Последние мгновения вместе

***

С их последней встречи прошло так много времени... около недели или двух. Зим почти перестал посещать школу, а если и появлялся там - то только ради того, чтобы его не выгнали. Впрочем, это не сильно помогало - он всё равно был на грани отчисления из-за неуспеваемости. На носу выпускной, ранняя весна или около того. И если остальным было плевать, появится Зим на выпускном или нет, то вот одному землянину очень не хотелось видеть захватчика в принципе. Так продолжалось уже несколько лет: младший Мембрейн и без своего вмешательства рушил планы Зима, так как они были настолько идиотскими, что рассыпались в пух и прах сами собой. Но пришелец не сидел, сложа лапки, а наоборот: отчаявшись в конец после потери всякой связи с Высочайшими, он сидел в своей лаборатории неделями, пытаясь разработать хоть немного гениальный план по захвату Земли. Это было вопросом принципа. И вот, наконец, когда страшный клоун из гостиной Мембрейнов был уничтожен, а Зим был готов приступить к осуществлению злодеяния, его планы вдруг резко меняет один слегка сумасшедший юноша. — Что за...?! — вдруг вскрикивает захватчик, стоило ему только ступить за порог собственной базы. Зрение тут же пропадает из-за мешка на голове, как и остальные чувства: его ударяют по голове и Зим падает без сознания, не успевая даже понять, где его противник, чтобы оттолкнуть. Маленький зелёный пришелец просыпается лишь через какое-то время, и иркенские инстинкты тут же заставляют его дернуться и сражаться, вот только... ничего не выходит. — Ты...!!! Жалкий червяк! Что ты сделал с Зимом?! Где я?! — тут же начинает шипеть иркен, пытаясь освободить руки. Вот только, они крепко накрепко связаны, и ПАК тоже не поддавался желаниям хозяина. — Диб... Диб! Я так и знал, что это ты! Никто, кроме тебя, не выбрал бы такое отвратительное место, чтобы проводить опыты над -... — не успевает свою насмешку Зим, как вдруг, ему затыкает рот явившийся из темноты юноша. Иркен трепыхается, но его потуги можно быдо сравнить только с червячком, которого разрубили пополам лопатой, без рук, без ног и без мозгов. Лёгкое движение бледных рук - и Зим громко вскрикивает: ему только что оторвали правую антенну. Резко, быстро и без сожалений. — Ещё одно слово - и останешься без второй. Как раз выясним, зачем они тебе... — Диб не скрывал ухмылки, хотя только что пожалел, что сделал это. Порыв эмоций и удовлетворения оттого, что пришелец наконец в его лаборатории, буквально сводили с ума. К тому же, юноша уже давно был больше и сильнее иркена, который навсегда останется ростом метр с кепкой. — Это твой орган слуха? Чувств? Или волноприемники? — поправив очки и выдохнув, парень снова взял себя в руки и наклонился над Зимом, который был надёжно прикован к столу, и который безнадёжно бился в агонии от боли. — Т-твои дни сочтены..! П-прямо на этом мо-...! — Зим ещё пытался поставить человека на место, но в итоге быстро сдулся: он впервые был так напуган. Диб без всякой задней мысли лишил его важного органа, более того, сумел оглушить и что-то сделал с ПАКом. Как кто-то настолько импульсивный и безумный мог сделать всё это без единой ошибки? — Зим думал..! Человек-Диб оставил его... в покое! — иркен старался держать лицо, но голос подводил: начинал дрожать. К тому же, фигура в плаще в полутьме, нависающая над маленьким пришельцем, сводила с ума, и вовсе не в хорошем смысле. — Ты действительно думал, что я оставлю тебя, гаденыш? — наконец Диб отходит в сторону, нажимает на переключатель и тот заставляет светиться лампу на потолке, но освещала она лишь только центр маленькой лаборатории - стол, на котором и был скован иркен. Но и этого было достаточно, чтобы Зим мог осмотреться - ему срочно нужно выбраться. ПАК по какой-то причине не подчинялся, и надежды становилось всё меньше. — Я Зим!!! И у нас была сделка, человек! Я захватываю Землю, а ты не мешаешь мне! — хрипло вопил иркен, не переставая брыкаться. Ноги были прикованы к углам стола, но руки по какой-то причине остались завязанными за спиной. Похоже, Диб ни на секунду не сомневается в себе. И очень торопится - юноша подготавливал какие-то инструменты, но те без конца валились у него из рук. — Да неужели? — юноша подкатывает столик с различными инструментами к Зиму, но кажется, не волнуется о стерильности. Без перчаток, без халата и даже без всякого антисептика, он вдруг касается раненого иркена прямо в том месте, где только что была его антенна. Оттуда сочилась странная зелёная жидкость - его кровь. Диб и раньше знал, что кровь у иркенов зелёная, но кажется, он не