Fictober 2024

Быть хирургом — значит с помощью скальпеля спасать людей. Пара надрезов, несколько швов, а после восстановление. Хонджун отдал большую часть своей жизни, чтобы выучиться на хирурга. В этом направлении он видел возможность спасти как можно больше людей, вырывая их из холодных лап смерти. В этой неравной битве он ни раз выигрывал, хоть и не без потерь, но никогда не разочаровался и не упускал руки. До одного рокового дня. Он пришел домой с ночного дежурства и замер прямо на пороге. В квартире, куда они не так давно переехали с Сонхва, было все перевернуто, а на полу были, наспех растертые, следы крови. Не помня себя, альфа залетел в гостиную. Посреди комнаты в кровавой жиже лежал в неестественной позе его Хва. Разорванная одежда и следы от клыков на руках и бедрах свидетельствовали только об одном — изнасилование. Он вызвал скорую и все это время прижимал к себе возлюбленного, не помня, как оказывал первую помощь. Мужчина качал его на руках, что-то шепча. Все было, как в тумане, как и несколько последующих часов, которые Хон провел в больнице, но уже в качестве опекуна пострадавшего, ожидавшего, когда погаснет табличка: «Идет операция». Операция длилась больше двенадцати часов. Хонджун метался от стены к стене, как тигр в клетке. Его несколько раз останавливала охрана от входа в операционную. В его голове не укладывалось, почему он не там, почему не может самостоятельно спасти свою семью. От бессилия он разбил кулаки, раз за разом обрушивая удары на стену. Безмолвный рык застревал в горле всякий раз, когда в операционную прибывали другие доктора. Он, как никто другой знал, если вызывают еще кого-то, значит основной хирург не справляется. Наконец табличка погасла. Автоматические двери разъехались, и в коридор вышел седовласый мужчина, опуская маску с лица, не выражающего никаких эмоций. Ким тут же подскочил к нему и схватил за грудки, заглядывая в глаза, требуя ответа. - Жизнь господина Пака вне опасности. Он стабилен, - начал врач, но ненадолго замолчал, будто бы набираясь сил. - Нам пришлось прервать беременность и удалить всю репродуктивную систему, в связи с многочисленными травмами. Мне жаль... - К сожалению, господин Ким, мы не можем спрогнозировать, как долго ваш супруг будет прятаться в этих иллюзиях, поэтому я рекомендую не спешит с выпиской, - проговорил главный врач психиатрической больницы, складывая руки в замок на столе перед собой. - Чтобы принять столь жестокую реальность после подобного происшествия, потребуется некоторое время. Наберитесь терпения. Уверен, господин Пак обязательно справится с этим. Его когнитивные функции не были повреждены, поэтому мы сделаем все от нас зависящее, чтобы ускорить его возвращение. - Спасибо, я понял, - Хонджун скрипнул зубами, но очередной скандал не стал устраивать. Он вышел из кабинета и поспешил во двор, где как раз гуляли пациенты. Сонхва, облаченный в голубую больничную пижаму, держался поодаль от всех, с любопытством разглядывая цветы. Завидев Хона, он улыбнулся и поманил его к себе. - Хонджун! Ты снова пришел, - он крепко обнял мужчину и шумно вдохнул его запах. - Я волновался, что мое признание в любви тебя напугает. Ведь ты взрослый, а я еще маленький. - Что ты, Хва, - болезненно зажмурился Хонджун, чтобы не показать всю свою боль супругу, мягко поглаживая его по голове. - Придет время и я женюсь на тебе. Договорились? Парень поднял широко распахнутые глаза. Взгляд его был такой чистый и невинный, словно он по настоящему был ребенком. От чего сердце Хонджуна болезненно сжалось, но ни одна мышца не дрогнула на его лице. Он подыгрывал, как рекомендовал психиатр. Это единственное, что он мог сделать. Ведь недуг его супруга был вне зоны досягаемости его спасительного скальпеля. Подлатать тело он смог бы в два счета, а вот зашить разорванную в клочья душу — было выше его возможностей. - Как думаешь, когда я выросту, какой запах у меня будет? - Сонхва продолжал обнимать его, бубня в грудь, где всегда прятал свое лицо. - А какой ты хочешь, чтобы он был? - Как тот напиток, которым ты угощал меня в день