Всего минуту.

      — Юр-рдивый! — ворчит ворон, на что получает слегка недовольный вздох от шатена.       — Ох, Невер, тебе вообще ничем не угодишь. Я приду к тебе позже и надеюсь, получу точный ответ. — покачав головой, произносит Лололошка, пряча меч в ножны. Парень уходит, вроде он торопится, а вроде и нет. Дел по горло, суета, шум и никого спокойствия! Лололошка иногда кажется, что он зря всё это затеял. Ушёл от своих друзей, что жизнью ради него готовы пожертвовать, а всё ради своего «гениального альтер-эго». И ведь этот гений и вовсе мог это всё затеять, чтобы потешится над ним! Сколько проблем из-за него? Десятки, сотни, тысячи. А самое главное, от него вновь ни слуху ни духу! Ему бы всего минуту…       — Хо-хо-хо! А вот и время для нашей новой встречи, мой глупенький симпатяга! — вспомнишь солнце… вот и лучик. Лололошке даже оборачиваться не хочется, вновь стоит перед ним, как ни в чём не бывало! А затем вновь уйдёт, и ищи — не сыщешь. Ему всё же стоит ответить, может быть, что-то новое удалось узнать «чокнутому гению».       — Да… — задумчиво потянул шатен. — Здравствуй, Харрис, что-то новое? — опираясь на сундук, спрашивает темноглазый.       — Нет! Просто решил навестить тёзку. Ровно на семьдесят три процента я уверен, что это весомая причина. И не буду врать, ведь я никогда не вру, выглядишь ты куда хуже, чем обычно. М-м-м, в проценты, да и вычислительные проценты, я тебя посвящать не буду, такое слишком сильно напрягает твой мозг.       — Харрис, если ты пришёл только за этим, то нам и вправду не о чем разговаривать. Ты можешь идти в свой замок и оставить мою «непросвещённую» головушку без своих едких комментариев.       — Почему же непросвещённую?! Тебя просвещаю я. — самодовольно ухмыльнувшись, Джон томно вздыхает, чуть припустив очки. — Знаешь ли, ученые ещё давно выяснили, что у людей, которые долгое время работают без отдыха, продолжительность жизни меньше, чем у хронических алкоголиков!       — И что ты мне прикажешь делать? Бросить всё? Напомнить тебе, что это всё из-за тебя? Лицо учёного исказилось в широкой улыбке, а это не предвещает ничего хорошего.       — Не перебивай меня, красавец! — сделав небольшой оборот и подскочив к своей копии, гений берёт названного за руку. — Я как раз таки за этим и пришёл, чтобы помочь тебе в отдыхе. Пройдёшься со мной?       — Не делай вид, что не вытащишь меня силой.       — И не буду! Вокруг них появились частицы пустотной магии, в которой их силуэты постепенно растворяются. Такой красоты никто не увидит, кроме них самих, в линзах очков друг друга.       — Не самое лучшее место для отдыха. — ворчит воин, чем-то он напоминает Невера сейчас.       — Хах, мы же ещё не дошли, глупый! Цыкнув на вроде и мягкое оскорбление, Лололошка постепенно оглядывается, попутно тянувшись за Харрисом. Тёмное место пропахло подвальной сыростью. Такой запах ему на самом деле нравится, очень даже! Но вот сама цветовая гамма места не очень.       — Это… и есть твой «сон»?       — Ты прав. Удивительно, неужто моё общество настолько хорошо на тебя влияет?       — У тебя тут мрачно. — проигнорировав колкое предложение от Джона, продолжает о своём шатен.       — Довольно-таки, но-о не переживай, то место, куда я тебя веду, в сотни раз ярче, уверяю.       — На этот раз я поверю тебе и даже согласен пойти с тобой.       — Разве я когда врал тебе? — недовольно спрашивает учёный.       — Нет, ты никогда не лжёшь, я знаю об этом, Джон, просто мне не всегда хочется идти с тобой куда-либо, а то ты вечно пропадаешь в наших приключениях. На это Харрис ничего не ответил, лишь хмыкнул с присущим ему самодовольным видом. Они проходят в замшелое здание, а там… светло. Очень светло. На столе стоят тарелки, а посередине — огромный арбуз. Откуда учёный его вообще взял?!       — То есть… Выбора идти или не идти у меня не было, да?       — Конечно! Разве ты бы отказался идти со своим гениальным альтер-эго на отдых? Поэтому я заранее накрыл на стол.       — Какая забота… Но где ты взял арбуз?       — Вырастил, конечно, что за глупые вопросы, красотка? Знаешь ли, я старался, причём для тебя, я надеялся хотя бы на восхищение.       — Харрис… Я восхищён, правда. Я, может, не как ты, вру и даже часто, но сейчас, я по-настоящему искренен.       — Ха-ха, так-то куда лучше! Присаживайся поудобнее, начнём наш минутный отдых. Единственный раз, когда Лололошка увидел, как Джон миловидно улыбается… По-доброму. Шатен присаживается на стул, что находится напротив учёного, уже сидящего. Воин чуть сжимает ткани своего плаща в ожидании продолжения. Вся эта непонятная таинственность завораживает.       — Позволишь мне порезать его?       — Не верится, что это ты, валяй же, гений. — усталый вздох последовал после ответа, как некое подтверждение его слов. По ощущениям, сейчас он не в силах даже порезать эту чёртову ягоду! Но хорошо, что Харрис учтиво предложил свою помощь.       — Что ж, приятного, первый кусок, да и укус за тобой, м-хе-хе! — радостно восклицает учёный.       — В чëм подвох? — с чрезмерно наигранной недоверчивостью спрашивает шатен.       — Это просто традиция, сим-па-пусик. — зачем-то разделив начало последнего слова на слоги, проговаривает «оранжевый шарфик». Со вздохом и в этот раз со слабым, не наигранным недоверием, гость осторожно откусывает маленький кусочек, заранее оглядываясь, а то вдруг что.       — Как тебе?!       — Он очень вкусный… Харрис, это просто восьмое чудо света! На лицах «двойников», появляются по-странному доверчивые улыбки, но никто более не проронил ни слова. Джон тоже на удивление молчит и просто ест ягоду. Его взгляд скрыт за очками, но он всё так же улыбается. Возможно, сейчас Лололошка готов простить учёному любое его действие, на что раньше парень был зол, что это за чары такие?!       — Мх, Джон, м, почему именно арбуз? Неужто ты решил поведать мне о своей любимой ягоде?       — Хах, арбузы я ненавижу, для меня они слишком сочные, постоянно текут, пачкая мои белоснежные халаты. Причина здесь в другом, я благодарен тебе.       — Что?       — Ох, симпатяга, заставляешь меня окунаться в прошлое… Знаешь, когда… Один близкий мне человек ещё был жив, мы с ней ели арбузы только по достаточно весомым причинам, ха-ха! Однажды я застукал её курящей в подворотне, ох, после этого я сразу убежал, а она думала, что я сдам её родителям. — недолгая пауза, а лицо стало умиротворëнным, непривычно спокойным. — Конечно, я не сдал, пх, она на самом деле в тот день просто украла сигарету у кого-то одноклассника и решила попробовать, молодость — такая штука. На следующий день она в одиночку приволокла огромную ягоду и увела меня на кухню. Ха-ха, мы сидели с ней и ели его в полной тишине, но по взгляду друг друга поняли, что значит этот жест. Она тогда ещё сказала: «глупости — это важно»       — А… Забавная история и милая, ты ведь… о Саше?       — Да-да, именно она. — кратко отвечает Джон. — Вот и я хочу показать тебе свою благодарность за то, что согласился на этот шаг. Ха, зная тебя, я понимаю, что ты часто подвергаешь сомнению всё по поводу всего этого абсурда, да даже этой встречи! Но… Это довольно распространённое явление для таких глупышек, как ты, поэтому я не обижен. И, кхм, — специально закашлявшись, учëный с долгой остановкой выговаривает: — Спасибо тебе, что ещё не отступил. Хоть я и считаю, что это ты должен быть благодарен мне за то, что я дал тебе возможность исследовать секреты Искры, но всё же…

