All the Way

Вы когда-нибудь стояли на рельсах, в ожидании поезда, что закончит вашу жизнь и страдания? Ингук помнил этот день отчётливо, этот момент въелся в его мозг, словно опухоль. Он никогда не думал, что в его жизни может настать этот день. День, когда он захочет податься демонам в голове. Захочет закончить свою жизнь на железнодорожных путях. Внутри него зародилось это ощущение совсем недавно. Перед глазами улыбчивая мордашка Джэхена, в ушах его бархатистый с хрипотцой голос. Под ребрами в момент становится больно. Сердце пытается вырваться наружу. Он не может разрушить их дружбу с Джэхеном. Он не осмелится никогда в жизни рассказать свой секрет.       Я люблю тебя, хён... Поезд так и следует по рельсам, без торможения и сигнала. Ингук лишь провожает взглядом уезжающие вагоны. Он больше не может жить во лжи. Врать другим это — плевое дело. Но врать себе — болото. Свадьба Джэхена с Хесон окончательно поставила все на свои места. Ингук уже не мог просто приходить на дружеские встречи или пьяные посиделки. Если бы он по пьяне выпалил что-то подобное. Это был бы конец. Конец его начинающей карьеры. Конец спокойной жизни новоиспечённой пары. Рухнуло бы все! Разве он мог на весь мир заявить, что у него появились неоднозначные чувства к товарищу по съемкам? Сейчас, снятый клип кажется словно дежавю. Ингук реально схож с главным героем, который был влюблен в друга.       Разве я достоин любви... твоей любви, хён... Ингука в такие время спасает только медленная прогулка. Умел бы он пить, точно бы напился и скинулся с крыши какой-нибудь многоэтажки. А может быть с пьяну скинулся бы с ближайшего моста. Каждый раз его что-то останавливало. Может он отчасти жалел себя. А может он просто попал в тупик. Резкий звук телефона вызывает испуг. Он утыкается носом в воротник пальто и безразлично вытаскивает из кармана мобильный.       Джэхен?       —Эй! Гуки ты дома? Я еду к тебе в гости. Мне нужна большая порция вина. Я на мотоцикле так, что останусь у тебя на ночь.       —Чего? Хён? —на той стороне провода остались лишь долгие гудки. Он давно не слышал звонка от Джэхена. После его свадьбы они лишь пару раз столкнулись в коридорах разных студий. После выхода клипа «K.Will — Please Don't» был такой ажиотаж. Ингук впервые тогда ощутил внимание толпы на собственную персону. И теперь сюжет клипа схож с реальностью. В центре только нынешняя жена Джэхена. Ингук несколько долгих минут пялит экран мобильного.       —Ты издеваешься... Он спешит домой. Жилье Джэхена хоть и было в другой части Сеула, но зная как тот гоняет по улочкам. Явно час или полтора и Джэхен будет у его дома. А ему ещё плестись к дому минут сорок. В этот раз его занесло намного дальше, чем обычно. В доме Ингука словно пропахло одиночеством. Он расправляет впервые за год плотные шторы, впуская в свою квартиру первые лучи солнца. Впервые за пару месяцев он включает кондиционер, проветрит свое гнёздышко не помешало бы. За прошедшие шесть лет много чего изменилось в его жизни. Но единственное неизменное это — чувства к Джэхену. Ингуку понадобилось столько сил чтобы исключить себя из жизни друга. Кардинально изменить все, что раньше казалось таким нормально-идеальным. И закрытся в себе. Окончательно. В дверь с переодичесность накидывается стук, но Ингук не спешит открыть её. Он словно в одном из своих кошмаров и в тоже время любимом сне.       Стук в дверь. Стук сердце. Перезарядка. Хочется провалится сквозь потолок и остаться мокрым пятном на чужом полу. Страшно. Страшно увидеть вновь лицо Джэхена. Учуять его новый одеколон. Вспомнить его красивую улыбку, которую так редко можно увидеть на его лице. Переминаясь с ноги на ногу Ингук словно приростает ладонью к дверной ручке. Один лишь щелчок и он на распутье.       —Эй, Гук! Ноги начинают прогибаться под себя, а дрожь в теле переходит на холодный пот.       Молчание. Ингук забыл как говорить. Скрип двери и перед ним слегка взъерошеный Джэхен.       —Я скучал по тебе... Под ногами Ингука пропасть. Это точно не иллюзия? Его Джэхен говорит такие нужные слова именно сейчас?       Спаси меня, пожалуйста! Ингуку ничего не остаётся, как только приблизится на пару шагов навстречу своей погибли. Он смотрит пристально на Джэхена, по щеке скользит одинокая слеза. Ингук этого не выдержит. Как же ему хочется, чтобы люди умели понимать по глазам, по взгляду. Хочется, чтобы Джэхен, просто вот так молча, без единого слова, понял его.       —Я развожусь... Мир вокруг Ингука замирает. Ему не послышалось? Голос ещё не в силах произвести даже звук.       —Я так скучал по тебе, Гуки! Мир вокруг Ингука рушится. Холодные, пересохшие губы его любимого хёна касается его собственных. Джэхен легко проталкивает хозяина квартиры вместе собой за дверь, захлопывая её. Ингук не может дышать. Вспотевшие чужие ладони сильно сжимают его щеки. И почему реальность похожа на забвение перед смертью? Может его тело уже нашли спасатели? И это единственное, что осталось в его голове?       Реальность обжигает похлеще кострища. Во рту у Ингука знакомый вкус одеколона вперемешку с шампунем.       За столько лет ты не сменил даже свой парфюм... Мир Ингука создаётся заново. Его руки сильнее притягивают Джэхена на себя.       Пришло время. Время избавится от булыжников на душе. Сам Джэхен явился к нему. Ингук не может больше держать молчания. И лишь, когда спустя время он всё же разрывает между ними поцелуй, в воздухе зависает еле уловымий шёпот:       —Я так люблю тебя, хён... Рядом с Джэхеном ему от чего-то совсем не страшно, что теперь подумают другие. Рядом с Джэхеном он может быть настоящей версией себя.