Больше, чем договор.

      Диппер, Билл и Гидеон спокойно шагали по коридорам замка, освещённым мягким светом факелов. Билл то и дело оборачивался к нему, проверяя, в порядке ли тот, но он каждый раз отвечал лёгкой улыбкой и кивком, заверяя, что всё хорошо. На самом же деле усталость накрывала его волной — ноги гудели от напряжения, а виски пульсировали после долгого пребывания на солнце.       Гидеон, шедший рядом, почти не вмешивался в разговор, лишь изредка поддерживая его вежливыми репликами и осторожными комментариями. В какой-то момент он бросил на Диппера короткий взгляд и, слегка прищурившись, заметил: — Надеюсь, вы дадите себе немного отдыха, Ваше Высочество. Сражение было достойным.       В его голосе не было ни нотки назидания — лишь сдержанная забота, свойственная человеку, привыкшему замечать чужую усталость, но не навязываться с ней. Диппер кивнул, отвечая короткой благодарной улыбкой, не в силах на данный момент сказать больше.       Когда они наконец добрались до дверей личных покоев, Билл повернулся к Дипперу: — Отдохни как следует. Я попрошу принести тебе что-нибудь освежающее. Если что-то понадобится — сразу дай знать, — его голос был тёплым и заботливым, а взгляд — настойчивым.       Диппер благодарно улыбнулся, чувствуя, как даже это короткое внимание приносит облегчение: — Спасибо. Думаю, небольшой отдых мне действительно не повредит. — Тогда не смею тебя задерживать, — Билл мягко коснулся его плеча, взгляд его на миг стал особенно тёплым. — Я зайду чуть позже.       Они обменялись короткими взглядами, прежде чем Диппер скрылся за дверью, оставив Билла и Гидеона в коридоре. Сейчас он не думал ни о новых встречах, ни о предстоящих обсуждениях — только о тишине, мягкой постели и, возможно, паре часов безмятежного покоя.       Он стянул с себя пыльную одежду, быстро умылся и рухнул на кровать, чувствуя, как мышцы наконец-то расслабляются. Мысли о предстоящей встрече с Пасификой медленно угасали, уступая место долгожданному отдыху.       Время летело быстро. После небольшого отдыха и освежающих напитков, Диппер наконец почувствовал, как его тело восстанавливается после интенсивной тренировки. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь высокие окна, постепенно начал тускнеть, уступая место мягкому вечернему свечению.       Он поднялся с кресла, чувствуя лёгкую, но привычную усталость в мышцах, и переоделся в более удобную одежду. Когда Диппер уже почти подошёл к двери, чтобы тихо выйти, она вдруг приоткрылась — и на пороге оказался Билл. Он замер, едва не столкнувшись с ним, и прищурился с лёгким удивлением. — А вот и ты, — проговорил он с полуулыбкой, легко опуская ладонь на его талию и оглядывая Диппера с интересом. — И куда же ты собрался так незаметно?       Диппер на миг растерялся, но тут же собрался и ответил: — Леди Нортвест попросила о короткой встрече. Обещала, что это займёт не больше получаса. Билл чуть наклонил голову, и его голос стал тише, почти шёпотом: — А я думал, мы хотели провести вечер вдвоём…       Глаза его блеснули озорным огнём. Рука, что и так уже покоилась на талии Диппера, мягко, но заметно сжалась, прижимая его ближе. В его прикосновении чувствовалось что-то большее — не только притяжение, но и собственническая нежность.       Диппер не отвёл взгляда, лишь слегка улыбнулся, тепло и уверенно: — Это действительно ненадолго. Мы быстро поговорим… И потом я сразу вернусь. Обещаю.       Билл смотрел на него с затянувшейся задумчивостью, прежде чем слегка кивнуть, будто смиряясь: — Хорошо. Но знай — ты теперь задолжал мне вечер. Только наш.       Он склонился ближе и коснулся губами его щеки, почти невесомо. Тепло этого короткого жеста запоздало вспыхнуло в груди Диппера, и он, всё ещё улыбаясь, прошептал: — Обязательно.       Он шагнул за порог, тихо прикрыв за собой дверь, а Билл, задержавшись на мгновение, проводил его взглядом — долгим, всё ещё тёплым, с лёгким оттенком ожидания.       Коридоры дворца были погружены в мягкий свет факелов и свечей. Стражники почтительно склоняли головы при его проходе, а слуги спешили убраться с пути, пропуская его вперёд.       