Когда твой парень — чёрная мамба

      — Что-то странное со зрением и обонянием...       Тихо сказал Брукс, прижимаясь к партнёру и глядя в потолок:       — Будто слишком... чётко... И запах чувствую не носом, а будто всем телом. Осязаемо... Может мне... прилечь?       Неуверенно предположил, обнимая своего парня за шею:       — Наверное, здесь слишком жарко... А спальня, всё же, прохладнее. Пойдём туда, Йор?       Придерживаясь за бортик, секретарь поднялся. Красивые капли струятся по телу и между булочек, пока Брукс, вылезая, подхватывает полотенце.       — Ты ведь последуешь со мной в спальню, Йор?       Смущенно спросил, прикрывая ладонями свой пах, там же начинало вставать уже...       — Я буду готов...       Йорик чуть улыбнулся, слушая ощущения своего парня:       — Так я ощущаю мир... и, если хочешь, то можешь прилечь, но чувства не изменятся, а даже обострятся.       Улыбнулся Йорик и, помогая ему встать, вылез следом, поднимаясь с пенки, что сочно стекала по изящному жилистому телу с чешуйками, и по двум прекрасным членам.       — Конечно последую... За тобой хоть на край света.       Змей стянул полотенце, обтираясь, а после голым следуя с Бруксом в комнату, вёл его, нежно удерживая за руку.       Там парня ожидала их нежнейшая постель, приглушённый свет, запах романтики и интима.       Йорик медленно уложил Брукса на постель. Та была прохладная, а кондей еще больше нагнал прохлады, только змей не был уверен, что тут будет сейчас холодно. Скорее, наоборот.       — Брукс... Расслабься... Прикрой глаза и чувствуй всё, спокойно прочувствуй. Дыши ровно, и описывай мне, что ты ощущаешь. — Йорик огладил личико Брукса, — у тебя сейчас возбужденное состояние, поэтому ты, как омега, и реагируешь на всё. Тебе нужно привыкнуть... Давай, концентрируйся, опиши, что ощущаешь и как. Сортируй эти чувства...       — А мне стыдно о таких ощущениях говорить!       Буркнул смущенно секретарь, забавно дуя губы и отворачивая лицо. Он возбудился еще больше от того, что Йор его рассматривает, того и гляди, придрочится вот так голым перед доктором лежать и кончать от одного только его взгляда...       — И немного страшно... Я же 30 лет был человеком, а тут вот...       Зашуршала постель, секретарь притянул к себе Йора, целуя его шею:       — Мне волнительно и страшно, но это не заставит меня отступить... Я хочу тебя, всегда хотел... Только тебя одного, Йор, и мне всё равно, каким меня сделают твои гормоны...       Он положил ладонь своего парня себе на пах, вздрогнул от контраста холодного, но это не сбавило стояк ни на миллиметр.       Одного касания и парочки ласк хватило...       — Йорик... А когда я смогу забеременеть?..       Спросил тихим голосом, прогибаясь и опуская тело. Он стремился потереться с Йором, всё ближе и ближе, хотел будто погладиться о него.       — Хочу выносить от тебя твоего малыша... Такого же маленького Йорика, красивого...       У-у-у, гормоны кому-то в голову ударили, секретут поплыл. Вернее, пополз, изящно так раскинувшись на постели.       — Хочу...       Брукс приложил ладонь к лицу, тяжело выдыхая. Его кожа выделяла прозрачный липкий секрет с соответствующим запахом самки.       — Я твой парень, ещё и врач, вообще стыдно не должно быть — улыбнулся Йорик, ластясь с Бруксом и немного поглаживая в ответ на поцелуи, собирает рукой секрет, усмехаясь мысли.       А другая рука чуть оглаживает аккуратный член. Он видел и трогал его не в первый раз, и контраст холодного и теплого, да и лёгкая липкость руки, делали из этого хороший такой эротичных массажик.       — Когда у тебя появится матка, тогда и сможешь. — мужчина шипит в ответ, наблюдая за своим начинающим змеенышем, — выносишь, как только так сразу...       Йор с одобрением видел, что Брукс начинает мириться со своим положением, и его тело, как и мозг, начинают поддаваться инстинктам.       — Погоди минуту... — Йор медленно отстраняется, обращаясь в змея и заползает обратно. Мамба начинает своими тремя метрами обвивать Брукса в самых чувствительных местах: между ножек, ребра, позвоночник, бёдра, шея...       