Ключи от сердца

Кто бы мог подумать, что такое может произойти. Полина тоже до конца не могла поверить, но когда она, очнувшись, почувствовала, что её ноги неподвижны и запястья что-то стягивает, а рот словно онемел, то поняла, что всё это происходит в настоящем и это всё, к сожалению, не сон. Она открыла глаза и обнаружила себя лежавшей в углу на куче старого сена в каком-то обветшалом пыльном сарае, стены которого были покрыты льдом, а со всех щелей сквозило так, что холод пробрал мгновенно. А одета она была всего-то в свой костюм и туфли на тонкий капроновый носок. В глаза ослепил яркий свет ручного светодиодного фонаря. — О, проснулась, солнышко? — послышался голос, который вернул ясность ума. Та лишь промычала что-то в ответ и начала извиваться, но, понятное дело, тщетно. — А, извини, тебе повязка мешает, — Сань, подержи фонарь… — обратился он к кому-то на улицу. И тут к ужасу Полины в сарай вошёл именно тот Саша. Он взял фонарь у Алексея, а тот подошёл к Полине и стянул повязку с её рта и наклонился к ней с издевательской улыбкой. Сам-то он одет был тепло и не лежал на ледяной земле, чего ж не улыбаться? — Ты больной? Отпусти меня! Мой папа тебя в тюрьму посадит! — заорала она изо всех сил. — Ммм, ну если бы ты не лезла не в своё дело, то сейчас бы тут не лежала. Ты думаешь, я не в курсе, что ты Стасу помогаешь? Номер моей тачки на стойке сфотографировала. Я всё видел, я не идиот. Как ты ему помогла на парковку пройти, где он камеры взломал, чтобы никто не увидел, как он меня прессануть хотел? М? Не помнишь? Я могу продолжать до бесконечности, но у меня мало времени. Ты, конечно, очень клëвая девка, но жаль, что ты не оценила меня. А твой отец лох, раз не увидел, что у него под носом творится. — Ты идиот! Ты конченный идиот! — истошно вопила Полина, срывая голос. — Да не ори ты, тут тебя точно никто не услышит. Тут такая глушь, что это бесполезное занятие. — Да, и телефон мы твой немного переделали, а то мало ли, — добавил Саша и бросил сломанный пополам гаджет к ногам Полины. — И мы специально тебя со Стасом поссорили, чтобы он тебя не искал. Это я подговорил его жену, она с нами в доле. Да вообще, какая тебе разница, кто что сделал, ты это никому уже не расскажешь! — смеялся Алексей. Он дебильно захохотал. «Это точно конец. Меня не смогут найти даже по навигатору», — пронеслось у неё в голове и она затряслась от рыданий. — Тебе холодно? Мы сейчас тебя согреем, — заботливым тоном проговорил Алексей, а тем временем Саша подал ему канистру. Поняв, что сейчас они собираются делать, она заорала нечеловеческим голосом, умоляя о пощаде и не веря, что это происходит сейчас с ней и наяву. Неужели они на такое способны? Но, почувствовав запах бензина, она поняла, что всё. Это конец. Дальше Полина уже не слышала, она продолжала кричать изо всех сил, зажмурившись. Она не чувствовала ни холода, ни боли. Яркая вспышка пламени озарила всё вокруг и Полина увидела, что похитителей и след простыл, а дверь была уже закрыта. Она решила, что будет кричать, пока не охрипнет. А там уже будь, что будет. Казалось, время застыло. Пламя, которое уже успело поглотить добрую половину сарая, начало подбираться и к Полине. В воздухе стоял едкий дым, который с каждым вздохом заполнял лëгкие и она чувствовала, что вот-вот отключится. Они специально подожгли всё пространство вокруг, чтобы как можно дольше заставить бедную девушку помучиться перед неминуемой гибелью.