Когда он вошёл в библиотеку, там было пусто и тихо. Полки, уходящие ввысь, были заполнены книгами разных размеров и эпох. Огромные окна, затянутые тяжёлыми шторами, пропускали лишь тусклый свет заката, окрашивая помещение в тёплые оттенки. Где-то вдалеке, за массивными книжными рядами, слышались приглушённые шаги. — Леди Нортвест? — позвал Диппер, слегка повысив голос.       Шаги стали ближе, и из-за высокого стеллажа вышла она — уверенная походка, ровная осанка и лёгкая полуулыбка на губах. Она выглядела иначе без доспехов: её волосы были распущены, а платье лёгкими волнами струилось по полу, подчёркивая её изящность. — Ваше Высочество, — мягко произнесла она, делая реверанс. — Спасибо, что пришли. — Конечно. Вы сказали, что хотите поговорить, — Диппер сделал пару шагов навстречу, внимательно глядя на неё. — Что-то случилось?       Пасифика на мгновение отвела взгляд, словно собираясь с мыслями. — Не то чтобы случилось… — её голос звучал тише, чем до этого, а в глазах было заметно напряжение. — Скорее я хотела извиниться за свои слова на нашей первой встрече. Тогда… Я вела себя ужасно — сказала она, опустив взгляд и склонившись в извиняющемся поклоне, — Прошу меня простить.       Между ними повисло молчание, наполненное непроизнесёнными словами и эмоциями. Затем она уверенно подняла голову и твердо посмотрела на него: — Теперь, когда я иду по стопам наследования своего рода и должна стать следующим «Клинком Короны», я хочу, чтобы в наших отношениях не было злости и обиды. Чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза с честью и уважением.       Её голос звучал искренне, а взгляд был наполнен решительностью. Это был момент перемен, когда личные чувства уступали место обязанностям и новой ответственности. — Я принимаю ваши извинения, Леди Нортвест. Пусть наши отношения будут крепкими, как сталь ваших клинков. — легко произнеся это, Диппер одарил ее доброй улыбкой, — Есть еще что- то, что вы хотели бы мне сказать?       Пасифика замялась. Её выражение стало серьёзным, почти тревожным. — На самом деле, да.       Она на секунду перевела взгляд в сторону, будто обдумывала, как правильно сформулировать. — Речь о северных территориях. В последние месяцы там… неспокойно.       Диппер напрягся, но не перебивал. — В округах к югу от ледяного перевала вспыхнули несколько инцидентов. Поджоги, нападения на посты герцога, попытки саботажа. Поначалу всё выглядело как разрозненные акты недовольства. Но недавно… — она вздохнула, — …стража задержала троих. Вооружённых, хорошо скоординированных. Один был ранен и начал говорить. Сказал, что действует по приказу Герцога Глейдса. — Что? — Диппер нахмурился. — Это серьёзное обвинение. — Я знаю. Но Гидеон категорически всё отрицает. Говорит, что не имеет к этому никакого отношения.       Она скрестила руки на груди, явно испытывая внутренний конфликт. — Я склонна ему верить. Но… один из его советников, похоже, связан с одним из задержанных. Пока всё на уровне подозрений. — Ты думаешь, его подставляют? — тихо уточнил Диппер. — Или используют в тёмную, — кивнула она. — Гидеон слишком опытен, чтобы так грубо действовать. Если бы это действительно было его дело, у нас бы уже была гражданская война. А он, наоборот, сотрудничает с короной, помогает удерживать порядок. — Значит, кто-то хочет, чтобы он выглядел предателем, — медленно сказал Диппер.       Мысли у него проносились вихрем. Подстава? Провокация? Или всё же правда, скрытая за маской? — Именно. Я не знаю, кто за этим стоит, но мне кажется — это не просто мятежники. Кто-то хочет столкнуть Гидеона с короной. Разжечь конфликт. — И тем самым ослабить обе стороны, — закончил за неё Диппер.       Они оба замолчали. В воздухе повисло напряжение. — Спасибо, Пасифика, — наконец сказал он. — Ты поступила правильно, сказав мне. Мы будем следить за этим. И если ты узнаешь что-то ещё… — Я сразу сообщу. Обещаю. — Она посмотрела ему прямо в глаза. — Мир слишком хрупок, чтобы играть с огнём. — Именно поэтому нам нужно не терять бдительность.       