Райтябрь '24

Канзас       Бороться со сном Огмир умел. Когда приличный отрезок своей жизни ты проводишь в походах как в одиночку, так и в компании, то волей неволей научишься как просто не засыпать, так и спать разными способами.       Когда ты с компанией путешествуешь из точки А в точку Б, нет абсолютно никакой гарантии, что ночь обойдётся спокойно, без разбойников, диких хищников или ещё какой-то чертовщины. Да и банально костёр поддержать — ночи-то не всегда тёплые, далеко не всегда. А потому надо делить ночь на отрезки, в каждый из которых кто-то из отряда будет нести вахту у огня. Чем больше народу в команде, тем лучше — меньше времени дежурить, больше времени на поспать. Правда, не заснуть всё ещё тяжеловато, особенно, если ты дежуришь посередине ночи или банально вторым.       Сейчас способы сна не имеют значения, только способы борьбы с ним. К сожалению, правила запрещают покидать диван и кресла, на которых устроились участники игры. А жаль — сейчас мягкость и уют дивана играли против него, как и мерное потрескивание поленьев в камине. Полумрак, в который была погружена комната, к счастью, подобного эффекта не оказывал — волею его богини Огмиру было наплевать на темноту. И ведь встать и прогуляться по комнате нельзя, не по правилам. Вот и остаётся сидеть, да время от времени поглядывать на соучастников сего мероприятия.       Крейг сидел рядом с Огмиром недвижимо, подобно здоровенной скале. Закрытые доспехи, которые паладин носил на постоянной основе, затрудняли определение того, спит он или нет. Не то чтобы сильно, впрочем — когда паладин заснёт, он неизбежно ссутулится. Так что не выражение лица, так осанка выдаст. Хотя, на вкус Огмира и Диеро, у паладина всё ещё было перед ними преимущество.       В отличие от своего товарища, Крейг даже головой не двигал. Так и сидел, уставившись в одну точку. В отличие от остальных участников, у него не было нужды даже в небольших движениях, дабы хоть как-то разогнать застоявшуюся кровь — могучая воля паладина прекрасно справлялась с удерживанием его в сознании, благо, опыт в этом плане у него был не хуже, чем у Огмира. Какое-то время паладин активно сопротивлялся тому, чтобы позволить стремительно тяжелевшим векам сомкнуться, но в какой-то момент… Тяжесть отступила и разум стал более ясным. Он смог. Преодолел барьер. Теперь точно продержится ещё полчаса… Нет, час.       Через пару минут шумно выдохнул Огмир — видимо, испытал то же самое.       Наталия составляла этим двоим достойную конкуренцию. Как обычно, по внешнему виду устроившейся в кресле жрице богини секретов сложно сказать, о чём она думает и какие эмоции испытывает. Однако одно всем присутствующим было ясно наверняка: девушка всё ещё бодрствовала и сдаваться не собиралась. Лишь время от времени слегка приспускала свою беспристрастную маску и бросала на остальных насмешливые взгляды. Огмир, ловя некоторые из них, отвечал тем же. Ему нравилась эта ехидная черта подруги.       Справлялась жрица неплохо. Некоторые деяния в славу её божества требовали не спать сутками, а потому до того, чтобы провалиться в забытье, девушке было ещё довольно далеко.       Элиот среди этих четверых приходилось хуже всех. Со сном она бороться могла, но в разумных пределах. В цирке ночными бдениями занималась лишь часть труппы и Элиот в эту часть не входила. А потому у неё банально не было необходимости не спать всю ночь. И именно поэтому она сейчас была в самом незавидном положении. Ни встать и пройтись, ни банально поболтать — достаточно активные движения и мало-мальски оживлённая беседа отгоняет сон, поэтому правилами их запретили. Только и остаётся, что беспокойно ёрзать в кресле, да переводить взгляд с одного участника на другого. По Крейгу вообще ничего не скажешь, Огмир и Наталия, судя по всему, играют в гляделки, надеясь подловить друг друга, а Диеро… Диеро слабо светящимся зелёным фантомом безмолвно нарезает круги над ними, изредка влетая в тело Крейга — проверить, действительно ли паладин бодрствует.       Такое ощущение, будто веки тяжелеют с каждой секундой. Элиот уже прилагала немало усилий, чтобы не дать им закрыться дольше, чем на мгновение. Нельзя спать! Нельзя! На кону её честь и гордость! Хотя… Возможно, если она прикроет глаза на пару секунд, то тяжесть отступит? Да, можно. Но на пару секунд, не более. Нельзя спать… Нельзя, ведь тогда…       Диеро очень хотел поучаствовать в забаве, придуманной друзьями, поэтому, после коротко обсуждения, коллектив назначил его быть судьёй и наблюдателем за состязанием. Быть непосредственным участником он, увы не мог. Диеро призрак, а призраки спать не умеют. Если только не вселятся в кого-нибудь.       Роль судьи духу мальчика пришлась по вкусу… Первые минут двадцать. Потом он осознал, что наблюдать за четырьмя безмолвно сидящими людьми на самом деле не самое весёлое мероприятие. Однако, уже даже чисто из упрямства, нежели из желания участвовать. Тем не менее, уже можно было осознать, что Диеро начинает надоедать это всё — движения призрака стали более резкими, нетерпеливыми.       И в какой-то момент… Диеро встрепенулся. Присмотрелся, чтобы понять, что глаза его не обманывают… После чего с изрядной дозой облегчения в голосе громко прошептал: — Элиот уснула первой!       Крейг и Огмир облегчённо выдохнули. Наталия с лёгкой улыбкой достала из рукава купленную ещё во время турнира косметичку миланского производства. Элиот уснула первой, тем самым проиграв. Нарушила запрет на сон, поддавшись «искушению». А значит, её, как проигравшую, ждёт наказание. «Не бойся, Элиот», — подумала жрица, открывая футляр и доставая кисточку. — «Я буду нежной с тобой.»