Кусочки мозаики

      Энтони Нотт с нескрываемым раздражением швырнул папки на стол. Марианна приподняла брови, покусывая кончик пера.       — Кто-то сегодня не в духе, — отметила она.        — Скамандер смотрит на меня так, будто я замышляю совершить преступление или уже его совершил! — воскликнул обычно сдержанный Нотт, но тут его было сложно винить — Тесеус Скамандер обладал талантом выводить из себя даже самых спокойных и безэмоциональных людей.       Лу хмыкнула и похлопала Нотта по плечу.       — Не переживай, Нотт. На меня он смотрит точно также.        Лукреция Каннингем всегда знала, кем она была для Тесеуса: надоедливой проблемой девицей с блокнотом маминых заклинаний, от которого Министерство Магии хотело бы избавиться — почему-то все как один были уверены, что Лу начнёт практиковать тёмную магию у них под носом. У Литы Лестрейндж репутация была не лучше, но почему-то такого желания отчаянно её поймать у магического сообщества она не вызывала. Лу думала, что в том, что за ней ещё не пришли, состряпав фальшивое дело, замешан Тесеус — наверное, его авторитет и звание героя войны не позволяли Каннингем оказаться в Азкабане. Если он уйдёт из Аврората, то за неё точно возьмутся.       Но Лу лукавила.       Пальцы разжались, выпуская волшебную палочку, которая с глухим стуком упала на пол. Лукреция сделала вдох, ощущая, как силы покидают тело. Она растерянно посмотрела на Тесеуса и начала оседать на пол, и колени бы с ним соприкоснулись, если бы не подскочивший к ней Скамандер.       — Я так ослабела… — выдохнула она, цепляясь за его плечи. На полу они всё равно оказались, только опустились на него осторожно.       — Дыши со мной, Каннингем, — лицо Лукреции обхватили ладони Тесеуса, и её голова безвольно наклонилась в сторону. — Давай же, не смей умирать, — прошептал он, прижимаясь губами к её виску. Она затихла в его объятиях, и Скамандер уже начал представлять самые страшные сценарии, когда тело Лу начало сотрясаться. Она… смеялась?       — Боже, видел бы ты своё лицо, — Лукреция коснулась безнадёжно испорченной в ходе битвы причёски. Она бросила взгляд на своё платье — порванное, грязное, где-то даже порезанное Диффиндо. Мачеха пришла бы в ужас, увидев её в таком виде. И ещё в компании мужчины… Что ж, тогда бы Серену Каннингем определённо бы хватил удар.       — Ты хоть понимаешь, как я испугался?       — Но я же должна была отомстить тебе за всё твои взгляды и выпады в мой адрес.       — Я думал, что ты умерла.       — Поверь, я буду ещё очень долго мозолить тебе глаза.       Лукреция поднялась на ноги, игнорируя помощь Тесеуса и, наклонившись, подняла палочку, убирая её в карман платья. Каннингем посмотрела на Тесеуса, рассматривающего зал и скользившего глазами по всему, чему можно, но только не по ней. Обиделся.       — Прости, — произнесла она. — Я не должна была так шутить. А ещё мне жаль, что вы расторгли помолвку, — выпалила Лукреция, не найдя момента лучше — давно хотела ему это сказать, но рядом находилось слишком много любопытных людей, из-за чего даже со своими напарниками поговорить не всегда получалось.       — Тебе жаль?       Лу сузила карие глаза. Ей не понравилось, каким тоном это произнёс Тесеус, о чём она поспешила ему сообщить.        — Не превращай меня в злодейку, Скамандер. Я не рада тому, что вы разошлись, ясно? Я уважаю Литу и считаю её хорошей девушкой. Какой же ты придурок, если думаешь, что чужая боль…       Тесеус в последний момент обхватил пальцами её тонкое запястье, вынуждая остановиться и обернуться. Лукреция свела брови к переносице, смотря исподлобья. Чуть дёрнула руку, но Скамандер не отпустил. Пальцы на запястье ощущали ускорившийся пульс Лу.       — Я знаю, что ты не рада. Расторжение помолвки было обоюдным решением — мы поняли, что стали друг другу чужими людьми и решили разойтись, пока всё не зашло слишком далеко. Что-то изменилось в нас обоих, — добавил он.       Лукреция пытливо всмотрелась в лицо Тесеуса и поняла, что он не врёт, испытав  облегчение — хорошо, что свадьба главы Аврората сорвалась не из-за неё. Хотя Лу не сомневалась, что своё имя в «Ведьмином досуге», когда будут обсуждать Скамандера и Лестрейндж, всё же увидит: кто-то же должен входить в список потенциальных воровок жениха почти у алтаря. Лукреция прокашлялась и откинула на спину волосы.       — Может, ты уже меня отпустишь? Надо подобрать артефакт и отдать его…       — Выпьем?       — Почему сейчас?       — Я хочу позвать выпить красивую девушку.       — Ладно. Я согласна, — Лукреция кивнула. — Только не в многолюдное место. Знаешь такое?       — Знаю.       — А теперь давай займёмся работой.       По каменным ступеням сбежал Нотт, приближаясь к ним, и Лукреция невольно коснулась щек — ей казалось, что они стали пунцовыми из-за разговора с Тесеусом.