Она кивнула, поблагодарила Диппера за уделенное время, коротко поклонилась и удалилась. А Диппер остался на месте, чувствуя, как в животе завязывается тугой узел. Слишком многое могло сорваться, если за этой историей действительно стояла третья сила.       Диппер задержался в тишине библиотеки, глядя в одну точку, где только что стояла Пасифика. Несколько мгновений он просто стоял, переваривая услышанное, чувствуя, как тревога медленно разрастается внутри. Затем вздохнул, расправил плечи и молча вышел, не оборачиваясь. Каменные коридоры встретили его холодком, но он почти не замечал — мысли кружились, словно тяжёлые облака над замком.       Добравшись до покоев, Диппер на мгновение замер у дверей, глубоко вздохнул, собираясь с мыслями. Внутри, как всегда, было тепло и уютно. На столе горели свечи, а у камина стоял Билл, держа в руках бокал вина. Он обернулся, услышав шаги, и его лицо тут же озарилось мягкой улыбкой. — Ты вернулся, — тихо сказал он, подходя ближе и обнимая Диппера за талию. — Как прошла встреча?       Диппер замялся на секунду, но затем, мягко перехватив ладонь Билла, всё ещё лежавшую у него на поясе, тихо сказал: — Хорошо… но у меня есть кое-что, о чём нужно поговорить.       Он нежно потянул его за руку, ведя к креслам у камина. Билл послушно последовал, его взгляд сразу стал более сосредоточенным, вино он поставил на ближайший столик, и опустился в кресло напротив. — Что-то случилось? — спросил он, уже чувствуя напряжение в тоне Диппера. — Не знаю пока, — признался Диппер, сжимая руки в замок на коленях. —Леди Нортвест рассказала, что в северных землях неспокойно. Люди собираются, звучат обвинения — будто кто-то пытается посеять недоверие между короной и родом Глейдса.— он сделал паузу, словно пытаясь подобрать слова. — Некоторые утверждают, что Герцог Глейдс действует против интересов короны, будто он ведёт собственную игру.       Билл слегка наклонил голову, на лице его мелькнуло спокойное, почти масочное выражение, будто он тщательно скрывал эмоции. Но глаза, отражая танцующие языки пламени, вспыхнули холодным, ледяным светом. — И что она думает об этом? — спросил он тихо, чуть сжав плечи. — Она сама не верит, что Гидеон в это вовлечён. — ответил Диппер твёрдо. — Он всегда подчёркивал лояльность короне и тебе лично. Но несколько пойманных бунтовщиков утверждают обратное — будто они действовали по приказу Глейдса. Скорее всего, это попытка использовать его имя, чтобы посеять раздор.       В комнате повисла плотная тишина, словно даже пламя камина замерло в ожидании. — Кстати, — тихо произнёс Билл, глаза его вновь устремились в танцующие огоньки, — Гидеон упоминал мне об этих волнениях. Но говорил так, будто это обыденные мелкие конфликты, которые он держит под контролем. Уверял, что поводов для тревоги нет, и я не стал слишком расспрашивать.       Билл сжал кулак, и в глазах появилась тень холодного гнева. — Значит, кто-то пытается подорвать доверие между мной и Гидеоном, используя его имя… — произнёс он тихо, но каждое слово было пропитано опасением. — Именно, — подтвердил Диппер, внимательно глядя на мужа. — Я хотел, чтобы ты знал. Даже если это ложь, нельзя игнорировать такие попытки посеять разлад.       Посмотрев еще не много на огонь в камине, он повернулся к Дипперу и мягко положил ладонь ему на плечо. В этом простом жесте не было тревоги — только тепло и глубокая защита. — Я не склонен доверять никому безоговорочно, — его голос смягчился, стал едва слышным. — Даже тем, кто рядом. Но если кто-то использует Гидеона, это уже не внутренняя проблема. Это чей-то план. — Мы должны быть начеку, — ответил Диппер. — Чтобы раздор не перерос в открытую войну.       Билл наклонился и коснулся губами виска Диппера. — Спасибо, что сказал. Ты — мой самый надёжный союзник.       Он взял Диппера за руку и поднялся вместе с ним. — Я разберусь с этим. А ты просто оставайся рядом. Это всё, что мне нужно.       Диппер сжал его руку в ответ, голос был тихим, но твёрдым: — Я всегда рядом.       