Жизнь в тени брата

- Пора идти… - тихо прошептал Рубин, крепче обняв талию Эрис, но лишь на секунду, а затем отпустил и убрал голову с груди Эрис. - Пожалуй… - неохотно согласилась девочка, а её рука отпустила дальнее плечо мальчика. – Но сначала… - коварно прошептала Эрис и поцеловала Рубина в щеку. – Вот, твой утешительный приз. - Приз? – непонимающе повторил мальчик, потерев щеку, где тепло от губ Эрис всё ещё медленно угасало. - Да, приз… - ехидно улыбнулась Эрис, не обращая внимания на то, что сейчас её щеки и глаза должны иметь схожий цвет, она хихикнула в ладошку. – А то ты до сих пор грустный… - Эрис встала, но выглядело так, словно девочка выпрыгнула со стула, затем вытянула одну руку, а другую согнула и взяла первую за локоть, пару раз сделав наклоны в стороны. – Теперь у тебя есть твой утешительный и мой главный! - Но это ведь твоя медаль… - тихо прошептал Рубин, взяв обеими руками монету, что висела у него на шее, будто та сделана из стекла. Мальчик посмотрел на украшение, затем на Эрис. Его вид был хрупким, усталым, но при этом по-тихому счастливым – когда сил ни на что вроде нет, а всё равно улыбаешься, причём по-настоящему, а не поддельно. - Медаль, медаль, что ты заладил! – Эрис ткнула в маленький носик Рубина. Такой внешний вид мальчика заставлял её хотеть схватить и положить Нотуса Грейрата на самую мягкую в мире кровать, спрятать в самом опасном подземелье под защитой монстров, лечь рядом и, обняв, держать близко-близко до скончания времён. И то, что она это чувствовала, очень её бесило. – Это наш с тобой бюджет! И ты… - снова ткнула его в носик. – будешь им распоряжаться! – Эрис развернулась и, сжав кулаки посильнее, пошла к выходу. - Но это ведь ты выиграла эти деньги… - произнёс Рубин, следуя за девочкой, которая мысленно проклинала его. Даже его голос, такой тихий, слабый, но лёгкий и спокойный, как будто после хорошего дневного сна, когда ты всё ещё ленив и не до конца проснулся, только подпитывал её тёмные намерения. С каждым словом мальчика голос внутри Эрис, что шептал ей взять Рубина в охапку и закрыть под семью замками, спрятав от всего мира и любоваться им одной, был громче. "Ну почему он был таким беззащитным и милым именно сейчас?" - постоянно думала Эрис. - Сам знаешь, у меня проблемы с математикой… - тихо буркнула девочка, опуская взгляд в пол. Грубить Рубину совсем не хотелось, а хотелось одновременно сдержать себя от того, чтобы кинуться в его объятия, и не сдерживаться вовсе. – К тому же… Я ведь дворянка… Деньги тратить не умею. – выдохнула она. Почему-то в голове всплыл момент, когда она с Рудеусом и Гислен «изучали рынок». На лице девочки сама собой всплыла улыбка. Тогда ещё Руди что-то говорил про какое-то ММО, а она тайно купила ему афродизиак, хотя до сих пор не знает, что это такое. Гислен лишь сказала, что это что-то для взрослых, хотя Эрис знает, чем взрослые занимаются ночью в кровати, точнее, догадывается. Даже матушка научила её паре фокусов, но это в основном какие-то смущающие фразы, которые говорить совсем не хочется, если честно, вообще всё это ей кажется мерзким, точнее, не очень приятным, ведь она ведь ещё ребёнок. Но сейчас Эрис дала себе обещание, что больше не будет заставлять себя давать кому-то делать с собой пошлости, как это было с Рудеусом, даже если она нарушит своё другое обещание, про то, что они с Руди сделают, когда ему будет пятнадцать. – Так что лучше уж ты деньги считай. – Улыбка Эрис трансформировалась в грустную. Она до сих пор помнит ту задачку, что ей задал старший брат человека рядом с ней на том самом рынке, про высчитывание прибыли: купить в одной лавке подешевле инструменты, а в другой продать подороже. Она сказала тогда что-то случайное, надеясь угадать. Конечно, было неправильно, затем ответила Гислен… Правильно. Эрис почувствовала себя не очень хорошо в тот момент и ляпнула, что тоже знала верный ответ, придумала очевидно ложное объяснение на ходу, а Рудеус возьми и, согласись. Это было неправильно, это было не честно, она хотела быть правой, а не притворяться ею, но не оспорила, просто злобно согласилась, а про себя надеялась, что Рудеус её поправит и всё объяснит, но нет… Позже, она сама в своей комнате пыталась решить это, написала задачу полностью на листе, по памяти, подумала хорошенько и решила. Раздражение было дикое, хоть и поняла всё. В тот день озлобленная в первый раз пошла спать в амбар на стог сена. Но вот после сна всё равно сама собой улыбнулась, прямо как Рубин сейчас, а на душе стало полегче. - Это ведь твои деньги… - повторил Рубин. Он снял монету со своей шеи и вложил её Эрис в ладони, согнув её пальцы на драгоценном металле. – К тому же… - он улыбнулся, опять улыбнулся. Таких моментов, хоть постепенно и становилось больше, но всё равно это было редкостью, а сейчас и вовсе он улыбался для неё, уже второй раз за день! – Я тебе доверяю. - Ах… - Эрис не смогла встретить взгляд мальчика, и почему-то его руки на её собственных были обжигающе горячими, наверное, потому что внутри самого здания холодно, точно поэтому! – Если просто лень самому всё высчитывать, то так бы и сказал! – Девочка возобновила шаг. – И не жалуйся потом, если я куплю что-то дурацкое или дорогое, поня… - Эрис не успела договорить, стукнувшись обо что-то, ведь всё это время смотрела на Рубина позади. Повернув голову, она увидела того мужчину, что рассказал им о денежном вознаграждении в очереди на