bloody mary

Прошло два дня, и каждый момент для Карлайла и остальных Калленов растягивался в вечность. Никто не покидал дом, ожидая, когда закончится превращение Кайли. Время тянулось мучительно медленно, но Карлайл не отходил от её кровати, не давая себе отдыха. Он знал, что когда она проснётся, всё изменится — её жизнь, её восприятие мира и даже её чувства. Он надеялся, что это решение, которое он принял в последний момент, спасёт её, а не сделает несчастной. Кайли лежала неподвижно все эти два дня, её лицо было почти безжизненным, но постепенно её черты менялись. Её кожа стала более бледной, почти мраморной, будто высеченной из камня. Все раны на руках, которые так мучили её раньше, начали затягиваться, не оставляя ни следа. Шрамы исчезали, но вместе с этим в её теле просыпалась новая, неведомая сила. Карлайл знал, что это был признак того, что процесс завершался, что она вот-вот проснётся в новом обличии — вампиром. Он сидел рядом, не отрывая от неё взгляда, и чувствовал, как внутри него борются противоречивые эмоции. Он был рад, что Кайли будет жить, но вместе с тем его мучила мысль, что она больше никогда не будет прежней. Элис и Розали наблюдали за всем из коридора. Эммет и Джаспер держались подальше, готовые прийти на помощь в любой момент, если что-то пойдет не так. Все понимали, что пробуждение новообращённого вампира — это всегда сложный процесс, полный дикой силы, голода и неопределённости. На второй день Карлайл заметил, как Кайли впервые пошевелила пальцами. Её тело начало оживать, мышцы напряглись, как будто она готовилась сделать первый вдох в своей новой жизни. Её веки дрогнули, и в следующий момент она резко открыла глаза. Карлайл затаил дыхание. Её глаза были красными, глубокими и полными силы. Это был первый и главный признак новообращённого вампира. В них горело нечто дикое, необузданное, будто весь её прежний мир растворился в этом новом ощущении власти и могущества. Кайли резко вдохнула, словно впервые в жизни почувствовала воздух, хотя ей больше не нужен был кислород. Её взгляд быстро переместился на Карлайла, но сначала она, кажется, не узнала его. Она резко села, её движения были быстрыми и плавными, почти как у хищника, который в любой момент может прыгнуть. Всё её тело было напряжено, будто она готовилась к защите или нападению, хотя вокруг не было никакой угрозы. Её новые инстинкты, жажда крови, сила, что проснулась в ней, захватили её сознание. Она чувствовала, как каждая её клетка была переполнена энергией, и эта энергия требовала выхода. — Кайли... — мягко, почти шёпотом произнёс Карлайл, осторожно приближаясь к ней, надеясь не спровоцировать бурю в её новообращённом сознании. — Всё хорошо. Она посмотрела на него. В её взгляде было столько нового — страх, непонимание, жажда. Она чувствовала, что что-то изменилось. Её разум пытался разобраться с тем, что произошло. Она не чувствовала боли, не чувствовала слабости, которая её мучила все эти дни. Её тело было невесомым и невероятно сильным, но внутри что-то горело — нестерпимая жажда, которая затмевала все остальные чувства. — Что со мной? — наконец произнесла она, её голос прозвучал низким и немного хриплым. Но этот голос уже не был голосом человека. Это был голос вампира. Карлайл, стараясь говорить как можно спокойнее, присел рядом с ней. — Ты изменилась, — сказал он мягко. — Я должен был это сделать, чтобы спасти тебя. Ты... теперь одна из нас. Её красные глаза расширились, и в этот момент к ней пришло осознание. Всё, что произошло за эти дни — похищение, мучения, кровь... Теперь она понимала, чем это закончилось. Она уже не человек. Эта мысль проносилась через её голову, вызывая чувство странной опустошённости, но одновременно и пробуждая нечто тёмное. — Я... вампир? — спросила она, и в её голосе прозвучал страх. Карлайл кивнул, не отрывая от