Билл улыбнулся, глаза его смягчились, и он тихо добавил: — В этом мире, полном интриг и теней, твоя близость — моя крепость. Вместе мы выдержим любую бурю.       Они остановились у камина, позволяя минутам медленно растекаться вокруг, как мягкий бархат ночи. Сердца били в унисон, и даже когда слова замолкли, понимание и поддержка оставались между ними — тихим обещанием, прочнее любой короны.       Однако, даже несмотря на тепло момента, внутри что-то оставалось неспокойным.       Билл, уловив тревогу в глазах супруга, медленно провёл ладонью вверх по его спине, массируя напряжённые мышцы. Тепло его прикосновения было обволакивающим, спокойным, словно оберегающее от мыслей, что тяготили юношу. — Ты слишком напряжён, — прошептал он, его голос прозвучал мягко, почти шёпотом. — Давай я помогу тебе немного расслабиться. — В его взгляде мелькнула тёплая забота, смешанная с еле заметной хитринкой.       Билл обвил его руками, прижимая к себе ближе. Его ладони мягко скользили по спине, вырисовывая ленивые круги, постепенно снимая напряжение. Он чуть склонился, оставляя едва ощутимые поцелуи на шее Диппера, и тот инстинктивно закрыл глаза, позволяя себе расслабиться. Он приблизился к метке на шее и прижался к ней губами, чем вырвал у Диппера короткий стон и красные щеки. — Пойдём, — прошептал Билл, его голос был обволакивающим и успокаивающим. Он легко поднялся, не отрывая взгляда от лица Диппера, и взял его за руку. — Хочу, чтобы ты полностью расслабился.       Они плавно направились к кровати, и Диппер послушно следовал за ним, ощущая, как его тревога постепенно отступает, сменяясь тёплым спокойствием. Билл уложил его на мягкое покрывало, проводя рукой по его щеке, стирая остатки беспокойства с его лица. В его прикосновениях не было спешки — только забота и нежность.       Он склонился над Диппером, оставляя лёгкие поцелуи на его лбу, опускаясь к вискам, потом к губам, задерживаясь на них чуть дольше. Его руки плавно скользили по плечам, снимая напряжение с каждого сантиметра, и Диппер почувствовал, как его тело постепенно расслабляется под этими ласковыми прикосновениями.       Пальцы Билла неспешно скользнули к пуговицам на одежде Диппера, медленно расстёгивая одну за другой. Движения были мягкими и уверенными, оставляя ощущение заботливого внимания. Диппер слегка приподнялся, позволяя Биллу стянуть с него верхнюю одежду, которая мягко соскользнула на пол, оставляя Диппера полностью обнаженным. Воздух в комнате стал казаться немного более тёплым, и Диппер ощутил, как по его коже пробежали мурашки.       Билл нежно провёл рукой по его обнажённой коже, его пальцы вырисовывали невидимые узоры, заставляя юношу затаить дыхание. Их взгляды встретились на мгновение, и Билл, слегка улыбнувшись, потянулся к своим пуговицам, чтобы снять рубашку, но Диппер неожиданно положил руку на его запястье, останавливая его движение. — Стой… Я… хочу сам это сделать, — тихо произнёс он, его голос прозвучал чуть дрожащим, но полным уверенности.       Билл застыл, его глаза с любопытством и лёгкой ноткой восхищения уставились на Диппера. Он мягко улыбнулся, опуская руки и откидываясь на изголовье кровати, позволив тому взять инициативу в свои руки.       Диппер, слегка порозовев от смущения, подполз ближе и, переборов робость, оседлал его бёдра, чувствуя, как их взгляды встречаются на короткий миг, прежде чем его руки потянулись к пуговицам жилета. Пальцы были немного дрожащими, но движения — аккуратными и заботливыми. Каждая пуговица расстёгивалась с особым вниманием, словно он наслаждался самим процессом.       Жилет пал на пол, оставляя лишь тонкую рубашку, которая скрывала грудь и торс. Диппер прикусил губу, встретившись взглядом с Биллом, который, не отрываясь, наблюдал за каждым его движением. Он выглядел так, словно был готов ждать сколько угодно, просто чтобы видеть, как Диппер медленно и старательно раскрывает его.       