Инструкция здесь совершенно ни при чём

*** Когда вечером Андрей подъехал к своему дому, то долго не решался выйти из машины. Он знал, что в квартире его ждёт любимая Катя и, наверняка, приготовила им ужин. Что же приготовило ему будущее, Жданов не знал. Боялся даже думать. Быть с Катей против воли ее отца никогда не было его целью, наоборот, взаимопонимание с Валерием Сергеевичем возникло даже раньше самих отношений с дочерью Пушкарёва. А Катя? По-прежнему уверена в своём желании - прожить со мной вместе долгую и счастливую жизнь? В глубине души Жданов очень боялся, что Пушкарёва может передумать. Хотя факты и сама Катя каждый день убеждали его в обратном. Она с тобой, она - твоя, в эти минуты в ней растёт ваше продолжение и будущее. Сейчас Катенька просто не может передумать. Андрей вышел из машины и поспешил домой. *** Катя слышала, как к дому подъехала машина Жданова. Окно было открыто, и она всегда узнавала этот звук. Пушкарёва выглянула в окно. Андрей не выходил, еще минут пятнадцать он просидит в машине. Интересно, о чём он думает? Мысли о ребёнке так напугали его? Или предстоящий разговор с моим отцом? Мама звонила днём и сообщила, что завтра Валеру выписывают, и Кате нужно быть дома. Она понимала это и, в тоже время, не понимала совершенно. Если отец запрёт дочь дома и запретит общаться со Ждановым, они всё равно работают вместе, да и жизнь уже связала их слишком крепко, чтобы мнение, пусть даже одного из самых важных людей в ее жизни, могло что-то изменить. Раздался звонок в дверь, Катя поспешила открыть. *** - Андрей, - Катя сразу обняла его, и Жданов даже в эту секунду ощутил себя виноватым. Любимая ждала его дома, а он не спешил. - Кать, - Жданов немного отстранился, чтобы снять пиджак и ботинки. - Задушишь меня так. - Что-то случилось? Андрей понимал, что даёт таким жестом благодатную почву для развития Катиных фантазий, но он пока не решил, как вести себя с ней этим вечером. Ему не хотелось ее трогать после вчерашнего, ей надо успокоиться, но и отстранять от себя против своих желаний, не казалось отличной идеей. Это вряд ли успокоит их обоих. Поэтому Жданов всё же поцеловал Пушкарёву. Катя ответила сразу, и Андрей понял, что вчерашняя Катерина осталась позади, а сегодня для нее существовали только здесь и сейчас. - Нет, Кать, всё в порядке. Но после вчерашнего я морально готов спать на диване в гостиной. Поэтому ты только скажи, я всё пойму. - Тогда тебе придётся понять, что я совсем скоро стану твоей женой, и нам придётся спать вместе. Она привстала на цыпочки и продолжила целовать его. Ее сладость уже ударила Жданову в голову и растекалась по всему телу желанием. - Придётся? То есть вот так ты описываешь нашу семейную жизнь! - он притянул ее к себе за талию. - Ну а как ещё мне расценивать твои действия? - Я волнуюсь за тебя. Особенно после вчерашнего. Катя тоже начала волноваться, но Андрей не мог не сказать, о чём думал. Он же пообещал ей не врать. *** - Андрей, ну я так не могу. Пушкарёва понимала, что сейчас они дойдут до задушевных разговоров, и в итоге ничего не будет. А Катя хотела Андрея. Завтра она окажется дома, эта мысль пугала. И ещё неизвестно, к чему приведёт разговор с отцом. Но пока у них есть ночь, которую они могут провести вместе, она не видела ни одной причины отказывать ни себе, ни Андрею в своих желаниях. - Я тебя хочу, - она снова приблизилась к нему. - Ты так и не перестаёшь меня удивлять. Я тоже хочу тебя. Думал о тебе сегодня постоянно, не мог нормально работать. - А надо было о делах думать. Катина улыбка отодвигала Зималетто куда-то на верхнюю полку ждановских мыслей. Она, наконец, ощутила, что сейчас Андрей с ней, в ней, и ей захотелось продлить эти мгновения как можно дольше. С утра они вместе собирались на работу. Чуть не проспали. Катя обрызгала Андрея водой из крана, когда он полез к ней обниматься, пока она чистила зубы. Пушкарёва не могла сказать, что уже привыкла к таким вещам. И не готова была отдавать 200% своего личного пространства. В итоге