турнир. – Ой! Дяденька, что вы тут в проходе встали?! – спросила Эрис. Сейчас её бесило всё и даже это небольшое столкновение. - Прости, прости… Уже ухожу – он сделал шаг вбок. – А ты, как я вижу, победила, молодая леди? – с добродушной улыбкой спросил мужчина. - Ага… - выдохнув и пытаясь успокоиться, сказала девочка. – А вы как? Я на вас вот приза не вижу. - Я тоже победил… - собеседник почесал затылок. – Я увидел много боёв и многому научился, разве это не победа? – задал он вопрос с яркой улыбкой. - Ну, рада за вас. – ответила Эрис, схватив кисть руки Рубина, она потащила его за собой. – До свидания. - Погодите, не хотите завтра зайти сюда? – спокойно спросил мечник, следуя взглядом за уходящими детьми. – Я вам кое-что покажу, обещаю, вам понравится. Дети переглянулись и синхронно, пожав плечами, кивнули. - Что ж, тогда жду вас здесь завтра целый день, до встречи. – Помахав, мужчина уже начал закрывать дверь, но Рубин вмешался в диалог. - Извините, а вы не знаете, где в этом городе хорошая гостиница? - О… - поразмыслив пару секунд, мечник ответил. – Идите прямо метров сто, потом тридцать направо и десять налево. Там будет гостиница «Северный клинок». Покажите им свою медаль, получите скидку, к тому же, заведение само по себе хорошее по соотношению качества к цене, не дорого, но всё нужное есть и в достатке, прямо как в стиле бога севера. – а затем дверь в штаб-квартиру закрылась. - Тогда сейчас в гостиницу, а потом за покупками? – спросила девочка, смотря на солнце, что высоко в небе было скрыто облаками. Мальчик ничего не ответил, лишь переплёл её пальцы со своими, сжав крепко. Эрис поняла без слов, что он согласен. Путь до гостиницы был тихим и спокойным. Слишком много сил ушло, как физических, так и ментальных, чтобы обсуждать что-то в данный момент времени, сейчас им двоим было достаточно просто быть вместе. Дверь гостиницы отворилась, дети зашли туда, тяжело вздыхая. Не похоже было на типичную гильдейскую таверну с комнатами, нет, это было отдельное здание только под гостиницу. Мебель была искусна в своей дикости и простоте. Внутренности данного здания выглядяюеши, как стереотипная хижина охотника: ковры из шкуры медведя, оружие, висящее на стене, запах ели и хвои, бревенчатые стены, камин большой и каменный, чучела животных и всё прочее, более незначительное. Только вот размер у этой «хижины» раза в четыре больше, как в длину, так и в высоту. Управляющий – большой мужчина с парой шрамов на лысой голове и бородой, был в фартуке, в руке держал большой пивной стакан и протирал его тряпочкой. Лицо у него было добродушное, веселое, усы слегка закручены. Стоял он за стойкой, вырезанной из тёмного дерева. - Ух ты! Победители пожаловали! – Смех его звучал как гром, громкий и звонкий, но при этом безобидный. – Здравствуйте, здравствуйте! - Дяденька… Дайте нам комнату… - Эрис показала монету на цепочке, которую хозяин заведения уже заметил. - Ну и сколько же вас? – спросил мужчина за стойкой, положив кружку и тряпочку на полку внизу. - Двое, одна кровать… - раздражённо произнесла Эрис. - Молодожёны, значит? – усмехнулся бородач, развернувшись, он взял один из множества ключей с гвоздика и положил на стойку, девочка моментально взяла его. – Сегодня можете оставаться бесплатно, плюс питание до завтрашнего завтрака тоже за счёт заведения! - Ага… - обескураженно произнесла девочка, смотря на бирку с ключом, на которой был номер их комнаты. Такая щедрость её ошеломила, она надеялась на простую скидку, а тут такое. Ей даже почти не хотелось возмущаться тем, что её с Рубином назвали молодожёнами. Ведь, во-первых, они ещё маленькие, во-вторых, они далеко от дома, в-третьих, она ещё не получила разрешения у родителей и дедушки, а в-четвёртых, она никогда не выйдет замуж за этого невероятного очаровательного, милого, умного, красивого голубоглазого дурака, к тому же, он ведь даже кольцо ей ещё не подарил. – Мы не молодожёны. Пока… - секунда молчания, а Эрис прячет своё лицо. – …дяденька… И пока мальчик с девочкой шли наверх, поднимаясь по лестнице, регистратору оставалось только догадываться, Эрис с ним так попрощалась, или же её «пока» имело значение обозначения времени. *** Комната была довольно просторной, особенно для детей. Прямо как им и сказали, никаких излишеств, но отнюдь не было пусто, а даже уютно. Письменный стол со стулом, одна кровать для двух человек, на полках стоит чучело лисицы, на полу шкура волка как ковёр, окно со шторами и ставнями, и свечи то тут, то там. Эрис прыгнула на кровать, отодвинув одеяло и кинув свой кожаный нагрудник в сторону. Было так мягко, что она выпустила непроизвольный вздох, лёжа на спине с широко раскинутыми руками, а под головой у неё наконец была подушка. Конечно, это не сравнится с перинами в её родном поместье, но когда несколько месяцев спишь на камне, то даже самая обычная кровать покажется раем. «Вот оно, истинное блаженство…» - думала Эрис, взглянув на Рубина, что залез на кровать, сложив свою броню рядом с основанием. Затем, развернувшись, она обняла его, положив на себя, обвила одну руку вокруг его талии, а другой накрыла их одеялом. Его щека прямо на её груди, ухо слушает её сердцебиение, а макушка была прямо перед её лицом. Девочка не могла сдерживать себя больше, поэтому поцеловала её, обняв мальчугана крепче, свободную руку запустила в его волосы, начала нежно поглаживать место своего поцелуя. Рубин, максимально истощённый, уже тихо