неё взгляда, пытаясь успокоить её. — Да, ты теперь одна из нас. Ты будешь жить, Кайли. И ты научишься контролировать всё это. Но Кайли не слышала его слов до конца. Она ощущала только нестерпимую жажду. Вся её сущность кричала о том, что ей нужна кровь, что она должна утолить эту жажду, иначе сойдёт с ума. Она бросила взгляд на Карлайла. — Я... я хочу пить, — прошептала она, сжимая кулаки так сильно, что ногти впились в её ладони. Карлайл кивнул, понимая её состояние. — Я знаю, — ответил он. — Я приготовил всё для тебя. Тебе нужно утолить жажду, и это поможет тебе взять под контроль свою новую силу. Карлайл встал, сделал знак остальным. Элис и Розали, которые всё это время наблюдали за происходящим из-за двери, медленно вошли в комнату. Элис держала в руках пакет с кровью, приготовленный специально для этого момента. Кайли бросила на него жадный взгляд, её дыхание участилось, и она поняла, что теперь всё будет иначе. Девушка осторожно взяла пакет с кровью, чувствуя, как её новые инстинкты и жажда полностью захватывают её. Она начала медленно пить, не понимая до конца, как справиться с этим новым чувством, с жаждой, которая, казалось, поглотила всё её существо. Вкус был странным, далеким от того, что она когда-либо ощущала. Кровь была животного, и хотя это утоляло её жажду, внутри всё равно оставалась пустота. Но по мере того, как она пила, её разум постепенно начинал проясняться. Когда пакет опустел, Кайли медленно положила его на тумбочку. Она огляделась, как будто видела всё вокруг впервые. Её новое восприятие мира казалось невероятным. Она слышала каждый звук, ощущала каждый запах, видела мельчайшие детали в комнате, которые раньше бы просто упустила. Это было ошеломляюще, но вместе с тем — пугающе. И тогда её накрыли воспоминания. Картины последних дней мелькали перед глазами: боль, похищение, кровь... И Карлайл. Его лицо в этот момент всплыло перед ней так отчетливо, будто всё происходило снова. Она вспомнила, как сопротивлялась ему, как отталкивала его заботу и помощь. Всё это время он был рядом, но она, занятая своими страхами и переживаниями, не могла этого увидеть. Осознание этого вдруг ударило её с такой силой, что она больше не могла сдерживаться. Не раздумывая, она бросилась к Карлайлу и крепко обняла его, прижавшись к его груди. Её новые силы делали объятие почти болезненным, но Карлайл не оттолкнул её. Он стоял, позволяя ей выплеснуть все те эмоции, которые сдерживались в течение долгого времени. — Прости меня, — прошептала она, её голос дрожал от волнения. — Я была такой упрямой, такой глупой. Я не замечала, как ты пытался помочь мне... Я всё время отталкивала тебя. Карлайл медленно обнял её в ответ, его прикосновение было мягким и заботливым. Он чувствовал, как она дрожала в его руках, её новые эмоции были такими же сильными, как её физическая сила. Он понимал, через что она проходила, и знал, что это только начало её нового пути. — Всё хорошо, Кайли, — мягко ответил он, его голос был успокаивающим, как всегда. — Теперь у нас есть время, чтобы всё исправить. Ты не одна, я рядом. Кайли ещё сильнее прижалась к нему, чувствуя, как страх и боль постепенно отступают. Её внутренний мир был в смятении, но присутствие Карлайла и других Калленов давало ей надежду. Теперь она не была одна в этом новом мире. Она знала, что ей предстоит долгий путь, чтобы принять себя и научиться контролировать новую силу, но вместе с Карлайлом и его семьёй она могла справиться. Кайли провела всю неделю, обучаясь основам нового существования. Эммет и Джаспер взяли на себя задачу научить её контролировать жажду и охотиться на животных. Охота стала для Кайли необычным опытом: раньше мысль о том, чтобы гнаться за диким животным, казалась ей совершенно чуждой, но теперь инстинкты вампира сделали её движения быстрыми и точными, позволяя легко