Вновь

Тишина особняка давила, как плотный, тяжёлый воздух. Здание, давно оставленное владельцами, казалось, дышало вместе с ночным ветром, который проникал сквозь трещины в стенах и разбитые окна. Стены были увешаны выцветшими картинами с тусклыми лицами, и каждый шаг мужчин, нарушавший этот застывший покой, казался кощунственным. Половицы поскрипывали под тяжестью их ботинок, и в этих звуках было что-то жуткое — как будто здание оживало, когда по нему кто-то ходил. — Место точно проклятое, Макс, — прошептал Джейк, пытаясь скрыть свою тревогу за насмешкой. Его рыжие волосы, всегда взъерошенные, казалось, сияли в тусклом лунном свете, что пробивался через треснувшие окна. Он оглядывался по сторонам, явно не в восторге от происходящего. — Мы здесь слишком долго. Может, просто возьмём то, что нужно, и уберёмся к чертям? Макс, всегда хладнокровный и собранный, только бросил на него короткий взгляд. Его длинные пальцы сжались на рукоятке ножа, который он носил на поясе. Чёрные волосы падали на лицо, почти скрывая его глаза — серые, как сталь, и такие же бесчувственные. Макс был человеком действия, а не слов. Любые разговоры о страхах или предчувствиях для него были пустой тратой времени. — Мы почти у цели, — буркнул он, не оборачиваясь. Его голос был низким и уверенным, будто убаюкивающим. — Уже поздно отступать. Ожерелье — наше, и мы уйдём отсюда богачами. Особняк был огромным, и каждый его угол казался тёмным и заброшенным. Картины на стенах изображали людей, давно ушедших из этого мира, их пустые взгляды словно следили за каждым шагом Макса и Джейка. Запах плесени и гнилого дерева усиливался с каждым шагом вглубь здания. — Чёрт, это место выглядит так, будто его забросили лет сто назад, — заметил Джейк, пытаясь разрядить обстановку. — Ты только посмотри на эти лица на картинах! Они словно ждут нашего ухода, а то может и нашей смерти! Вот эта картина с женщиной, у неё взгляд будто она мне душу съест. Макс не ответил. Его мысли были сосредоточены на предстоящем деле. Он проверял каждый шаг, каждый поворот коридора, словно предчувствовал ловушки, которые могли их подстерегать. Он не верил в простоту. Если дом был настолько старым и запущенным, что здесь делало такое ценное ожерелье? Но все сведения, которые они получили, указывали на то, что ожерелье находится здесь. И оно должно стать их. В конце длинного, мрачного коридора показалась массивная дверь, украшенная замысловатыми узорами. Она выделялась на фоне старых, выцветших стен своей неподобающей величественностью. Это место должно было быть важным. Может, когда-то здесь жили аристократы или люди, привыкшие к роскоши. Но теперь всё было покрыто пылью и паутиной. — Вот оно, — пробормотал Макс, останавливаясь перед дверью. — Здесь. Джейк подошел ближе, его сердце забилось быстрее. Они оказались на пороге комнаты, где, по их сведениям, лежало колье. Самое трудное позади, но ощущение тревоги не покидало его. Он сглотнул и посмотрел на Макса. — Ладно, откроем и свалим отсюда, — сказал он, пытаясь вернуть себе уверенность, но в его голосе проскользнули нотки беспокойства. Макс кивнул и медленно, аккуратно потянул за массивную ручку двери. Та отворилась с глухим, протяжным скрипом, словно не желая впускать их внутрь. Макс резко выдохнул, его напряжённые мышцы готовы были к любому исходу. Он нащупал рукоятку своего ножа, но не спешил двигаться дальше. Внутреннее чутьё, которое всегда спасало его от ошибок, подсказывало, что за этой дверью их ждёт нечто куда более опасное, чем ловушки. — Чувствуешь это? — тихо спросил он, не отрывая взгляда от двери. Джейк стиснул челюсть. Что-то висело в воздухе, неуловимое, как предчувствие беды. Мрачное, гнетущее чувство нависло над ними. Но Джейк только отмахнулся. — Чувствую, что если мы здесь задержимся, то точно сдохнем. Макс кивнул, соглашаясь, и положил руку на дверь. Но едва его пальцы коснулись холодного дерева, как звук сзади заставил их обоих замереть. Тихий, почти незаметный, словно кто-то или что-то наблюдало за ними из темноты комнаты. Джейк резко обернулся, его сердце застучало в два раза быстрее. Но комната была пуста, хотя в темноте и паутине было трудно различить детали. — Это уже не смешно, Макс, — прошептал он, прищурившись. — Мы не одни здесь. Кто-то точно наблюдает. Макс медленно отступил от двери, держа нож наготове. Тишина, которая раньше казалась