операция под прикрытием

Звон бокалов перемешивался со смехом гостей и тихой джазовой музыкой. Гепард смотрел в свой блестящий чем-то оранжевым стакан с крепким напитком, который бармен налил «такому красавчику за счет заведения», и невольно поморщился. Он сюда не выпивать пришёл, но для прикрытия что-то взять всё же надо было. Бросив взгляд от барной стойки правее, на собрание хихикающих дамочек в атласных платьях от «Валентино», Гепард вздохнул снова. Его отправили на задание под прикрытием по поимке и разоблачению головной боли всего отдела быстрого реагирования — Сампо Коски. Согласно информации отдела разведки, сегодня он должен появиться на этом собрании богачей и опять выкинуть свою эту бесячую штуку с исчезновением прямо перед носом Гепарда. Так что теперь он пошёл на опережение. Не то чтобы Гепарду никогда не приходилось работать под прикрытием, но это явно не его стезя, вот он и не лез, если не было необходимости. А сейчас не то что необходимость. Потребность.  Вздохнув уже десятый раз за вечер, пока бармен не подумал, что Гепард оплакивал какую-то великую потерю, он оттолкнулся от стойки. Резко откуда-то со стороны хихикающих дам в «Валентино» перед ним возникла женщина в красивом, лоснящемся красном платье. С тёмно-синими локонами и пронзительными зелеными глазами. Было в этих глазах что-то притягательное. Вполне возможно то, как они блестели, будто сияли игривостью при виде Гепарда. Всё в её образе источало статность и красоту, завораживающую до кончиков пальцев. Заставляющую Гепарда задерживать на ней свой взгляд.  — Такой красавчик и скучает один, что за упущение, — она легко подмигнула, оперевшись на руку. — Не желаете ли развлечься в компании прекрасной дамы?— она продвинулась ближе, не сводя лукавого взгляда с Гепарда. В нос тут же ударил знакомый насыщенный парфюм, смесь мускуса и ванили. Довольно нетипичный выбор для роскошной дамы. Гепард точно где-то его уже чувствовал и не раз, вот только где… — Для начала желаю узнать, с кем имею честь разговаривать, — ответил слишком уж не в тон её флирту Гепард.  — Госпожа Пуассон. Приятно познакомиться. — При каждом движении её волос Герард чувствовал всё ту же ваниль и мускус. Но так и не успевал до конца ухватиться за эту мысль.  — А меня вы, значит, представиться не попросите?  — Ну что вы, кто же во всем Белобоге не знает знаменитого борца с преступностью и командира отряда быстрого реагирования. Господин Гепард, обижаете!  Её открытая заинтересованность, сопровождаемая легким смехом, заставляла предательски краснеть кончики ушей. Но то, что она знала даже подразделение, в котором он работал, настораживало. Эта женщина явно не так проста, как могложет показаться.  — Вот уж не думал, что за мной мчится такая слава.  — Ну что вы, она вас обгоняет, — госпожа Пуассон непринужденно накрыла его ладонь своей в успокаивающе-интимном жесте. Для Гепарда, знающего эту женщину от силы пару минут, это действие явно не доставляло комфорта. Он чувствовал себя кроликом на мушке у охотника, и, как бы невероятно красиво ни выглядела его спутница, ему совсем не нравилось ощущать себя маленьким ушастым млекопитающим. Так что он решил действовать на опережение.  — Раз уж вы предложили составить мне компанию, как насчёт продолжить беседу у казино? — Герард ловко вытянул руку и взмахнул ей в сторону игорного стола. Там они не смогут находиться вплотную друг к другу, и это даст ему время на размышления. К тому же он всё ещё пытался хоть сколько-то менять положение, чтобы ловить глазами проходящих мимо людей.  — Конечно! Сегодня я пойду за тобой хоть на край света!  «Сегодня»? А разве были другие дни, когда они видели друг друга? И как давно они перешли на «ты»? Гепард пытался смутно ухватиться за проскользнувшие в её словах противоречия. Но почему он вообще придавал такое большое значение бесстыдному флирту? Отвернувшись, Гепард двинулся в сторону столов.  — Вы часто посещаете подобные заведения?  — О, совсем нет. Сегодня особый случай, я бы даже сказала уникальный. — Черт, а Гепард надеялся выяснить что-то полезное, если Госпожа Пуассон завсегдатай подобных мест.  — А кем работаете в повседневной жизни? — Гепард прекрасно понимал, что обычных людей сюда не пускали, да и не выглядела эта женщина обычно. — Вы обо мне столько всего знаете, а вот я о вас совсем ничего.  — Работаю? Когда кем. Но в основном занимаюсь… торговлей, да, торговлей, — ответ явно был придуман на ходу, но Гепард не успел развить диалог дальше. Они слишком быстро дошли до нужного места.  Усевшись за столом, Гепард сразу же оценил обстановку и обвел цепким взглядом всех участников игры. Никаких намеков на его присутствие. Чёрт. Зато Гепард сразу приметил Альдорфа — одного из боссов подпольной мафии — с его подчиненными. Забавно, что Гепраду сейчас было абсолютно неважно, как тот шулерствовал. Рядом с ним сидел владелец части угольных шахт Белобога и очень заметно притворялся, будто ничего не видит. Интересно. Сделав мысленную пометку вернуться к делу о «загадочном исчезновении» нескольких тонн угля прямо из шахты, Гепард проскользил взглядом дальше. Дочь владельца сети ночных клубов, как всегда одетая с иголочки, лже-провидец «истинный последователь архитекторов» Яков, даже уличенный пару лет назад в мошенничестве офицер из службы безопасности. Да уж, Гепард знал, в каких кругах известно это казино, но не думал, что здесь целая кладезь уголовников да подозреваемых. А Сампо всё не видно. Вот же прыткий чёрт.  Игра тем временем началась. Первую партию карт раздали, с разных углов стола двигали фишки. Гепард тоже сделал свой ход. — Госпожа Пуассон, а вы что же, не будете делать ставку?  — Предпочитаю наблюдать. Знаете, я не особо-то и удачлива. Да и главный выигрыш за сегодня я уже получила, — легкое подмигивание. Опять. Опять этот непонятный флирт, от которого почему-то краснеют кончики ушей. Ну что за женщина. Она же даже не в его вкусе. Раздражало. Нет, всё-таки надо как-то от неё отделаться, как только Гепард узнает всё, что нужно.  Кости подбрасывались, фишки двигались, подпольные авторитеты невозмутимо поднимали со стола свежие стопки карт. Каждый выигрышный кон Гепарда (слава Клипоту их было немного) сопровождался громким вскриком под ухом. Госпожа Пуассон прижималась к нему всем телом, совсем не в тему шептала сладкие комплименты и делала всё, чтобы Гепард не то что на игре, на своём задании не всегда мог сосредоточится. Обычно женщины никогда не одаривали его таким количеством внимания в минуту времени. Всё ограничивалось признанием, приглашением на свидание, а особо смелые даже доходили до предложений встречаться. Не более. И Гепарда это абсолютно устраивало. Его не интересовали отношения ни с кем из тех, кто предлагал ему это, а смысла пробовать даже без малейшей искры он не видел. Он думал, что его вполне всё устраивает. Ровно до этого дня. Когда в очередной раз грудь госпожи Пуассон сталкнулась с его плечом, он почувствовал, что его лицо сейчас взорвётся от красноты. Слава Клипоту, как раз в этот момент закончился очередной кон.  — Господа, прошу простить мне мою дерзость, но я вынужден откланяться, — поднявшись из-за стола, Гепард почувствовал, как ему моментально стало легче дышать. Лицо его тем временем не переставало краснеть.  — Эй, шкет, так вообще-то не делается, — Яков неодобрительно посмотрел на него своим единственным, как он его называл, «глазом бога» и клацнул зубами. — Я ещё не полностью тебя обчистил, так что присаживайся-ка назад, дилетант.  — Ну бросьте, Яков, — в диалог резко включился Альдорфо. Все обернулись на его роскошное место во главе стола, боясь возразить. — Ничего страшного, если юнец желает уединиться со своей дамой. К тому же всю игру она так настойчиво этого добивалась, — он зубасто ухмылялся, откровенно веселясь. — Дайте молодым шанс, того и гляди, порадуют нас интересными звуками.  Они над ним издевались. Да, совершенно точно издевались. Им всем просто нравилось смотреть, как офицер Среброгривых Стражей (а Альдорфо точно был в курсе, кто сейчас перед ним, как бы Гепард ни прикидывался) стоит и краснеет, как помидоры на грядке их бабушки. Этот мафиози ещё и хотел заграбастать выигрыш Якова, выведя из игры единственного, кто может использовать против него его же мухлёж. Чёрт, и вот надо было вести с собой эту бесстыдную!  — Что ж, в таком случае, пусть идёт, — ещё бы простой шарлатан (да и вообще кто угодно за этим столом) посмел возразить боссу мафии.  — Прошу ещё раз простить, — быстро легонько поклонившись, Гепард повернулся на 180 градусов и быстрым шагом, удерживая себя от того, чтобы сорваться на бег, пошёл от стола. Естественно, не дожидаясь Госпожи Пуассон. Гепард никогда в своей жизни не думал, что будет мысленно благодарить негласного главу подпольного мира. О том, что может ненавидеть его ещё сильнее, Гепард тоже не подозревал.  Естественно, она нагнала его. Гепард, конечно, и сам сбавил темп, чтобы на него уж совсем не оборачивались всегда спокойные гости казино.  — Куда же вы так помчали, господин Гепард! Неужто приняли слова этого пройдохи так близко к сердцу?  «Да кто вообще называет босса мафиози пройдохой?» — промелькнуло по краю его сознания, пока Госпожа Пуассон, уже догнав, опять обхватила его за руку. Гепард так и застыл в паре метров от двери мужского туалета. Надеялся хоть там от неё спрятаться. Всё-таки жизнь играла с ним крайне жестокую игру именно сегодня. Забавно, что в этот раз это вызвано хотя бы не Сампо Коски. — Госпожа Пуассон, простите, но мне нужно ненадолго удалиться от вас. — Зачем?  Она что, издевается? Зачем мужчина может удаляться от своей спутницы, стоя в паре метров от сортира? Действительно. Госпожа Пуассон тем временем не переставая смотрела на него с искорками веселья и откровенного ехидства в своих красивых зелёных глазах. Гепард хотел провалиться сквозь землю. Но ситуация вынуждала его попытаться хоть как-либо отделаться от этой упрямой, до скрипа зубов и кончиков покрасневших ушей раздражающей женщины. Поэтому, стиснув зубы и отвернув от неё своё багровое лицо, он тихо проговорил:  — П-припудрить носик.  Резкий и почему-то очень низкий хохот под ухом практически оглушил Гепарда.  — АХАХАХАХА, БОЖЕ, НУ НЕ МОГУ, — госпожа Пуассон чуть ли не пополам сгибалась от хохота, обхватив руками живот. — И всё-таки ты такой милый, когда смущаешься, Геппи!  Гепард так и застыл на половине шага.  — Что ты сейчас сказала?  — Что просто обожаю, как ты краснеешь, а что? Хочешь ещё показать? — всё ещё со смешинками в глазах говорила она. Или уже он?  Пазл в голове Гепарда постепенно начинал складываться. Зелёные глаза, знакомый парфюм. Перепрыгивание с «вы» на «ты», «сегодня я пойду за тобой хоть на край света…», «…того пройдохи…», «занимаюсь торговлей». Весь этот пошлый флирт и прилипчивость. То почему он всё-таки так ни разу и не увидел Сампо нигде. Все детали просто идеально сошлись в абсолютно ужасную общую картину. Гепард был в ужасе.  Сначала он хотел отшатнуться. Сбежать от этого позора, забыть всё, будто и не было такого. Но было одно «но». Задание. Да, всё дело именно в нём. Именно из-за задания Гепард с силой схватил руку «госпожи Пуассон». Именно из-за задания дернул на себя, утаскивая за дверь мужского туалета. Именно из-за задания толкнул в первую попавшуюся кабинку и прижал к стене. Да, всё дело в задании. Только в нём. Если повторять это достаточно долго, то и самому поверить можно.  — Ай! Господин Гепард, что вы себе позволяете! Где это видано, чтобы даму так… — Хорош ломать комедию, Сампо! Я прекрасно знаю, что это ты!  В моменте лицо «госпожи Пуассон» из удивленного стало нечитаемым. А потом снова просветлело своим ехидством.  — Оу, ну наконец-то ты узнал меня, мой дорогой друг!  Поразительно, как Сампо мог так легко до неузнаваемости менять свой голос. Мимика его тоже стала более простой и привычной Гепарду. Но этот его «камуфляж» всё ещё смущал.  — Что за цирк ты здесь устроил! Я весь вечер ищу тебя, а ты… — Взял и сам к тебе пришёл. Необычно, правда?  Гепард аж подавился словами в глотке. — Какого черта! Зачем? — Гепард так и пылал праведным гневом.  — Так мило, что вы искали меня, господин Гепард, — Сампо игнорировал его и в открытую развлекался. Впрочем, как и весь вечер.  