справляться с добычей. Эммет с улыбкой наблюдал за её прогрессом, подбадривая и напоминая, что контроль над жаждой — это самое главное, чтобы жить среди людей. Кайли удивляла всех. Она держалась отлично, не срывалась даже при сильных запахах человеческой крови, которые могли выбить из равновесия любого новообращенного. Временами ей было трудно, но поддержка Калленов помогала. Каждый из них по-своему помогал ей адаптироваться: Джаспер учил контролировать эмоции, Элис — предсказывать возможные угрозы, а Розали помогала с внешностью и стилем, чтобы новая жизнь среди людей была как можно менее заметной. Однако испытание было впереди: возвращение в школу. Тот момент, которого Кайли немного опасалась, наконец наступил. Элис, Джаспер, Розали, Эммет и Кайли приехали на школьную парковку, как всегда, вместе. Двери машины открылись одновременно, и все пятеро вышли с уверенностью, свойственной Калленам. Ученики на парковке сразу же переключили свое внимание на них. Новая внешность Кайли, её совершенная, почти нечеловеческая красота, привлекала взгляды не меньше, чем раньше привлекала Розали. Теперь она выглядела как часть их семьи: длинные блестящие волосы свободно спадали по плечам, её лицо, подчёркнутое идеальными чертами, было словно высечено из мрамора. Школьники смотрели на неё с удивлением, не в силах скрыть зависть и восхищение. Кайли почувствовала на себе десятки взглядов, и хотя раньше это её нервировало бы, сейчас всё казалось другим. Она была в полной уверенности, что сможет контролировать себя. Каллены шли через школьную парковку так, как будто ничего необычного не происходило, их шаги были грациозными и лёгкими. Они все привыкли к тому вниманию, которое притягивали их необычные внешности, и старались не придавать этому значения. Когда они зашли в столовую, взгляды учащихся снова устремились на них. Весь зал как будто застыл на мгновение, когда Каллены заняли свои места за столиком. Розали и Кайли заказали кофе, а остальные делали вид, что едят, как это было принято у них. Сидя за столом, Кайли чувствовала себя в относительной безопасности, но что-то начало меняться. Сначала это было едва заметное шептание, словно кто-то говорил вдалеке, не обращаясь напрямую к ней. Она подумала, что это просто общий шум в столовой, и попыталась игнорировать его. Но с каждой минутой голоса становились всё громче. Она повернулась к Эммету, пытаясь отвлечься, но голос в голове повторил: "Ты только посмотри на неё… Неужели это та самая Кайли, неужели она и вправду с Карлайлом?" Кайли резко обернулась, но никого не увидела. Всё вокруг было как обычно, никто не говорил ей ничего подобного. Она нахмурилась и взглянула на Джаспера, который в это время шутил с Эмметом, как ни в чём не бывало. "Что это?" — пронеслось у неё в голове, и она снова попыталась сосредоточиться. Но как только её взгляд упал на одного из учащихся, сидящих у другого стола, она услышала чёткий голос: "Да это же новая Каллен, вот так перемены… Думает, что она теперь одна из них?" Кайли как будто замерла. Она не могла понять, что происходит. Голоса приходили не снаружи, а изнутри её головы. Каждый раз, когда она сосредотачивалась на одном из учеников, она начинала слышать его мысли. Это было настолько неожиданно, что она слегка запаниковала. Она повернулась к Розали, её глаза были широко раскрыты. — Ты слышала это? — прошептала Кайли, её голос был полон тревоги. Но Розали лишь взглянула на неё с недоумением. — Что слышала? — спокойно спросила Розали, не понимая, что Кайли пытается ей объяснить. — Их мысли... — Кайли прошептала ещё тише, но её голос был полон ужаса. — Я слышу их мысли. Розали нахмурилась и внимательно посмотрела на Кайли, явно не понимая, о чём она говорит. Кайли опустила взгляд и снова сосредоточилась на людях в столовой. Каждое движение, каждый взгляд приносили