сопел, обняв её в ответ, никак не обращая внимания ни на что вокруг. «Вот теперь, это точно истинное блаженство…» Мысли Эрис были прерваны стуком в дверь. «Нет уж», - подумала она. «Это слишком хорошо, чтобы вставать…» Но стук не прекратился, и только Рубин, что неуютно ёжился во сне, почти проснувшись, заставил Эрис аккуратно развернуться, чтобы мальчик соскользнул с неё, затем накрыв его одеялом, девочка проскользнула к двери, открывая её. На входе стоял тот же мужчина, что и за стойкой внизу. Он держал тележку, на которой были подносы с едой. - Надеюсь, я не помешал? – С ехидной улыбкой спросил мужчина, доставая поднос, он начал накладывать на него две порции первого, второго и хлеб, закончив он положил каждому по вилке и ложке. - Помешали… - лениво произнесла Эрис, принимая поднос. – А что вы сами всё носите? – сама, не зная зачем, спросила девочка, начав идти к письменному столу. - Уволилась работница моя, а новую пока не нашёл… - спокойно ответил мужчина, сам закрыв дверь, он покатил тележку к следующей комнате. Оставив поднос на столе, девочка взяла стул, отнеся его к кровати, затем вернулась за едой и положила её на стул. - Руби, просыпайся… - она мягко трясла спящего мальчика за плечо. – Давай кушать, пока горячее… - А? – Рубин слегка поднял голову, повернувшись к Эрис, он сонливо потёр глаза. – Чего? - Чего, чего… Поесть нам принесли, соня ты моя! – мягко хихикая шептала девочка, растрепав волосы Рубина, она села на кровать, ткнув мальчика в нос, она не без улыбки, как его сонное лицо морщиться как у маленького котёнка. – А то мы с тобой с утра ничего не ели, к тому же, наконец по, что-то нормальное! – Схватив ложку и вилку, Эрис направила свой взгляд к супу. – Это, конечно, не как дома, но всё же. - Хорошо… - Рубин сел рядом, лениво опершись на неё всем телом и накинув ей одеяло на спину. - Я тебя с ложечки кормить не буду, понял!? – Вес головы мальчика на собственном плече заставил лицо Эрис пылать огнём. - Ага… - Руби ответил как всегда, не обращая внимания на гиперреактивность красноволосой дворянки. Суп и второе были обычной едой, не слишком плохой, не слишком хорошей, просто еда как еда, но для детей, что последние несколько месяцев ели мясо и рыбу без специй, просто жареное, это было действительно вкусно. - Ах, как же я соскучилась по хлебу, по супу, по нормальной еде! В отличие от Эрис, Рубин лишь молча наслаждался вкусом и теплом девочки справа. А затем, после обеда они легли спать, точно в той же позе, что и до того, как их и прервали. - Эй, Руби… Как думаешь, почему тот дяденька подумал, что нас не двое? – спокойно спросила Эрис, гладя волосы Рубина, пока он был у неё на груди. - Не знаю… Может, думал, что мы с родителями? – тихо ответил Рубин шёпотом. - Ха… - Эрис грустно улыбнулась, обняв его крепче. – Этот дядька просто странный, вот и всё… - Наверное… - Рубин зевнул, его глаза начали медленно закрываться, а приятный полумрак из-за закрытых ставней и штор способствовал этому. - А ты как, кстати? Рука не болит? – тоже перейдя на шёпот, с заботой поинтересовалась девочка, хоть и знала, что после её целебной магии, рука не могла болеть. - Неа… - голова мальчика опустилась ниже, избегая её взгляд. - А что тогда не так? - мягко спросила Эрис, её рука на его волосах стала гладить ещё нежнее. - Я… - Рубин замялся, прошла секунда, две, но всё же он решил ей открыться. – Какой смысл тренироваться? – спросил он подавлено. – Зачем изучать какие-то техники, если остальные всё равно сильнее меня? Будь, например, ты хоть полнейшим новичком, будь твой удар самым кривым и неправильным, будь твоя техника посмешищем, я всё равно просто среагировать на тебя не успею… - уныло прошептал Рубин, его хватка на рубашке девочки стала крепче, костяшки побелели. - Не говори так… - слабый протест вырвался с губ девочки, ведь реально возразить ему, ей было нечем. – Ты всё усугубляешь… Не так уж разрыв между нами и велик… Если я буду полной неумехой, то у тебя будет шанс на победу, причём хороший. Рубин ничего не ответил. «Бесит», - подумала Эрис. Но злилась она не на самого мальчика, а на мир вокруг, на то, что Рубин старается, что у него есть техника, но нет чего-то такого, что делает его физически сильным, то, что есть у всех остальных. Эрис сама не могла объяснить, чего ему и Рудеусу не хватает, и самое главное, почему? - Эй! – Она взяла его лицо за щёки, заключив его лицо между своими ладонями. – Не грусти, понял! Я тебе уже сто раз это говорила! Уже обещала, что ты станешь настоящим воином! Клянусь именем Эрис Бореас Грейрат! - Я... Ты... - не найдя как ответить или как сопротивляться, он расслабился и нежно прошептал. - Спасибо... Сон был странный, если это было так можно сказать: дети постоянно ворочались и тянулись друг к другу сильнее. Спать на мягкой кровати было не то что неудобно, а скорее непривычно, поэтому и Эрис, и Рубин находились в пограничном состоянии между бодрствованием и царством Морфея. А когда мышцы уже не могли такое выдержать и давно стали ватными, отчаянно требуя движения, то пришлось встать. К тому времени за окном уже было темно, но при этом сам город засиял ярче звёзд. - Как думаешь, лавки всё ещё открыты? – лениво спросила Эрис, по очереди поднимая ноги и сгибая их в коленях. - Не знаю, но… Думаю, надо в любом случае размяться… - Спрыгнув с кровати, Рубин подошёл к двери и дёрнул за ручку. Девочка лишь тихо улыбнулась, следуя за компаньоном, что