Инструкция здесь совершенно ни при чём

*** Безумные девять месяцев. Катя сидела за столом в своей комнате. Сегодня она впервые за последние дни ночует дома, слишком много эмоций, слишком много опять на неё свалилось. Нужно было выдохнуть. Сегодня Андрей сказал ей, что они с Павлом приняли решение оставить Никамоду Кате. Потому что это изначально и была ее компания. Пушкарёва так никогда не считала. Если бы ещё Зорькину, ведь это благодаря ему на счетах Никамоды круглые суммы. Или вернуть Жданову, как хотела сама Катя. Но теперь полноправной хозяйкой станет она. Как всё у всех просто. Катя не понимала, почему у неё-то не как у всех? Она и так не могла осознать, как можно совмещать работу в Зималетто, беременность, планирование свадьбы, семейную жизнь с Андреем, да ещё и развивать свою компанию. Пушкарёва, думай, думай. Что-то из этого списка точно придётся перенести или даже вычеркнуть вовсе. И как же ей хочется уехать со Ждановым на какой-нибудь необитаемый остров, чтобы ничто и никто больше не могли помешать влюблённым. За следующие дни Катя с ужасом поняла, что своих желаний надо бояться. Нет, путёвку на необитаемый остров им с Андреем на свадьбу не подарили, но жизнь сама решила за неё, что вычеркнуть, а что оставить. Кате оставалось только принимать происходящее и постараться не сойти с ума. *** Долго тянуть с решением Катя и Андрей не хотели, сейчас они оба были согласны, что в любом случае кресло президента должен занять Жданов. И готовы были сообщить об этом на совете. Андрей пообещал оставить Зорькина и Валерия Сергеевича на своих должностях, поэтому те также с пониманием отнеслись с решению Катерины. Её отец понимал, что на первом месте у дочери - семейная жизнь, и не мешал. Родители Андрея дали понять, что приняли перемены в его жизни, и для них главное, чтобы он был счастлив. С той, кого выбрал сам. Александр тоже подъехал и, надо сказать, выглядел Воропаев неважно. Он даже не отпускал привычные колкости в сторону Пушкарёвой и Жданова. Ровно до тех пор, пока не услышал их решение. - Нет, я всё-таки не понимаю, почему женщины так глупеют, когда влюбляются. - Саша, перестань, - Маргарита старалась сгладить острые углы, но от ее слов мало что зависело. - Да отчего же, дайте Сашке сказать, что он думает. Он бы и сам не отказался быть влюблённым, но что-то никто не находится. Катя смотрела на Андрея с укором. Господи, Жданов, неужели для этого ты вернулся в президентское кресло? Даже ещё не вернулся, а уже ведёшь себя, как мальчишка. - Андрей. Пушкарёва посмотрела на Жданова, и он поспешил замолчать. Кажется, уже и так сказал лишнего, но как же надоел ему Воропаев. - Ммм, а Вы, Екатерина Валерьевна - строгая женщина. Похоже, Андрея в семейной жизни ждёт роль подкаблучника. Моей сестре Кире никогда не удавалось так влиять на него, - Кате не нравился ход беседы, но она плохо понимала, как можно остановить Воропаева. - Александр Юрьевич, я могу влиять не только на него. Катя встала из-за стола. Павлу хотелось немедленно прекратить надвигающуюся бурю, но даже он не осмелился взять слово прямо сейчас. - На данный момент я всё ещё являюсь президентом компании и в эту минуту требую от Вас не мешать проведению собрания. Когда я возвращалась в Зималетто, я уже предупреждала Вас об этом. Но Вы, видимо, совершенно не готовы улавливать суть сказанного Вам с первой попытки. Может, именно поэтому лично Вам так и не удалось задержаться в этом кресле, - Катя обошла свой стул и схватилась за него руками, то ли, чтобы обрести равновесие, то ли, чтобы напомнить Александру, о чём именно речь, если он ещё не понял. - Надолго. - Нет, это уже переходит всякие границы! - Воропаев закипал. Что позволяет себе эта особа? А я что, так и буду делать вид, что играю с ней в поддавки? - Вы думаете, что, сняв очки и брекеты, стали менее страшным монстром? Катя смотрела на него в упор и держалась достаточно уверенно. - Воропаев, прекрати сейчас же! - Жданов, наоборот, готов был выйти из себя при любой подходящей