с собой новые фрагменты мыслей окружающих. "Интересно, как они все такие идеальные?" "Кто она вообще? Новенькая?" "Не верю, что это та же Кайли. Что с ней произошло?" Эти мысли заполнили её сознание, смешиваясь в голове и заставляя её напрягаться всё сильнее. Она никогда раньше не ощущала ничего подобного. Было ли это какой-то способностью, связанной с её обращением? Или просто её разум сходил с ума? — Мне нужно выйти, — быстро сказала Кайли и резко встала из-за стола, бросив взгляд на Розали и остальных. — Всё в порядке? — спросил Джаспер, его интуиция по поводу эмоций не подвела его, но Кайли лишь покачала головой. — Всё нормально, я сейчас вернусь, — ответила она, пытаясь скрыть свою тревогу. Она выбежала из столовой, и как только оказалась на улице, шум мыслей немного стих. Кайли прижалась к холодной стене здания, пытаясь прийти в себя. В голове всё ещё звучали остатки мыслей людей, как отголоски недавнего шторма, но теперь это не было таким ярким, как внутри столовой. Ей нужно было разобраться, что с ней происходит, и быстро. Она не могла позволить себе потерять контроль над собой в школе, среди людей. Кайли пыталась успокоиться. Она знала, что может справиться с этим, как и со многими другими трудностями. Но впервые с момента обращения она почувствовала настоящую угрозу, исходящую не снаружи, а изнутри её собственной головы. В этот момент дверь столовой открылась, и к ней вышла Элис. Она тихо подошла к Кайли и коснулась её плеча. — Всё нормально? — спросила Элис, её глаза выражали искреннее беспокойство. Кайли кивнула, хотя внутри всё ещё бушевал хаос. — Я слышу мысли людей… Когда Кайли услышала от Элис, что у вампиров бывают особенные способности, она начала понимать, что её способность слышать мысли — это не просто случайность, а нечто, с чем ей предстоит жить. Элис успокаивала её, говоря, что такие способности бывают у некоторых вампиров, а Джаспер, например, может манипулировать эмоциями людей и даже других вампиров. Это помогло Кайли немного успокоиться, хотя она всё ещё чувствовала, что в ней происходят глубокие перемены. Когда остальные подошли к ним, Элис и Кайли поделились своими мыслями. Эммет, Джаспер, Розали и Элис поддерживали её, объясняя, что такие способности могут проявляться в разные моменты жизни вампира, и что у каждого они свои. Поговорив и немного расслабившись, они решили отправиться на уроки. У Розали и Кайли была тригонометрия, и они вместе прошли в класс. Во время урока они сидели рядом, перебрасываясь редкими комментариями. Кайли старалась не слишком отвлекаться на случайные мысли своих одноклассников, но сосредоточиться на математике было сложно — в её голове крутились вопросы, которые она не могла не задать. — Где Эдвард? — внезапно спросила Кайли, повернувшись к Розали. Её голос был тихим. Она давно не видела его и Беллу, и теперь это начинало беспокоить её всё больше. Розали посмотрела на неё серьёзно и вздохнула. — Они снова в бегах, — коротко ответила она. — После всего, что случилось, Эдвард решил, что так будет лучше. Белла всё ещё не полностью контролирует себя, и быть рядом с людьми для неё опасно. Кайли кивнула, хотя её мысли были заняты совсем другим. Она задумалась о Белле, о том, как сильно изменилась её жизнь после обращения, и о том, что, возможно, Кайли ждёт то же самое. Быть в бегах, скрываться от всех — ей не хотелось, чтобы её жизнь пошла по этому пути. Она хотела научиться контролировать себя, чтобы иметь возможность жить среди людей. После школы они вернулись в дом Калленов. Кайли чувствовала беспокойство, и её мысль о том, что ей нужно вернуться в старый дом, всё больше крепла в её сознании. Когда они вошли в дом, она сказала, словно между делом: — Мне нужно вернуться в мой старый дом. В комнате наступила тишина. Каллены замерли, смотря на Кайли с удивлением и тревогой.

