Целый век

Стены этого театра уже давно казались родными. Проходя каждый день мимо этого большого здания, получилось его досконально изучить и получать от этого удовольствие, ведь это самое любимое здание в этом городе. И это не просто так — когда с детства ходишь в школу по родной Триумфальной площади мимо такого театра, нельзя не полюбить его, будучи ребёнком, ведь это детское наивное любопытство даже в раннее, холодное ненастное школьное утро пробуждает тягу к новому и цепляющему, чем и стал этот театр. Идёшь ты в школу, машины куда-то постоянно несутся, не останавливаясь ни на минуту, люди бегут, толкая друг друга, — они что, не замечают в этой жизни ничего прекрасного, их не волнует искусство? — а ты неторопясь останавливаешься; рядом — огромная лужа, а в ней отражается театр Сатиры, с его большим куполом, и даже виднеются маски в виде маленьких точек, четыре маски — эмоции которых обозначают театральные жанры: комедию, драму, трагедию и сатиру. Голова поворачивается в другую сторону, глаза снова смотрят на это прекрасное здание. Затем ты дальше идёшь в школу и думаешь о том, что эта вот лужа потом высохнет, и не останется от неё ничего, а это самое здание с его большим куполом и масками на фасаде, которое недавно в ней отражалось, будет стоять и стоять ещё много лет вместе со своей историей и секретами, вместе со своими переживаниями и победами, переносясь в новое и новое время. Ребёнком ты просишь родителей отвести тебя на любой спектакль, ведь ты ещё даже не знаешь, какие спектакли идут в этом театре, да и вообще, тебе пока ещё мало интересен театр как процесс, но тебе уже любопытно побывать там. И вот ты садишься на своё место в кресло и сидишь в зрительном зале в ожидании какого-то чуда, хлопая глазками и разглядывая пока ещё пустующую сцену и стены. А ещё так много людей — неужели все они захотели прийти в этот театр именно на этот спектакль? Это кажется так необычно... Необычно, что кроме тебя ещё кто-то проявил желание прийти в этот театр, так же, как и ты. Ну ведь в таком таинственном с виду театре должно же произойти что-то особенное! Каждый ребёнок, ведь, в этой верит... После первого твоего спектакля — гора эмоций. Родители теперь только и слушают про этот театр, они уже наизусть знают спектакль, на который ты ходил и который произвёл на тебя такое большое впечатление. Спектакль, который открыл для тебя театр сатиры, дав какое-то начало чему-то большому. Нет, это не секрет, да и никогда не забудется первый спектакль, на который посчастливилось прийти, — «Бешенные деньги». Он и по сей день идёт в этом театре. Спустя время ты начинаешь смотреть на этот театр по-другому, — уже глазами не обыкновенного и ни к чему не причастного прохожего, который в лице маленькой девочки идёт в школу зимним утром, когда снегопад укрывает театр словно туман, и лишь подсвечивается надпись «Театр Сатиры» на фасаде, — а глазами начинающего зрителя этого театра, уже мечтающего быть постоянным зрителем этого театра, как и сотни других людей, которые окружали тебя в первый день в этом большом, но уютном зале. На день рождения родители дарят книгу про театр Сатиры, в которой можно было кратко познакомиться с его историей, спектаклями и актёрами, что и сделала маленькая девочка. Перелистывая страницы книги, она поражалась, что этот прелестный театр существует с тысяча девятьсот двадцать четвёртого года... А ведь когда-то наверняка придётся застать его столетие, — так думалось в голове. Малышке было любопытно разглядывать чёрно-белые фотографии прошлых лет, которые хранили в себе настоящую историю. А какие артисты, — казалось, совсем не похожие на тех, что были на спектакле, — но не менее замечательные. Так, благодаря книге, любознательная юная театралка познакомилась с ранней историей театра, его началом и с такими прекрасными и до сих пор незабытыми артистами как