочные куски в муке, после чего сжимали их. Из-за необходимой температуры масло было твёрдым и с натяжкой поддавалось движениям девушки. Но она уже привыкла. Когда движения стали менее напряженными и быстрыми, Кейтлин несколько секунд порыскала в глубинах мозга в поисках продолжения рецепта. – Стакан холодной воды налей. – Как ты все это помнишь? Миньярд не мог понять, каким образом в голове её укладываются реакции, рецепты и прочее, что необходимо было к запоминанию. Как бы долго студент не сидел на учебниками, ему не всегда удавалось запомнить информацию без полной проработки материала. – Да, часто готовила его, – ответила девушка. Парень протянул ей стакан. Не разворачивать, чирлидерша быстро протянула руку, но ошиблась. Случайным движением она опрокинула муку на лиса. Забыв о воде в руке, он выставил ладони, чтобы остановить падение пакета. Штаны стали влажными. Вода с осыпанной на ноги мукой противно соединилась на ткани, создавая ощущение липкости. – Ё-моё. Прости меня, пожалуйста, – она быстро опустила взгляд на ноги парня. Чёрные штаны стали серыми. – Иди помойся. Я с тестом закончу и к тебе приду. Честно, я этого не хотела. – Ничего страшного, – успокоил её Миньярд, и двинул рукой в сторону пятна, но, вспомнив о его образовании, воздержался. Неприятное ощущение сидело на теле, но его пока что трогать было нельзя. Он вышел из кухни, стараясь совершать как можно меньше движений испачканной ногой. Ему повезло, что дом был небольшой, и до уборной получилось добраться быстро. Аарон закрыл дверь в ванную. Послышался щелчок. Повесив на крючки чистую одежду, он снял с себя испачканную в муке, а вместе с ней и груз прошедшего времени. Чем дальше заходило проживание в лесном доме, тем больше парень ненавидел сие место. Видения, взгляды, прикосновения. Все здесь было странным, словно из книги про ужастики. Это был единственный раз, когда пятый номер пожалел об отсутствии в реальном мире монстров и магии. Будь они возможны, объяснение всего происходящего не составило бы парню труда. Но вселенная, в которой он жил, не подразумевала подобных исключений. Всё должно было быть строго по названным законам, иначе происходящее – лишь помутнение рассудка. По странной привычке он глянул в зеркало. Сердце в груди застучало быстрее. Вместо него стояла Тильда. Женщина, о смерти которой он знал, в которой сам был виноват. Мать стояла пред ним, но при этом её не было. Её и не могло быть. Уже как несколько лет. По телу парня прошла дрожь. Кровь быстро неслась по сосудам от неугомонного сердца, отдаваясь пульсацией в конечностях. Трахея с болью напомнила о необходимости в дыхании, но он не мог сделать и вдоха. Тот стал слишком тяжёлым, слишком больным для поглощения. – Ты виноват, – прошептал ехидный женский голос, словно подобные слова для него были сладким мёдом, приносящим удовольствие. – Ты тогда сам пустил Эндрю в машину. Она тебя за это не простит. Никогда. Слезы невольно стекали по лицу. Парень наконец сделал вдох. Слишком большой. Горло сжало от боли, словно кто-то внутри пытался его разрезать. – Нет... Это не так... Он и сам не был уверен в собственных словах. Кейтлин говорила, он не был убийцей, но собственные мысли говорили иное. Аарон – главный виновник. К телу снова вернулась способность двигаться. Оно словно плыло в пространстве, подбрасываемое редкими течениями из стороны в сторону. Парень оперся на стену и спустился к полу. – Если бы не твоя глупость, она была бы жива. Ты – разочарование. Вес слов придавливал его к земле. Прежнее спокойствие улетучилось, словно и не являлось. Слезы горячими струями стекали из глаз, останавливаясь у рук, закрывавших лицо. Запястье медленно становилось влажным. Кислорода не хватало. Тихие всхлипы парня стали громче. Он хотел сбежать из сего места, но знал, что и до кровати не факт, что дойдёт. В дверь ванной раздался стук, напомнивший о том, кто есть у Миньярда. Он не один. Она поможет... Если только не отвернется от его слабости. Он не хотел разочаровать ещё и любимую. Не разрушить все вновь собственными руками. – Всё хорошо? – спросил встревоженный голос девушки с надеждой, что окажется так. Собрав силы, парень поднялся с пола. Ноги еле держали. Он чувствовал, что вот-вот упадёт, но все же дал себе ещё несколько секунд. Щёлкнул замок. Кейтлин распахнула дверь. Её лицо омрачила тревога. Она крепко обхватила парня руками, притянув к себе. Рука прошла по голове в лёгком поглаживании. Голос девушки был тихим. Громкость могла лишь сделать хуже. В нем слышался страх за любимого, надежда на её способность помочь, желание быть рядом. – Тш-ш-ш. Всё хорошо. Аарон, я с тобой. Он боялся. Боялся, что это "я с тобой" лишь пока он в слезах. Что эмоции отпугнут, либо же разозлят её. Все было непостоянно, это Аарон знал. Но он хотел остаться в этом "хорошо" подольше. Либо хотя бы вернуться в него. Дом явно забрал все, что было "хорошо". Маккензи не стала спрашивать о происходящем. Это явно должно было переждать, пока лис успокоится. Вскоре слезы кончились. Голос, продолжавший свою тираду ещё две минуты, показавшиеся Миньярду несколькими часами, затих. Студент и сам справлялся с противостояние двух мнений. Поддерживая спортсмена за талию, девушка помогла ему дойти до кровати и ушла за водой. Звенящая тишина напрягала его, но для дальнейшей тревоги не было сил. После эмоционального всплекса энергия кончилась. Глаза слипались, но жажда воды, засевшая в горле, убедила его подождать со сном. Не прошло и минуты, как Маккензи вернулась со стаканом воды, который вручила парню. Жидкость обдала прохладой. Он сделал ещё несколько глотков, чтобы наконец заглушить сухость в горле. Чирлидерша легла рядом в кровати и обняла его. В радиусе её нахождения возникала непонятного происхождения безопасность. Мир замер, оставив их в покое. Во сне спортсмен не видел ничего. Лишь темнота окружала его, перемещая по своим просторным владениям. Голову пронзила боль. Что-то тяжелое с грохотом упало на лоб. Разбившиеся детали упали в стороны подле парня. Внутренности сжались. У Аарона меж органов словно вставили лезвие, которое и без движений продвигалось от желудка вверх, к горлу. Он сопротивлялся. Спортсмен не желал расставаться с тем, что активно старалось вырваться из тела. Как бы ни было больно, это явно не должно было произойти. Что-то подсказывало, что если это нечто исчезнет, наступит нежелательный конец. Медик не смог противостоять незримой силе. Он не знал, что происходит дальше. Была лишь пустота, внутри которой тело просто существовало. Наступил весьма быстрый, но болезненный конец. Именно когда он желал остаться в мире подольше.