***

Кайли сидела за рулём, направляясь к своему старому дому. Её мысли были заполнены тревогой, но она знала, что должна это сделать. Впереди показался дом её. Она замедлила ход, тяжело вздохнув. Старый дом выглядел таким знакомым и одновременно чужим. Девушка увидела припаркованную машину матери и поняла, что она приехала, но разговор будет непростым. Когда она остановилась, на мгновение замерла перед дверью, собираясь с мыслями. Её пальцы едва коснулись дверной ручки, как дверь распахнулась, и на пороге появилась её мать. — Где ты была? Почему ты не звонила? Я не могла до тебя дозвониться, ты что, совсем забыла про меня? Мне пришлось бросить все путешествия и приехать сюда, и вот спустя несколько дней я все таки увидела свою дочь. — Я пыталась, мама... У меня было много дел, — Кайли говорила тихо, её голос был пропитан виной, но она знала, что не может рассказать всей правды. — Ты пыталась? — мать начала повышать голос. — У тебя был хоть один шанс позвонить? Хочешь сказать, что у тебя не было времени хотя бы для своей матери? — её слова звучали как обвинение. Они сели за кухонный стол, и мать продолжала говорить, не давая Кайли вставить ни слова. Внезапно, в моменте отчаяния, мать отвлеклась — она начала резать огурец и случайно порезала палец. Кровь сразу же выступила, и, не задумываясь, она приложила палец к губам, чтобы остановить кровь. Кайли тут же напряглась. Этот запах — такой знакомый, но теперь чужой. Кровь. Она почувствовала, как её мышцы сжались, инстинкты зашевелились внутри, напоминая ей о новой реальности. Её дыхание стало тяжелее, а горло вдруг пересохло. Она закрыла глаза, стараясь взять себя в руки, но её новая природа требовала одного — насытиться. Близость матери с этой живой, пульсирующей кровью была мучительной. Она закрыла рот рукой, и в этот момент прозвучал стук в дверь. Для Кайли это был спасительный звук — единственный шанс вырваться из этого кошмара. Мать посмотрела на неё с удивлением, не заметив странного поведения дочери, и пошла к двери. Когда дверь открылась, на пороге стоял Карлайл. Его вид, как всегда, излучал спокойствие и уверенность, но его глаза искали Кайли, беспокоясь за её состояние. Он знал, как трудно ей должно быть в этот момент. — Добрый день, — вежливо произнёс Карлайл, слегка кивнув в знак приветствия. — Я Карлайл Каллен. Кайли сейчас живёт с моей семьёй, — добавил он, глядя прямо в глаза матери Кайли. Мать Кайли замерла на месте, слегка нахмурившись, пытаясь осознать услышанное. Она не ожидала увидеть незнакомого человека на пороге, тем более такого спокойного и уверенного, словно они знали друг друга всю жизнь. Она перевела взгляд с Карлайла на свою дочь, которая выглядела бледной и напряжённой. — Живёт с вашей семьёй? — мать Кайли произнесла эти слова, как будто проверяя, правильно ли она услышала. — Но почему? Карлайл вошёл в дом, его движения были мягкими и плавными. Он осмотрелся вокруг, прежде чем снова заговорить: — У нас были определённые обстоятельства, и Кайли было лучше оставаться с нами. Я понимаю, что у вас возникло много вопросов, и мы готовы на них ответить. — Его голос был спокоен, но в нём чувствовалась скрытая сила, которая внушала доверие. Кайли, всё ещё сидевшая за столом, закрыла глаза и старалась справиться с нарастающей жаждой. Она не могла допустить, чтобы её мать узнала правду. Но ситуация становилась всё напряжённее, и, хотя Карлайл старался уладить разговор, она чувствовала, что её мать не успокоится так просто. Мать Кайли перевела взгляд на свою дочь, и её лицо исказилось от растерянности. — Но почему ты не сказала мне об этом? — в голосе матери появилось больше грусти, чем гнева. — Почему ты просто исчезла? Кайли приоткрыла рот, пытаясь что-то сказать, но в этот момент Карлайл решительно вмешался, понимая, что напряжение нарастает. Карлайл положил свою руку на руку Кайли, чтобы поддержать. — Всё, что важно, — это то, что сейчас Кайли в безопасности, — сказал он, встречаясь взглядом с матерью Кайли. — Мы готовы объяснить всё, что потребуется, но прошу