Инструкция здесь совершенно ни при чём

*** Середина сентября. Маргарита очень хотела лететь с сыном и Катей, ей не терпелось пообщаться с ними вне работы, Зималетто и всего того, что Ждановых окружало в Москве. Свадьба прошла успешно, журналисты и гости остались довольны, молодые тоже были счастливы, хотя и просили обойтись без лишнего шума и пафоса. Но это же свадьба, тем более Катя скоро подарит им внука или внучку. Марго хотела внука. Она вспоминала маленького Андрея, это было лучшее время в ее жизни. Как здорово было бы снова вернуться в него. Павел, напротив, жил сегодняшним днём, и в этом сегодня он никак не мог понять чувств своего сына. Они приняли Катю в семью, он был рад, что Андрей прекратил метаться из стороны в сторону, остановился на одной женщине и, наконец, женился. Но на этом его авантюризм не закончился. Жданов-старший не понимал, к чему беспечность, вера в лучшее и розовые очки, когда речь идёт о таких серьезных вещах, как брачный договор. Андрей ясно дал понять, что с Катей даже не рассматривал его необходимость. И не станет начинать. - Андрей, это ребячество. Ты и так сделал для Кати немало, отдав ей свои акции. - Пап, я знаю, что делаю. Я ей абсолютно доверяю. - Я это уже слышал, сын. На всех собраниях с тех пор, как Пушкарёва, прости, твоя жена, работает в Зималетто, ты не прекращаешь давать ей понять, что твой лимит доверия к ней безграничен. - Потому что это правда, па, - Андрей не сомневался в своём решении ни на минуту, как и в Кате. - Знаешь, Андрей, один раз она тебя всё-таки уже кинула. - Пап, я бы на ее месте меня тогда уничтожил. А она всего лишь ушла из компании. Да, по-своему мне отомстила, но я заслуживал худшего. - Не занимайся самобичеванием, сын. Мне казалось, это в прошлом. - Ты прав. Но я не понимаю, к чему весь этот разговор? Что ты пытаешься сказать мне? - Андрей, я уже не молод. Сейчас я занимаюсь многими своими проектами сам и речь не только о Зималетто. В дальнейшем планирую переложить эти обязанности на тебя. Мы с Марго ведь хотим успеть пожить и для себя на старости лет. Но одно дело - передавать дела тебе, моему сыну. Другое дело - вам обоим. Я уважительно отношусь к Кате, она на посту президента компании зарекомендовала себя только с лучшей стороны, но я не готов доверить ей всё. - Я готов, папа. Я готов. И это самое главное. Павел хотел бы верить, что Андрей знает, что делает. Но одна лишь вера, не подкреплённая фактами, его не убеждала. *** Андрей был занят мыслями, кого оставить вместо себя на время их с Катей поездки в Лондон. Изначально Жданов хотел улететь недели на две-три, но теперь понимал, что даже эта неделя, которую они в итоге спланировали - настоящий стресс для Зималетто. Работать, как чёткий, отлаженный механизм, компания может только под его руководством или Катерины, но сейчас требовалось довериться кому-то ещё. Вот только кому? Малиновскому? Ещё до свадьбы Андрей рассматривал именно кандидатуру друга. Сейчас это было хуже обезьяны с гранатой. Рома вился вокруг Юлианы и вообще никого не замечал вокруг, а Виноградова в свою очередь не замечала Малиновского. В один из дней он пришёл на работу вовремя, но счастливый, как никогда прежде, рассказывал о каких-то планах, и Андрею даже показалось, что вот она - влюблённость, и теперь-то Малиновский направит весь свой опыт и арсенал в правильное русло. Уж что-что, а ухаживать Ромка умеет. У Андрея была возможность убедиться в этом лично, когда началась его история с Катей. Но что-то пошло не так, хотя Юлиана выглядела как обычно, и ее ничто из равновесия не выбивало. Виноградова заходила в Зималетто к Кате, после здоровалась с Ромой и Андреем, но никаких лавров победителя в борьбе за своё сердце персонально для Малиновского не передавала. Вела себя с ним вежливо, но весьма холодно, держала на коротком поводке. Андрею было жаль друга, но свои наблюдения он находил интересными, ведь когда-то Рома советовал Жданову держать Катю на коротком поводке, и вот уже на нём держат самого Малиновского. Андрей предоставил другу возможность разбираться во всём самостоятельно. Нужен будет его совет, он всегда придёт на помощь. Зорькину? Его кандидатуру предложила Катя. Андрей сначала посмеялся, но жена была серьёзна. Коле нужно расти в компании, он уже давно был финансовым директором, но пример Никамоды давал Кате понять, что Зорькин готов и к управленческим обязанностям. Внешне в нём было, конечно, сложно разглядеть хоть какие-то задатки руководителя, но разве Пушкарёва, теперь уже Жданова, когда-то смотрела только на