Жданов удалился переодеваться. Костюм, что был на нём, весь намок. Однако в дверях Андрей снова заступил на территорию Катерины. - Если ты будешь вести себя также в Зималетто, я вынуждена буду всерьёз задуматься о твоём увольнении. - Катя, - он всё еще целовал ее открытые плечи, Пушкарёва поспешила накинуть пиджак поверх платья. - Но теперь президент компании - Андрей Жданов, - он задумался. - И, насколько мне известно, он себя пока увольнять не планировал. Катя тоже задумалась. Она забыла. Действительно забыла. А ведь у неё самой сегодня первый день на новой должности. Надо быть серьёзнее. - Что ж, тогда придётся потерпеть. И она сама поцеловала его, затем быстро открыла входную дверь и вышла первой, не давая Андрею продолжить. На работе ей были рады, и это мгновенно заставило Катю ощутить себя на своём месте и откинуть все проблемы в сторону, хотя бы до вечера. *** Андрей очень хотел поговорить с отцом Кати сегодня же. Он не знал, что говорить, не готовил никакую тактику, он просто любит Катю и постарается сделать так, чтобы это увидел и Валерий Сергеевич. Но Пушкарёва решила, что готова взять основной удар на себя. Опять всё решила за нас двоих, а я молча согласился? А после она вновь будет страдать из-за Жданова, а он пытаться ее успокоить. Такой расклад Андрея совершенно не устраивал, но и давить на Катю он не хотел. Он заедет за ней утром перед работой и поговорит. *** С порога своей квартиры Катя понимала, что отец уже пришёл в себя, и рассчитывать на поблажки не приходится. Как и на помощь Зорькина, которого выгнали еще утром, и мамы, которая имела своё мнение о романе Андрея и Кати, но не смела перечить мужу. Ему главное - не волноваться и беречь сердце, - об этом Елена пыталась предупредить в дверях дочь, но Катерина была копией отца, в том числе по характеру. И уступать не собиралась. - Папа, слава Богу, с тобой всё в порядке. - Да вы не волнуйтесь так. Случись что, в плотном расписании Зималетто, наверняка, нашёлся бы один день не только на свадьбу, но и на похороны. - Валера, да что же ты такое говоришь? Жена старалась не смотреть на него, убирая со стола посуду. Катя обратила внимание, что отец говорит о Зималетто с максимальным пренебрежением. Ее это расстраивало. С самого начала он закрылся от возможности услышать ее. - Пап, я хочу, чтобы ты понимал, что эта инструкция ничего не меняет в наших отношениях. И не меняла уже тогда, когда она была написана. Андрей любил и любит меня. - А где же наш дорогой друг и президент? Почему не зашёл лично? Прячет голову в песок? Или считает, что я сам должен пойти к нему? - Нет, он ничего такого не считает, - как же сложно пробивать кирпичную стену. Кате хотелось стучать по ней кулаками изо всех сил. - Он хотел приехать и поговорить сейчас, но я попросила этого не делать. - Удобная ты, дочь. Где только я тебя упустил? Не понимаю. Вроде росла на моих глазах. Пушкарёва - гордость моя. А теперь я вижу только это, - он махнул рукой на ее платье и кудряшки. - Думаешь, ты стала лучше во всём этом? Поглупела, это уж точно. - Папа, я работаю в солидной компании, занимаю руководящую должность. Всегда поддерживала вас с мамой, и финансово в том числе, - Валерий теперь уже презрительно взглянул на дочь, никак не ожидал такого камня в свой огород. - И прошу тебя уважительно относиться к моему внешнему виду, это тоже была очень большая и кропотливая работа. Работа над собой. И она не сделала меня глупее, папа. Просто твоя дочь впервые счастлива. Счастлива с человеком, которого любит и который любит ее. И я не понимаю, почему ты не видишь этого? Ты же сам всегда относился к Андрею с уважением. - Был неправ. Хорошо же твой Жданов промыл тебе мозги, всё-таки лидер и начальник из него и правда неплохие, но мужем моей дочери ему не быть. Пусть подыщет себе другую кандидатуру, - Катя ушам своим не верила. - Я не понимаю, зачем ты это говоришь! - А я не понимаю, как моя дочь решила разделить жизнь с таким человеком, зная, как низко он поступил с ней. - Очень часто