End of friendship | Конец дружбы

      Гермиона вышла из камина, применяя невербальное «Тергео». Убедившись, что ткань безупречна, она изящным движением поправила складки своего изысканного коктейльного платья и направилась к спальне, где, скорее всего, сейчас Малфой развлекался с очередной девушкой.       — Малфой, — она едва не споткнулась о разбросанные вещи, из комнаты доносился приглушенный смех, — подонок, а ну иди сюда, — она стремительно ворвалась в комнату, наложив на ошеломленную девушку в кружевном белье «Силенцио».       Драко, который сидел на кровати в боксерах, выглядел потрясенным. Он прищурился, когда увидел Гермиону.       Грейнджер, тяжело дыша, стояла перед Малфоем. Её глаза были полны слёз, а лицо исказилось от боли и разочарования. Она смотрела на него с такой яростью, что Драко почувствовал, как его сердце сжалось.       — Грейнджер, что ты здесь делаешь? — он попытался сохранить спокойствие, но голос все еще был хрипловатым.       — Да как ты мог! Я любила тебя, а ты! — Гермиона гневно швыряла в девушку вещи, подталкивая ту к двери.       Драко приподнял бровь, наблюдая за разворачивающейся картиной, и уголок его губ тронула усмешка.       Ведьма.       — Убирайся! — кричала Гермиона, её глаза горели яростью. — Чтобы я тебя здесь никогда не видела!       Девушка, испуганно прикрывая голову руками, быстро выскочила за дверь, боясь получить от разгневанной Грейнджер что-то похуже «Силенцио».       — Грейнджер, какого хуя? — спросил Драко, натягивая на себя серые спортивные штаны.       — Мое свидание прошло просто отвратительно! — девушка плюхнулась на диван в гостиной, призывая к себе стакан и бутылку огневиски.       — И поэтому ты решила сорвать моё свидание? — Драко отобрал у нее бутылку, делая большой глоток.       — Я не собиралась мешать твоему свиданию, — Гермиона вздохнула, откидываясь на мягкую спинку дивана, — просто подумала, что ты вряд ли захочешь продолжать, узнав, как прошло моё, — голос звучал устало. — Мы с ним пошли в ресторан, всё было довольно терпимо, к концу вечера я даже научилась заглушать его болтовню о работе в банке, — она припала губами к холодному напитку, чувствуя, как обжигающая жидкость растекается по горлу, принося временное облегчение, — но потом этот гад начал лапать меня прямо за столиком, предлагая уединиться в кабинке, представляешь?       — Так, стоп, — Драко ухмыльнулся, ставя бутылку на столик, — разве не ты хотела попробовать секс без обязательств?       Гермиона метнула на него взгляд, но зацепилась за мышцы на его теле. Из-за этого спектакля она совсем не обратила внимания, что он удосужился напялить только низ.       Её глаза пробежали по его фигуре, и что-то внутри неё дрогнуло. Его мышцы были подтянутыми и рельефными, на коже играли блики света, создавая иллюзию, что она мерцает. Широкие плечи, крепкий торс, а грудь была покрыта светлыми волосками. Старые шрамы от проклятий, которые он когда-то получил, были едва заметны, не более чем белыми тонкими полосами на его коже, но вместо того, чтобы вызывать отторжение, они придавали его образу особую, притягательную мужественность.       Годрик, мужчинам на официальном уровне должны были запретить носить серые спортивки. На лице Драко играла улыбка, а в глазах танцевали черти, её изучающий взгляд не скрылся от него.       Воздух между ними загустел, наполняясь едва уловимым, но ощутимым напряжением. Гермиона нервно затеребила край своей мантии, ощущая, как по телу разливается лёгкая дрожь. Его уверенность и харизма всегда привлекали внимание, но сейчас, в этот момент, она почувствовала, как её сердце забилось быстрее.       Дружба с Драко неожиданно оказалась лёгкой, даже легче, чем с Гарри. Они часто проводили время вместе, обсуждая книги, фильмы, которые советовала ему Гермиона. Она была искренне удивлена, как легко он воспринимал её рекомендации, хотя иногда его реакции были настолько неоднозначными, что она не могла сдержать смешка. Но Драко всегда был готов поддержать её, даже там, где она сталкивалась с непониманием или осуждением со стороны друзей. Гермиона ценила эту дружбу. Он был умным, талантливым и невероятно интересным собеседником.       Она была искренна, когда говорила ему, что жалеет, что у них не было возможности подружиться раньше.       — Грейнджер, расслабься, — он приподнял уголок губ, замечая блуждающий по его телу взгляд.       — Блять, — вырвалось у неё, и она сделала ещё один, обжигающий глоток. — Я ужасно хочу секса, но не хочу отношений, но мне противен секс без отношений. Я в тупике.       Драко заливисто рассмеялся.       — Малфой.       — М?       — Как ты относишься к сексу по дружбе? — она чувствовала, как шея начала алеть, нежный румянец, вызванный смесью вырвавшегося вопроса и обжигающего огневиски.       Она не могла отвести взгляд от его лица, от игры света на острых скулах.       — Без понятия, — он перевел на неё взгляд, прежде чем продолжить, — смотря, о сексе с каким другом ты говоришь. Если ты хочешь переспать с Поттером, я определенно против.       Гермиона не смогла сдержать смеха и ткнула локтем его в бок.       — Мерлин, ты такой придурок, — Драко перехватил её руку, дергая Гермиону на себя.       Сердце девушки, казалось, остановилось, прежде чем забиться с удвоенной силой. Она наклонилась ближе, стараясь не думать о том, насколько близко её губы оказываются к его.       — А что, если я действительно хочу секса со своим другом? — прошептала она, и сама удивилась своей смелости.       Драко приподнял бровь, его внимание стало сосредоточенным, и она заметила, как его взгляд медленно опустился на её губы.       — Как давно ты этого хочешь? — его голос был таким низким, что стайка мурашек пробежалась под её платьем.       — Может, с того самого момента, как впервые оказалась с ним наедине, — тихо произнесла она, почувствовав, как его взгляд проникает в самую глубину её души.       Каждый миг был полон нот напряжения и ожидания, как будто мир вокруг них притих, дожидаясь их решения. Стальные глаза не отрывались от её губ, и в воздухе витали невысказанные слова, которые требовали, чтобы их наконец произнесли. Её сердце готово было вырваться из груди.       Придвинувшись ближе, она наконец осмелилась задать вопрос, который мучил её последние месяцы.       — А ты хотел переспать с кем-то из своих друзей? — спросила она, полная одновременно надежды и всепоглощающего страха. — Ты хочешь этого?       Драко медленно положил ладонь ей на талию, его прикосновение было обжигающим, и она не могла сдержать дрожь. Малфой наклонился ближе, так близко, что их губы почти соприкасались, и Гермиона почувствовала тепло его дыхания, касающееся её кожи.       — А что, если я никогда не хотел дружить? — даже воздух вокруг них замер, впитывая каждое слово.       Гермиона задержала дыхание и почувствовала, как кровь приливает к щекам, когда он продолжил:       — Может, кто-то не замечал очевидного флирта, упрямо твердя о дружбе.       Гермиона забыла, как дышать. Его слова звучали как откровение, как нечто запретное, что она давно прятала в глубине сердца. Все эти месяцы дружбы, смеха и доверия теперь казались лишь прикрытием, за которым таился такой запретный плод, о котором было греховно даже мечтать.       — Возможно, я просто ждал, когда ты заметишь, — тихо произнес он, его голос потонул в учащённом стуке её собственного сердца.       Гермиона почувствовала скользящую волну смущения и решимости.       — Я была так глупа, — его дыхание все еще опаляло её губы в преступной близости. — И что же теперь? — спросила она, и искра надежды вспыхнула в ней.       Она ожидала ответ, который мог бы перевернуть их жизнь.       Драко слегка наклонился, его губы почти касались её, и Гермиона почувствовала, как мир вокруг теряет значение. Она могла слышать только его дыхание, ощущать тепло, исходящее от сильного тела.       — Ты должна знать, что для меня это будет не просто дружеский секс или перепихон на одну ночь, — вторая ладонь Драко легла ей на талию, — мне не нужно твое тело. Мне нужна вся ты.       Малфой приблизился к её губам, медленно, давая ей время осознать каждое мгновение.       Его губы коснулись её — тонкое, осторожное прикосновение, будто он спрашивал разрешения, боясь, что она передумает.       Этот поцелуй не был легкомысленным; он был пропитан обещаниями, таившимися в глубине его стальных глаз, и надеждами, которые она так долго хранила в своем сердце.       Гермиона медленно опустила руки на его плечи, ощущая жар его тела, пока вжималась в него. В груди поднялся ураган чувств, будто огромный океан эмоций разлился в ней.       Драко отстранился, но лишь на мгновение, оставаясь на расстоянии, позволяющем чувствовать жар его тела. Он так пронзительно смотрел в ее глаза, будто искал в них ответы на вопросы, которые давно его терзали. Гермиона увидела в глубине штормовых глаз отражение своих собственных, тщательно скрываемых страхов и сдерживаемых желаний. На это мгновение мир вокруг них исчез, остался только этот пронзительный взгляд, эта бездонная пропасть между ними, которую они оба теперь хотели перепрыгнуть.       