Fictober 2024

Пред рождественская суета охватила город. Люди до поздней ночи сновали по магазинам в поисках украшений, подарков или просто наслаждались волшебной атмосферой под звон колокольчиков и громкие поздравления уличных Санта Клаусов, желающих счастливого Рождества и Нового Года. До праздника оставались считанные дни. Тэян неторопливо шел по улице, пряча лицо под маской. В в это время года он предпочитал передвигаться самостоятельно, создавая иллюзию обычной жизни. С момента дебюта оказалось сложно спокойно и без приключений выходить в город без сопровождения менеджеров и охраны. Лишь в это пред праздничное время люди были слишком увлечены своими поисками, а потому любой прохожий становился для них невидимкой. Большие хлопья снега, медленно кружась, опускались на землю и, немного погодя, таяли. Снег — редкое явление в Сеуле, а потому он казался особенно сказочным, придавая пейзажу особую магию. Не сложно было представить себя героем какой-нибудь дорамы, особенно, когда в наушниках играла подходящая музыка. Парень поправил спортивную сумку на плече и направился в сторону автобусной остановки. Песня резко оборвалась, возвращая Ю к реальности. Рингтон на звонке противной полифонией раздавался и в наушнике, и из динамика телефона. - Слушаю, - Тэян ответил на звонок, не смотря на дисплей. - Могу я сейчас к тебе приехать? - Голос звонившего прозвучал тихо, как будто слова давались ему тяжело. Не нужно было спрашивать, кто звонит. Все те немногочисленные встречи начинались одинаково — Тэмин набрал первым, назначал место и время, никогда не спрашивая уместности. Однако сейчас что-то было не так. Тэян продиктовал адрес своей квартиры и поймал такси, надеясь, что при встрече вопросы не останутся без ответа. Хотя им и не обязательно было разговаривать, чтобы почувствовать друг друга. По крайней мере, Ю было достаточно заглянуть в глаза Ли. - Ненавижу Рождество, - с порога заявил Тэмин, всучивая бутылку вина хозяину дома, и щелкнув выключателем, прошел в гостиную. - Надеюсь, ты не против отсутствия освещения. Последняя фраза больше напоминала утверждение, нежели вопрос. Тэм все еще не сбросил маску, за которой прятался при посторонних, к которой тянулись иные, как мотыльки летя на огонь. Тэян дал ему время переключиться, пока сам на кухне разливал вино по бокалам и соображал легкую закуску из голубого и белого сыра. Тем временем в соседней комнате стояла гробовая тишина. Казалось, в квартире больше никого нет. С ловкостью заправского официанта Ю уместил в руках все, чтобы не ходить несколько раз, и осторожно вошел в сумрачную гостиную. Через панорамные окна внутрь попадал свет города, освещая фигуру Тэмина, замершего, словно статуя у окна. - Спасибо, - тихо отозвался мужчина, принимая бокал из чужих рук, но так и не отвел взгляд от пейзажа. - Сегодня удивительно снежно. Легкая отстраненность его голоса, нередка считывающаяся другими, как надменность, ласкала слух Тэяна, зажигая зеленый свет. Ли наконец-то расслабился. Ю мягко обнял его со спины, прижимая к своей груди и не задавал лишних вопросов. Появление Тэма сегодня было не очередным желанием развеяться, а чем-то большим, чего пока не мог озвучить гость, а хозяин дома не торопил. - Ты когда-нибудь задумывался, на что похож наш путь? - спустя время Ли первым нарушил молчание, делая глоток вина. - Профессиональный, я имею ввиду. - Хм… - вопрос застал Тэяна врасплох. - Не представлялось возможности пофилософствовать на эту тему. А ты? - Это — туннель. Длинный, холодный и темный туннель. И чем дальше ты в него заходишь, тем темнее он становится, - тихо-тихо ответил Тэмин. - Чтобы выжить в нем, ты должен сиять, освещая тем самым себе дорогу, чтобы не оступиться и не пропасть. И казалось бы, вот ты идешь, и с каждым шагом твое сияние усиливается, а значит все делаешь правильно. Но это тоже ловушка. Впервые Тэян почувствовал, как Тэмин дрожит в его объятьях, плотно прижимается и не из-за похоти, что властвует над ними в обществе друг друга. Мужчина снова сделал глоток вина и облизал губы, тяжело вздохнув. - И вот, ты уже сияешь на пределе своих возможностей, не замечая, как начинаешь сгорать. Сгорать изнутри, заполняясь болезненной пустотой, подпитывающей беспощадное пламя, - в словах Ли звучала боль и горечь. - Казалось бы, обрати внимание, что-то идет не так, а ты лишь спрашиваешь: «Я делаю правильно?»… Слова Тэмина резко оборвались, словно у него сдавило спазмом горло. Он повернулся к Тэяну и уткнулся в его грудь. Бокал вина упал на ковер, разливая алую жидкость, которая тут же впиталась, оставляя лишь влажный след. Ю крепко обнял мужчину, мягко поглаживая по голове. Это все, что он мог сейчас сделать для израненного сердца Ли Тэмина, шрамы которого по сей день кровоточили. - Нет, ты сделал неправильно, сукин ты сын. Но я не виню тебя. Я виню себя… - сдавленно прошептал Ли прямо в плечо Тэяну, рубашка которого степенно намокала от слез. Ю молчаливо слушал его, просто обнимая, просто слушая, дав возможность, возможно, впервые сказать то, что мужчина долгие годы не мог сказать. Стрелки часов замерли, а мелодичный перезвон курантов сообщил о наступлении полуночи и о начале нового дня. Двадцать первое декабря.