мы видим лишь вершину айсберга, но уверены, что видим всё, а потому мы правы. Я сама через это прошла, папа, - Кате всё ещё удавалось контролировать себя. - Я теперь знаю, через что ты прошла! И если ты не понимаешь сама, то я тебе помогу. Тебе придётся выбрать: я или он. Если семья, дочь, для тебя еще что-то значит, то ты выберешь семью. Катя смотрела ему в глаза, она ничего не боялась. - Ты прав, папа, семья для меня значит очень много. Спасибо вам с мамой за то, что с детства привили во мне эти устои. И я, конечно, выбираю семью, - на лице отца Катя успела уловить почти торжествующую улыбку, но продолжила. - Сейчас моя семья - это Андрей Жданов и наш с ним ребенок. Я беременна. Отец внимательно смотрел на нее. - Это лишь ещё одно доказательство, что Жданова я никогда не приму в семью. Как просто у него всё. - Да не делай ты из него монстра! Всё, что происходит между нами, происходит по обоюдному желанию, - Кате казалось, что так откровенно они говорят впервые. - Женщины всегда так говорят. Всегда выгораживают своего мужчину. Даже, если он - последний подонок. Выходит, Жданову придётся на тебе жениться. - Папа, да услышь ты меня, наконец! - Катя развела руками и уже не могла продолжать разговор, сейчас она билась об эту стену головой, но не помогало и это. - Мы и так женимся. И поженились бы в любом случае. Андрей готов к детям. - Если когда-то у него будет дочь, он поймет меня. Обязательно поймет. Вот только, будет уже поздно. - Ты сейчас причиняешь мне боль этими словами. Подумай, этого ли ты хотел от нашего разговора? Катя встала из-за стола и вышла в свою комнату. Валерий пошёл за ней, Елена - за ними. *** - Нет, мы договорим сегодня. Не надо убегать от родного отца. - Ты не оставляешь мне выбора, - Катя развернула стул и присела на него, отец сел на кровать. - Значит, свадьбе всё-таки быть. Я не допущу, чтобы ты осталась матерью-одиночкой. - Папа, Андрей тоже этого не допустит. - Я еще не договорил. Между вами ничего не будет, ты поняла меня? Нет, Катя не понимала, серьезно ли он и неужели сам верит в то, что говорит? - Папа, я хочу, чтобы ты вышел из моей комнаты. - Что? - Я хочу, чтобы ты вышел из моей комнаты. Я не позволю больше никому ломать мою жизнь, даже если речь о родном отце. Я достаточно в жизни была несчастна, чтобы вот так легко отдать самое дорогое, что обрела. Валерий хлопнул дверью спальни дочери со всей силы, как будто это могло что-то изменить. *** Утром за ней приехал Андрей. И не дожидаясь, когда Катя сядет в его машину и скажет: Поехали, сегодня разговора не будет, - сам поднялся к Пушкарёвым. Дверь открыл Валерий. - Господин Жданов, я Вас уже и не ждал. Андрей пытался оценить, как далеко вчера зашёл разговор отца и дочери. Но тон Пушкарёва не выражал ничего, кроме презрения к скромной персоне Жданова, а Катя, выбежав через минуту из комнаты, была так удивлена его видеть, что по ней тоже было сложно понять что-то конкретное. - Андрей, мы же договорились, что я выйду через пять минут, - она была уже полностью готова. - А вы не спешите, дорогие мои. Подчёркнуто вежливое обращение Валерия не сулило ничего хорошего. Андрей встретился глазами с Катей, посмотрел на её живот, она кивнула, и он понял, что отец знает. Что ж, выходит, можно говорить абсолютно всё. - Или Зималетто без вас закроется за эти полчаса и уже не откроется никогда? Андрею казалось, что только в этом случае Пушкарёв сбавит свой пыл, но сейчас компания и не думала закрываться, а отец Катерины - сменять гнев на милость. - Валерий Сергеевич, я пришёл сюда не для того, чтобы обсуждать с Вами дела компании. Хотя и этот вопрос меня беспокоит. А именно: Ваше увольнение. Мой отец будет очень рад, если такой специалист, как Вы, продолжит работу в Зималетто. Валерий слушал внимательно. За ночь у него было время обдумать всё то, что ему выпалила вчера родная дочь. Но он остался при своём мнении. - Хорошо, я поговорю об этом с Вашим отцом. В отличие от Вас, он видится мне приличным человеком. - Я знаю, какого Вы обо