Последняя битва

Перед концом

Сначала дыхание спёрло, пыль, заполнившая всё пространство, крайне неприятно оседала на слизистой носа. Несколько каменных осколков от нового взрыва, попал на лицо, вызывая новую струйку крови. Сколько их уже было, на израненном юношеском теле, сколько ран, синяков и ссадин, много, стоит полагать, но их число не сравнится с количеством ран на сердце. Столкновение интересов никогда не было чем-то необыкновенным в этой школе, а уж тем более в этой волне. Особенно она не было ново для Лонгботома. Начиная с первого курса этот мальчик пытался усидеть на двух стульях, но сейчас, когда на кону стояли жизни людей, играть роли стало мучительно сложно. Выбор ждал. Несмотря на то, что тело парня находилось в отключке, его сознание сейчас издевалось само над собой, проматывая в памяти моменты, как на плёнке, кадры загорались, исчезали и появлялись следующие. Палата родителей, распределение, турнир трёх волшебников, бой в отделе тайн и первый вечер с ней…

Воспоминание 1

К шестому курсу Невилл твёрдо решил связать свою жизнь с травологией. Может Барти Крауч младший и был чокнутым ПСом, с чьей подачи погиб Седриг и вернулся тот-кого-нельзя-называть, но с профориентацией он Лонгботому помог не плохо. Поэтому, уже второй день, всё своё свободное время парень проводил в теплице, за выполнением дополнительной практической работы от Спраут, выходящей за рамки школьной программы. Сама по себе Цикута весьма неприхотлива и прекрасно выживает в дикой природе, но если обычный её яд малополезен, то если добывать соки травы в час полнолуния, предварительно соблюдая сложные манипуляции по уходу весь лунный цикл, то можно будет получить крайне удивительную эссенцию. Внимательно окучивая землю, Невилл боковым зрением заметил движение. Обычно в 7 вечера никто даже мимо теплиц не проходил, не то что блуждать между грядок, да и учебный год начался всего пару недель назад, никто бы не успел нахватать долгов. Неизвестно, было ли это любопытство или ответственность за безопасность растений, но гриффиндорец медленно зашагал по направлению к нарушителю своего одиночества, оставаясь в нелепых жёлтых перчатках до локтя и с крохотной тяпкой в руке. Теплица была выстроена в форме «Г» и уже за поворотом, в который Невилл никогда и не заглядывал за ненадобностью, его взору открылась небольшая клумба на возвышении, выходя за границы из нее взрывались огромными бутонами прекрасные кустики карликовых пионов, нежнейшего кремово-розового цвета. С другой стороны, от него над одним из кустов стояла на удивление Панси Паркинсон, она что-то нашёптывала себе под нос, влюблённо улыбнулась и сделала пару пшиков какого-то средства из пульверизатора. Лонгботом был уверен, кто-то ради шутки притворяется Паркинсон, находясь под оборотным. На 99,9 %, скажи ему кто-то другой об этой сцене, отправил бы того в Мунго, в соседнюю от родителей палату. - Хули ты пялишься, Лонгботом? А, нет, это точно Паркинсон. Никаких сомнений.

Воспоминание 2

После встречи в теплице прошёл месяц, Невилл закончил работу с Цикутой, он больше не встречал в теплице слизеринку, но периодически подходил к пионам. Удобрения обновлялись, а с нескольких кустов пропали бутоны. Находясь рядом с цветами, лицо парня побеждало их в количестве красного оттенка из-за воспоминаний о встрече. После такого простого и лаконичного вопроса от Панси, он глупо выронил из рук тяпку себе на ногу, благо от резинового сапога она просто отскочила, выпучил глаза и молча смылся. Поступок истинного гриффиндорца. Боясь найти новые причины для терзаний, Невилл решил вернуться в гостиную и насладится наконец жизнью подростка, хоть один вечер. По пути, он конечно же, задумавшись, пропустил смену лестницы, по своему обыкновению. Не желая ждать другую лестницу, парень решил пройтись до библиотеки, что была на этом этаже, ему как раз пригодится один экземпляр справочника на следующее дополнительное занятие со Спраут, но планы нарушил тихий всхлип, раздавшийся из темной ниши коридора. - Люмос. – парень еле слышно шептал, но огонёк слишком ярко вспыхнул в темноте осеннего вечера. - Какого чёрта? – на полу, прижав колени к груди сидела Панси. Её лицо блестело, слёзы отражали его Люмос, под глазами плыли чёрные разводы туши, а несколько коротких чёрных прядей прилипли к щекам. - У тебя … что-то случилось? – он заикался, но хотя бы не сбежал. Относительный рост, хоть и в общении со слизеринцами. Непонятно от чего её плечи затряслись сильнее, слёзы покатились с новой силой, они падали вниз и оставляли пятна туши на идеальной рубашке, что сейчас смялась до неприличия. Невиллом вдруг завладела паника, глаза заметались и руки затряслись, он судорожно снял с себя форменный жакет и накрыл голые колени девушки. «Вада, вода. Её нужно выпить воды!» мысли скакали судорожно не желая встать в одну линию. Руки зашарили по карманам. Ага! Там оказался маленький железный коробок с иголками, который он использовал для закрепления заметок во время работы в теплице. - Хистрифорс – с первого раза конечно не вышло, но после успокоительного вдоха в руке парня оказался кривой стакан, с серебряным отливом. - Агуаменти. Лишь почувствовав холодное стекло на горячих губах, слизеринка начала жадно латать, прерываясь на икоту из-за рыданий. Невилл чествовал себя неловко, он не должен тут быть, не должен. Он тихо ушёл.

Воспоминание 3

Он видел её в большом зале и на общих занятиях. Такую как обычно, нос высоко задран, на губах язвительная ухмылка, на пару с Малфоем и свитой. Всё так же, за исключением тёмной тени печали в глазах, в минуты, когда Панси уверена, что на неё никто не смотрит. Через неделю после инцидента на его на его отдельном рабочем столе в теплице появилась идеально сложенная и короткая записка с печатью слизеринского герба. «Спасибо» было выведено идеальным почерком, изумрудными чернилами.