Его ладонь мягко скользнула по её щеке, и она почувствовала, как её сердце замирает от завораживающего сочетания нежности, исходящей от его жеста, и дикой силы.       — Ещё, — прошептала она дрожащим голосом и потянула его за волосы к себе, — не нужно нежности, я слишком долго этого ждала.       Драко усмехнулся, поймав её взгляд. Он наклонился ближе, и его губы снова встретились с её, на этот раз более настойчиво, обрушивая на нее все желание.       Драко обвил её руками, притягивая к себе на колени с такой внезапностью, что у неё перехватило дыхание. Она смело подалась вперед, поёрзав на его паху, позволяя своим рукам скользить по широкой спине, исследуя рельеф мускулов, чувствуя, как они напрягаются под её прикосновениями.       Его руки, такие же беззастенчиво исследующие, как и её, блуждали по ней, поднимая подол её платья, обнажая нежную кожу бёдер, впиваясь в них пальцами.       А его язык… его язык исследовал её губы, шею, оставляя за собой горячую влажную дорожку.       Мерлин… Это было лучшее, что происходило в её жизни. Она была готова распасться на атомы.       Её губы искали его снова и снова, оставляя голодные поцелуи-укусы, которые она тут же зализывала.       — Ты не представляешь, как сильно я этого хотел, — шептал Драко, его голос был полон такой нежности, такой искренности, что она не могла не поверить ему.       В его словах, в его объятиях, она чувствовала, что он жаждал её так же страстно, так же отчаянно, как и она его.       — Драко, — его имя сорвалось с её губ тихим, страстным стоном, когда он припал к её шее, пока дыхание опаляло нежную кожу, вызывая дрожь, — пожалуйста.       — Что, милая? — его голос звучал сбивчиво, слова прерывались от горячих, исследующих поцелуев, от которых её тело охватывала волна желания, концентрирующаяся внизу живота.       — Хочу… — голос дрожал от поцелуев, она была на пределе возбуждения, — хочу тебя в себе.       — Уверена? — прошептал Малфой, его голос стал серьёзнее. — После этого никаких свиданий, я не делюсь.       — Мерлин, Драко, трахни меня уже.       Последние остатки колебаний исчезли, уступив место всепоглощающей страсти. Она припала губами к его груди, чувствуя под ладонью ровное биение его сердца, и смело спустилась рукой под резинку его спортивных штанов, нащупывая его горячий, напряженный член.       Она бросила на него затуманенный похотью взгляд, полный страсти и решимости, и его ненужная робость растаяла, отошла на второй план.       Драко притянул её к себе, стирая расстояние между ними, чтобы почувствовать жар её возбуждения. Он оставлял горячие поцелуи на её губах, затем — на изгибе скулы, и, наконец, продолжил исследовать нежную кожу вдоль шеи, где пульсировала венка, отзываясь на каждое его прикосновение.       Его ладонь сдвинула трусики, и палец наконец проник в горячее влагалище. Гермиона застонала, когда длинный палец коснулся внутренних стенок, накрывая её тело приятной истомой.       Каждое касание, каждое движение балансировало на грани нежности и необузданной страсти. Она чувствовала, как тело отзывается на каждое прикосновение, словно он знал все самые грязные фантазии.       — Ты прекрасно реагируешь, — произнес он, голос стал низким и хриплым. — Видишь, как ты меня возбуждаешь? — серые глаза потемнели, затянутые желанием.       С каждым движением его рук она понимала, что больше не может ждать. Её ладонь скользнула вниз, проводя вверх и вниз по напряжённому члену.       — Драко, — с уст сорвался тихий всхлип, когда он добавил второй палец, — не останавливайся. Я хочу больше, — извиваясь под его руками, она ощущала, как бушующее желание перерастает в неутолимую жажду.       Малфой приподнял её, чтобы стянуть штаны и боксеры. В его глазах разлилось чистое возбуждение, когда он закончил с одеждой, обнажая их тела. Толкнув её на диван, он навис над ней, припадая к шее. Драко, опьяненный её присутствием, наклонился, оставляя нежные поцелуи вдоль бёдер, вызывая трепет в каждом её движении.       Драко чувственно прижал губы к пульсирующему клитору, пробуждая в ней давно забытые чувства. Каждое прикосновение было как волна, накрывающая с головой, унося в мир наслаждения и безумия.       — Ты так прекрасна, — произнес он с благоговением.       