внешность? Она видела, как он изменился внутренне, стал более спокойным, умел держать лицо и не нервничать по пустякам, умел вести диалог на равных и отвечать оппонентам, хотя публичные выступления никогда не были его сильной стороной. Но он многое перенимал у своей подруги, теперь уже жены президента компании. А её слово и раньше было для Жданова не пустым звуком, теперь же он и вовсе прислушивался к ней по любому вопросу. Пожалуй, прислушаюсь и на этот раз. *** Сплетни в женском туалете не утихали никогда и оставались неотъемлемой частью рабочего дня сотрудниц Зималетто. Уже ни для кого не было секретом интересное положение Кати, все с нетерпением ждали, когда же будет заметен живот. Все, кроме, как казалось Женсовету, самой Кати. У Пушкарёвой и раньше были в голове одни отчёты и цифры, но на новой должности работа окончательно вышла на первый план, и они этого не понимали. Она же замужем всего две недели, почему ведёт себя так? Можно же быть к Андрею более нежной, внимательной, заботливой. Ведь он сам так тянется к ней, так слушает её, так стремится быть рядом, а Катя - как железная леди, будто и не было никакой свадьбы. В модной тусовке тоже поползли первые слухи, и все они сводились к одному - Жданов стал подкаблучником. Кто бы мог подумать ещё год назад? Влюбился в свою жену и потерял голову. Андрей себя таким не считал, но Катю действительно слушал, потому что видел в ней умную женщину и партнёра, а не только жену, как от него ждали окружающие. С момента их женитьбы прошло всего две недели, но каждый новый день с ней, каждое утро, вечер и ночь, что они проводили вне стен Зималетто, давали ему понять, что он - счастливый человек. А на работе Андрей - президент компании. Ведь что может быть прекрасней, чем быть не только счастливым, но и успешным?! И для второго нужно было прилагать ежедневные усилия, а не витать в облаках. *** Катя тоже это понимала. Она была в Зималетто, возможно, излишне сдержанна. Но это никак не отражало тот поток чувств и эмоций, что вызывал в ней муж. С ним она чувствовала себя уверенной, желанной, любимой и нужной. С ним она летала каждый раз, но хотела проживать это только вдвоём, никому не показывать, как сильно его любит, как им хорошо. Хотела сберечь их любовь от глаз окружающих, насколько это вообще возможно. Счастье любит тишину, - Жданова была в этом совершенно уверена. А она любит Андрея. И будет любить ещё много-много лет. *** Когда они выезжали из Зималетто домой, погода испортилась. Пробки усиливались, ужин откладывался в долгий ящик, а единственным желанием было скорее положить голову на подушку и уснуть. У обоих выдался непростой и насыщенный рабочий день, Катя переключала радиостанции в надежде найти хоть что-то, что могло спасти этот вечер. Мы летели вовсе не держась. Кто же из нас первый упадёт Вдребезги на Тауэрский мост. Она переключила дальше. Жданова вздрогнула. Это всего лишь слова песни, что меня так напугало? Катя переживала. В глубине души ей не хотелось оставлять Зималетто без полного контроля над ситуацией. Так хотелось побыть с Андреем, но страшно было вернуться и понять, что снова что-то важное упущено. Дела компании всегда в ее жизни шли рука об руку с личным, и важно было не навредить. - О чём ты думаешь? Андрей остановился на обочине в надежде, что в течение получаса ситуация на дороге изменится, и они смогут продолжить движение уже в более быстром темпе. - Думаю, правильно ли мы поступаем, что решаем уехать сейчас? Я надеялась, что на время нашего отсутствия дела возьмёт в свои руки твой отец, но ему так внезапно потребовалось уехать. И теперь я переживаю. - Это всего лишь неделя, Кать. Не о чем волноваться. Мы всё подготовим и оставим в лучшем виде. Зорькин справится. - Ты решил передать дела Коле? - Да. Я решил, что твоё предложение самое оптимальное. Он справится. - Надеюсь, - она взяла Андрея за руку. - Я так жду эту поездку. Все переговоры я запланировала на первые два дня, поэтому следующие дни будут только наши. Я очень соскучилась по тебе. - Но мы же 24 часа вместе, вот даже сейчас, - Андрей наклонился к ней и поцеловал. - Как раньше, - Катя улыбнулась. - Когда ты подвозил меня домой. Помнишь? - Андрей кивнул. - Тогда об этом знали только мы двое. - Ещё Малиновский. - Да, точно. Но сейчас, когда знают все в компании и в нашем окружении, я постоянно ловлю на себе такие взгляды. Люди чего-то ждут от меня, но я совершенно не понимаю, чего. Я всё та же Катя Пушкарёва. Ничего не изменилось. - Кать, ты теперь Жданова, они ждут от тебя ярких