Анатолий Папанов, Александр Ширвиндт, Вера Васильева, Михаил Державин, Спартак Мишулин, Георгий Менглет, Татьяна Васильева, Татьяна Пельцтер, Андрей Миронов... Он ей запомнился больше всех. А когда по телевизору шёл фильм с его участием, она смотрела на этого доброго и талантливого советского актёра и дивилась — неужели, он правда, в самом деле играл в этом тетаре? Это казалось так невероятно. И полюбился он с тех пор как-то особенно, больше других, а потом стал чем-то больше, чем просто любимым актёром, он стал целым миром, светом во тьме, поддержкой и мотивацией во всём и просто немаловажным человеком, который дарил миллион различных впечатлений и эмоций. Прошло пятнадцать лет с момента знакомства с театром сатиры, и вот теперь ты не школьник, а молодой специалист, окончивший институт. И теперь ты ходишь в этот же театр каждый божий день, но не на спектакли, а на работу. Да, некоторые мечты и вправду сбываются. Какой же он теперь любимы и родной — Театр сатиры! Как хочется «жить» тут всегда. Тепло его стен и любовь переполняли каждый день, что без улыбки нельзя было выйти с работы в самый ненасытный день, вспоминая о том, какие прекрасные и гениальные актёры играли в этом театре, и сейчас тоже, а в сумочке аккуратно лежит билет на очередную премьеру на выходных. Но вот только чего-то поистине не хватало... Не хватало чего-то подробного, живого, не хватало узнать больше обо всём этом, — о том, что окружало тебя каждый день. И, думая об этом напротяжении всего дня, а потом, выходя с работы и вспоминая глаза давно покинувших этот мир артистов театра, смотрящих в душу с фотографий в фойе, думаешь о том, как же хотелось узнать чего-то большего. В один прекрасный осенний день появилось желание прогуляться по Триумфальной площади у театра, который никогда не надоедал, и поспрашивать у хороших, но незнакомых прохожих, что они думают об этом театре. Наверняка, здесь были бы люди, у которых что-то связано с этим местом под куполом. Вот, пожилая тихая женщина прогуливается с собачкой. Возможно, она что-то знает. А недалеко на лавочке сидит супружеская пара пенсионеров, с любовью в глазах смотрящих на театр. И много-много людей того прекрасного поколения встретилось на пути. Вопросы были все похожи, но ответы были самые разные, и, более того, слышать их было очень приятно и интересно. — А что для Вас значит Театр сатиры? — Мы часто бываем здесь, рядом. Я иногда вожу туда своих внуков. — Вам нравится Театр сатиры, что позади нас? — Не знаю... Трудно сказать. Был там пару раз, но мне понравилось. Впечатляет! — Скажите, Вы бывали в этом театре в молодости? — Конечно! Я до сих пор очень люблю его, и хожу периодически на спектакли. Но скучаю по былому... — А чем Вам дорог этот театр? — Невероятными постановками, талантами, и просто атмосферой. — Вы бывали здесь? — В Театре сатиры? — Да. — Бывала. Я очень люблю этот театр. — А с чем он у Вас связан? Есть ли какие-то особые воспоминания, связанные с ним? — Да, конечно. Муж сделал мне предложение именно в этом театре... В антракте. — ...А кто был Вашим любимым артистом? — Ну... Папанов, Миронов. Они блестящие актёры. — Был ли у Вас любимый спектакль? — Да. «У времени в плену». Несколько раз ходила на него. — А Вы часто здесь бываете? — Да, не пропускаю ни одну премьеру. Театр расцветает, а молодые артисты просто таланты! — Этот театр, я считаю, ещё много лет будет радовать зрителей! Опрос закончился. Так радостно было услышать мнения разных людей, и даже не верилось, просто поржало то, что многие люди напротяжении нескольких лет ходят в этот театр, что для них он бессменный, хотя есть и множество других. Несколько минут назад даже не было подозрения, что вся полученная из уст добрых людей информация пригодится завтра в работе для подготовки сценария к предстоящему юбилею. К столетию театра, который уже почти настал, что