наконец пришёл в себя, а её желание затискать мальчика до смерти теперь сильно ослабло, затаившись и спрятавшись глубоко в подсознании, но вряд ли уже когда-нибудь полностью исчезнет. - Дяденька, вы почему нам ужин не принесли? – серьёзно спросила Эрис с обидой. - Так я стучу-стучу, а вы не открываете. Дверь приоткрываю, а вы в темноте что-то елозите, обнимаетесь, вот я и ушёл. – С ехидной улыбкой сказал мужчина. - Вы идиот… - угрюмо сказала Эрис, она не назвала его дураком. В отличии от мальчика рядом с ней, управляющий данного заведения не был. Не устали бы её мышцы так сильно, кто-то бы в этом зале не досчитался парочки зубов, а возможно, и чего-то посерьёзней. - Ну простите, простите… - Человек за стойкой сбросил улыбку на более спокойное выражение лица. – Больше так не буду. – Сказал он и про свои шутки, и про то, что не принёс им еду. – А вы куда, неужели на фестиваль собрались? - Фестиваль? – Удивлённо спросила Эрис, остановившись у подножия лестницы, Рубин же просто взглянул на мужчину, продолжая путь. - Как же вы? Сами с медалью ко мне пришли, а даже про фестиваль не знаете? – Разгладив один ус, спросил у них владелец. – Может, вы двое взяли да реальных победителей да порешили, а цепочку с монеткой себе забрали? - Мы здесь проездом, на соревнования случайно попали. – Объяснил мальчик, подойдя к стойке. – Можете рассказать поподробнее? - Конечно-конечно, хоть вину свою заглажу немного… - Вздохнув, он вышел за пределы своего бара и посадил Рубина за стол, вернувшись, он налил ему сока из единственной бутылки не с алкоголем, кроме той, где была вода, а затем насыпал туда льда. Когда Эрис сама села на стул, он тоже налил ей сока. – Ну, в общем-то, рассказывать нечего, а напиток за счёт заведения! – Улыбнулся он, громко рассмеявшись. – Дело было так… Давно, ещё до войны Лапласа. Бог Севера, тот, что первый, это место и основал, ну, гостиницу эту, точнее не он, а его ученики. Северным стиль, кстати, кличут за то, что основатель с учениками именно с Севера и пришёл, а там всё сурово было, люди, сами понимаете, долго не живут, поэтому и мастеров было не то что мало, только вот знания они свои передать не успевали, ведь пока ты молодой, то ты не мастер, а когда уже постарел, то и смерть уже близко. Только вот первый Бог Севера другой был, талантливый чертяка, да так, что очень юным уже сильнее любого старца был, учеников набрал, да других помощников. И решил он, пора драпать отсюда… Ну, то есть, для нас оттуда, потому что оттуда, то есть с Севера, он пришёл сюда. – Усмехнувшись, мужчина почесал бороду. – Но это я вперёд забегаю. Решил, короче, Калман I пойти в более приятные по условиям проживания места, да и пошёл. Только много кого в пути растерял, кто умер, кто заболел, а кто просто дальше идти не захотел. И вот, дошёл он сюда и один совсем остался. Все решили: дальше не пойдём, будем здесь жить. Ну, а Калман что? Ему всё равно. Собрался он, значит, дальше идти, только друг его остановил, да не абы кто, а, по слухам, сам Юлиан Халиско, мастер из Мира Демонов, тот, что выковал 48 магических мечей. Только вот неизвестно, как они с Калманом подружились и где впервые встретились. Ну, так вот, Халиско перед походом вручил Калману первый из тех самых знаменитых сорока восьми клинков. А Калман этим самым мечом на Бегарите убил бегемота такого размера, что на его костях город выстроили. А когда бог севера вернулся обратно, то по случаю такой победы Калману и Юлиану праздник устроили, а Юлиан потом начал остальные мечи ковать. Так вот традиция и зародилась, собственно… Днём, когда Калман сразил бегемота под палящим солнцем, проводят турнир, а под ночь, когда единственным источником света кроме луны и звёзд были искры от молота Юлиана, - ярмарку с фестивалем. Все ремесленники и продавцы выставляют свой лучший товар, ибо верят, что если в эту ночь продать своё самое лучшее, то в следующем году такое качество будет у любого твоего товара или того, что ты продаёшь. И поэтому называют этот фестиваль как фестиваль Бога Севера, так и фестиваль меча и ремесла. - Ого! – В глазах Эрис появились блёстки, стакан с соком, что она уже давно выпила, стоял без дела на столе. От её былой раздражённости и обиды не осталось ни следа. – Те самые сорок восемь магических мечей из костей Короля Драконов?! - Да, да, юная леди, те самые… - Сказал мужчина, наклоняясь к детям поближе. – Говорят, что первый меч до сих пор передаётся среди богов Севера, ещё два были переданы первым богам двух других стилей, сейчас семь находится у Гала Фариона, парочка затерялась во время войны Лапласа и теперь у демонов, ещё парочка на каждом континенте, а куда пропали остальные, что больше двух десятков, никто не знает… - Нагоняя мистики, произнёс мужчина. - От вас алкоголем воняет, дядя… - Сказала Эрис, закрывая нос, что покалывал от запаха спиртного. - Ну, прости, прости, профессия у меня такая. - Вы же гостиницу держите! – Возмутилась Эрис, ударив кулачками по стойке. - Поверь, алкоголь мне столько же, сколько и сдача комнат приносит! А теперь идите, а то фестиваль хоть и начинается поздно, но я хочу, чтобы вы насладились им побольше. - Стойте. – Спокойно сказал Рубин. – Можете разменять нам золотую монету на серебряные? - Ах да… Конечно, сейчас, сейчас… - Мужчина наклонился, скрывшись под прилавком, а затем вытащил мешочек, из которого высыпались серебряные асурийские монеты. – Пожалуйста, можете пересчитать. Мешочек