Холодно

Ларч снова смотрел в окно. Тяжёлым взглядом он сверлил то ненастье, которое разыгралось на улице. Ливень хлестал как из ведра — капли беспрерывно катились по стеклу. Ветер, задувавший в щели, выл как сумасшедший и гнул деревья под немыслимыми углами. В доме было жутко холодно. Семейство Аддамс практически в полном составе собиралось на прогулку. Только один Ларч никуда не собирался Пока Гомес искал свою саблю, дядюшка Фестер прикручивал в резиновым сапогам колючую проволоку, Мортиша завязывала на Пагсли дождевик, а Уэнсдей помогала Вещи одеться в некую непромокаемую ткань. Краем глаза девочка заметила неподвижную фигуру, застывшую у окна в конце коридора -Ларч гулять не пойдет? - тихо спросила младшая Аддамс у живой руки. Вещь даже не успел показать жест того, что он не в курсе, как за него ответила Мортиша (чёрт бы побрал этот её идеальный слух как у летучей мыши!): -Нет, Ларч остаётся дома -Но почему? - тут же удивился Пагсли -Потому что. Ему и так тяжело - Мортиша как-то грустно посмотрела на сгорбленную массивную фигуру, - Идёмте! Дорогой, ты уже нашел свою шпагу? -Моя сабля всегда при мне, кара мия! - задорно отозвался из кладовой Гомес. А потом вдруг послышался такой страшный грохот, что казалось на голову несчастному Аддамсу обвалился весь потолок в их доме Ларч, отвлеченный этим шумом, тут же поспешил на помощь, и достигнув кладовки, в одно движение достал Гомеса из-под придавившего его шкафа а-ля секретер. Не говоря ни слова, дворецкий вернул мебель на место, учтиво раскрыл для всех членов семьи входную дверь и только после этого поспешил вернуться к окну и прежнему созерцанию окрестностей -Дети, пойдёмте! Дорогой, Фестер, быстрее, а то пропустим все молнии и ни одна в нас не попадет! -Ну уж нет уж! Сегодня все молнии мои — не зря же я обмотался проволокой! Стоило ещё бы наверное вставить брекеты для пущего эффекта, но это уж в другой раз… Эх… - вздохнул дядя Фестер, и махнув рукой, первым устремился на выход. За ним гуськом последовали и остальные члена семейства Только Уэнздей слегка задержалась и запустив руку в карман плаща, решительно извлекла из него Вещь. -Не думаю, что тебе стоит сегодня идти гулять. Ты мог бы остаться с Ларчем. Что скажешь? - голосом, не терпящим возражений, спросила она. Вещь поспешил кивнуть сразу пятью пальцами, так что чуть было не потерял опору и не растянулся на полу -Надеюсь к нашему возвращению, ему станет легче - девочка кивнула в сторону мрачного профиля дворецкого, - Ты уж постарайся! - добавила она и вышла за дверь Вещь растерянно повернулся в сторону Ларча и резво пополз к нему прямо по оконному стеклу — в коридоре половиков не лежало, так что если бы он побежал по полу, то рисковал бы простудиться из-за сквозняков. Было отчаянно холодно Когда ему оставалась до дворецкого всего пара сантиметров, Ларч медленно перевел свои мутные глаза прямо на него и хрипло сказал: -Ты оставляешь отпечатки пальцев на стекле. Аддамсам не нравится. Придётся мыть Вещь, осознав свою ошибку, тут же спрыгнул на подоконник и принялся показывать жестами, что он с удовольствием поможет Ларчу отмыть все испачканные им окна Дворецкий, снова уставившийся в окно, слушал его как-то рассеянно. А может и не слушал вообще… Стараясь вновь привлечь его внимание, Вещь пощелкал пальцами. Ларч, аккуратно раскрывший ладонь поместил её напротив Вещи. Живая рука тут же перепрыгнула на неё и поспешила погладить центр ладони дворецкого тремя пальцами Всё так же молча и не реагируя на ласку, Ларч пошёл в ванную. Там он наполнил огромное ведро (по-видимому, ещё викторианской эпохи!) водой, а Вещь захватил тряпочку с полки, и они вдвоём отправились в обратный путь. На сей раз живая рука устроилась на плече дворецкого, двумя пальцами придерживая тряпочку, а оставшимися держась за воротник Ларча Наконец они вернулись к окну и принялись за мытьё. Вещь очень старался, но увы, он мог помыть стекла только снизу — если бы он заполз наверх, то он бы снова оставил следы. Ларч же работал на верхах, но делал это тихо и весьма угрюмо В какой-то момент, Вещь, отложил тряпочку и Азбукой Морзе спросил у него, что случилось Ларч перевёл на него печальный взгляд. Его безэмоциональное, твёрдое лицо сейчас выражало неподдельную грусть -Отцы… годовщина… скоро - промычал он Вещь застыл как громом поражённый. Как он, человека кусок, мог забыть что совсем скоро тот день, когда Ларча выгнали из дома его собственные родители?! Вот уже год за годом, как