Диппер медленно потянулся к пуговицам рубашки, ловко справляясь с каждой из них, обнажая участки кожи. Когда последняя пуговица была расстегнута, Диппер развёл ткань в стороны, обнажая грудь Билла. Его взгляд скользнул по оголённым участкам, и он не удержался — наклонился вперёд и оставил лёгкий поцелуй на ключице. Затем ещё один — чуть ниже. Его губы скользили по коже, оставляя едва заметные следы, а дыхание становилось всё более прерывистым.       Билл наблюдал за ним с восхищением в глазах, его руки обвили талию Диппера, поддерживая его. В его взгляде читалась искреннее удовольствие от каждой минуты их близости. Диппер продолжал осыпать его поцелуями — лёгкими, трепетными, словно исследуя каждый дюйм кожи с нескрываемым восторгом. — Ты невероятен, —с придыханием прошептал Билл, его голос был низким и тёплым, почти мурлыкающим.       Билл закрыл глаза, позволяя ощущению прикосновений Диппера полностью захватить его. Словно в ответ, его руки чуть сильнее обвили талию юноши, прижимая его ближе.       Почувствовав ответную реакцию, Диппер осмелел. Его губы оставляли поцелуи, едва касаясь кожи, спускаясь всё ниже, к солнечному сплетению, затем к животу. Пальцы Диппера мягко скользили по бокам Билла, заставляя того вздрагивать от чувствительности. Билл приподнял голову, его взгляд стал более тёмным. Он позволял Дипперу быть ведущим, наблюдая, как тот осторожно, но с решимостью продолжает.       Билл, тяжело выдохнув, коснулся ладонью щеки Диппера, его большой палец нежно провёл по линии скулы. — Не останавливайся, — тихо попросил он, и в его голосе звучала искренняя просьба, перемешанная с тихим восторгом.       Диппер почувствовал, как его сердце учащённо забилось — не от страха, а от волнующего осознания: он сейчас управляет этим моментом. Его пальцы дрожали уже не от робости, а от нетерпения, когда он скользнул ладонями вниз, к поясу брюк Билла. Металлическая пряжка холодно блеснула в полумраке, но кожа под ней была тёплой, почти обжигающей.       Он медленно стягивал ткань вниз, и Билл, помогая ему, приподнял бёдра, позволяя освободить себя от последней преграды.       Брюки соскользнули на пол с тихим шорохом, присоединившись к остальной одежде, и перед Диппером предстал Билл во всей своей обнажённой красоте. Его тело было идеальным сочетанием силы и изящества — рельефные мышцы живота, бёдра, напряжённые от сдерживаемого желания, и между ними — его возбуждение, твёрдое и явное, подёрнутое лёгкой дрожью.       Диппер не мог отвести взгляд. Воздух в комнате казался густым, наполненным жаром их тел, и он почувствовал, как его собственное тело отвечает на этот вид. Его пальцы непроизвольно потянулись вперёд, но он сдержался, желая продлить этот момент — момент, когда он мог просто смотреть, изучать каждую деталь.       Билл, заметив его заворожённость, усмехнулся, но в его глазах читалось легкое смущение. —Опять пялишься, — со скрытой улыбкой в голосе произнес он, его голос звучал хрипло, выдавая, что даже он не остался равнодушным к этому внимательному осмотру.       Диппер, наконец, поднял на него глаза и, не в силах сдержать улыбку, кивнул: —Ничего не могу поделать, — прошептал он, и его рука наконец коснулась Билла, медленно обхватывая его, ощущая, как тот пульсирует у него в ладони, и ласково проведя по всей его длине.       Билл втянул воздух, его веки дёрнулись, но он не закрыл глаза, продолжая смотреть на Диппера с тем же восхищением, с каким тот смотрел на него. —Ты точно…сведешь меня с ума, — в его тоне звучала игривая жалоба, но Диппер почувствовал, как его пальцы впиваются ему в плечи, выдавая нетерпение.       Диппер усмехнулся и, наконец, склонился ближе, чувствуя, как его собственное тело горит в предвкушении того, что должно произойти дальше. Он начал с нежных поцелуев вдоль линии бедер, чувствуя, как мышцы под его губами напрягаются в ответ. Каждое прикосновение было медленным, почти церемонным — будто он боялся упустить хоть один вздох, хоть один сдерживаемый стон. — Ты… невыносим, — Билл прошептал сквозь стиснутые зубы, когда Диппер, наконец, обхватил его губами, нежно исследуя кончиком языка.       