Тёмное Искусство

      Урок по ЗоТИ был единственным, на котором Гермиона Грейнджер выбирала самую последнюю парту, чтобы украдкой наблюдать за самым невероятным преподавателем во всей школе чародейства и волшебства Хогвартс. И этим преподавателем была Беллатрикс Блэк. Девушка давно была влюблена в своего профессора. Обладающая невероятной харизмой, магической силой, черная, как сама ночь, Беллатрикс обладала грубым и властным характером, на её уроках всегда была идеальная дисциплина, каждый, кто осмеливался ей перечить, вскоре очень сильно об этом жалел.       Сейчас Гермиона, как и все в классе, слушала лекцию профессора Блэк, а в углу пергамента невольно выводила линии, которые складывались в такое знакомое и приятное глазу лицо... Лёгкими штрихами она уже заканчивала работать над густыми чёрными блестящими волосами Беллатрикс, как внезапно её отвлекла странная тишина. Гермиона оторвала взгляд от своего пергамента и, оглядев класс, поняла, что на неё все смотрят. Она тут же не раздумывая наложила на свой пергамент скрывающие чары, пока никто не увидел, что на нём изображено.       — Мисс Грейнджер, чем таким важным вы заняты, что не услышали мой вопрос с первого раза? — грубый голос профессора Блэк заставил вновь обратить на себя вс взгляды.       — Она что, самоубийца...? — прошел шепот где то с передних парт.       — Простите профессор, я немного отвлеклась, — Гермиона ответила, глядя в глаза Беллатрикс.       — Да? Интересно, на что же? — произнесла Блэк, медленно направляясь в сторону Грейнджер.       Девушка, совершенно забыв про заколдованный пергамент на своём столе, наблюдала лишь за тем, как Блэк подходит всё ближе, и задерживала взгляд на узкой талии, затянутой чёрным корсетом из чёрной атласной ткани, который приподнимал упругую грудь, выставляя напоказ нескромное декольте, которое слегка прикрывала накинутая сверху чёрная мантия.       Блэк подошла к столу Гермионы и перевела чёрный пронзительный взгляд с Грейнджер на пустой пергамент. Ни слова не сказав, она взяла его в руки и тут же направилась к своему столу.       Нет, только не это. Я попалась. Я по-настоящему попалась... О чём я только думала!?       Беллатрикс положила пергамент ученицы на свой стол так, чтобы никто не мог видеть его, и взмахнула палочкой, внимательно рассматривая то, что на нём проявилось. Её выражение лица было совершенно нечитаемым. Разве что одна бровь едва дрогнула.       — Останетесь после урока, мисс Грейнджер.       Все в классе начали перешёптываться и переглядываться.       Мерлин, Это конец. Теперь она знает...       Еле дождавшись конца занятия, Гермиона проводила взглядом уходящих из кабинета учеников, встала со своего места и медленно подошла к столу профессора, совершенно не понимая, чего ей сейчас ожидать.       Блэк скрестила руки на груди, стоя у своего стола, опираясь на него.       — Это не то, о чем вы подумали, Профессор... — начала Гермиона.       Блэк подняла одну бровь и вопросительно взглянула на ученицу, держа листок с рисунком между двумя длинными изящными пальцами...       Грейнджер, понимая, что задержала взгляд на пальцах своего профессора, тут же опустила глаза в пол.       — И о чём же я подумала по-твоему, Грейнджер?       — Что я в вас влюблена, вероятно, — теперь Гермиона точно не осмелится взглянуть в глаза своему профессору.       — Иии? Ты хочешь сказать, что это не так? — низким бархатным голосом произнесла Беллатрикс.       Чёрт... она специально говорит это таким голосом?!       — Нет. Это не так, — быстро выпалила Гермиона.       — Что ж. Сейчас посмотрим, — Блэк подошла к девушке вплотную, принося с собой манящий аромат сандалового дерева и свежести после дождя, взяла девушку за подбородок и приподняла голову, чтобы их взгляды встретились.       