Гепард, склонившись ближе к раздражающему лицу, проговорил с нажимом:  — Зачем. Ты. Всё. Это. Устроил. Надеялся, что я тебя не узнаю? — Гепард стоически умолчал, что действительно не узнавал его до определенного момента. Сампо действительно хорош в перевоплощениях, но Гепард никогда не признает это вслух. — Скорее, наоборот. Надеялся, что узнаешь. Что я тебе в таком образе только больше понравлюсь. Ты ведь у нас весь такой правильный, традиционный, с мужчиной ни-ни, вот я и подумал, что нарядиться прекрасной дамой будет лучшим вариантом. Ну и одурачить немного этих зазнаек за игорным столом тоже хотелось, признаю, — теперь Сампо уже сам подходил всё ближе и шептал всё тише. — Что за чушь ты несешь… — Гепард понимал, что его слова имели смысл. Вероятно, Сампо не стал бы тереться весь вечер вокруг Гепарда, если бы не хотел быть пойманным. Вероятно, он разыгрывал этот дешёвый флирт не просто так. Гепард понимал, но… Сампо резко схватил Гепарда за плечи и поменял их местами. Теперь прижатым к стене оказался Гепард, и это ничуть не помогало ему в мыслительном процессе.  — Да ладно вам, кеп, я же заметил, как вы на меня смотрели весь вечер, — Сампо шептал на ухо, почти касаясь губами кожи. Он наклонялся всё ближе и ближе, а свободного пространства между ними, равно как и воздуха, с каждой секундой оставалось всё меньше. — Как вам нравилось то, что вы видите, — Сампо перехватил руку Гепарда и положил на своё бедро, постепенно задирая платье и оголяя кожу всё сильнее. — Ну-ну, тут совсем нечего стыдиться, — он ни на секунду не разрывал зрительный контакт. — Хотя мне и нравится, как мило ты краснеешь.  Гепарда, кажется, сейчас схватит приступ. Нет, уже схватил, поэтому сердце так стучало, что аж в висках отдавалось.  — Тебе же нравится. Зачем противиться своим желаниям, когда можно осуществить всё прямо здесь и сейчас, — по телу дрожью прошёл весь его шёпот. В этой и без того тесной кабинке воздух, кажется, совсем закончился. Гепарду жизненно необходимо выйти подышать, подумать, помедитировать в горах годик-другой. Подальше от этих соблазнительных губ и развратных слов. — Отодвинься, — Гепард упёрся рукой в грудную клетку Сампо и с силой давил. — С чего бы? Это же ты весь вечер так старательно искал меня. А теперь что, отталкиваешь? Да тебя не понять, Геппи!  Да Гепард и сам себя понять не мог и уже очень давно. Какого черта вообще он так реагировал на всё происходящее? Почему ему так понравилась госпожа Пуассон и не разонравилась, даже когда он узнал, кто это на самом деле? Почему ему казалось безумно возбуждающим быть вот так прижатым к стене Сампо? Почему, как бы он ни сопротивлялся, у него в груди ныло от предвкушения? Почему всегда дело в этом чертовом пройдохе, который так горячо шепчет ему всякие пошлости на ухо, что сердце сейчас взорвётся?  — Я… Я и сам себя не понимаю. Так что, прошу, просто отойди, пока не произошло то, чего мы оба не хотим! Сампо действительно отодвинулся. Гепард даже удивился и немного (он никогда не признается в этом) расстроился. — Почему это оба не хотим? — Сампо выглядел почему-то предельно серьёзным. Гепарда всегда поражала его способность менять своё настроение, а заодно и атмосферу вокруг по щелчку пальца. — Я прекрасно отдаю себе отчёт в своих желаниях и действиях. Даже если тебе кажется, что я поступаю из глупости, веселья или расчета — это не всегда так. По крайней мере, не сейчас. Он снова наклонился ближе и заглянул Герарду глаза. — Я же вижу, что ты тоже этого хочешь. Чувствую. И сейчас, и весь вечер. Просто ты почему-то слишком гордый, чтобы это даже осознать. Но я все равно не буду ничего делать, — он ухмыльнулся, — пока ты, Геппи, не признаешь свое поражение.  Кажется, эта ухмылка стала последней каплей в море терпения Гепарда. И первым гвоздём в крышке его гроба.  Он схватил Сампо за глубокий вырез его чёртового платья и притянул к себе. И поцеловал.  