берите себе. - Пока, монетка… – Эрис грустно поцеловала монету, но не коснулась губами, вспомнив, что это негигиенично, пока мальчик пересчитал деньги, сложив обратно в мешочек и одобрительно кивнув. - И да, следуйте за другими людьми и светом, так и попадёте на главную площадь фестиваля! – Успел крикнуть трактирщик двум светлым макушкам, что уже соскочили со своих стульев, а дверь за ними захлопнулась. Город предстал перед детьми живым, хоть время было уже позднее. Из всех домов выходили люди, да не просто люди – целые семьи собирались и шли к особенно яркому пятну света вдали. Не будь Рубин и Эрис предостережены о фестивале, то в их головы могла прийти мысль о том, что там пожар, причём очень сильный, на несколько районов, а все вокруг почему-то идут его тушить с улыбкой на лице, так ещё и с детьми. Было красиво, но также и кололо в сердце, ведь родственники самих Грейратов были непонятно где, может, даже не в добром здравии. Но сейчас праздник, поэтому нельзя грустить, и если посмотреть на других, игнорируя боль в груди и впитать их счастье как губка, сконцентрировавшись на том, что происходит сейчас, то на время фестиваля можно позабыть о заботах мирских и повеселиться от души. А поэтому, сжав руки друг друга покрепче, мальчик с девочкой отправились вперёд... Вперёд за толпой, вперёд за светом, надеясь, что дальше их ждёт только тот свет, к которому они идут. Чем дальше Эрис и Рубин продвигались, тем больше было людей, и тем плотнее они располагались. Через пять минут буквально приходилось протискиваться между узко идущими взрослыми, что посадили детей к себе на плечи. Внезапно один ребёнок весело захлопал в ладоши, другой удивлённо ахнул, третий пискнул, пока четвёртый наконец не объявил причину общей истерии, вскрикнув: «Ура! Фонарики в небо полетели!» А двое Грейратов не могли даже голову поднять без риска шею сломать, а если бы и смогли, то всё равно ничего бы не увидели. - Руби, я тоже хочу фонарики поглядеть! – Вырвалось из уст девочки, прежде чем она смогла хоть как-то обдумать это. Только вот произнесла она это не как высокомерная дворянка, а как девочка, что просто хочет увидеть красоту. Рубин потянул Эрис в сторону, пока все остальные продолжали идти прямо. Выбравшись из живого организма под названием «толпа», что чуть не переварил их обоих, Рубин даже не дал девочке передохнуть, и они взмыли в воздух. Эрис пискнула, выдохнув весь и без того скудный запас воздуха из её лёгких. В момент, когда они перестали набирать высоту и начали падение, ноги детей ударились о крышу одного из домов, совершив безболезненное приземление. Эрис, как только дотронулась до твёрдой поверхности, сразу же согнулась, опираясь на колени, пытаясь отдышаться. - Ты совсем сдурел, дура… - Выпрямившись, Эрис уже было начала кричать на своего голубоглазого мучителя, но она не успела закончить. Из её рта автоматически вырвалось удивленное «Ах». Вдали, но при этом близко перед ней открылось нечто прекрасное. Чуть выше крыш домов, от самой земли поднимались маленькие жёлтые и оранжевые огоньки, словно светлячки, и было их не счесть. И все они поднимались наверх, медленно, но так плавно и изящно, причём новые и новые и новые огоньки в огромном количестве не переставали отправляться с земли в небо. Это было как огонь, как пожар, цветок огня, раскрывающийся на небе, покрывая его полностью. И вдруг, по всюду и со всех сторон начали подниматься в небо другие фонарики, видимо, те, кто не успел туда, решили запустить отсюда. Один, что, видимо, был слабо подожжён, парил прямо к детям, снижая высоту, вместо того, чтобы её набирать, а Эрис, выставив руки, поймала его. Фонарик лежал в её руках как сокровище, хрупкий, лёгкий, горячий, светящийся, но готовый потухнуть в любую минуту, прямо как… Девочка посмотрела на Рубина, в чьих невероятных голубых глазах отражалось буйство красок и огня. Сам мальчик, казалось, не знал, как реагировать на увиденное. Зрелище явно его завораживало, но он не знал, что делать с этим чувством. - Рубин… - Девочка мягко взяла фонарик за ткань сверху. – Я хочу доставить этот фонарик к остальным… - Сказала она меланхолично. Она вновь взяла руку мальчика, посмотрев ему прямо в глаза. – Я хочу доставить его к свету… - Голос её был глубокий и медленный, нежный и тёплый, словно она говорила сейчас не о фонаре в руках. – Ты поможешь мне? - Да... – Рубин перехватил её руку, теперь его ладонь находилась снизу, на которой лежала рука Эрис. Как когда благородные джентльмены ведут прекрасных барышень на праздник, как когда они помогают им сойти вниз с кареты, как когда они заключают всю свою нежность в этом простом и элегантном жесте. И они снова воспарили, на следующую крышу, теперь больше в даль, чем в высь, вместо того, чтобы бежать по узеньким пространствам крыш и сыплющейся черепице, а люди, смотрящие наверх, замечали два тёмных силуэта на фоне луны. Эрис не могла не сгибать колени как во время долгого прыжка, её волосы, развивались на ветру, лицо светилось яркой воздушной улыбкой, а глаза блестели как фонарики, к которым они направлялись. Фонарик же в руке Эрис не гас, поддерживаемый магией огня мальчика и сдерживаемый от того, чтобы потухнуть от ветра и движения его же магией ветра. И совсем скоро дети уже оказались невероятно близко к самой площади. Последний прыжок вверх ознаменовал то, что они влетели в невероятный ураган вздымающихся в небо огоньков. Внутри этого урагана