Гермиона могла видеть, как его желание разливается в радужках штормовых глаз, делая их темнее и глубже.       — Я хочу тебя, — отчаянно прошептала она. — Пожалуйста, не заставляй меня ждать.       Его руки, сильные и уверенные, обхватили её бёдра, прижимая к себе, будто он хотел слиться с ней в одно целое. Она перехватила инициативу, обвивая ноги вокруг его талии, притягивая его ближе, заставляя чувствовать её жар. Он вновь припал к её губам, их поцелуи становились всё более глубокими и неистовыми, как буря, уносящая всё на своём пути. Наконец, после долгих секунд ожидания, он вошёл в неё до упора одним резким движением, заполняя её собой.       Громкий, всепоглощающий стон сорвался с их губ одновременно. Она ощущала, как волны чистого, концентрированного удовольствия прокатываются по её организму, заставляя напрягаться и расслабляться, погружаясь всё глубже в экстаз. Вспышки света затуманили разум, стирая грани между реальностью и фантазией.       Драко накрыл её ладонью, стимулируя и приближая к пику. Она слышала, как его дыхание сбивается и опаляет её кожу. Драко, чувствуя её горячие прикосновения к спине, начал двигаться все быстрее и сильнее, каждое его движение было как удар сердца, ритмичное и страстное.       Вскоре они оказались в ритме, который унёс их за пределы разумного. Драко сжимал её крепче, в попытке слиться окончательно. Гермиона дотрагивалась до всего, до чего могла дотянуться. Мышцы Драко перекатывались и напрягались с каждым толчком.       Мерлин, как он красив. Словно спустился из рая, чтобы она грешила всю оставшуюся жизнь. Он стал её страстью и грехом.       Каждый влажный удар их тел друг о друга отдавался в ней, вызывая волны незабываемых ощущений, заставляющих забыть о времени и пространстве. Гермиона чувствовала, как теряет контроль, как отдается ему полностью, её мысли путались в вихре наслаждения. С каждым движением Драко крепче сжимал её, лишая возможности вернуться к реальности.       Ритмичные толчки создавали симфонию страсти, сливая их воедино. Гермиона чувствовала, что теряет себя, и это было великолепно. Холодная реальность поджидала где-то вдалеке, но сейчас, в этот миг, они принадлежали друг другу.       Его имя срывалось с сухих губ, словно молитва, и она была готова пасть перед ним на колени, лишь бы это никогда не заканчивалось.       Каждое прикосновение, каждый поцелуй были подобны искрам, разлетавшимся в разные стороны, вызывая взрывы эмоций. С каждым новым толчком наслаждения она чувствовала, как сгорает дотла, но это было прекрасно.       Её волосы разметались по дивану, сияя, как золотые нити, которые ему хотелось бы собрать в кулак. Драко наклонился ближе, его горячее дыхание шептало обещания, которые они были готовы исполнить.       Ритм их движений становился всё более безумным, каждый толчок разрывал её на части и собирал заново. Драко, будто прочитав её мысли, наклонился к её уху, тихо шепча слова, которые заставляли её сердце биться быстрее. Каждый его шепот пронизывал её насквозь, превращая этот момент в нечто волшебное.       — Ты моя, — произнёс он, и в его голосе звучала такая мощь, что она не могла не подчиниться. Протянув руки, она прижала его к себе, пытаясь впитать его целиком.       Его глаза, полные тёмного желания, не отрывались от её лица, и он ловил каждый миг, каждую реакцию. Её стон становился его личной симфонией, и он жаждал услышать ещё.       — Я никогда не отпущу тебя, — это была тихая клятва, отпечатавшаяся у неё на веках. Гермиона, раздираемая эмоциями, впилась в его губы, словно искала подтверждение своим ощущениям.       — Драко… ммм…       Она чувствовала, как он поглощает её, с каждым мгновением приближая к оргазму, в который ей так хотелось окунуться. Она задыхалась от наслаждения.       Оргазм настиг их внезапно, и уже неизвестно, кто был первым: стоны слились в один. В ушах звенело, а вспышки все еще плясали перед глазами, когда он навалился на неё, сгребая руками, не позволяя отдалиться. Он прижал её к себе ещё сильнее, словно страх потерять её заполнял каждую частичку его существа.       Его губы оставляли горячие следы на её шее, и каждое касание будто зажигало новые звезды в её сознании. Она чувствовала, как его ладони исследуют её тело, оставляя за собой тропы искр, которые горели в её коже.       — Никогда, — шептала она, чувствуя, как его опаляющее дыхание накрывает её. — Никогда не отпускай… Ты мой.       — Твой… — едва слышно произнес он, пробуя это слово на вкус.