***

Полчаса спустя на место пожара прибыли спасатели, скорая и полиция, где к великому ужасу обнаружили только почти сгоревший сарай, а метка по телефону Полины примерно вела в эти края, сигнал пропал за несколько километров до горящей постройки. Макс, привыкший ко всякому и видевший многое, начал терять самообладание и в отчаянии ринулся в уже потушенную гору углей, у которой уже стояли его товарищи. — Макс! — кричал ему один из них, поднимая с земли что-то, — смотри… Я, кажется, телефон нашёл. Точнее, его остатки. Макс поднял забрало шлема, чтобы лучше рассмотреть находку и увидел кусок бесформенного нечто, которое состояло из стекла, пластика и микросхем. У того аж подкосились ноги. Он узнал этот лавандовый цвет корпуса телефона. И он не верил своим глазам. Но он всё же выдержал равновесие, не свалившись от шока. Он вовремя взял себя в руки и жёстко проговорил: — Перерыть здесь всё! Живо! Была разобрана каждая обуглившаяся дощечка, каждый сантиметр, но не ничего, точнее никого не было найдено. Это вселяло надежду, но вместе с тем загоняло в тупик. — Ты думаешь, она сама сбежала? — интересовался напарник у Макса. — Её накачали каким-то дерьмом, у неё вряд ли бы хватило сил спастись. Ей кто-то помог, но тут такая глухомань, что это очень удивительно… Пока пожарные заканчивали свою работу, на улице уже полностью рассвело. В это же время на заснеженной трассе далеко за пределами города за чёрным БМВ М5 гналась целая вереница полицейских машин, в одной из которых сидел Стас, который узнал свою ласточку. С другими госномерами, да, но таких же совпадений быть не могло, что после игры в казино Алексей так быстро покидал город на машине, очень похожей на машину Стаса. Это, конечно, очень радовало, что она целая, но её надо было ещё догнать. Вопрос, где она всё это время хранилась, что её никто не мог найти? Погоня не могла длиться вечно. Терпение тоже. Предупреждения через рупор не действовали. Такое ощущение, что угонщик был или глухим, или же глупым, прибавляя газ. Тогда полиция решила начать действовать конкретно. — Прошу прощения, — проговорил мужчина в погонах, доставая из кобуры пистолет, — но меня заебало его упрямство. — Понимаю, — закивал Стас. У него внутри тоже всё кипело и бурлило, как лава в вулкане. Полицейский, быстро отдав приказ на окружение по рации другим машинам, а сам, высунувшись из открытого окна, совершил несколько выстрелов по колесу, которое издало громкий хлопок и из-за этого разогнавшееся до двухсот километров в час БМВ резко занесло в сторону. Послышался визг тормозов и в воздухе поднялся чёрный дым. Полицейский кортеж окружил авто, закрякали полицейские горны. Из машин вышли полицейские, вооружённые до зубов. — Всем быстро покинуть автомобиль, в случае сопротивления будет открыт огонь на поражение! — проговорил полицейский в рупор. Стас стоял рядом с ним и внимательно наблюдал за тем, как из БМВ выходят с поднятыми руками Алексей, его сообщник и… Его бывшая жена, у которой на лице и так была паника, а когда она заметила Стаса, то вообще чуть не сошла с ума. А Стас наоборот, понял абсолютно всё. — Где Полина, гандон, я тебя спрашиваю! — заорал Стас, бросаясь к Алексею и хватая его за воротник. Тот закряхтел, в надежде глянув на полицейских, но даже не стали запрещать Стасу его встряхнуть, — где?! Все пойманные будто языки проглотили, увидев налитые кровью глаза Стаса. Даже Настя никогда прежде не видела его таким бешеным. Он не хотел выпускать из рук этого ублюдка, пока не добьётся правды. Вдруг один из полицейских объявил: — Пришло сообщение от МЧС, что на заброшенных дачах в сгоревшем сарае были найдены обуглившиеся остатки от мобильного телефона светло-фиолетового цвета, но признаков самой девушки нигде не обнаружено… Эти слова стали последней каплей. Мощный, полный злости и гнева кулак Стаса со всей силы прилетел прямо в нос Алексею, что тот аж потерял равновесие и упал на снег, забрызгивая своей кровью всё вокруг. Настя закричала от ужаса, намереваясь скрыться, но тут же была остановлена двумя мужчинами в погонах. Стас никогда раньше не испытывал настолько неконтролируемую злость, обычно он был спокоен и уравновешен даже в самых сложных ситуациях, но тут, видимо, в нём что-то надломилось. Не зря же говорят, бойтесь гнева терпеливых людей. И если бы не полицейские, которые силой его оттащили от уже захлëбывающегося собственной кровью Лëши, то он его бы просто убил. Они позволили ему сделать то, что и сами бы сделали с удовольствием. Но всё же не нужно было устраивать самосуд. Стас тоже всё прекрасно понимал. Поэтому он не сопротивлялся, когда его оттягивали от еле живого Алексея. Напоследок бросив красноречивый взгляд на свою бывшую жену, которая дрожала, как осиновый лист, он развернулся и ушёл обратно в автомобиль.