собирается собирать её для анализа или вроде того. Лишь смотрит, изучает и трогает. — Человек-Диб! Ты допустил ошибку, которая будет стоить тебе твоей жалкой жизни! Зим уже достаточно освоился на Земле, и чувства говорят, что у нас было перемирие! Ты не мешался, и Зим мог сеять хаос! — пришелец очень старался игнорировать боль, но паника нарастала с каждой секундой. Место, в котором он оказался, вовсе не было похоже на лабораторию. Лишь на жалкое подобие! Здесь почти не было никакого оборудования, кроме микроскопа, компьютера и целой кучи компонентов, валяющихся то тут, то там, по всей видимости, украденные Дибом у его отца. А все стены были усеяны рисунками и подписями к ним. На них Зим рассмотрел себя, точнее, своё строение, строение ПАКа и прочее. Так значит, Диб и вправду готовился все эти годы... — Видимо, не так уж хорошо освоился. Спустя столько лет, ты так ничего и не понял. — оставляя бедную макушку пришельца, который пытался хотя бы укусить парня, Диб хватает со столика ножницы и начинает разрезать форму иркена, что давалось с трудом. — Так и не понял, что я никогда не сдамся! — он не обращал внимания на крики и угрозы Зима, движимый лишь своим желанием. Через пару движений торс захватчика был оголен - юноша отбросил бесполезные ножницы куда-то на пол и схватился по обе стороны от разреза, уже своими силами с агрессией разрывая одежду. Под горячую руку попадают даже штаны Зима - парень рывком тянет их на себя и так же разрывает в клочья, оставляя пришельца в одних перчатках, да сапожках. Но человек не обращает на это внимание, хватая со столика скальпель и уже занося над чужой шеей. — Ты идиот! Грязный жалкий идиот! Где твоя штука, делающая снимки? Где колбы, чтобы собирать ДНК? Ты просто убьёшь Зима почём зря!!! — истерично прокричал пришелец, в конец не понимая, что движет его старым врагом. Диб мечтал сдать его на опыты и стать знаменитостью! Стать первым, кто поймал пришельца! Но сейчас всё выглядит так, будто парень просто хочет убить его... Зим готов стать игрушкой учёных, лишь бы не помереть вот так, на грязном столе в каком-то подвале от рук своего злейшего врага! — Я уже давно не собираюсь отдавать тебя кому-то, Зим... мне всё равно не поверят, даже если я приведу тебя живьём! Это моё проклятье... — попытки Зима отсрочить свою смерть работают, и парень вдруг наклоняется, опираясь о край стола локтями и всё рассматривая свою почти что оголенную жертву. Какой позор для захватчика! И ведь Зим даже не может дотянуться до кнопки самоуничтожения... похоже, человек и вправду продумал всё. Либо же, ему впервые повезло так сильно. — Опыты, ДНК, ПАК... это всё уже неважно. Я лишь хочу посмотреть, что у тебя внутри... и убить тебя с мыслью, что ты не достанешься никому, кроме меня. Я буду прав, и это главное. Я буду тем, кто избавил Землю от захватчика... даже если никто об этом не узнает! — вдруг парень хватает Зима за щеки, заглядывая в его большие розовые глаза. И видит там страх, надежду и неугасающую решимость... или, это то, что он хочет там видеть? Иркен и вправду завораживал. Кажется, Диб боролся с желанием засунуть руку ему в рот, и единственное, что его останавливало, это вероятность остаться без руки. — Ты сошёл с ума! М-мы ведь друзья, правильно, Диб? — Зим был готов стать друзьями, лишь бы не умереть так глупо! На мгновение он даже перестал дрожать и позволил человеку покрутить свою голову, да рассмотреть ту со всех сторон. — М-г... пожалуй, я начну с этого. — кажется, предложение пришельца было проигнорировано: Диб в предвкушении прикусил себя за губу и в одно движение запрыгнул на стол, усевшись сверху Зима. Для чего нужна такая странная поза - неясно, ведь двигало парнем желание изучить оставшуюся антенну. И теперь, сгибаясь в три погибели, он рассматривал орган в своих руках, мял его, проверял наощупь и пытался растянуть... — Нет! Не трогай её, червяк-придурок! Ах! — ощущения боли от потерянной второй антенны заставило Зима извиваться на столе, боясь потерять и вторую тоже... ведь тогда он лишится буквально половины своих чувств! К тому же, чужое тело, давящее ему на все органы, добавляло ужаса скорой гибели от нехватки воздуха. У иркенов нет лёгких! Но это не значит, что им не нужно дышать. И Зим всеми силами пытался сказать об этом, но те быстро кончались. Попытки остаться в живых сделали его дыхание стало настолько тяжёлым и громким, что больше походило на стоны. Стоны страданий, конечно же. Однако, чем сильнее Диб сжимал в руках чужую антенну, чем сильнее дёргал за неё, тем сильнее реагировал и иркен. — Блядство! Я слишком долго вожусь с