Дорогой длинною

      Дорога на вершину Клипота и так была не особо короткой, а уж с грузом в виде полудохлого Ви на плече и вовсе казалась тропой гиганта, которую приходилось преодолевать на муравьиных ногах. Неро сосредоточенно хмурился, стараясь уследить за сбивчивым темпом шагов товарища, вполуха слушая его подходящую к концу исповедь о двух братьях. — Знаешь, — вдруг после короткого молчания прохрипел Ви, — а с этим выражением ты мне меньше напоминаешь своего отца. Носи его почаще. — А? — Неро едва не споткнулся, но удержал равновесие и приостановился чтобы перехватить сползающую с плеча руку Ви. — Ты о чём это?       Тот неопределённо повёл свободной рукой. Неро краем глаза увидел, что татуировки слегка сдвинулись. Странноватое демоническое чувство, скребущееся на краю сознания, интерпретировало это явление как смешок. Неро отогнал это ощущение. — Ну, — теперь слова Ви звучали немного неуверенно, — Данте. Он же твой отец? Вы… очень похожи.       Неро ненадолго задумался. А после вздохнул и — насколько мог — пожал плечами. — Я не знаю… Он не говорил. По крайней мере прямо. Только оставил мне Ямато и сказал, что хочет, чтобы она осталась в семье. Не то чтобы у этого была однозначная интерпретация. — Он тебя не воспитывал? — удивлённо спросил Ви. Но сразу после его лицо приобрело надменное выражение. — Как это на него похоже. Отсутствие ответственности вкупе со скудным умом, которого хватает разве что на изучение пары приёмов для сражения с демонами. С таким отношением неудивительно, что ты…       Ви запнулся. И отвёл глаза, уставившись на дорогу. Неро хмыкнул. Долгий осуждающий взгляд был отработан на ораве детей, которых они с Кирие приютили, а также, в особо тяжёлых случаях, применялся на Нико, однако с последней Неро старался не злоупотреблять этим приёмом, не желая давать неуёмному механику возможности привыкнуть и развить иммунитет.       Как ни в чём не бывало Неро с ухмылкой сказал: — Если ты хотел что-то вякнуть про «нецензурную лексику» — от неё меня не отучил бы даже ты. Чтоб ты знал: я эти слова по крупицам собирал. По редчайшим оговоркам. На стройки залезал. В самые тёмные закоулки. Ты хоть представляешь, как сложно научиться материться в религиозном городе? Фортуна была для меня испытанием, и я его с блеском прошёл.       Прошло несколько минут, в которые тишину нарушали разве что хлюпающие звуки шагов. Неро мимолётно подметил, что потом нужно будет долго и упорно драить ботинки, если он хочет и дальше в них ходить хотя бы пару месяцев. В конце концов, кровь демонов имела свойство разъедать любые поверхности, с которыми контактировала. В связи с этим Неро совершенно не понимал, из какого материала был сделан плащ Данте. Пока версий было три: или плащ и сам был демонический, либо являлся частью тела Данте (что, в целом, равносильно), либо же у Данте в гардеробе имелось примерно бесконечное количество абсолютно одинаковых красных плащей.       Наконец Неро заметил неловкость, успевшую уподобиться слону в комнате, и решил прервать молчание. — Что, неужели настолько впечатлён? — спросил он. Ви, до этого момента о чём-то напряжённо размышлявший, вздрогнул и повернул голову к Неро. — Мм… А какой сейчас год, не напомнишь?       Неро показался этот вопрос странным, но он ответил. — Точно… А лет тебе сколько? — Двадцать четыре. А тебе зачем?       В этот момент Ви выглядел ещё более серым, чем обычно. Неро даже забеспокоился и напрягся, готовый в любую секунду броситься собирать пепел, в который, казалось, грозился рассыпаться Ви. — Ты в порядке? Эй, Ви? — Неро слегка встряхнул зависшего товарища, но тогда он просто механически покивал. Затем, чуть более осмысленно, покачал головой. — Разберёмся… Чуть позже. Мы пришли, видишь.

***

      Разверзлась демоническая плоть, проткнутая клинком, скрытым в трости, выпуская на свободу ревущий вихрь света. Среди падающих осколков разбитой иллюзии первые свои шаги в обновленном теле совершал тот, кто всё это время являлся и заклятым врагом, и верным союзником. — Черт возьми, Вергилий, — прорычал Данте, но отчего-то в бой бросаться не спешил. Что-то происходило — он это чувствовал. И видел. Видел, как по-особенному хмурилось лицо Вергилия, как необычайно неуверенно сжимал и разжимал он свой хват на рукояти Ямато и как — а точнее, на кого — устремлены были его глаза. И тогда Данте, доверившись своим инстинктам, решил немного подождать. А подраться… А подраться они всегда успеют.       Вергилий на дубовых ногах шагом, выверенным до миллиметра, но оттого только более роботизированным на вид, подошёл к Неро и остановился на расстоянии около двух метров. Прочистил горло. — Итак? — Неро вопросительно приподнял бровь и Вергилия посетило острое желание побиться головой о стену. Он должен был вспомнить раньше, где видел это выражение — его он даже в какой-то момент репетировал перед зеркалом, стараясь добиться идеального угла наклона. Как он не заметил? — Мне казалось, когда злодей объявляет себя, он должен что-то сказать. Например, заявить, насколько глупы те, кто верил речам его фальшивой личины. Давай так, просто чтобы проверить, насколько ты клиширован: всё произошедшее с обеими твоими сторонами, все эти истории с наймом меня и Данте при попутном освоении хобби адского садовника были частью твоего злодейского плана?       Данте был готов поклясться, что щеки Вергилия слегка порозовели. Но, несмотря на это, смущения в его голосе практически не чувствовалось. — Нет, — спокойно ответил он. — Боюсь разочаровывать, но плана не было. — Ты просто пытался не умереть? — Данте воткнул Спарду в землю и облокотился на него правой рукой. — Я просто пытался не умереть, — стоически кивнул Вергилий. — Вот как, — не совсем убеждённо проговорил Неро. — Замечательно. — Да, — кашлянул Вергилий. И покосился на протез. — Прости за руку. — Ммммм, — протянул Неро и прищурился. Смерил презрительным взглядом фигуру в синем. — И почему я должен это сделать?       В этот момент Данте понял. В следующую секунду у него в руках была гитара, а звонкую тишину безжизненного пейзажа заполнила тема Звёздных войн. — Давай, братец! — с дерьмовой улыбкой подмигнул Данте обратившим на него внимание родственникам. — Самое время для признания! — Ты что, сейчас скажешь «я твой отец»? — ужаснулся Неро, обращаясь к Вергилию. — Я твой отец, — беспомощно повторил Вергилий.