Клыки опасно водят по коже, а язык скользит по ней каждые пару секунд. Йорик немного устраивается кончиком хвоста между булочек, потираясь и давая почувствовать два небольших члена, может немного больше, чем пальцы Йора. Только форма у них тупая, если можно так сказать, головка плоская, и сами они толстенькие. И находятся они друг от друга на горизонтальной линии в сантиметре. Ими змей трётся о дырочку, выделяя смазку и секрет куда активнее...       Брукс уже давно привык лежать или даже спать в одном положении. У него не затекало тело, так как он приспособился к такому сну, когда Йор был мамбой — секретарь боялся раздавить змея, поэтому, когда тот его обвивал, Брукс не двигался до самого утра.       Хотя, возможно, мышцы у него не затекали потому, что мамба его мог массировать ночью...       Молодой мужчина предельно расслабился, но из-за этого стал заметно дрожать, реагировать на каждое прикосновение. Казалось бы, что мамбу можно легко с себя сбросить, но сильная хватка чувствовалась. Его зафиксировали, и Брукс мог только подрагивать — от движений, от поцелуев... Да, когда змей прикасался языком и мордой к определенным точкам, это было поцелуями, ведь такие касания дарили интересное наслаждение.       — А я даже не растянут...       Тихо прошептал Брукс, цепляясь пальцами за простынь:       — Не спеши...       Двумя членами Йор сегодня проникать, конечно, не будет. Тут и один, хоть и не огромный, но прохладный по ощущениям и со столь интересной формой, был в новинку. Брукс чуть раздвинул ноги и приглашающе поднял бёдра. Как Йор будет вводить член? Медленно или рывком? Как вообще ощущается эта форма?       Змей не прекращал движений. Кольца мышц постоянно будто вибрировали, то сжимались и разжимались, то сдавливали чуть сильнее и отпускали. Йор, даже когда спал в этом положении, из-за дыхания всё тело напрягалось и расслаблялось, массажируя спящего Брукса, а холодность тела не давала мышцам ловить судороги.       Тело змея сделало небольшую рокировку, сдвигаясь ближе к бедрам, которые были раздвинуты, и фиксируя их, самец натирал смазкой дырочку, потираясь то одним, то вторым членом.       Змей расслаблял остальными касаниями и потираниями, драконил самку близостью. И Бруксу повезло, ведь самец змеи не делает резких движений даже в дикой природе... Сложности из-за формы члена были в том, чтобы плавнее войти. Пожалуй, это самое неприятное, так как сразу моментом раздвигает дырочку во всю ширину члена, а сам ствол сужается к основанию, откуда во время сцепки вылезет узелок.       Змей толкался медленно, очень плавно, раздвигая стеночки и надавливая сразу и на простату, и на сами стенки, а когда остановился, полностью прижавшись, замер. Тут уж дело его собственных мышц...       Кольца, что находились на хвосте, начали с периодичностью сокращаться, член на это дело начинал короткие движения. Амплитуда этих толчков была мала, но в этом и было интересное ощущение, так как член постоянно внутри и двигается тоже внутри, а не снаружи. Сокращения были медленные, змей ластился мордой, целовал личико Брукса, облизывал, нежно насилуя.       Сдавленный выдох, тяжелое шумное дыхание, тихий стон...       Когда никогда не трахался членом в задницу, а тут тебе сразу достался такой необычный, немного... дискомфортно.       Брукс поджал губы, ощущая первое болезненное проникновение. Ладно, это он погорячился — немного дискомфортно, скорее, даже много дискомфортно...       Поцелуи змея отвлекали, его язык касался горячей и влажной, будто в лихорадке, кожи. Мышцы сокращались и дрожали, Брукс не мог это унять — его тело изнутри пыталось препятствовать, само выталкивало змея назад, Брукс даже попытался немного отползти.       Теперь понятно, почему самку надо держать...       — В-всё?.. Он весь вошёл?.. Йор...       Брукс жалобно и покорно посмотрел на змея. Тонкие узкие зрачки секретаря оттенялись на темном изумруде глаз, немного поменявших цвет.       — Йор... Больно...       Скорее, это было достаточно острое и тяжёлое наслаждение, во-первых, окутавшее во всю ширь сжатую дырочку, а во-вторых, слишком сильно задавившее простату.       Реально изнасилование. А член-то собственный стоит!       И ведь змей-то вошел неглубоко, с размерами его члена такое просто нереально, но ощущения были, дай бог, как на кол — Брукс поднапрягся и отполз, но только змей никуда не делся. Ладонь скользнула по постели, не найдя опоры, а Брукс вскрикнул — внутри стало очень горячо.       — Что это... М-м-м!.. Йор!.. Больно очень!..       Нет, не больно.       Это просто течка, точнее, нормальная реакция самки на внутреннее проникновение.       Брукс ведь менялся не только снаружи, но и внутри, вот и потекло с него, облегчая движения члену.       — Мокро...       Дышать стало тяжело. Распахнув губы и даже не пытаясь слизывать выступающую слюну, Брукс мутно смотрел вверх, пребывая в лихорадочном болезненном состоянии этого своеобразного и ни на что не похожего удовольствия.       Врач не то, чтобы жалел, и даже знал, что Бруксу не больно. Сам парень не до конца понимает свои ощущения и не может подобрать им слово, однако, возбуждение в его крови и запахе, в коже ощущалось очень отчётливо.       Мамба понимал, что его самочка потекла, и был более чем этим доволен. Да и мозг немного давал сбой, заставляя затягивать Брукса в крепкие кольца объятий, чтобы никуда не дёргался.       "Конечно мокро..." — Йор одарил Брукса темным взглядом черных глаз, и, зализав его лицо, опустился мордой пониже, двойной язык ловко пропускал через щёлку сосок, постоянно с ним играясь и надрачивая, если можно так сказать.       Тихо шипя, змей уже инстинктивно двигался. Мышцы на влагу самки начали сокращаться чаще, член внутри начал вибрировать, на движении назад уменьшаться, а вперёд — увеличиваться. И это частое движение было и правда похоже на вибрацию, на пытку вибратором, ещё и с постоянным давлением на простаточку.       Самое извращенское изнасилование...       Постель под ним вымокла, пропитавшись не только потом, но и секретом, который кожа активно вырабатывала. Чем дольше его насиловали, тем больше Брукс поддавался, становился сочнее и мягче, и температура тела его медленно опускалась, не пожирая неприятной лихорадкой.       — Йорик...       Он томно мягко выдохнул, провел пальцами по голове змея, привлекая его мордашку к себе:       — Мой красивый...       Его организм просто охуел от такого секса и среагировал, по справедливости, температурой, но теперь тело, повинуясь природе и феромонам, успокоилось.       — По ощущениям... он не такой уж и маленький...       Чуть улыбнулся изврат, ведь Йорику, как врачу, наверняка будет интересно всё, что ощущал его парень.       — Стало хорошо...       Перед глазами перестало плыть, он четко и хорошо различал цвета, оттенки, отрегулировалась резкость зрачков. И всё тело окутали запахи, они были всюду, Брукс чувствовал их кожей!       Но самым важным запахом был аромат своего самца, на котором Брукс зациклился.       — Я люблю тебя...       Прошептал он и выгнулся резко, вскрикнув.       "Нет-нет, я не могу так быстро кончить!!!" — Брукс порнографично и бесстыдно застонал, подняв ноги и согнув в коленях.       Змей немного зашипел, приоткрывая рот и показывая, как нёбо и горло сужаются, выдавая звук. Интересно, красиво, и это не агрессия, он податливо поднял мордочку, глядя на Брукса и слушая его, продолжал трахать, чуть медленнее, и опять быстро...       Тихо выдав очередное сипение, Йорик внутренне ощутил судорожное перенапряжение, что Брукс уже кончить хочет, что ж...       Змей поскользил по телу своей порно звезды и накинул на его член пару колец, начиная стимулировать в очередной раз своим телом.       А ведь член ещё и двигается, зараза, очень быстро теперь, будто изводя и нагнетая, чтобы самочка зажала его. И зажмет ведь, тем более, член начал немного разбухать, на головке особенно, а узел выдвинулся из тела, провоцируя альфу вогнать и эту частичку себя. Благо, она не огромная и даже меньше в ширину, чем сам ствол.       Йорику сейчас интересен только секс с Бруксом... Более ничего, ни работа, ни медицина, ни типа того.       Такого от пальцев или языка Йора секретарь точно не испытывал — с него полило и сзади, и спереди. Смазка, всё-таки, выбилась из задницы, заглотившей член и не отпускавшей его, так что теперь простынь намокала с каждым движением. А член, дополнительно стимулируемый змеем, плеснул белым фонтанчиком... и останавливаться не планировал.       — А-а-а-ах!.. А-а-а-а-а-а-а!!!       Секретарь заголосил на всё здание, пока мультиоргазмы раз за разом накрывали его бренное тело.       — Йорик!.. А-а-ах!..       