красок, красоты и настоящей магии без маны они начали медленно парить вниз, а фонарики, вздымающиеся вверх, огибали их, как бы прощаясь и улетая вверх. Почувствовав землю под ногами, они оба всё ещё с минуту были покрыты вихрем фонариков со всех сторон, и только когда последний из фонарей начал свой восход, Эрис отпустила свой. Прошло ещё около трёх минут, и вот, все фонарики оторвались от земли настолько, что даже если какой-то взрослый подпрыгнет, то всё равно не достанет до того, что был ниже всех. «Прямо как у Матушки в книжках…» - Восхищённо прошептала Эрис, прижав обе руки к груди с полусогнутыми пальцами, смотря вверх, на удаление огоньков, что было так же красиво, как печально, пока толпа вокруг с удивлением глядела на двух детей, что материализовались на месте запуска воздушных фонариков. Родители предполагаемых сбежавших, чтобы поближе посмотреть на запуск, детей так и не нашлось, поэтому люди вокруг быстро забыли о Рубине и Эрис, начав занимать всё свободное пространство вокруг. Людей было много, но и сама площадь была не маленькой, было относительно свободно. Конечно, всё же нельзя было бродить широко, раскинув плечи, но взяв Рубина под руку, как обычно, Эрис повела его за покупками, в первую очередь за едой. Хоть денег было и много, относительно. Целый золотой, но тратить его на пустяки, не то, что Эрис Бореас Грейрат собиралась делать. Девочка со всей серьёзностью подошла к выбору, ведь они так и не ужинали. Выпросив у Рубина книжечку и взяв угольный карандаш, что был меж железных страниц, Эрис маленьким почерком начала осмотр палаток с едой: писала, что там продаётся и цену, а также мысленно подмечала, где и что выглядит и пахнет лучше. Остановилась же она на шашлычках с неким заморским соусом и специями. Купив две штуки и вручив одну Рубину, Эрис сконцентрировалась на максимум и, перевернув страницу, составила список покупок. То необходимое, без чего ей и Рубину не обойтись в путешествии: два рюкзака, палатка, спальный мешок с тёплыми одеялами, посуда, карта и компас, мыло, новая одежда, набор для шитья, специи. Точно определившись с тем, что можно и нужно купить, Эрис потянула Рубина за собой, тщательно игнорируя украшения, вкусности прочую ненужную ерунду. У неё уже было кольцо Гислен на большом пальце левой руки, к тому же, она могла носить ожерелье, подаренное учителем Рубина, что как раз было на ней сейчас. Остановившись перед палаткой с продающимися брелоками, Эрис сжала амулет рукой, на котором было кольцо, и направилась дальше – сравнивать цены и выбирать лучшее. Первым делом были куплены рюкзаки, чтобы сложить в них всё остальное, наконец пришло время примерки одежды. Первым делом была проведена инспекция продавцов, что предлагали детскую одежду, затем проверка по соотношению цена-качество, несмотря на то, что сегодня каждый выставлял свой лучший товар, но что шедевр для подмастерья, то посредственность у мастера. Победитель был выбран тщательным отбором, в палатке даже была специальная отдельная занавеска, что отгораживала от мира вокруг. Взяв три комплекта для Рубина и три для себя, ничего особенного, обычная походная одежда для зимы, лета и осени, Эрис отправила Рубина в примерочную. Хоть мальчик мог утеплять воздух вокруг, решено было перестраховаться и взять одежду для холодов тоже. Рубин и, получив три одобрительных кивка от Эрис, надев каждый из нарядов, поменялся с ней местами. Когда же сама девочка закончила примерку, мальчик протянул ей пальто с капюшоном цвета слоновой кости, где было два ряда чёрной обводки, одна прямо на краю, другая с отступом на сантиметр. На капюшоне было два больших кошачьих уха, на одном из которых два колечка в виде пирсинга цвета золота и. Поверх плаща была небольшая тканевая подкладка в виде нагрудника для лучшего утепления, из-под которой выходил сам плащ. - Что это? – Спросила Эрис шёпотом, взяв нежную ткань в руки. – Оно ведь не практично… Ты можешь испарить дождь, к тому же, оно белое, значит, надо будет много стирать, плюс очень заметно, а ещё… - Она не придумала следующее оправдание, в первую очередь пытаясь убедить себя не поддаться соблазну и не купить этот плащ. Её кулаки сжали ткань, пока цвет её костяшек не был таким же, как у самого материала. - Не знаю… - Так же тихо ответил Рубин, посмотрев на неё этими невозможными глазами. – Мне просто кажется, что оно должно быть у тебя… К тому же, тебе ведь нравятся ушки и хвостики зверлолюдей… О нет, он не мог быть таким несправедливым! Почему из всех людей в мире именно Рубин, что воспринимал всё, исходя из логики и сухих фактов, сейчас убеждал её сделать эту необоснованную покупку, апеллируя к своим эмоциям и её предпочтениям, при этом выглядя так невероятно мило. - Я… Ты… - Эрис не могла найти слов, чтобы описать «это», ведь даже не до конца понимала, что именно «это». – Хорошо… - Выдохнув без какого-либо облегчения, она наконец сдалась, пробежав рукой по белому кошачьему ушку. Действительно, было в этом что-то такое, словно Эрис уже носила этот наряд в прошлой жизни. Оплатив покупки и распихав всё по рюкзакам, девочка достала горсть серебряных монет из кошелька, вручив мальчику. – На вот… Купи себе, чего хочешь. И без возражений! Это мои деньги, и я решаю дать тебе часть, понял! – С яркой улыбкой и командным тоном Эрис скрестила руки на груди. - Хорошо… - По взгляду Рубина было понятно, что он считает это излишним, но спорить не стал. Между ними уже