казалось так невероятно, так долгожданно... *** Что такое юбилей? Это что-то прекрасное, громогласное. Личное, прекрасное. Победное, трагичное И просто интересное. Что такое юбилей? Волнующее, интригующее, И просто чарующее. И, всё же, юбилей. Ну, а тот, кто знает, — Тому видней. Сегодня первое октября две тысячи двадцать четвертого года. Столетний юбилей театра. Стих, написанный на бумажке лежал на столе среди стопок бумаг. Но это лишь наброски. Работа в целом была очень серьёзная и  нелёгкая. Написать сценарий, придумать всё — было непросто. Особенно для такого ответственного мероприятия, где задействована вся труппа театра. Сценарий для предстоящего праздника театра был написан всего за три дня, что стало причиной недосыпа. Но что не сделаешь для любимого театра, особенно в такой знаменательный день. Кстати, на сцене уже всё готово? Надо пойти проверить... Сценарист в лице молодой девушки взяла с собой режиссёра-постановщика мероприятия, и они вместе направились в зрительный зал по коридорам театра. Оказавшись в самом зале, девушка вспомнила, как она первый раз оказалась здесь, и даже движение её головы сейчас попортилось как однажды в первый раз. И зал заиграл для неё по-новому, хоть и был всё тот же. На сцене прогоняли речь и свои номера артисты театра, — они все такие красивые... Мужчины в деловых костюмах, а женщины и девушки в платьях, и потому чувствовался праздник. Ещё бы — сто лет застаёшь не каждый день. — Всё готово? — Поинтересовались девушки у технического администратора, который положительно кивнул головой. Спустя несколько минут и зрители стали заполнять собой и своими голосами фойе любимого театра. Девушке не верилось — её многолетняя любовь — место её работы, и сейчас она является сценаристом мероприятия, посвящённому очередному, но самому красивому юбилею. А это ведь её первый юбилей в этом театре! Первый, и такой знаменательный! А вот и артисты, которые уже готовы к выходу на сцену. Как хорошо было от мысли, что практически все дожили до этого прекрасного юбилея! Когда молодые артисты вышли на сцену, они пригласили «золотой» состав театра, а именно всех самых давних артистов, которые и сами уже были в этой жизни без малого век. Не верилось, что любимый артист стоял там... Такой старый, но не менее любимый. Под звуки открывающегося шампанского в закулисье труппа театра поздравляла друг друга, пока всё ещё были слышны аплодисменты из зрительного зала. Какое счастье, что удалось туда попасть, к ним, ещё раз взглянуть на них! Такие счастливые, они о чём-то говорили друг с другом. — Спасибо, Шурочка, за всё! — Ласково говорила Вера Кузьминична Васильева. — Если бы не ты... — Если бы не мы! — Поправил её Миронов Андрей Александрович. — Андрюш, а как мы праздновали семидясетилетие... Это было почти так же здорово! Ты же помнишь? — Нет... А разве было семидясетилетие?... — Да, было... __________________________________ — Ксения! Просыпайся! Юная сценаристка резко открыла глаза, подняв голову, — она сидела в кабинете, а окружали её стопки листов бумаги. Успев отлепить от щеки прилипшую бумажку, девушка пробежалась по тексту — черновик. Тогда она нашла нужную папку со сценарием, взяв её в руки, резко выдохнув и собравшись с мыслями. — Ты как? Пойдём, нужно проверить готовность. Прогон уже идёт. — Иду... Вновь в коридоре её взгяд задержался на взглядах красивых, но давно ушедших артистов, которые так глубоко сидели у неё в сердце. Как больно за эти несколько лет было наблюдать за тем, как прибавлялись эти фотографии на этой самой стене... Каждый из них — отдельная любовь. Если они приснились в такой день — это к лучшему. Девушка подошла к портретам, и, улыбнувшись, прошептала: — С юбилеем. _______________________________________ С юбилеем, Сатира! ❤️ Спасибо всем артистам, ныне играющим, и светлая память тем, с кого начался этот театр. #сатираввеках