Орехово-карие глаза Гермионы в одно мгновение утонули в угольно-чёрных глазах Беллатрикс Блэк, лишая девушку возможности говорить и двигаться. Мир застыл в одном только моменте, убирая с периферии всё существующее ранее. Чёрные глаза глядели прямо ей в душу. Ощущение властной руки профессора на подбородке Гермионы буквально сносило крышу, посылая табун мурашек по всему её телу. Но совершенно внезапно произошло то, чего девушка точно никак не ожидала от своего профессора. Одними только губами, едва слышно Блэк прошептала:       — Легилименс.       Это было мягкое и идеально точное касание самой поверхности её разума. Блэк знала, что именно ей нужно достать из головы своей ученицы. Будто даже не для того, чтобы увидеть это самой, а показать Гермионе то, что она смела отрицать. Девушка не могла предпринять попытку сопротивляться, силы были только на то, чтобы покорно наблюдать, как Блэк с лёгкостью читает её, как открытую книгу, вытаскивая на поверхность самые сокровенные желания.       Спустя длинные и мучительнее минуты Гермиона вернулась в свой разум, который сейчас полностью могла контролировать, и отпрянула от своего профессора в немом шоке. Глаза её расширились в ужасе от осознания того, что только что произошло. Гермиону настолько возмутила беспардонность профессора, что она практически закричала:       — Вы не имели право вторгаться в личное! Я расскажу Дамблдору о том, что вы незаконно использовали на ученике легилименцию без его согласия!       — Хм... Ты уверена, что расскажешь? — совершенно спокойно и невозмутимо спросила Блэк.       — Уверена.        Разозлённая и до предела возмущённая, Гермиона, буквально пылающая от стыда, резко развернулась и направилась к двери кабинета ЗоТИ. Но когда она практически настигла её, тяжёлая дверь, которая была слегка приоткрыта, крепко закрылась с глухим хлопком. Гермиона вздрогнула и застыла на месте, не оборачиваясь...       — Ох, малышка, я думаю, после того, что сейчас произойдёт в этом кабинете, ты передумаешь рассказывать... — Профессор низко хохотнула про себя.       Гермиона обернулась и посмотрела на своего профессора со страхом в глазах:       — И что же здесь произойдет? Вы хотите пытать меня или шантажировать тем, что расскажете всё вашим слизеринцам?       — Подойди сюда.       Гермиона ощутила резкий укол смешанных чувств: сильный порыв быть сейчас как можно ближе к Блэк и желание забыть об этом злополучном уроке, сбежать отсюда и больше никогда не возвращаться... Но она всё же не осмелилась ослушаться своего профессора и медленным шагом направилась к Беллатрикс, которая стояла, облокотившись спиной на свой стол.       Гермиона остановилась в трёх шагах от своего профессора, пытаясь смотреть куда угодно, только не в глаза, которые так и манили её, словно магнитом.       — Ближе, — хриплым голосом произнесла Блэк.       Гермиона всё же задержала взгляд на глазах Беллатрикс, которые раньше если и были чёрными, то теперь они казались совсем непроницаемыми. На неё смотрел словно сам дьявол. Глаза Профессора словно горели черный пламенем.       Ох, Мерлин, не может быть...       Гермиона сделала ещё два неуверенных шага, останавливаясь практически вплотную к Блэк.       Беллатрикс опустила руку между ними и едва коснулась кончиками пальцев бедра девушки, от чего та слегка вздрогнула. Блэк начала медленно вести лёгким касанием пальцев вверх по ноге Гермионы.       — П..профессор, — на выдохе произнесла Грейнджер, совершенно не в состоянии контролировать сейчас свой голос. Мурашки пробежали от бедра, окутывая все ее тело.       — М? Хочешь, чтобы я остановилась?       Чёрт, нет нет, пожалуйста...       Гермиона мысленно умоляла, не в силах произнести эти слова вслух, которые дадут её профессору волю делать с ней всё, что захочется.       — Только скажи нет, и я остановлюсь, — губы Блэк украсила ухмылка.       Рука профессора поднималась всё выше, скользя по бедру ученицы, почти касаясь края короткой юбки.       Как она могла сказать нет? Сейчас.... Когда буквально каждая клеточка её тела кричала: Да-да-да!       — Я принимаю твоё молчание за согласие, Гермиона, — глаза Беллатрикс сверкнули опасным огнем.       Услышав свое имя из уст Беллатрикс Блэк, мозг Гермионы окончательно затуманился, и она дрожащими ногами сделала всего один маленький шаг к Беллатрикс, оказавшись теперь уже непозволительно близко, но Блэк позволяла. Поэтому девушка, отбросив все сомнения, приблизилась к лицу своего профессора, ощущая её дыхание на своих губах. Блэк взяла девушку за подбородок и медленно провела большим пальцем по её нижней губе, прослеживая свои действия чистым вожделённым взглядом.       Не в силах больше сдерживаться, Гермиона неуверенно прильнула к таким манящим, желанным губам своего профессора и начала медленно и неуверенно целовать, но Блэк быстро перехватила инициативу. Она начала целовать страстно и горячо, проникая языком в рот Гермионы, от чего сердце девушки готово было выпрыгнуть из грудной клетки. По телу разлился жар, воздуха в лёгких не хватало.       Грейнджер, наверное, готова была потерять сознание от переполняющих её чувств, если бы Блэк не прервала поцелуй. Сильные и уверенные руки в этот момент схватили её за талию. Профессор неожиданно и довольно резко развернула Грейнджер спиной к себе и крепко прижала, выбивая из лёгких Гермионы весь воздух. Девушка почувствовала, как грудь профессора упёрлась в её лопатки, она ощущала сейчас всё горячее тело Беллатрикс своим.       Невероятно. Внезапно левая рука Блэк переместилась Гермионе на горло, властным движением откидывая голову назад. Хватка на шее девушки была твердой, но кожа руки была такой мягкой и горячей. Грейнджер позволила себе подчиниться, и её затылок полностью лёг на плечо Беллатрикс, что открыло профессору пространство её шеи. Девушка почувствовала, как горячее дыхание коснулось её жаждущей прикосновений кожи.       Чёрт, это тело — самое настоящее Темное Произведение Искусства.       Вероятно, в столь уязвимом положении мысли Грейнджер буквально кричали об этом, и Блэк, конечно, услышала, о чём думает её ученица:       — Кажется, на моём уроке вы так и не научились противостоять Тёмным Искусствам, мисс Грейнджер, — прошептала профессор, опаляя кожу девушки горячим дыханием.       И в этот же момент правая рука Беллатрикс скользнула вниз и приподняла юбку Гермионы. Профессор медленно провела рукой по внутренней части бедра и едва коснулась пальцами насквозь промокших трусиков, а затем слегка провела рукой по чувствительному месту, вызывая у Грейнджер тихий стон. Девушка чуть дёрнулась навстречу этому лёгкому касанию.       — Чёрт, скажи мне, ты всегда такая мокрая на моих уроках, м? — голос профессора понизился, постепенно переходя на шёпот, а дыхание стало гораздо глубже.       Святой Мерлин... Да.       Но едва ли девушка сейчас могла произнести хоть слово.       — Тебе стоит отвечать сразу, когда я тебя спрашиваю. — Пальцы Беллатрикс больно впились по обе стороны от трахеи Гермионы.       — Д-да.       Ох уж эти подростковые гормоны…       Вероятно, в знак поощрения за честный ответ Беллатрикс медленно провела языком сначала под челюстью Гермионы и затем прильнула губами к её шее, посасывая нежную чувствительную кожу. Дыхание девушки значительно участилось, жар внизу живота стал уже просто невыносимым.       — Гермиона Грейнджер, кто бы мог подумать. Как давно ты хотела этого?       — Я…       Блэк подняла юбку и скользнула рукой под нижнее бельё Гермионы. Внезапное и такое желанное прикосновение к пульсирующему центру заставило Гермиону издать хнычущий стон.       — Мм?       — Кажется я сейчас не в силах ответить… профессор. Беллатрикс дрожащие выдохнула в шею Гермионы. начала медленными движениями уделять внимание самой чувствительной точке. Гермиона больше не могла сдерживать себя, возбуждение достигло предела, требуя скорейшей разрядки. Она начала извиваться в руках профессора, двигаться навстречу, так сильно желая, чтобы Блэк хоть немного ускорилась.       — Только посмотри на себя, отличница, лучшая ученица Хогвартса, так тает в руках самого безжалостного Профессора школы.       Тело требовало, а мозг постепенно начал осознавать картину, которая сейчас рисовалась. На долю секунды Гермиона все же обрела разум и подумала прекратить то, что нельзя будет обратить вспять…       — Хммм... Кажется, мы не должны, это неприемлем… — Блэк усилила давление на влажный центр Гермионы — Аххх... — Гермиона схватилась за запястья Блэк, которое было на её шее, и сжала его.       — Куда же делась болтливая всезнайка? Такая покорная в моих руках, стоило просто взять тебя как следует, чтобы ты замолчала, да? — она продолжала изводить Гермиону медленными движениями, скользя по её клитору, выводя узоры, но так и не давая то, чего сейчас больше всего на свете жаждала её ученица. Гермиона сдерживалась как только могла…       — Но нет, так не пойдет, мне не нужно твое молчание, я хочу слушать твои стоны, маленькая девчонка. Проси. — прошипела Блэк ей на ухо.       Мозг Гермионы был уже не в силах оказывать сопротивление, она полностью опьянённая властью своего профессора. Девушке хотелось только развернуться и впиться в эти горячие губы, которые шептали ей в шею... Но крепкая хватка Беллатрикс не давала ей этого сделать.       — Умоляю, профессор Блэк, я хочу кончить от ваших рук. Пожалуйста, прошу, — Грейнджер буквально проскулила слова, тая в руках Беллатрикс, которая продолжала свои действия, наслаждаясь муками ученицы. Когда возбуждение Гермионы достигло апогея, она занесла назад свою свободную руку и схватила волосы Беллатрикс на затылке, сильно сжимая их в кулак. В ответ на это действие она услышала грубое рычание.       — Вот чертовка, — Блэк скользнула ниже и без предупреждения вошла в жаждущее горячее лоно Гермионы, сочащееся соками, одним пальцем, вызывая у девушки прерывистый вдох.       Беллатрикс начала медленно двигаться, давая Гермионе привыкнуть к ощущениям. Тепло и невероятное наслаждение стремительно начали разливаться по низу живота, и с каждым новым движением Беллатрикс распространялись по всему телу девушки. Вскоре в одному пальцу присоединился второй, аккуратно растягивая тугие гладкие стенки. Она ощущала себя такой наполненной. Тело Беллатрикс, прижатое к ней сзади, было таким горячим, её запах таким опьяняющим, губы такими жаркими и страстными на её шее и эти невероятно мягкие локоны между её пальцев.       Боже. Как же это хорошо.       Беллатрикс, спустя время медленных и размеренных движений, начала стремительно наращивать темп, сгибая пальцы в самой нужной точке. Гермиона двигалась навстречу толчкам Беллатрикс и, уже совершенно не способная контролировать свои громкие стоны, больше похожие на крики, понимала, что вот-вот подойдёт к краю...       — Нет, нет не вздумай кончать, — Беллатрикс замедлилась, — ты сделаешь это, когда я тебе позволю.       Гермиона издала протестующий стон.       