Накрыло, прям изгнание демонов, точнее, изгнание спермы из неугомонного члена, который кончил раза 4 точно, забрызгав и постель, и Йора, и всю грудь Брукса.       — Я ещё!..       Змей сам с ума сошел, когда Брукс начал выдавать эти пируэты. У него аж глазки заблестели от наслаждения этим безудержным фонтаном, пока свой член уже заправлял Брукса полным баком, причём второй член пока молчал... И ведь Йор спустя всего ничего 10 минут узла, вынул один член из пульсирующей дырочки и вогнал второй в растянутую и мокрую до ужаса дырочку.       "Я тоже ещё..." — да-да, Йорик начал трахать его и вторым членом, видимо, намереваясь выдоить из Брукса всё до капли, изголяясь и массируя не только внутри членом, но и снаружи кольцами член парня.       Второй член удовлетворять было немножко посложнее, потому что Брукс уже был улетевший и от этого слишком чувствительный. Всё внутри будто стало одной огромной простатой, даже прикосновение к стеночкам заставляло всё тело обливаться огнем.       — Йорик!.. А-а-а-ах, да!..       Делают ребёночка! Не, ну он, пока, не получится, если матка не вырастет, но всё равно!..       Брукс выгибался и бесоёбил, так что его самцу придется приложить усилия, чтобы зафиксировать его. Закатывая глаза, секретутка заливался и криками, и спермой, которой оказалось вполне достаточно даже для того, чтобы кончать во время самого секса еще до разрядки.       — Йор!..       В исступлении он сжал пальцами широкое крепкое кольцо, обвивавшее его. Хотел стать кроликом в объятиях змеи? Да пожалуйста!       Это была ужасающая пытка — кончать столько раз и гореть, умирать в этих кольцах.       Сперма выливалась из задницы, ведь ей, пока что, негде там держаться. Но гормоны уже поступили в организм, уже начали всё там перестраивать.       — А-а-а-ай!.. А-а-а-а-ах, не могу больше!!!       Горластый какой...       Йорик, пожалуй, одичал впервые так сильно и бесповоротно, отчасти даже перегнул с агрессией и силой, сжимая Брукса в крепких, фиксирующих кольцах своего тела и даже прикусывая где-то за шеей, чтобы не в вену и крови не было, да и не сильно глубоко, но ощутимо так впился зубами, удерживая самочку на месте. Силы в нём хватает и чтобы держать, и чтобы доебывать.       Вторая случка произошла быстрее, правда, спермы было в два раза больше, заливая Брукса до отказа. Если немного вытечет, не страшно, остальное впитается в стенки, в кровь, пойдёт гормональное изменение...       Змей зашипел, вытаскивая второй член, и теперь эти два хорошеньких прятались вовнутрь, а Йорик сам расслабился полностью, лёжа на Бруксе весь в сперме, в секрете, зато довольный, чуть посипывая.

***

      Секретарю дали декретный отпуск, так что он теперь полноценно проводил дни, занимаясь своим состоянием. Брукс подсел на сырые куриные яйчишки и мог есть их ведрами, часами лежал в тёплой воде и спал в гнёздышке, всё так же там сворачиваясь.       Напрягало только то, что УЗИ ничего не могло показать. Но наличие плода внутри было очевидно.       У Брукса увеличивался живот с течением месяцев, причем, плод был, судя по всему, крупный.       И вот, в одну из тёплых свежих ночей, Брукс ложился спать, как обычно, в гнёздышко. Из-за большого животика ему было, малость, неудобно там именно сворачиваться, но он уже привык.       Раздевшись до трусиков, секретут улегся поудобнее, поцеловал своего мужа и заснул.       И через пару часов посреди ночи стал возиться и посипывать. Тело его потеплело на три градуса.       — Йорик...       Тихо позвал он мужа, одновременно снимая с себя белье:       — Я... Я сейчас рожать буду...       — Прямо тут, солнце?! — змей чуть на уши весь штаб не поднял средь ночи, ей-богу, — Так... вода, полотенца... — он, всё же, вызывал скорую с акушером сразу, чтобы и ребёнка через врачей зарегистрировать, и не терять особо времени.       — Что ты чувствуешь, солнышко, какие ощущения? Главное, дыши и расслабься, дай я посмотрю... — змей раздвинул ножки мужа, залезая между ними и внимательно глядя на дырочку, потрогал её пальцами, ощупывая, чтобы понять, идёт раскрытие или нет... — Спокойно... Акушер уже едет, я рядом...       Хотя, его больше удивляло спокойствие самого Брукса. Сам он на нервах сейчас и на переживаниях...       