***

Полина не хотела из последних сил мириться с тем, что погибнет. Она извивалась и кричала так громко, что голосовые связки были на пределе. С каждой секундой надежда на спасение угасала, в то время как пламя разгоралось всё сильнее. Но вдруг послышался треск и какие-то голоса. Полина начала думать, что она просто надышалась дыма и это всё уже ей мерещится, словно мираж в пустыне. Дверь отворилась и показались каких-то два мужских силуэта, которые что-то кричали, завидев девушку, которая уже ничего не соображала и не могла разобрать речь. Вдруг чьи-то сильные руки подняли её и через через пару мгновений она оказалась на улице, где уже рассветало. Она снова почувствовав жуткий пронизывающий холод, но она как никогда была ему рада. Она смогла немного разглядеть её спасителей, пока её несли к машине. Это были два мужичка лет за пятьдесят, в камуфляжных комбинезонах и тёплых куртках, в которых обычно ездят на зимнюю рыбалку. И это и вправду было так. Они ехали на ночь рыбачить, но теперь это дело пришлось отложить. И как же повезло, что они оказались в нужном месте и нужное время. — Что за криминал кругом, то с головой пробитой парней находим, то горящих девушек, — озадаченно проговорил один из мужчин. И тут до Полины дошло. Это были те самые мужики, которые когда-то помогли Стасу не замёрзнуть насмерть. Самые настоящие ангелы-хранители. Иначе как ещё объяснить это чудесное спасение. Полину донесли до машины, где разрезали уже порядком сдавившие кожу верёвки и укрыли её одной из курток и поехали обратно в город. И вот уже через время Полина сидела в приемном покое на кушетке, потирая ушибленную руку в районе локтя. Волосы все были похожи на сосульки, лицо всё в разводах от сажи, а её некогда красивый светлый костюм был похож на робу трубочиста. Она плохо помнила, как всё происходило после того, как её сюда привезли. И те мужчины, которые еë спасли, уже уехали. А она даже спасибо им не успела сказать. В целом с ней всё было хорошо. Кроме ушиба руки и ссадин на теле. Огонь не успел никак ей навредить. Разве что морально. К ней приехали родители. Мама, которая на себя не была похожа от переживаний, сразу бросилась к дочери в объятия, заплакав навзрыд. Отец, весь бледный от ужаса и лопнувшими капиллярами в глазах, сел с другой стороны и обнял своих женщин. — Как я мог такое не заметить, где были мои глаза… — хрипел он сорванным голосом, — Поль, ты была права с самого начала, но никто тебя не слушал, мы так перед тобой виноваты… — У меня чуть сердце не остановилось, когда мне всё рассказали, — откровенничала мама, подняв красные от слëз глаза, — в тот момент я думала, господи, какая я идиотка, что наседала на тебя с замужеством и детьми. Самое главное ведь не это… Прости меня, доча… Она порывисто обняла её, а Полина почувствовала, как у неё катятся слëзы. Чуть позже родители забрали Полину из приёмного отделения и собрались отвезти домой, но в коридоре её встретили Макс с Лизой, которые тоже не смогли сдержать эмоций. — Я уже думала, что никогда тебя не увижу, — взахлёб рыдала Лиза, повиснув на Полине. — Я тоже думала, что больше вас не увижу, — тихо говорила она, а слëзы катились сами собой. Потом они обнялись с Максом. Тот уже давно переоделся, но от него всё ещё пахло дымом. — Как же я рад тебя видеть, — тихо проговорил он, крепко обнимая девушку.