Спасибо.

      — Ха-ха, знаешь, вся эта ситуация настолько абсурдна и несуразна, что мне становится не по себе от такого. Но знаешь, всё это слишком сильно навевает до боли приятных воспоминаний.

***

      — Джо-о-он! Помнишь, ты обещал, что мы сходим в скейт-парк вместе? Так вот, идём туда сегодня!       — Что? Саша… А… — столько дел, но разве он может отказать сестре. — Да, пойдём, милая!

***

И потом куча падений, куча объяснений и куча общих непониманий… Но он не злился на неё. Её локоны, подпрыгивающие вверх небольшие крупицы слёз, которые появлялись сразу после падений и разбитых в кровь колен. С каким трепетом он обрабатывал их, как они обзывали друг друга и вместе, громко и звонко хохоча, поедали арбузы, покупая в одной и той же излюбленной лавке.       — Джон?       — М, да-да, я здесь.       — …Спасибо тебе, думаю, такой отдых и вправду пойдёт мне на пользу.       — Конечно, я был уверен в этом на целые… М-м-м, девяносто восемь, девять десятых процента. Хе-хе, а всё потому, что семечки были выращены с небольшой помощью моих удобрений.       — Я запомню твои старания…       — Ещё бы, я довольно много времени убил на создание благоприятных условий для минутного отпуска. А сейчас… Учёному нужно работать!       — А?! — выкрикивает шатен, но уже поздно, Харрис отправляет его обратно. Он не изверг, арбуз тоже завернëт.

Прощай, сестра, Лололошка.