тобой... не отвлекай меня, космическая сучка! — эти звуки буквально сводили с ума и заставляли сердце биться чаще. И юноша бросил это дело, решая переключиться на изначальный план. Он, конечно, всю жизнь мечтал поиздеваться над старым врагом, однако теперь, когда тот страдает... вызывало странные ощущения. И самое ужасное, что Диб не мог понять, приятные эти ощущения или же наоборот, давящие на сердце... будто бы всё и сразу сжимало все его органы. Он отстраняется и видит на краях больших глаз капельки слёз. Но это его не останавливает, как и то, что Зим вот уже как две минуты ничего не говорит. Юноша вновь пытается найти скальпель, который положил рядом пару минут назад, но не находит его... и тут он всё понимает. Но было уже поздно: Зим сумел освободить руки и столкнуть человека с себя. — Ах ты... чёртов пришелец! Зачем ты продолжаешь бороться, идиот? — Диб падает на плитку, но быстро поднимается вновь, наблюдая, как иркен возится с оковами на ногах, чтобы освободить их. — Оставь меня в покое! Тебе не понять, глупый червяк! Тебе не понять великие планы великого Зима! Иди ударь свою тупую огромную голову об стену и..! — не успевает иркен закончить мысль, как его вдруг хватают за голову и силой ударяют ту об стол, заставляя лечь обратно. Зим шипит и тут же платит за то, что не держал язык за зубами: теперь скальпель вновь в руках хозяина, и тот хватает пришельца за кончик, оттягивая на столько, на сколько это было возможно. Попытки иркена остановить человека даже свободными руками оказались тщетными. И в одно движение Диб отрезает чужой язык почти под корень, оставляя иркена биться в истерике. Тем временем, отрезанный кусок со странным звуком падает на пол и сам собой куда-то уползает... — Твоя "армада", о которой ты твердишь без умолку, уже никогда не прилетит! Я собственными глазами видел, как их поглотила Дыра Флорпуса, и ты видел это тоже! — будто ничего и не было продолжает свою речь Диб, пытаясь перекричать истерики иркена. Зелёная кровь была уже повсюду, буквально повсюду! Но, по крайней мере, теперь его никто не посмеет перебить. — Так зачем же ты сопротивляешься? Ни Высочайших, ни других иркенов не осталось больше. А те, что остались, ненавидят тебя, Зим. Ненавидят даже больше, чем я. — истерично усмехаясь, Мембрейн уже не колебался: наконец поднёс кончик скальпеля к чужой груди, затем вонзил его в кожу и медленно повёл вниз, разрезая зелёную плоть. Он достаточно знает об органах иркенов, чтобы случайно не задеть их. — У нас довольно схожая судьба, хм? Нас никто не принимает. Мы одиноки во всей вселенной. Мы есть друг у друга, но являемся заклятыми врагами... забавно, не правда ли? — попытки Зима остановить его руки тут же подсекаются: парень одной своей рукой хватает пришельца за оба запястья и фиксирует их над чужой головой. Ничего страшного, он может работать и одной рукой. — Не буду врать: я привязался к тебе. Ты был хорошим врагом. И мне больно видеть, как ты страдаешь, пытаясь выполнить предназначение захватчика, хотя это уже давно не имеет смысла. Я избавлю тебя от страданий, мой дорогой враг... и, может быть, мы встретимся вновь. И продолжим быть врагами. — Диб в конец потерял связь с реальностью: в глазах двоилось, но что-то придавало сил. Он крепко держал Зима, но пребывал где-то в своих мыслях, пропуская мимо ушей его вопли. Иркен сам будет виноват, если Диб заденет его органы. Тем временем, юноша уже довёл скальпель до низа живота. Чужое брюхо было вспорото, словно у животного. Пульсирующие органы были как на ладони, а зелёная кровь на пальцах грела душу и сердце. Диб ловит чужой усталый взгляд и облизывает свои пальцы, с причмокивающим звуком обсасывая каждый, пробуя на вкус чужую кровь. Однако, Зим уже был на пределе... а Диб так и не сказал ему о главном. Поэтому юноша освобождает ноги захватчика, видя, что у того уже нет сил бороться. Затем, меланхолично обходит стол и оказывается сзади Зима, подхватывая его подмышки. Диб прижимает его спиной к себе и стаскивает со стола, наблюдая, как за пришельцем остаётся зелёная дорожка из собственной крови. Юноша тащит его к стене, где уже было подготовлено местечко: ловко вдевает руки Зима в держатели и оставляет его в позе распятия. — Я ненавижу тебя... на столько же, на сколько и люблю. — Диб оставляет своё последнее слово почти что на чужих кровавых губах, напоследок слизывая с тех зелёную жидкость. И Зим удостаивает его последним взглядом, прежде чем обессиленно прохрипеть и навсегда обмякнуть. А Диб так и остался смотреть на свое творение, прокручивая в голове последние мгновения вместе...

***