Ларч всегда болезненно переживал этот день, а Вещь умудрился забыть! Ну и кто он после этого?! «Мне жаль» - знаком показала живая рука -Я знаю. Им - нет — ответил Ларч. И это, увы, была сущая правда Ученый Виктор Франкенштейн и его помощник Игорь (который по каким-то непонятным причинам носил ту же фамилию…) когда-то давно создали Ларча из кусков мертвых тел, видимо потехи ради. Но когда они увидели, кто именно у них получился, им обоим вдруг как-то сразу стало не до смеха, и они поспешили избавиться от плода их безумной совместной деятельности. -Дождь. Холодно. Как сейчас. Было - отчеканил Ларч, вспоминая те события. Очевидно речь шла о тех днях, когда Ларч бродил по улицам без пищи и крова. Холодный и одинокий Вещь хорошо помнит тот день, когда Ларч забрел к Аддамсам в сад и Мортиша с Гомером впустили его. Вещь помнит фигуру Ларча, тогда в первый раз показавшуюся ему огромной. Помнит его мрачное лицо и воду, стекающую с его волос и оборванной одежды, когда он вошёл в их особняк Но вот Аддамсы приняли его в семью и оставили его у себя в качестве дворецкого, и жизнь Ларча наладилась Не сказать, что у его "папаш" дела тоже шли плохо — Виктор и Игорь заделались в писатели и в четыре руки написали готический роман «Франкенштейн или Современный Прометей», подписавшись звучным именем "Мэри Шэлли" (но мы-то с вами знаем!), и выставив некоего ученого практически святым, а его творение ужасным монстром! Ларч романа целиком не читал - Аддамсы очень следили, чтобы к нему случайно не попал какой-нибудь экземпляр этой книги, боясь, что это надолго вгонит дворецкого в чёрную меланхолию. Но пару глав, до него всё же дошло — их додумались опубликовать в газете городка! — и после их прочтения Ларч ещё несколько дней ходил очень печальным Это Вещь помнил. Но было и кое-то ещё, связанное с Ларчем, но и лично неприятное для живой руки Проклятые Виктор и Игорь после успеха первой книги, проснулись знаменитыми, и недолго думая принялись за написание второго бестселлера, который получил название «Невеста Франкенштейна» Вот это-то самая "Невеста" попортила Вещи много крови, и временами до сих пор отправляла его жизнь… А всё было в том, что Ларч, его большой, нежный Ларч как и любое другое живое существо, мечтал о любви! Вещь разумеется тоже об этом мечтал - но вот только идеалом его мечтаний был Ларч, а у дворецкого… Нет, в том, что Ларч любил его, у Вещи сомнений не было, но живая рука и сама понимала, что он не может дать Ларчу достаточно. Дворецкий заслуживает гораздо большего - он заслуживает рук, и ног и всего тела, которое будет любить его каждой своей клеточкой. Он заслуживает глаз напротив своих глаз и губ на своих губах! А Вещь… Вещь просто рука с пальцами и всё — ничего больше! И это ранит Вещь больнее всего. Ну почему же он такой неполноценный? Но и это ещё не всё - ведь "родители" Ларча, написав две книги, не остановились и на этом, и решив сделать сей проект ещё более коммерчески успешным, сняли по нему фильм Ну а дальше вы знаете: Голливуд, Борис Карлофф, большие кассовые сборы, сумасшедший успех! Ларч этого фильма почти не видел — только урывками по ТВ — так что он и не особо его взволновал. Но вот когда киношники сняли "Невесту"…. Тогда Ларч потерял сон, аппетит и покой на неделю. Он ночевал только на улице и даже бился головой об стены И дело было даже не в том, что Эльза Ланкастер, сыгравшая Невесту была так хороша (хотя этого у неё не отнимешь, тут даже Вещь согласился!), что дворецкий тут же влюбился в неё… Нет, тут речь шла о том, что там, на экране, у большого чудовища была некая родственная душа, "подружка", девушка — называйте как хотите — а у Ларча, здесь в реальной жизни, не было! И это каждый раз разбивало ему сердце. Резко вернувшись из воспоминаний в реальность, Вещь, не выдержав напряжения момента, и заметив скупую слезу, выкатившуюся из глаза Ларча, поспешил прильнуть к его щеке и потереться костяшками пальцев. Затем живая рука нежно погладила дворецкого четырьмя пальцами, балансируя на пятом. Ларч же двумя руками аккуратно снял Вещь со своего плеча и вытянул руки перед собой, смотря прямо на живую кисть Мгновение спустя он как смог улыбнулся. Но эта улыбка была искренней! Вещь быстро сжал и разжал кулак, а потом проворно спрыгнул обратно по подоконник и застучал: -«../.-.. — …- ./-.— — ..-» -Я тоже, Вещь. Я тоже - переплетя свои пальцы с пальцами Вещи ответил Ларч И им двоим вдруг стало так хорошо и тепло на душе. Холод пропал