Ответом ему стал лишь довольный гул Диппера, от которого по спине Билла пробежали мурашки. Его пальцы вцепились в волосы юноши, но не толкали, не торопили — просто держались, словно боясь, что реальность расплывется, если отпустить.       Диппер, однако, не собирался останавливаться. Его ладонь скользнула вверх, вдоль живота Билла, ощущая, как тот вздрагивает при каждом движении. Он намеренно замедлял темп, то усиливая давление, то ослабляя, заставляя Билла выгибаться под ним с тихим проклятием.       Диппер отстранился на секунду, чтобы немного отдышаться, и встретился взглядом с Биллом. Глаза того заволокла пелена возбуждения, грудная клетка вздымалась, а некоторые пряди волос прилипли к лицу. Диппер был очарован видом своего супруга. Билл снова издал стон наслаждения, когда Диппер наклонился, на этот раз взяв его в рот глубже. Его пальцы сжимали бёдра Билла, не давая ему двигаться, полностью контролируя ритм.       И Билл позволил ему это. Позволил вести сегодня. Его голова запрокинулась назад, а в груди вырвалось что-то среднее между смехом и стоном: — Чёрт… Когда ты успел… так научиться?..       Диппер лишь усмехнулся, не останавливаясь, и Билл понял — этот вечер будет куда длиннее, чем он предполагал.       Билл напрягся, его пальцы бессознательно впились в простыни, когда Диппер ускорил ритм, взяв его глубже. Губы юноши обхватили его плотнее, язык скользил по чувствительному основанию, а рука ласкала то, что не помещалось во рту. — Дип… — его голос сорвался на хрип, веки задрожали. — Я… Сейчас…       Предупреждение прозвучало едва слышно, но Диппер лишь приглушённо заурчал в ответ, не останавливаясь. Его глаза, поднятые вверх, встретились с горящим взглядом Билла — и этого оказалось достаточно.       Билл сильнее сжал его волосы в руке и запрокинул голову, с тихим стоном выпуская ему в рот. Диппер принял всё, не отрываясь, чувствуя, как супруг вздрагивает под его ладонями. Только когда последние спазмы прошли, он медленно отпустил его, облизнув губы.       Билл тяжело дышал, его рука дрожала, когда он провёл пальцами по волосам Диппера. — Чёрт… — он прохрипел, всё ещё не в силах вымолвить больше.       Диппер ухмыльнулся, поднимаясь выше, чтобы поймать его губы в ленивом поцелуе. — Ну как, впечатлил? — прошептал он, чувствуя, как Билл смеётся прямо ему в рот. — Не то слово, — прошептал Билл, резким движением притягивая его наверх, заставляя снова оседлать свои бедра и затягивая в страстный поцелуй.       Билл не отпускал его губы ни на секунду, словно боялся, что Диппер исчезнет, если прервать этот поцелуй. Его руки скользили по обнаженной спине юноши, оставляя горячие следы, а губы переместились на шею, затем — на ключицы, жадно исследуя каждый сантиметр кожи.       Одной рукой Билл крепко прижимал его к себе, чувствуя, как учащенно бьется сердце партнера, а другой потянулся к прикроватной тумбочке. Его пальцы нащупали знакомый, уже полупустой, флакон, и он с довольным ворчанием вытащил его, ловко открывая крышку одним движением. —Теперь моя очередь, — Билл прошептал ему в губы, нанося масло на пальцы.       Диппер закинул голову назад, когда пальцы Билла начали свой неторопливый, но уверенный путь внутрь него. Сначала он слегка замер, чувствуя давление, но уже через мгновение его тело словно распахнулось навстречу этим прикосновениям.       Бедра сами начали двигаться в такт движениям Билла. Каждый раз, когда пальцы находили ту самую чувствительную точку, по спине Диппера пробегали горячие волны удовольствия, заставляя его выгибаться на встречу новым поцелуям. Билл наблюдал за его реакцией с нескрываемым удовольствием, не прекращая осыпать его шею и плечи влажными поцелуями. — Ты так горяч внутри… — хрипло прошептал он, чувствуя, как тело партнера все сильнее сжимается вокруг его пальцев.       Диппер, потерянный в наслаждении, ловил каждое прикосновение, каждый поцелуй. Его руки беспомощно вцепились в изголовье кровати, когда Билл добавил третий палец, но вместо сопротивления он лишь глубже принял их, двигаясь им навстречу. — Билл, я.