подробностей личной жизни. - Но не в Зималетто же, - она действительно не понимала. Жданов же понимал ее очень хорошо, поэтому старался не подливать масло в огонь и вести себя с ней сдержанно, когда они не одни. Но сейчас ему никто не мешал. Он притянул Катю к себе и начал целовать. Пожалуй, если они лягут сегодня спать несколько позже, чем планировали ещё десять минут назад, его тело скажет ему только спасибо. Катя уже тоже не хотела спать. Она даже сама не осознала, как предложила Андрею привести ночь в гостинице. Поездка домой казалась жуткой пыткой. Полчаса спустя она стояла на балконе их номера, вдыхая прохладный сентябрьский воздух после дождя, когда Жданов вышел к ней, укрыл своим халатом и прижал к себе. Она чувствовала его возбуждение и мгновенно возбуждалась в ответ. Проводила ногтями по его телу. Наверное, если бы ногти были длиннее, она бы оцарапала его, а так это была та грань наслаждения, за которой Андрей брал контроль над ситуацией и над Катей в свои руки, а над самим собой полностью этот контроль терял. Она могла вытащить его из каких угодно мыслей, оставить позади любые решения и проблемы, здесь и сейчас для Жданова не существовало ничего и никого, кроме неё. Только его любимая женщина. Катя тоже это ощущала. Она никогда не думала, что может доставлять мужчине такое удовольствие и наслаждение, теперь же Катя старалась не упустить из виду ни одной секунды, когда наблюдала, как он достигает кульминации. Она не отрывала от него взгляд. Андрей несколько раз замечал, как Катя смотрит на него, прикусывая нижнюю губу и слегка улыбаясь. Жаль, что он никогда не умел читать ее мысли, потому что и это бы доставило ему ещё большее удовольствие. *** Коля Зорькин и вовсе не умел читать ничьи мысли и сейчас очень об этом жалел. Они позвали его в кабинет президента следующим утром. Хуже утра в компании Жданова-президента может быть только утро в компании Ждановых. Долго рассказывали ему, какой он ответственный и работоспособный, какой надёжный и положительный, будто Зорькин и сам не знал всего этого. В довершение всего Катя сказала, что за компанией должен присматривать именно такой человек в их отсутствие. А Андрей подвёл итог, что приступать он может с завтрашнего дня. И отказаться нельзя. Коля это прекрасно понимал, не понимал только, как они додумались до такого. Даже если мою кандидатуру предложила Пушкарёва, почему Жданов ее поддержал? И как я должен реагировать? Кланяться и благодарить? Или провалиться сквозь землю, потому что эта перспектива не сулит ничего хорошего. - Спасибо Вам за доверие, Андрей Павлович. Катя, зайди ко мне, пожалуйста, когда у тебя будет возможность. - Николай Антонович, это Вам спасибо. Вы даже не представляете, как нас выручаете. Нет, Андрей Палыч, я, к сожалению, представляю лучше вас обоих. - Коль, я зайду к тебе после обеда. Не волнуйся, всё будет хорошо. Я уверена, что ты справишься. *** - Пушкарёва, - она недовольно посмотрела на своего друга, но он специально назвал ее так, чтобы привести в чувства. - Я вас не понимаю. Почему не Малиновский? Я прекрасно себя чувствую на своем месте. - Коля, тебе нужно расти. - Ага, то есть это твоё решение. Я так и знал. Как только твой Жданов со всем соглашается? - Он видит, что эта идея родилась не на пустом месте. Ты многое делаешь для компании и заслуживаешь доверия. - Лучше бы премию, Пушкарёва. - Коль, не начинай. Мне казалось, ты не испытываешь каких-то проблем с деньгами сейчас. Тем более ты всегда можешь обратиться к Никамоде. Я полностью доверяю тебе ее баланс. - Кать, да пойми ты, кто я для всех? Николай Зорькин - пугало в очках. Да наши партнёры даже общаться со мной не станут! Катя подошла к нему ближе и внимательно посмотрела на него. Зорькину даже стало неуютно. Когда она только научилась так делать? - Удивительно. Я смотрю на тебя. Этот костюм, очки, даже щетина, - она провела рукой по его щеке. - Ничто не выдаёт в тебе пугала в очках, кроме собственных комплексов и страхов. Но это же не жизнь, невозможно всегда бояться своей тени. Надо выходить из зоны комфорта, надо действовать. - Кать, я не могу с тобой спорить. Ты, как никто другой, знаешь, о чём говоришь. Но я никогда не смогу так, как ты. - А ты попробуй. Зорькин всё больше понимал, как ей удается так влиять на Андрея. Да с ней же вообще невозможно спорить. Просто слушаешь и сдаёшься. Ему даже стало жаль Жданова, это ж надо так попасть. Но он, кажется, всем доволен и счастлив. - Хорошо. Я помогу вам. Катя улыбнулась, поцеловала его в щёку и поспешила на своё рабочее место.