гнетущей, теперь стала невыносимой. Но это продолжалось всего мгновение. Вдруг дверь, которую они собирались открыть, начала медленно распахиваться сама, со скрипом, и тусклый свет пролился внутрь комнаты. Они замерли. Перед ними открылся просторный, но странно пустой зал. Пол был выстлан красным ковром, а на противоположной стороне комнаты стояло массивное кресло. В кресле, не шевелясь, сидела девушка. Белые, почти серебристые волосы мягко спадали на её плечи, а глаза, ярко-голубые, хищно наблюдали за ними. Она была одета в белый костюм, под которым виднелся чёрный топ, а ноги были обуты в коричневые туфли на низком каблуке. Её поза казалась небрежной, почти расслабленной, но в правой руке был сжат пистолет. Меч, длинный и блестящий, стоял у её ноги, упираясь в кресло. — Не то, что вы ожидали? — мягким, почти насмешливым голосом произнесла она, не двигаясь с места. Макс мгновенно напрягся, готовясь к действию. Джейк же только окаменел на мгновение, его взгляд был прикован к девушке. — Кто ты...? — выдохнул он, сделав шаг вперёд. Она усмехнулась, её улыбка была холодной, почти равнодушной. — Ах, да всего лишь мимо проходила - с насмешкой сказала она. Её другая рука потянулась к карману и засияло колье, переплетенное в пальцах той. До чего красивое оно было? Колье с изумрудами выполнено из белого золота и украшено тремя крупными изумрудами глубокого зелёного цвета, окружёнными мелкими бриллиантами. Элегантная цепочка обвита изящными филигранными завитками, придающими изделию утончённый и роскошный вид, идеально подходящее для особых случаев. — Не это же ищите? - спросила она, глуша их взглядом. — Какое красивое, но сколько крови нужно проливать, чтобы получить это. Джейк собирался просто разнести её. Он тока собрался двинуться к ней, но Макс поставил руку перед ним, показывая, что лучше не стоит. — Отдай нам колье. Оно наше. - прозвучал серьёзный тон грабителя. — Ха-ха, тут просто такое дело, что я не могу просто так отдать эту драгоценность. У меня заказ на вас обоих. Они переглянулись друг на друга, без знания что им делать. У Джейка ноги тряслись от страха, но сердце Макса стучало сильнее и сильнее, что стук можно было услышать в полной тишине. — У нас есть информация, честно! Мы тебе информацию, а ты нам пощаду, пожалуйста! - заговорил встревоженно рыжий. К моменту, когда тишина вновь окутала комнату, Джейк и Макс ощутили, как вокруг нарастает напряжение. Они знали, что сейчас нужно действовать, пока у них еще есть шанс. Арариэль, слегка наклонив голову, посмотрела на них с презрением. Вы действительно считаете, что ваши жалкие попытки обмануть меня сработают? — произнесла она, её голос звучал холодно и спокойно. Вдруг, как будто в ответ на её слова, из-за двери раздался шум шаги. Арариэль быстро обернулась, её взгляд стал напряженным. В этот миг у Джейка и Макса появилась единственная мысль: они должны использовать это время. — Мы можем рассказать тебе, что знаем, правда! - крикнул Макс, его голос дрожал от паники. — Мы... мы слышали о планах, о том, кто здесь на самом деле! Но вместо того, чтобы рассмотреть их предложение, Арариэль с удовольствием улыбнулась, её руки быстро уверенно перешли к пистолету. — Дьяволу расскажешь, - произнесла она с тихим смехом, как будто это была игра, и, сделав шаг вперёд, выстрелила. Пуля пробила воздух и, встретив цель, мгновенно оборвала жизнь одного из них. Макс почувствовал, как его сердце замерло, когда он увидел тело Джейка, которое безжизненно упало на пол. Глаза его друга были широко открыты, полные ужасом, прежде чем затухли. — Нет! - закричал он, но тут же осознал, что его крики не имеют значения. Арариэль обернулась к нему, её холодная улыбка стала еще шире. — Тебе не нужно переживать, - произнесла она, когда он задом отступал к стене. — Ты всё равно не станешь свидетелем того, что произойдёт дальше. Собравшись с силами, Макс попытался броситься к выходу, но Арариэль была быстрее. Она метнула пистолет к нему, а затем, используя всю свою ловкость, приблизилась. — Ты не сможешь сбежать от меня, - произнесла она с ухмылкой, прежде чем нажать на спусковой крючок ещё раз. В воздухе вновь раздался глухой выстрел, и он почувствовал, как мир вокруг стал размываться, пока его тело не рухнуло на пол, навсегда оставив его в этой ужасной игре. Арариэль, убив обоих мужчин, стояла посреди комнаты, как