***

Стас был в полицейском участке, когда получил известия о том, что Полина найдена живой и она сейчас в больнице. Он вырвался оттуда, как только смог и не задумываясь, поехал в больницу, даже не переодевшись. Но когда он туда приехал, ему сообщили, что она уже уехала домой. Только поздно он понял, что она поехала домой не к себе, а к родителям. Потому как он звонил в её дверь и никто не открывал. Был уже вечер, Стас был уставший и голодный, как собака, но ему было сейчас важно совершенно другое. Полина же в это время уже успела принять душ, переодеться и они с родителями ужинали за столом. Рядом с девушкой лежал совершенно новенький телефон, который был куплен родителями буквально час назад. Раздался звонок в дверь. — Я пойду открою, — сказала мама и покинула кухню. Через пару секунд она вернулась и сообщила: — Поль, это к тебе… Девушка, пребывая в замешательстве, вышла из кухни. В прихожей стоял Стас. Весь взъерошенный и потерянным видом. Увидев девушку, он часто задышал, а его губы задрожали. Подойдя вплотную, словно убеждаясь, что она ему не мерещится, он упал на колени. — Ты чего? — еле ворочая языком, шёпотом спросила она, чуть подавшись назад. — Прости меня, прости меня, — забормотал он, обнимая ноги Полины и носом утыкаясь ей в живот, — как я мог тебе не поверить, не понимаю… Это всё случилось из-за меня. Ты пыталась меня предупредить уже столько раз! Прости меня. Прости… Та лишь молча погладила его по торчащим во все стороны волосам. У неё не было сил сейчас что-то выяснять и доказывать. Она просто была счастлива, что осталась жива. — Пошли ужинать, — наконец произнесла она, — ты, наверное, голодный. Два раза уговаривать не пришлось. За ужином как раз и состоялось знакомство, пусть и в таких странных обстоятельствах, ну и долгий разговор. Отец, мягко говоря, был не в восторге от того, что потенциальный жених его дочери имел некоторые проблемы с зависимостью от азартных игр, которые могли привести к ужасающим последствиям. Но он злился недолго, потому что понимал, что отчасти виноват сам. Не замечал, что происходит у него перед носом и что человек, которому он доверял, оказался самой настоящей сволочью и предателем. Для него это был удар поддых, ведь он думал, что сын друга не способен даже степлер украсть. Это был тяжёлый, невероятно длинный день и очень резиновый вечер, который с трудом переполз в ночь. Все очень устали. Но одно можно было знать наверняка: у Стаса раз и навсегда отрезало желание заниматься лудоманией. Время было позднее. Пора было расходиться по домам. Полина со Стасом вышли в коридор. — А ты домой не поедешь? — удивился он, дойдя до вешалки и заметив, что Полина никуда не собирается. — Я хочу остаться сегодня у родителей, — тихо сказала она, — я тебя только провожу. Стасу больно было смотреть на Полину в таком состоянии. Да и его вид тоже оставлял желать лучшего, мягко говоря. — Ты пиши мне, — попросил Стас. — Угу, — монотонно ответила она, глядя немигающим взглядом на парня. Тот аккуратно взял её лицо в свои ладони и проникновенно произнёс: — Полина… Я тебя прошу, скажи, что-нибудь. Скажи мне, что я мудак, ну, пожалуйста, не молчи! У него душа была не на месте. Ну не Полина это перед ним. Где та юморная и задорная девчонка, которая всегда трещала без умолку? И не была похожа на остальных своей непосредственностью и простотой в хорошем смысле? Которая порой ворчала, как старушка, но всегда по делу? Которая заботилась о нём и верила в него, когда не верил никто? Которая нашла ключ к его сердцу? Ответ лежал на поверхности: он просто не ценил это. И вот до чего это дошло. — Я тебя прошу, просто уходи, — тихо попросила она, всхлипывая. — Полин. — Уйди, Стас, просто уйди… — шептала она, а глаза стали мокрыми от слëз. Полина держалась из последних сил, чтобы не закричать. Но так как дома были родители, то не хотелось лишний раз наводить панику. Им и так хватает переживаний сейчас. Но другого выхода не было. Стас послушно покинул квартиру. Если сейчас нужно ей побыть одной, то пусть так и будет.