Брукс не сразу стал рожать. Он ощутил, что пора, но дырочка, пока что, не раскрывалась. Спокойный всё это время, он увидел пришедших врачей и акушера. И стал агрессивен.       — Пош-ш-ш-ш-шли вон отсюда!       Брукс показал клыки, подвергшись стрессу:       — Я с-с-с-сам! Вон отсюда!!!       И вид самки настолько был угрожающий, что врачи смылись от греха подальше не то, что за дверь, а по коридору прочь.       Брукс подпускал к себе только своего самца и, оставшись с ним наедине, мгновенно успокоился.       — Йорик...       Он сошел на ласковый и спокойный шёпот, погладил ладонь мужа:       — Не бойся... Просто подставь руку, вот так... На всякий случай...       Брукс перевернулся на спину и приподнялся. Температура тела повышена, но не до критического уровня. Чёрные чешуйки трепещут, язык спокойно проверяет воздух.       — М-м-м-м-м...       Плод давил внутри на все точки, в том числе и на простату, так что ощущения были прямо-таки смешанные. Брукс выдал из приоткрывающейся дырочки сначала смазку, шумно втягивая воздух.       — Сейчас...       Ох, как не хотел оттуда плод вылазить...       Но всё равно время подошло, и дырочка стала раскрываться. Брукс застонал, прикрыв губы ладонью.       Он поднапрягал бёдра и продвигал плод наружу, при этом умудрился возбудиться — плод своими движениями плотно тёрся о простату, а реакция тела не заставила себя долго ждать.       И потом стало понятно, почему именно внутри было такое трение...       Дырочка предельно раскрылась, и на руки Йорику попало гладкое полупрозрачное яйцо...       Да, это реально было яйцо. И теперь стало ясно, что за вещество всё время было внутри Брукса — внутри оно мягко обволакивало плод, закрывало его от возможных травм, а при контакте снаружи с воздухом покрытие стало как упругое желе, продолжая защищать плод от внешнего воздействия.       Это была самая надежная защитная капсула, уникальная, какую только могло выработать тело наполовину мамбы — яичко и плод были небольшого размера, а это значило, что плод теперь действительно будет внутри дозревать, расти и вылупится в конечном итоге, когда достигнет размера нормального младенца!       Сквозь полупрозрачные стеночки скользкого яичка, которое не прекращало питать малютку полезными веществами и продолжит это делать вплоть до его вылупления, виднелся здоровый малыш без отклонений.       И это был мальчик!       А сам факт вот таких родов был настоящим прорывом в науке!       — А-а-а-ах!..       Брукс чуть выгнулся, прикладывая ладонь к мокрому горячему лбу. Потому что на подходе было еще яйцо...       Закусив губу, Брукс восстановил немного дыхание. Теперь понятно стало, почему самка была настолько широкой в животике — два яйца носить!       Смазка лилась из сокращающейся попки. Это были полностью бескровные роды, а поверхность яйца проскальзывала через дырочку достаточно легко благодаря скользкой гладкой поверхности.       — М-м-м-м-м!       Застонав, Брукс приподнял бёдра и выдал мужу второе яичко. И это тоже мальчик!       Самка перевернулась набок, тяжело дыша. Хотелось пить, очень хотелось пить, губы пересохли, но отвлекаться от дела сейчас нельзя...       Третье яйцо... Боже мой...       Брукс подтянул ногу к себе и уперся коленом в постель. После первого яйца остальные шли очень хорошо — из-за схваток и трения внутри самка стала кончать, вместе с тем рожая.       В третьем яичке, попавшем в руки Йора, была девочка...       — Осталось... Ещё одно...       Прошептал Брукс, чувствуя, как спадает его живот и как наружу просится последнее яичко...       Сглотнув, он провел рукой по мокрым волосам и снова перевернулся на спину. Не прошло и трех минут, как последнее четвертое яйцо вышло наружу.       Мальчик...       Четыре яйца с четырьмя маленькими жизнями внутри. Зародыши человеческие, сформированы конечности, состояние стабильно хорошее. Если приглядеться, то на детенышах местами видны чешуйки...       Брукс, как только оклемался, первым делом повернулся на бок и притянул к себе все яйца. Он обнимал их аккуратно руками и ногами, отдавал им свою температуру. Из его дырочки всё ещё обильно сочилось, в воздухе стоял сладкий запах феромона самки.       Блять, родил!       И сделал Йора многодетным папкой!       Действительно кладка...