возможности. - Нет, Андрюша, это ты прекрати и послушай. Вы, видимо, забыли, как начался карьерный рост Екатерины Валерьевны в компании. Так позвольте Вам напомнить. Секретарша, которая прыгнула в койку шефа, пока мы ничего не замечали, кроме ее дешёвых тряпок и бесформенных балахонов, которые она тогда носила. Катя и Андрей не знали, откуда Александр всё это взял, и известна ли ему вся правда. Возможно, он просто решил в очередной раз проверить их реакцию. Или ему обо всём рассказала Кира. - И теперь она говорит, что я - акционер компании, должен ей не мешать? Это ли не наглость, дамы и господа? Катя старалась держать себя в руках, но и ей уже так надоело его хамство и отсутствие хоть малейшего уважения. Терять было нечего. Если всё закончится совсем плохо, Пушкарёва просто уйдёт из компании. Всё-равно они уже приняли решение о назначении президентом Андрея Жданова. Катя подошла к креслу Воропаева и наклонилась к нему, практически положив голову на его плечо. - Вы, конечно, Александр Юрьевич, предпочли бы, чтобы я прыгнула тогда в Вашу койку. Она говорила тихо, но все слышали. Воропаев никак не ожидал от Пушкарёвой такой дерзости и старался ослабить галстук, ему становилось тесно и в этом кресле, и в конференц-зале в целом. Но он всё же обернулся к ней, приблизившись вплотную к ее губам. - Я наслышан, что страшилки бывают очень ненасытны в постели, но только такому извращенцу, как Андрюша, могло прийти в голову тогда спать с Вами. Не зазнавайтесь. Он почти целовал ее, Кате не казалось. От такой близости Воропаева на ее территории у Пушкарёвой кружилась голова. - Так, я требую немедленно прекратить весь этот цирк, - Павел, наконец, вышел из себя. - Вы - взрослые, серьезные люди. Что это за ребячество? Впредь, перед тем, как войти в этот кабинет, оставляйте все свои личные претензии друг к другу за дверью. Если же вы не в состоянии это сделать, то я вынужден буду заняться поиском других кандидатов на ваши места, чего бы мне это не стоило. Катя не успокоилась, ей надо было срочно выйти из конференц-зала, чтобы не попасть под горячую руку Павла Олеговича ещё больше. - Простите, Павел Олегович, если от меня больше ничего не требуется, я могу идти? Она не слышала, что ей ответил Жданов-старший, потому что развернулась и пулей выбежала в свой кабинет. Успела схватить мусорное верно и лишь в следующую секунду испытала облегчение. Катю тошнило. - Я тоже должен Вас оставить, - Андрей уже вставал из-за стола. - Андрей, сядь. Ты никуда не уйдешь. Отец смотрел на него так, что Жданов прекрасно понимал: если сейчас он выйдет из конференц-зала, возможность занять президентское кресло будет для него в прошлом раз и навсегда. Тогда все карты снова перейдут в руки к Воропаеву. Андрей не мог этого допустить и сел обратно в кресло. - Ты возвращаешься к обязанностям президента компании, учись держать себя в руках. Катя прекрасно переживёт твоё отсутствие в эти тридцать минут. Александр, ты можешь быть свободен. Я должен обсудить с Андреем стратегию компании на следующий период. Воропаев недовольно посмотрел на Жданова-старшего и почти триумфально - на Андрея. *** Пожалуй, сейчас - лучшее время, чтобы закрыть за собой дверь. И он выйдет через кабинет президента. - Всем хорошего дня. Александру даже не нужно было смотреть на Андрея, чтобы понять силу его желания разорвать конкурента здесь и сейчас. Но Жданов у нас - папенькин сын, а потому будет сидеть в кресле и не сделает ничего. Он же, Александр, располагает несколько большими возможностями. - Катерина Валерьевна, - она стояла спиной к нему и наливала в стакан воды. - А налейте и мне стакан, - Катя резко обернулась. - Пожалуйста. Пушкарёва выглядела слишком бледной даже для самой себя. Александр уже привык, что она странная, но сейчас Катерина, пожалуй, чувствует себя неважно. Желание добивать её дальше вмиг сошло на нет. Катя протянула стакан и ему. - У Вас всё в порядке? Ее удивил этот вопрос, ещё пару минут назад Воропаев плевать хотел, в порядке ли Катя. А теперь беспокоится