мне мнения. Они уже сели за кухонный стол, и Андрей взял Катю за руку. Почти машинально, он не хотел злить Валерия и заставлять смущаться Катю, но она в ответ только крепче сжала его руку, давая понять, что она с ним. Катя, Катя, родная, сколько же ты для меня делаешь. Ты и сама, наверное, не осознаёшь до конца. - И я знаю, что заслужил всё это. Но также я уверен, что Ваша дочь заслуживает счастья, как никто другой. А это возможно только со мной. - Смело. Смело, Андрей Палыч. - Я не горжусь сейчас, не подумайте. Я говорю то, что вижу и чувствую. И могу только посоветовать Вам руководствоваться тем же самым. - А я, знаете, ничего не чувствую со вчерашнего вечера. Вчера за этим самым столом моя дочь, уже совсем взрослая, сказала мне, что между мной и Вами она выбирает Вас. Андрей злился. Как только Пушкарёв мог заставлять Катю делать такой выбор, ещё и в ее положении? - Кате нельзя сейчас волноваться. - Валерию тоже нельзя, у него сердце. - Елена, прекрати. Андрей Палыч решил обсудить этическую сторону вопроса. Я даже не буду Вам напоминать, что вы с Катей ещё не женаты и ждёте внебрачного ребёнка. Для Вас такое стечение обстоятельств, видимо, обычное дело? - Нет. Хотя знаете, честно говоря, да. Зачем я опять хочу оправдываться за то, что не считаю чем-то неправильным? Тот вечер в мастерской Милко и все последующие ночи с Катей были наполнены для Андрея счастьем и смыслом. Если это привело к беременности Кати, он будет любить её и ребенка так сильно, как только сможет. - Я думаю, это не так важно, если люди любят друг друга. Мы поженимся меньше, чем через месяц, и этот вопрос будет окончательно закрыт. - Двери в мой дом тоже будут окончательно закрыты, если Вы намерены продолжать отношения с ней. Имейте это в виду. А позаботиться о собственном ребенке - это, безусловно, дело чести. - И всё-таки я хотел бы попросить у Вас руки Вашей дочери. Я знаю, как это важно для неё. И я тоже не так циничен, как Вам хотелось бы думать, поэтому и для меня это несёт в себе смысл. - Считайте, что попросили. - Папа, ну посмотри же на нас, - Катя уже не могла молчать. - Ты же не смотришь мне в глаза, не замечаешь, как я счастлива. - Твои глаза красные, что мне смотреть? Потому что сегодня ночью ты ревела в подушку, и это из-за него. Андрей хотел ответить, но Катя опередила. - Нет, папа, я плакала из-за тебя. И наверное, в тебя я такая упрямая. Поэтому, чем дольше ты будешь мне доказывать, что мы с Андреем - не пара, тем сильнее я буду пытаться убедить тебя в обратном. Андрей смотрел на неё с восторгом и восхищением, так можно смотреть только на любимую женщину, на женщину, которую ты уважаешь. Валерий заметил его взгляд и поймал себя на мысли, что его дочь, может быть, права, но она так быстро встала из-за стола, что он сбился с толку и продолжил гнуть свою линию. - Катерина, чтобы сегодня в восемь ты была дома. - Я ночую сегодня у Андрея, папа. - Опять в его квартире? - В нашей, Валерий Сергеевич. В нашей с Катей. Это теперь и её квартира тоже. И я обещаю Вам, что сделаю всё, чтобы наше с ней оставалось нашим как можно дольше. *** Через пару минут, когда они шли к его машине, Андрей притянул Катю к себе и поцеловал. Его поцелуй был для Пушкарёвой вяжущим и тягучим, страстным и долгим. Её ноги подкашивались рядом с ним, как впервые, и она ощущала, что вся сила притяжения внутри неё стремится только к нему. Катя знала: она выходит замуж за самого лучшего мужчину на свете. Андрей уже перестал целовать Катерину, но всё еще не выпускал её из рук. Я женюсь на лучшей, на своей, на самой родной - на Кате Пушкарёвой. Жданов улыбался. Вспомнил, как впервые признался себе, что любит ее и стукнул кулаком по столу, потому что, боже, Катю Пушкарёву. Сейчас ее имя пробуждало в нём самые трепетные глубины сознания, и он бережно сохранял каждое воспоминание о ней. Вот сегодня он целовал ее на том же месте, где зимой клялся луною, что влюблён. Как много времени прошло с тех пор. И как многое их с Катей ждёт впереди. Жданов был готов.