нашего знакомства! - надул губы Хва, задумчиво водя пальцем по узору на толстовке Кима. - Ты тогда сказал, что он приятно пахнет. - Пряный чай латте? - Угу - Значит, так и будет, - мужчина взял лицо Хва в ладони и чмокнул в лоб. - Обязательно. Ведь ты мой Истинный. Помнишь? - Помню, - щеки парня покрыл румянец. Следствие стояло на месте. Не было ни подозреваемых, ни арестованных. Хонджун обивал пороги полицейского участка в попытках надавить на стражей порядка, но всегда слышал одно и тоже: «Мы в процессе. Как только появятся новости, мы с вами свяжемся». В один из таких вечеров, Ким возвращался через улицу баров. Он искал ни то место, чтобы напиться, ни драки, чтобы выплеснуть всю злобу и желчь, что отравляла его с каждым днем. Гонимый своими мыслями он не заметил, как наткнулся на компанию альф, ударив одного из них плечом. - Эй, выродок, у тебя что, проблемы? - Рыкнул один из них, уже готовый навалять нахалу. Ким мысленно возрадовался, что наконец-то сможет выпустить пар, как вдруг почувствовал знакомый запах. Тонкий едва уловимый шлейф чужого феромона в этот злополучный день почти выветрился из их квартиры, но тонкое обоняние Кима его почуяло. - Слышь, чего уставился? - продолжил напирать альфа, раскрывая свой феромон ярче, дабы напугать соперника. Сомнений не оставалось. Этот отморозок был в их квартире. Каких же титанических усилий стоило Хонджуну, чтобы не разорвать этого ублюдка на месте. Но месть — блюдо, которое подается холодным. Хирург изобразил испуг и поклонился. - Извините, господин! Я с суточной смены, немного задремал на ходу. Простите, - потер ладонь об ладонь Ким, разглядывая каждого из компашки. - Ладно, живи, червяк, - снисходительно отмахнулся альфа. - Проваливай. Хонджун ушел, но для того, чтобы вернуться. С помощью своих связей, он вычислил каждого из этой шайки и получил подтверждения своих догадок. - Ты уверен, что стоит идти одному? - Спросил Сан, глава подпольной группировки, жизнь которого Хон однажды спас. - Возьми кого-нибудь из моих парней. - Нет, друг, я сам, - плотоядно облизнулся Ким. - Мне нужна будет помощь лишь в зачистке. - Говно-вопрос. Держи в курсе. Хонджун пришел за каждым из них, поочередно. Шестерок он вырезал без долгих прелюдий. В конце концов, они лишь исполняли приказы, а потому их смерть была легкой, если таковой можно назвать степенное обескровливание. А за главным героем Ким пришел в последнюю очередь. Тот был напуган, ведь знал, что остался последним. Ему не удалось сбежать из города. - Я так рад тебя видеть, - совершенно безумной улыбкой улыбнулся Хонджун, возникнув почти из ниоткуда в комнате альфы. - Все никак не могу определиться: засунуть ли ножку от стула тебе в жопу, чтобы вытащить через горло или отрезать яйца и заставить сожрать, а может вскрыть живот и заставить тебя размотать свои же кишки. Черт, сколько вариантов! - Что ты хочешь? - альфа забился в угол, отчаянно скользя глазами по комнате в поисках средств защиты. - Хочешь я дам денег? Омеги? Тачки? Что ты хочешь?! - Чтобы ты сдох в муках, блядина. Быть хирургом — значит с помощью скальпеля спасать людей. Пара надрезов, несколько швов, а после, снова, пара надрезов. Хонджун убивал его, и вновь возвращал к жизни, раз за разом. Улыбка не сходила с его лица, когда брызги крови из очередной порванной артерии попадали на лицо, а из горла жертвы вырывался животный крик ужаса и боли. - Погоди, я не понимаю из-за хлюпанья в твой глотке, что ты хочешь? - Участливо переспросил хирург. - Уб... ей… - Убить? О нет, голубчик, ты умрешь сам. Через день, может быть два, - задумчиво Хонджун постучал окровавленным пальцем по своим губам. - Тебя никто не найдет. Я позаботился об этом. - От тебя пахнет кровью, - Сонхва очаровательно сморщил нос. - Фу! - Я же хирург, помнишь? - Ким с улыбкой легко щелкнул по носу супруга и уткнулся в его макушку, шумно вдыхая запах волос. - А ты пахнешь пряным чаем латте. - Правда? - воодушевился Хва и заерзал. - Значит скоро ты женишься на мне? - И обязательно заберу тебя домой, чтобы всегда быть с тобой рядом. - Обещаешь? - Клянусь.