о ней. Пушкарёва не верила в искренность таких перемен. - Да, всё в порядке, Александр Юрьевич. Вам лучше покинуть этот кабинет. Я совершенно не расположена продолжать наш разговор. - А зря, Катя. Если отбросить мои карьерные притязания, мы могли бы стать друг для друга интересными собеседниками. Возможно, не только собеседниками. Она ощущала, что от него снова исходили какие-то непонятные ей флюиды, если бы Катя не знала, кто перед ней, всерьёз бы решила, что она ему симпатична. - В конференц-зале Вы были более искренни и красноречивы, Александр Юрьевич. - Я не мог сказать Вам всего при Вашем женихе, - он закатил глаза. - Эти его юношеская вспыльчивость и темперамент ещё ни раз заставят Вас краснеть перед друзьями и коллегами. - Мне не за что краснеть. Катя говорила уверенно. Выглядела ещё уверенней, хотя Воропаев по-прежнему не сомневался, что чувствует Пушкарёва себя плохо. Но то, как держится, подогревало его интерес. - Даже за то, что Вы сказали там, в конференц-зале? Александр снова нарушал ее границы во всех смыслах слова. Задавал неудобные вопросы, подходил ближе, всем своим видом демонстрируя своё превосходство над ней. - Даже за это. - И что же, Вас хоть немного заводит мысль, что Вы могли сделать выбор в пользу моей постели? - Нет, - Александр взял ее за руку. - Подумайте, Катя, хорошо подумайте. Инфантильность и ребячество или взрослый мужчина, готовый взять на себя ответственность не только за свои слова, но и за свою женщину, - Катя терялась в его присутствии. - Вы бы не стали моей любовницей, Катя. Просто потому что я не впускаю в свою жизнь двух женщин сразу. Мне не нужны такие гонки. Мне нечего доказывать окружающим. Если я впускаю женщину в свою жизнь, она получает всё. Воропаев поцеловал ей руку и вышел из кабинета. Катя продолжила стоять, где стояла. Что это вообще сейчас было? Почему он решил сказать всё это мне? У Воропаева тоже не было ответа на этот вопрос. Он шёл к лифту и понял, что его просто достали все эти разборки и конфликты. И Жданов со своей ревностью. И родители Андрея, потакающие сыну во всём. И теперь ещё и Пушкарёва, которая и без того всегда была верной собачонкой в ногах Жданова, а теперь и вовсе готова пошатнуть собственную репутацию, только чтобы Андрюша не волновался и не закипал. В одном он был уверен: такая женщина, как Катя, заслуживает гораздо большего. На таких действительно женятся. Вот только Андрей испортит ей жизнь и найдет себе следующую игрушку. Жаль, что она этого не понимает. *** Предсвадебная лихорадка Катерину обошла стороной. Казалось, в эту свадьбу погрузилась вся женская половина Зималетто, особенно Маргарита, Юлиана и Маша, но только не сама Катя. - Нет, я не понимаю. Кать, ну как так можно-то? Маша действительно не понимала, они с Федей тоже планировали свадьбу и единственное, что расстраивало Тропинкину - финансы. У Кати же был практически неограниченный выбор, но она не выбирала ничего. Даже платье так и не выбрала. - Нет, я ещё пойму, если ты беременна, тогда всё ясно: изменения фигуры, стресс. Амура одёрнула подругу, но Катя реагировала совершенно спокойно. - Маш, я просто не хочу тратить много времени на то, что мне не нужно. Не хочу этой шумихи. Чтобы всё было просто. - Роспись в собственной каморке, Катя. Я поняла. И желательно, чтобы выключили свет. Юлиана полностью разделяла позицию Маши и не понимала, к чему весь этот минимализм в такой замечательный день. Это же то, о чём Катя так мечтала. Если бы она выходила замуж за нелюбимого мужчину, Виноградова бы ещё поняла, но сейчас. Они с Андреем - такая красивая пара, всё можно организовать на самом высоком уровне. - Да, и этих журналистов мы тоже обязательно пригласим. Катя, ты и Андрей - публичные люди. Надо соответствовать своему статусу, а не прятаться ото всех. Это значимое событие, которое должно быть освещено должным образом в прессе. Маргарита Рудольфовна тоже не планировала отступать. Её единственный сын женится, почему она должна оставаться в стороне? Это просто недопустимо.