… я не могу… это слишком… — его голос сорвался на высокую ноту, когда умелые пальцы вновь нашли ту самую точку. Все тело Диппера напряглось в предвкушении, каждая клеточка горела от этих мастерских прикосновений.       Билл притянул его ближе, чувствуя, как он дрожит в его объятиях. — Ты принимаешь меня так прекрасно… — прошептал он горячо прямо в его ухо, — но это только начало…       Его пальцы продолжали свой размеренный ритм, растягивая и подготавливая, пока Диппер совсем не растаял под гнетом ласк.       Билл медленно вынул пальцы, оставив Диппера на мгновение пустым и скучающим по прикосновениям. Его руки дрожали от нетерпения, когда он нанес масло на себя, сдерживая стон при первом же прикосновении к своей перевозбужденной плоти. — Смотри на меня, — приказал он хрипло, приподнимая Диппера за бедра.       Их взгляды встретились — Диппер, уже наполовину потерянный в тумане желания, и Билл, с тенью последних остатков терпения в горящих глазах. Он притянул его ближе, направляя себя к уже подготовленному, дрожащему входу.       Проникновение было медленным, почти невыносимо осторожным. Диппер впился пальцами в его плечи, губы разомкнулись в беззвучном стоне, когда Билл вошел в него, заполняя с каждым сантиметром все глубже, глубже, пока их бедра не соприкоснулись.       Оба замерли, слившись воедино, потные лбы прижались друг к другу. —Ты в порядке? — Билл едва узнал свой собственный голос, настолько он был хриплым.       Вместо ответа Диппер сделал первый робкий толчок бедрами, ощущая, как Билл заполняет его до предела. Его движения были неуверенными, почти неловкими — он никогда раньше не был в этой роли. Но когда он поднялся почти полностью, оставив внутри лишь самый кончик, а затем медленно опустился обратно, по его спине пробежала дрожь. — Боже… — вырвалось у Билла, когда Диппер повторил движение, уже увереннее.       Билл застонал, его пальцы впились в бедра Диппера, но не направляли — лишь чувствовали, как тот двигается на нем. — Вот так… — он прошептал, наблюдая, как лицо Диппера искажается от наслаждения.       Диппер нашел ритм — медленные, глубокие подъемы и падения, каждый раз принимая его полностью. Его руки уперлись в грудь Билла для опоры, пальцы сжимали его кожу.       Билл провел руками вверх по его торсу, ощущая, как мышцы живота Диппера напрягаются с каждым проникновением. Внезапно Диппер изменил угол, и следующий толчок заставил его вскрикнуть. — Там! Снова, пожалуйста, снова!       Билл ухмыльнулся и помог ему, приподнимая бедра навстречу. — Покажи мне, как ты это любишь…       И Диппер повиновался, двигаясь быстрее, глубже, теряя остатки стеснения. Его стоны стали громче, тело покрылось испариной, но он не останавливался, пока волны удовольствия не начали смывать последние мысли.       Билл наблюдал, как он приближается к краю, и этого зрелища почти хватило, чтобы и его самого сломать. — Не сдерживайся…— он прохрипел.       Но Диппер, казалось, уже не слышал его — он замер на мгновение, тело выгнулось в дугу, и он пролился между ними с криком, сжимаясь вокруг Билла так сильно, что тот последовал за ним почти мгновенно.       Они рухнули вместе, дрожа, все еще соединенные — Билл всё ещё крепко заперт внутри Диппера, узел надёжно удерживая их вместе. — Ну что… — Диппер прошептал, когда смог снова дышать. — Теперь я точно знаю, кто кого свел с ума. — он чувствовал, как Билл пульсирует в нём с каждым последним спазмом. Его внутренности сжимали узел, продлевая наслаждение для них обоих. Билл только рассмеялся, целуя его в макушку.       Когда узел наконец рассосался, Билл осторожно перевернул их на бок, не размыкая объятий. Он стащил одеяло, укутал Диппера с головой и притянул к себе, прижимая спиной к своей груди. — Люблю тебя, — прошептал он в его растрёпанные волосы, чувствуя, как тело Диппера наконец полностью обмякло в его руках.       Диппер что-то пробормотал в ответ, но слова потерялись где-то между сном и явью. Его пальцы слабо сжали руку Билла, прижимающую его к себе — будто даже во сне боялся, что тот исчезнет.       Билл улыбнулся в темноте и закрыл глаза.