Два генерала

В столицу императорский кортеж вернулся через день, оставив воинскую свиту в полевой ставке. Был уже вечер, однако перед сном Эзару предстояло еще много дел — в том числе, проглядеть накопившуюся за последние пару дней корреспонденцию. Едва стопка бумаги легла ему на стол, он сразу выцепил взглядом в ней плотный, пергаментного оттенка конверт с вензелем. От матушки, нет сомнения. Она рьяно взялась за устройство свадьбы, и удивительно уже то, что она не поджидала возвращения Эзара прямо в его покоях, чтобы донести до слуха единственного отпрыска всю срочность и важность своих опасений. Письмо было недлинным. Он без усилий разбирал знакомый с детства убористый летящий почерк: "…вопиющая спешка с проведением церемонии, и мне прискорбно сознавать, что твоя свадьба будет запечатлена для потомков во всем своем несовершенстве, однако я приложу все свои слабые женские усилия, чтобы сгладить впечатление…" Слабые женские усилия были сравнимы по воздействию со среднего масштаба войсковой операцией, а фельдъегерей и времени на планирование требовали вдвое больше. Самому Эзару было решительно все равно, откуда доставят зерно, из которого насыплют его свадебный круг, и каким шрифтом следует писать приглашения, но вдовствующая принцесса Форбарра не могла и помыслить упустить такие детали. "…рада, что недоразумение с ранее состоявшейся помолвкой твоей высокородной невесты успешно разрешилось. И все же считаю своим материнским долгом указать, что ты был вопиюще небрежен, оставив выяснение столь важных обстоятельств на самый последний момент…" Знала бы матушка, как именно эти обстоятельства разрешились и сколько усилий Эзару пришлось для того приложить, и единоличному монарху целой планеты ее нотация была бы обеспечена. Но все же, какой хитрой змеюкой оказалась его нареченная, со всей этой комбинацией! Истинная Форратьерша. "…провела весьма плодотворные несколько часов в обществе молодой принцессы и считаю, что при должном руководстве она, без сомнения, сможет исполнять высокие обязанности супруги императора…" А вот на эту сцену Эзар сам бы был не прочь посмотреть, только, желательно, из-за бронированного стекла и из хорошо защищенного бункера. Впрочем, с сотворения времен не было случая, чтобы будущая свекровь одобрила предполагаемую невестку, а тем более особу зрелую, капризную и амбициозную. "Молодая принцесса", ха! Одна надежда на то, что Катарина успела после этого визита остыть. "…возмутительно, но мне едва не пришлось краснеть перед принцессой Катариной, когда речь зашла о твоей безупречной мужской репутации и о том, чтобы ее отпрыск и твой наследник был единственным, кто несет твою кровь. С самых твоих юных лет я неустанно твердила тебе о том, что небрежность в подобном вопросе недопустима, и все же теперь узнаю, что одна из женщин, которых ты публично и скандально приблизил к себе…" Черт, а вот это зря. Интересно, матушка произвела выстрел наугад или со знанием дела говорила о конкретной персоне? Официально Деметра Стефанис, служащая сейчас в императорском дворце, была вдовой, и отцовство ее сына не касалось решительно никого, да и Негри позаботился, чтобы в бумагах семейства Стефанис комар носа не подточил. Все же пусть капитан примет дополнительные меры. "…я уже отчаялась надеяться, дитя мое, на то, чтобы ты, если не воздерживался от легкомысленного поведения, то хотя бы хранил благоразумие и ограничивался связями, гарантированно не приносящими столь скандальных плодов…" Разумеется, его достопочтенная мать не могла иметь в виду ничего до такой степени неприличного. Но Эзар как раз вспомнил лейтенанта Эбернетти и чуть было не подавился чаем.