хищник, закончивший свою охоту. Она оглядела своё произведение искусства, не проявляя ни капли сожаления. —Покойтесь с миром, земля вам пухом, - произнесла она, поднимая трубку телефона. — И теперь когда вы мертвы, я позвоню одному дядьке, чтобы просить бабки. Вы только никуда не уходите! - она резко замолчала, и с её губ сорвалось тихое удовлетворение, где она произнесла — Вы же мертвецы, куда вы пойдёте? От телефона звучали гудки, но они оборвались резким и старым мужским голосом, который сказал только: "Всё готово?", на что Арариэль ответила положительно, говоря, что деньги ждёт с нетерпением. И глянув на клинок, в душе заиграла наивная радость, что он не испачкался грязью людей. На следующее утро, когда первые лучи солнца пробивались сквозь облака, Арариэль шагала по городу, облачённая в непринуждённый наряд — светлый свитер и джинсы. Она быстро направилась в ближайший продуктовый магазин, её мысли все ещё крутились вокруг завершённой охоты и последствий, которые она оставила за собой. Город просыпался, и с каждым шагом Арариэль чувствовала, как жизнь вокруг наполняется энергией: прохожие спешили по делам, дети играли на площадках, а запах свежевыпеченного хлеба манил из булочных. Она шагала по тротуару, словно призрак, невидимый для окружающих, лишь наблюдая за миром, который продолжал существовать, несмотря на её тёмные поступки. Войдя в магазин, Арариэль быстро собрала необходимые продукты: фрукты, хлеб, молоко. Каждое движение было автоматическим, но её ум оставался настороженным. Не покидая ощущения, что кто-то может заметить в ней нечто большее, чем просто покупательницу. Собравшись с покупками, она направилась к выходу. Внезапно её внимание привлекла фигура у края тротуара, обёрнутая в длинный тёмный плащ с капюшоном. Лишь проблески света освещали его глаза, излучавшие уверенность и силу, как два светящихся уголька в темноте. Арариэль, почувствовав знакомое напряжение в воздухе, остановилась. Как всегда, не приятное, но не боялась егр. Она не могла позволить себе проявлять слабость, и её тело напряглось, готовое к любой реакции. — Ищешь что-то? — произнесла она, её голос был наполнен насмешкой и вызовом, но внутри ощущение напряжения росло. Фигура сделала шаг вперёд, тень капюшона отодвинулась, открывая лицо. Это был мужчина с резкими чертами, его глаза светились зелёным светом, отражая утренний свет. Он смотрел на неё с заинтересованностью и уважением, как будто знал о ней гораздо больше, чем она хотела бы. — Я пришёл поговорить с тобой, Арариэль, — произнес он с низким, бархатным голосом, обволакивающим её как тёплое одеяло. Его слова повисли в воздухе, словно предвестие чего-то значительного. Арариэль ощутила, как в её душе зашевелилось предчувствие. Этот человек не просто обычный прохожий — он был тем, кто мог изменить её жизнь. — На перекрестке? — повторила она, бросая вызов. — Ты, Дарк, забываешься иногда, что места нужно подбирать правильное и более подходящие к атмосфере разговора. И желательно, где-то в ресторане, за бокалом красного вина. Вот в таком месте, я бы все тебе поведала от детства до моих нынешних дней. Мужчина усмехнулся, его голос звучал как шёпот, проходящий сквозь ночь, как будто он был частью тени. — Подрабатываешь киллером? Безвкусица. Да и убийства твои, не выглядят как картина написанная кровью. Арариэль ощутила, как её сердце замерло от неожиданности. Она могла бы думать, что всё произошло тихо и незаметно, но теперь этот человек говорил о ней как о художнике, оставившем своё послание на холсте мира. — Что ты, опять, хочешь? — спросила она, решительно смотря в его глаза, её голос был твёрдым. Фигура сделала шаг ближе, её тень накрыла Арариэль. — Предупредить, что на тебя открыли охоту, опять. Хотя, ты наверное это предвидела, да? И я буду в ней участвовать, но присоединюсь позже. Ведь моё искусство - болезненное появление, - его слова звучали как сладкая мелодия, поднимая в ней что-то глубокое и пронзительное. — Может, если бы вернулась, то ничего бы этого не было? Что думаешь? Арариэль знала, что такая возможность не приходит без ценности. Но она ненавидела все, что происходило у них и с ними. Он говорил не просто про "нас", он говорил о группе существ, которых Земля не полюбила бы сразу. Деспоты. Она прищурилась, оценивая его намерения, задаваясь вопросом, что он имеет в виду вообще? — Поговорим в другом месте?