И в этот же момент почувствовала, как рука на её шее начала медленно сжиматься. Сильнее... Ещё сильнее. Блэк медленно и постепенно перекрывала ей доступ к кислороду, от чего Гермиона уже не могла стонать, выдавая сдавленные вздохи. Она заметно напряглась, ощущая лёгкую панику...       — Расслабься, тебе это понравится, — прошептала Блэк, продолжая двигать пальцами внутри Гермионы всё сильнее, проталкивая их глубже.       Гермиона теперь совсем не могла дышать, она напрягаясь ещё сильнее, едва контролируя своё тело в волнах блаженства.       — Давай малышка, ты должна довериться мне, расслабься, — Грейнджер подчинилась, она доверилась своему профессору, полностью отдавая ей своё тело и свою душу... Гермиона изо всех сил старалась оставаться в сознании, ноги подкашивались, тело начало покалывать от самых кончиков пальцев. Весь мир и она сама постепенно начали распадаться на мелкие частицы...       — Да, вот так. Хорошая девочка, — Беллатрикс ещё сильнее ускорилась, теперь уже совершая грубые и резкие толчки, — теперь, кончи для меня.       В момент, когда Гермиона подумала, что она сейчас потеряет сознание от недостатка кислорода, смешанным с невероятными ощущениями, Блэк неожиданно резко ослабила хватку, отпуская шею Гермионы, и схватила её за талию, крепко удерживая в своих руках. Девушка глубоко вдохнула столь желанный воздух, голова закружилась. И в этот же момент на неё обрушился ошеломительный оргазм, фейерверком взрываясь в каждой клеточке её тела, заставляя чувствовать, будто она рассыпалась на части. Гермиона закричала во всё горло, выгибаясь в руках своего профессора, сильно сжимая её пальцы стенками пульсирующего лона.       Гермионе казалось, что этот крышесносный оргазм длился целую вечность, очень долго утихая и оседая на её коже, пока она не почувствовала тяжесть собственного тела.       Беллатрикс, крепко удерживая ослабленное тело Грейнджер в своих руках, медленными движениями продлевала столь желанное удовольствие.       Спустя ещё несколько мгновений Гермионе всё же удалось немного прийти в себя, она, всё ещё тяжело дыша, ощутила внезапную пустоту внутри, когда Блэк вынула из неё свои пальцы.       — Повернись, — командный голос профессора не терпел никаких возражений. И несмотря на то, что сделать это было очень сложно, Гермиона всё же нашла силы в дрожащих ногах и повернулась к Блэк, опуская глаза куда-то вниз.       — Посмотри на меня.       Девушка подняла всё ещё затуманенный взгляд на своего профессора. Их лица находились буквально в дюйме друг от друга.       — Я хочу, чтобы ты попробовала себя на вкус, — Блэк подняла руку, демонстрируя Гермионе соки её вожделения на своих пальцах.       Девушка покорно открыла рот, и Беллатрикс проникла в него двумя пальцами, скользя по языку ученицы вперёд и назад, смотря блестящим порочным чёрным взглядом на всё это невероятно возбуждающее действие. Гермиона, глядя в глаза Беллатрикс и одновременно ощущая во рту свой собственный вкус, низко и еле слышно застонала.       — Будь умницей, вылижи их как следует.       Гермиона посасывала и тщательно обводила языком пальцы Беллатрикс, исследуя каждый их миллиметр, глядя прямо в глаза своему преподавателю. Это было прекрасно.       — Хватит, — Блэк вынула пальцы изо рта ученицы. Её взгляд внезапно стал холодным и совершенно безучастным, — вы свободны, мисс Грейнджер, — Беллатрикс отошла от Гермионы, шагнув в сторону, и прошла в середину класса, взмахнув палочкой. Двери кабинета ЗоТИ отворились, и в него тут же влетели десятки шестикурсников.       Гермиона, ошеломлённая такой внезапностью, быстро взяла себя в руки и вылетела из кабинета ЗоТИ, чтобы как можно быстрее скрыться от посторонних глаз...