сформировалась такая связь, что один мог понять, когда не переспорит другого. - Встретимся через полчаса максимум в том театре под открытом небом. Так что не вздумай потеряться, понял? – Развернувшись по направлению к оговорённому месту, она помахала ему, не оборачиваясь. – Я займу тебе место... И да, чтоб, когда вернёшься, показал, что купил! Взглянув сначала на отступающую девочку, а затем на горсть монет в руке, Рубин развернулся в противоположном направлении со странным чувством благодарности в груди. Ведь ему дали деньги и разрешили купить, что он хочет, несмотря на то, что, откровенно говоря, мальчику ничего не надо было. Хотя сам факт предстоящей покупки слегка интриговал. Не спеша прогуливаясь по палаткам, Рубин так и не нашёл ничего, что зацепило бы его глаз, если только… На полу мысли мальчика прервал голос. - Эй, малец, я тебя где-то видел? – Спросил один из продавцов, заинтересованно. Видимо, он и его коллеги были караванщиками, ведь в ряд было сразу несколько одинаковых по дизайну торговых точек. - Вы ведь тот мужчина с каравана, на который напали бандиты? – Внимательно рассмотрев лицо человека, ответил Рубин. – Вы мне записную книжку со звёздочками по скидке продали… - Ах… Да! – Резко оживился продавец. – Точно! Ну, спасибо тебе, пацан! Если бы не ты, нам бы денег на продление охраны не хватило, и висели бы сейчас наши головы на пиках у разбойников! – Посмотрев на двух других людей справа и слева от него, он обратился к ним. – Мужики, вот он, наш спаситель! Ну уж, хочешь какую-нибудь безделушку задаром отдам? Только скажи сначала, ты как здесь оказался? С семьей что ли на фестиваль приехал в такую даль? – Весело спросил мужчина, показывая свои украшения на прилавке, хоть сделаны они не из драгоценных металлов и без бриллиантов, но всё равно выглядели красиво. - Если честно… То не знаю… Меня и ещё кое-кого перенесло вспышкой света в место в двух месяцах пути отсюда… - Спокойно ответил Рубин, не сводя глаз с лица мужчины. - Вспышка света, говоришь? Хм… Да, помню, было такое, видали мы с мужиками посреди ночи что-то такое, как раз месяца два назад, да думали почудилось… И сколько ещё людей, как ты? - Не знаю… А вы куда сейчас едете? – С надеждой спросил Рубин, опираясь руками на стол с товарами. - Так как раз возвращаемся по тому маршруту, по которому шли, когда с тобой повстречались… - Почесав затылок, мужчина выдохнул. – Ладно уж, была, не была, ты ведь наш спаситель всё-таки, так и мы тебя с мужиками выручим, возьмём тебя и твоего «ещё кое-кого» с нами, мы же не нелюди, чтобы детей так бросать! - Спасибо. – Мальчик слабо улыбнулся с искренней благодарностью. - Так и порешили тогда, мы через неделю отправляемся, живём в гостинице «Драконье логово», метров пятьсот отсюда. – Мужчина указал в один из переулков. – Вам-то двоим есть где жить? - Да, у нас есть немного денег… - Тихо ответил Рубин, облегчённо разжав кулаки. - Вот и славно! Стартуем рано утром, часов в семь, у западных ворот, постарайтесь не опаздывать! - Кстати… - Рубин на секунду замялся, опустив руку в карман и сжав серебро покрепче. – А у вас есть кольцо? - А вот это по-нашему! – Достав подставку с кучей колец, мужчина протянул её Рубину, держа на готове ещё две. – А для кого колечко берёшь, если не секрет? - Да, я обещал одной девочке… - Сфокусировано ответил Рубин, рассматривая предложенные варианты. - Девочка, да? – Вопросительно повторил за Рубином мужчина, а затем погладил свою бороду. – А она случайно никак странно себя не вела? Краснела, например, или обзывалась как-нибудь по-лёгкому? – Поинтересовался продавец. - Да… Как вы узнали? – мальчик к тому времени, уже крутил в руке зелёное кольцо с красной розочкой на вершине, прежде чем внезапно продавец взял кольцо из рук мальчика и, положив к остальным, вернул подставку на место. - Ух, брат… - Нервно смеясь, посмотрел мужчина на ничего не понимающего мальчика. – Тогда тебе не к нам… Нет тут для тебя нужного кольца… - Почему? – Невинно спросил Рубин, словно на секунду снова став детской версией себя, что ещё не так сильно была обременена тяжестью жизни. - А потому, что кольцо тебе нужно другое, особенное… - Вздохнув мужчина, показав мальчику собственное, на безымянном пальце. Перед лицом Рубина предстал золотой обод с небольшим кристаллом. – Вот примерно такое… И чем золото дороже, а камень больше и драгоценнее, тем лучше, мой юный и пока ещё свободный друг! – С ноткой ностальгии завершил мужчина свою тираду. - Спасибо, наверное… - Невнятно ответил мальчик, пытаясь анализировать весь тот поток несвязной на первый взгляд информации. – Тогда я, наверное, пойду… Спасибо и до встречи… - Восстановив своё самообладание, Рубин двинулся дальше по рынку, пока тот, с кем он говорил всего секунду назад, уже начал обсуждать с коллегами какого-то юного обольстителя женских сердец. К назначенному времени, Рубин дошёл до сцены и двух рядов скамеек напротив, затем быстро нашёл глазами белый капюшон с ушками прямо вблизи сцены, посередине, соседнее место было занято рюкзаком. - Вернулся? – Спокойно спросила Эрис, убирая свой рюкзак, она дала мальчику сесть, что тоже предварительно скинул свою сумку со спины. Затем, не дожидаясь ответа, девочка продолжила: – Ты уже всё пропустил… - Она перевела взгляд на кланяющуюся труппу, что только что показывала ту самую историю появления фестиваля. - Я встретил караванщиков, про которых рассказывал. – Спокойно ответил Рубин, а