Спаси меня

…Я стоял на краю, думая о жизни. О прожитых годах, в которых не было ничего по-настоящему ценного для меня. Лишь быстро бегущие секунды, отмеряющие время до конца. Ждать уже не хотелось. Хотелось умереть. Тихо падали пожелтевшие листья, тишина на улице разрезала пространство, оставляя меня наедине с тем, что внутри. Я усмехнулся. Как будто мне и так было недостаточно. Я настолько был сыт собой, что хотелось выплюнуть это, вывернуть себя наизнанку, чтобы всё закончилось. Середина осени задавала атмосферу. Сдерживая дрожь от холода, я внезапно подумал, что кто-то сейчас сидел, укутавшись в плед, грел руки о горячую кружку чая, может, гладил своего мурлыкающего кота, кто-то с предвкушением погружался в новую книгу, а кто-то разделял эту осень со своим любимым человеком. Я на мгновение даже поёжился от тепла, которое исходило от картинок в моём воображении. Как будто в полной темноте резко включили яркий свет, непривычно и больно, когда нужно время, чтобы привыкнуть. К теплоте. Но его нет. Времени? Желания. Проще снова закрыть глаза. Я стоял на краю моста, глядя в непроглядную глубину внизу. Глубину, которая затягивает. В которой есть все ответы. Которая примет тебя таким, какой ты есть. Кого я увижу в отражении? Потерянного человека, потухшие глаза и отсутствие жизни в самой жизни. Какая дикая тавтология. Но правдивая. Серая версия меня самого. А какой я настоящий? Действительно я. Без масок и фальшивых улыбок, без «всё нормально». Спроси сейчас людей вокруг меня, скажут: душа компании и затейник. – Это действительно ты? – спросила глубина, подмигивая мне отражением. –Это ты спасаешь всех своим светом, когда внутри уже выжжена твоя собственная долина смерти? Твоя пустота, которая поглощает, затягивает. Глубина во мне? Она в тебе. Бездонное море отчаяния. Ты освещаешь путь другим, пока сам тонешь в собственной темноте. И тебя некому спасти. Света осталось совсем немного… А дальше – полная тьма. Внутри что-то до боли сжалось, я покачал головой. Становилось всё холоднее.  Как легко все обманываются картинкой, не заглядывая вглубь, не пытаясь действительно увидеть. Все смотрят, но не видят. Что сокрыто за этим красивым фасадом, за этими вечными шутками и смехом? Если снять все маски – кто ты, Антон? Кто ты, когда не спасаешь и не смешишь других? Кто ты, когда просто стоишь вот так на краю пропасти, отсчитывая минуты. Резкая вспышка головной боли и глаза. Глаза, которые я вижу перед собой. В последние недели я вижу один и тот же сон. Сон, в котором есть только эти глаза и фраза, набатом звучащая внутри меня: «Спаси меня.» Это стало моим личным кошмаром. Я никогда не видел обладателя этих глаз. Глаз, которые завораживают, которые пронизывают насквозь своей глубиной и… Холодом? Меня начинает подташнивать от абсурдности всей ситуации. – Всё нормально, Антон, – тихо сказал я сам себе, – у тебя просто поехала крыша. Я ударил по перилам, которые отделяют меня от рокового шага. Усталость накатила, как волна прибоя, шёл второй час ночи. Где-то вдалеке проезжали одинокие машины, жизнь шла. Шла мимо. Сползая на асфальт, я вдыхал осенний воздух и искал смысл. Чтобы двигаться дальше. Как будто именно так можно найти смысл. Стоя на краю пропасти. Как будто здесь я могу быть собой. Телефон в кармане завибрировал. Замёрзшие руки не слушались. – Да, Поз, – я собрал все силы, чтобы придать голосу нужную интонацию. – Где тебя носит? Второй час ночи, завтра игра, забыл? – голос на другом конце провода был взволнованным. – Скоро буду. Я отключился, прежде чем он начал задавать вопросы, на которые отвечать не было ни малейшего желания. Предательски заморосил дождь. Завтра игра. КВН. Я выйду на сцену. Снова буду играть, смешить, растворяться в моменте. И никто не увидит этой глубины внутри меня. Люблю ли я это? Да. Прохожу ли я через некий кризис? Да, определённо. Поднявшись с земли, я понял, насколько сильно я замёрз, и медленно направился в сторону дома. Осень продолжала тянуть ко мне свои руки, затягивая в атмосферу длинных вечеров и глубоких размышлений. Вопросов без ответов. …Спаси. Меня. Я снова проснулся ото сна, в котором видел лишь эти глаза. Хватая воздух в лёгкие, как спасительное лекарство, я пытался дышать.   – Бля, Тоха, что случилось? – Поз с удивлёнными глазами смотрел на меня, не понимая, что происходит. – Кошмар приснился. – Кошмар какие прекрасные глаза. Что за чёрт. – Пора собираться, нам выезжать скоро. Я завтрак приготовил, вставай. Носило его где-то. Я кивнул, и день завертелся, пошёл привычным чередом. Сборы, перемещения, репетиции, обсуждение выступления, прогон, свет, звук. Наблюдая за всей суматохой, я размеренно дышал. Было что-то магическое в этом. В создании. В том, что было за кулисами, что сокрыто от глаз публики. Магия. – И я не понимаю, зачем нам консультант по актёрскому мастерству сейчас, напыщенный профи с образованием, что он понимает в КВН и в импровизации. – Отрывки разговора стали доходить до моего сознания, как будто вырывая из собственной неги мыслей о магии момента. Которую больше никто не видит, как будто. – О чём вы? – Потерянно спросил я. – Где ты летаешь? Мы уже 15 минут говорим о том, что к нам приставили консультанта по актёрскому мастерству. – Дима ярко жестикулировал, пытаясь донести мне степень своего удивления. Актёрское мастерство? Неплохо. Я на минуту задумался, а потом услышал голос позади. Бархатный и проникающий под кожу: – Добрый день. Рад вас приветствовать. Для начала представлюсь, меня зовут Арсений. И здесь, как в самых банальных фильмах, как в замедленной съёмке я поворачиваюсь к двери, и встречаюсь глазами с моим кошмаром. С этими глазами.