Гепард чувствовал, как ему улыбались в поцелуй и одобрительно мычали. Он краснел с каждой секундой всё больше и надеялся, что не пожалеет об этом. Сампо быстро перенял инициативу на себя и углубил поцелуй. Сначала медленно, будто смакуя, но с каждой секундой всё жестче и развязнее. Они уже откровенно сосались в этой несчастной туалетной кабинке и прижимались друг к другу всё теснее.  — У тебя там что, подкладки? — Гепард многозначительно кивнул головой в сторону груди Сампо, пока они оба пытались отдышаться.  — Совсем немного для формы. У меня так-то и без них размерчик неплохой. Хочешь проверить?  — Ой, заткнись, а. — Затыкать пришлось поцелуем. Никто не возражал.  В следующий раз, когда им потребовался воздух, Сампо перешёл поцелуями на линию челюсти Гепарда, а потом и на шею. Ворот рубашки мешался, и Сампо в нетерпении расстегивал пуговицы. Когда он прикусил место, где билась венка на чужой шее, Гепард издал какой-то сдавленный выдох-хрип, и они оба замерли.  — О.  — Нет. Только попробуй.  — Уже, милый. Уже. Сампо стал во всю облизывать да покусывать шею, пока Гепард выгибался всё сильнее.  — Хва-атит, ммх, — он закатывал глаза от удовольствия и учащенного дышал, перемешивая хрипы с полустонами. На самой чувствительной части его тела, наверное, уже живого места не осталось. В какой момент он стал чувствовать вставший член Сампо бедром, Гепард не отследил. Собственное возбуждение уже больно давило на ширинку, и он позавидовал, что сейчас не в платье, как кое-кто.  Рука Сампо тем временем медленно опускалась на грудь, живот и всё ниже, пока не начала расстёгивал ремень чужих штанов.  — Ты что, ммх, творишь?  — Как что? Хочу, чтобы мы оба сняли напряжение!  — Ты совсем сдурел! — Гепард снова выставил между ними руку, готовясь отталкивать. — Я не собираюсь тут… — Спокойно, мистер правильность и порядочность, я в курсе, что это не лучшее место для первого проникающего секса. Просто подрочу.  То, с какой лёгкостью он говорил все эти пошлые слова, заставляло Гепарда снова нещадно краснеть. — С-с чего ты взял, что первый!  Сампо так многозначительно выгнул бровь, что можно было и не говорить, но он сказал:  — Потому что у тебя всё на лице написано, Геппи.  Разобравшись с ремнём, Сампо наконец обхватил член Гепарда так, что того аж тряхнуло.  — Ого, как стоит. Думаю, тебе хватит пары движений.  — А сам-то.  — Не отрицаю.  Гепард ни за что это не признает, но вульгарный вырез до бедра на платье Сампо пришёлся как раз кстати, чтобы легко соединить их члены вместе. Сампо начал движение рукой и не переставал болтать, выдыхая на ухо: — Если бы я знал, что все проблемы так легко решить, надев женский прикид, сделал бы это ещё очень давно.  — Какие, хымх, такие проблемы?  — Как же «какие»? Проблемы с тем, какой ты недотрога, мистер ледяная статуя.  Сампо очередной раз прошёлся вдоль стволов вверх и, обведя головку, задержал палец на уретре Гепарда. — Знал бы ты, сколько раз я мечтал об этом моменте. Мечтал о тебе.  У Гепарда искрили глаза, он весь словно обратился в один большой оголённый нерв, который мог только чувствовать. Чувствовать горячее дыхание и шёпот на ухо, чувствовать руку на члене, предательски не двигающуюся с болезненной точки. Чувствовать, как с каждой секундой и каждым чёртовым словом Сампо он всё ближе к краю.  Тот наконец привёл руку в движение и принялся опять кусать шею Гепарда. Спустя несколько секунд всё более быстрого темпа и всё более учащенных выдохов, прикусив мочку чужого уха, Сампо шепнул:  — Покажи мне, как ты красив, когда кончаешь.  И это последнее, что нужно было Гепарду, чтобы упасть за грань. Он гортанно простонал, изливаясь, пока Сампо прикусил то самое место с венкой на шее. Он всё не останавливал руку, и Гепард чувствовал, как его догоняют остаточные волны удовольствия. Сампо потребовалась всего пара движений, чтобы кончить следом и прислониться к чужому плечу, пытаясь отдышаться. — Платье, наверное, испачкали, — вдруг опомнился Герард, слегка приобнимая свою «ношу». — Да плевать на него, больше оно мне не нужно. Да и я всё равно обменял его у какой-то папенькиной дочки на пару фальшивых цацок.  — Ты невозможный.  —  Я тоже тебя люблю, — и поцеловал Гепарда в лоб.