Эрис посмотрела на записную книжку в своих руках. – И они согласились отвезти нас обратно, так как им по пути… Так что спокойно доедем до Роа… Эрис замолчала, секунд пять она просто никак не двигалась, затем открыла и закрыла рот без единого звука. Намёк на слёзы появился на её алых глазах, но она быстро вытерла их, обняв мальчика прямо со своего места. - Правда... - неверяще произнесла она шепотом, что перешёл в звонкие всхлипы. - Ты… Ты... такой дурачок! – Радостно произнесла Эрис, обнимая Рубина, её кулачки сжимали одежду мальчика так сильно, что могли порвать в любой момент. Подержав его так некоторое время и успокоившись, Эрис отпустила мальчика, посмотрев на него с ехидной улыбкой и театральной гордостью. – А вот если бы я не дала тебе денег и не отпустила за покупками, то мы бы своими двоими туда ещё много лет топали! - Девочка ткнула себя пальцем в грудь, задрав голову. – Когда отправляемся?! – В предвкушении спросила Эрис. - Через неделю… Если что, они сказали, где остановились, сможем сходить уточнить. – Спокойно ответил Рубин, позволив себе облегчённо выдохнуть. Народ, уже большим числом, встал и ушёл, скамейки начали уносить, один из работников обратился к детям. - Эй, малышня, а ну бегом отсюда, сейчас фейерверки пускать будут! – Без злобы, а с весёлым задором произнёс мужчина. - Ой, простите! – Заряженная на максимум позитивом вскрикнула Эрис, потянув за собой Рубина, что только и успел, что кинуть быстрое «извините». – Эй, Руби, опять хочу на крышу! Там вид лучше! – С искренней радостью Эрис скакала, подпрыгивая на каждой из ног по очереди, а мальчику только и оставалось, что стараться не отставать. - А… Да, сейчас… - Рубин ответил с небольшой задержкой, подбросив их вверх магией, около края площади на несколько десятков метров вверх, прямо на крышу. Удобно расположившись на черепице, дети с интересом начали наблюдать, как постепенно все фонари затухли и площадь погрузилась во тьму. С минуту ничего не происходило, а затем вдали зажёгся одинокий огонёк. Он бежал к центру площади, затем, разделившись на несколько десятков, и в конце концов все они, достигнув своей цели, отправили высоко в небо салют, что взорвался буйством красок, превратив небо из чёрного холста с небольшими звёздами в самый красивый и разнообразный в мире букет цветов, что распускаются настолько же быстро, насколько велика была их красота. - Не хочу, чтобы это кончалось… - Тихо озвучила Эрис свои мысли вслух, а Рубин просто взял и без задней мысли, подняв свою руку, запустил в небо свои собственные фейерверки. Буйство красок, что должно было закончиться, продолжилось. Огненные шары всех цветов радуги горели и взрывались над головами людей, думающих, что это часть программы, и обескураженного персонала, не понимающего, что происходит. Эрис ахнула, прижав обе ладони ко рту. Больше всего её поразило то, что среди всех тех заклинаний, что мальчик выпустил из руки, ярче, больше и красивее всех мерцали и взрывались её любимые… Точно как те, как когда её спас Рудеус, и как когда она рассказала Рубину об этом, когда они сидели в лесу под дождём, и как он весь последующий день показывал ей этот самый огненный шарик, что в момент взрыва всего на пару мгновений ярко зелёный, а сразу после окрашивается в фиолетовый, распускаясь как цветок с опадающими лепестками и белой сердцевиной. А затем он убрал руку, а новые и новые огненные шары продолжали появляться и взрываться сами по себе. Он достал из кармана брелок, уменьшенную копию меча Гислен – «Столп Мира» … Катана с тёмной обратной стороной и узорами по красноватому краю, золотая крестовиной, что служит гардой, но она длиннее с обратной стороны и переходит в край, тёмной рукоятью слегка изогнутой и имеющей золотое навершие. Он помнил, помнил этот клинок, что видел лишь один раз в жизни, помнил то, как Эрис рассказывала ему про этот меч... - Вот… Я подумал, что тебе это понравится… - С невероятно хрупкой, но нежной и искренней улыбкой произнёс Рубин, протянув подарок девочке. - Дурак… - Она взяла сам брелок, аккуратно его изучая, пока цепочка оставалась в руках Рубина. Сейчас для неё этот маленький предмет был красивее непрекращающегося салюта. – Ты должен был купить что-то для себя… - Но её словам не хватало веса и убеждённости. – Что-то, что порадует тебя... а не меня... - Мне радостно сейчас… - Спокойно ответил Рубин, смотря на неё своими невероятно глубокими как море глазами и той прекрасной умиротворённой улыбкой, не сходящей с его губ. - Мне ведь даже некуда его наде… - Эрис вздрогнула и неосознанно пискнула, когда мальчик осторожно взял маленькую катану и закрепил цепочку брелока на нижнем золотом пирсинге кошачьего уха её капюшона цвета слоновой кости. Закрыв лицо тканью, Эрис отвернулась прочь, прижав руки груди и чувствуя, что ещё чуть-чуть, и её сердце выпрыгнет из груди... Словно всё вокруг – прекрасный, замечательный, удивительный сон, от которого она ни за что не хочет просыпаться. Она дышала, медленно и глубоко. Затем, осторожно дотронулась до нового украшения на левом ухе своего плаща и сразу же отдёрнула руку, словно её ошпарило. - Ты такой дурак… Самый дурацкий в мире… - Прошептала она, давно позабыв об огненных шарах, что продолжали свой танец в небе, вместо этого она продолжала сидеть и пытаться удержать свою грудь от того, чтобы та не взорвалась, она пыталась всеми силами игнорировать то, что её слова звучали как благодарность.