С ними я нашёл свой " подчерк "

В роскошном зале виллы Супер Камня царила атмосфера напряжённого ожидания. Альберу, восседая в своём величественном кресле, наконец решился задать вопрос, который давно не давал ему покоя. Его голос прозвучал неожиданно громко в тишине комнаты: — Кейл, расскажи про своих корейских хенов. Про ваши отношения. Все присутствующие в гостиной замерли, обернувшись к императору и бывшему главнокомандующему. В воздухе повисла тяжёлая пауза. Кейл медленно поднял глаза, его взгляд скользнул по собравшимся, остановился на Альберу. В его глазах промелькнуло что-то похожее на удивление, смешанное с лёгкой иронией. — Мне казалось, я весь в недостатках, — начал он тихо, словно разговаривая сам с собой. — Думал, что мир — это не моё. Утопал в шоколадках, пытаясь забыться, не понимая, как правильно жить. Его голос становился всё глубже, наполняясь болью и горечью пережитого. — В компании терпел критику и презрение, сжимая зубы. Покидал офис, не зная дорог, брёл, не опасаясь монстров. Ненавидел шумных людей и компании. Отказался от людей по жизни. Наблюдал, как огонь внутри угасал с каждым днём. Кейл на мгновение замолчал, словно погружаясь в воспоминания. Его лицо исказила лёгкая улыбка, когда он продолжил: — С каждым годом становился жёстче и скрытней, но встретил их. Сначала Су Хека, что спас меня, протянув руку, потом и Чон Су. В его голосе появилась теплота, нежность, которой никто не ожидал услышать от этого человека. — Не умею выражать эмоции и чувства прямо, умею поступками. Мне так почему-то кажется проще. Не один год мы проходим вместе, и благодаря им я нашёл свой «почерк», понял, как жить. Кейл говорил всё увереннее, его глаза светились внутренним светом. — Я с периодичностью к ним на «вы». Мне не передать сути восхищения. Знаете, мне мало так лет было, увы, но я доверял ощущениям. Знаете, я сарказм их всё ещё боготворю. Знаю, что видят меня, видят на ладони. Примитивно, но я люблю удивляться заново спокойствию и гармонии этих двоих. Его голос дрогнул, но он продолжил: — Никогда не любил переписываться, но наш чат для работы — кайф! Обнимашки в чате — взаимно, но никогда не признаюсь им в этом. Без сомнений! Знаете, они украли мои субботы, потом по плану было украсть воскресенья. Кейл улыбнулся, и эта улыбка была искренней, полной тепла и нежности. — Я не называл их «хен», но всегда считал их родными. Мы знали, пусть примитивно: «Но друг друга не предадим. Если они со мною — я был готов на всё, на любые свершения, даже на переработки, готов был терпеть все нудные собрания». Закончив говорить, Кейл поднялся и направился в сад, где играли дети. Он не знал, что его корейские братья всё это время стояли за дверью, слушая его исповедь, и глупо улыбались, вытирая непрошеные слёзы. Их сердца переполняла гордость и любовь к младшему брату, который наконец-то открыл свою душу.