вас, не переживайте. Она в хороших руках. Мать Кайли выдохнула и наконец села за стол, её глаза всё ещё были полны сомнений и тревоги. Карлайл обернулся к Кайли, бросив ей взгляд, полный поддержки. Кайли чувствовала себя растерянной и раздавленной этим напряжением, но знала, что Карлайл рядом. И хотя он не произнёс ни слова о её новой сущности, его присутствие было для неё единственной опорой в этот момент. Мать Кайли сидела за столом, нервно постукивая пальцами по деревянной поверхности. Её взгляд снова упал на дочь, и тут она, наконец, обратила внимание на её внешний вид. Кайли выглядела иначе. Бледная, с гладкой и безупречной кожей, которая буквально светилась в тусклом освещении кухни. Её длинные, блестящие волосы были распущены по плечам, а глаза… глаза выглядели неестественно яркими. Это было больше, чем просто усталость или отсутствие солнечного света. Мать инстинктивно нахмурилась, её мысли закружились в подозрениях. — Кайли… — её голос дрожал, она с трудом подбирала слова. — Что с тобой? Ты выглядишь... иначе. Ты такая бледная. Ты... не больна, надеюсь? — В её голосе прозвучал страх, страх за дочь. Кайли почувствовала, как её мышцы напряглись. Она ожидала, что этот момент рано или поздно наступит, но ей хотелось избежать вопросов. Её взгляд перескочил на Карлайла, который стоял неподалёку, наблюдая за ситуацией с абсолютным спокойствием. Он слегка кивнул, давая понять, что всё под контролем, но это не ослабляло напряжение, которое витало в воздухе. Мать продолжала смотреть на Кайли, её глаза сузились от беспокойства, но в них появилась настойчивость, желание понять. — Ты изменилась... — продолжила она, голос её становился всё настойчивее. — Ты не такая, какой была раньше. Ты выглядишь… холодной. Что-то происходит, и я это вижу. Почему ты молчишь? Кайли отвела взгляд, её губы сжались в тонкую линию. Она не знала, как объяснить матери, что за прошедшие недели её жизнь кардинально изменилась, и больше никогда не будет прежней. Трудно было подбирать слова, которые смогли бы не разрушить весь мир её матери, не открыть правду, которую та не смогла бы принять. — Мама, я… просто немного устала. Много всего произошло, — начала Кайли, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя её голос дрожал. — Всё нормально, правда. Но мать Кайли не отводила глаз, она не была готова принять такие простые объяснения. — Это не просто усталость, Кайли, — её голос снова прозвучал с упрёком. — Я вижу это по твоим глазам, по твоей коже. Ты выглядишь так, как будто ты не спишь неделями! Что ты скрываешь от меня? Каждое слово проникало в душу Кайли, вызывая чувство вины и безысходности. Она не могла выдать тайну своего нового существования, но и лгать дальше было тяжело. Кайли сжала руки в кулаки, её тело напряглось от внутреннего конфликта. Мать продолжала: — Почему ты такая бледная? И твои глаза… такие странные, — она замолчала, слегка вздохнув, прежде чем продолжить, её голос стал тише, как будто она боялась услышать ответ: — Ты что-то скрываешь от меня, я чувствую это. Почему ты не можешь рассказать мне правду? Кайли вспомнила, как недавно стояла перед этим же человеком, её матерью, которую она любила больше всего на свете, и как теперь между ними пролегла пропасть, которую нельзя было преодолеть простыми словами. Карлайл, стоявший в стороне, внимательно следил за разговором. Он заметил напряжение, которое с каждой секундой нарастало в комнате, и понял, что настало время вмешаться. Подойдя ближе, он мягко, но решительно сказал: — Прошу вас, не беспокойтесь. Кайли действительно прошла через многое, но она здорова. Она в безопасности с нами, и это главное, что сейчас имеет значение. Мать Кайли бросила взгляд на Карлайла, но в её глазах всё ещё читалось недоверие. Она знала свою дочь, и чувствовала, что что-то не так. Но что именно? Её беспокойство усиливалось с каждой секундой. — Я вижу, что она не такая, как прежде, — голос матери был твёрдым. — Что бы это ни было, я заслуживаю знать. Я её мать! Кайли закрыла глаза на мгновение, стараясь собрать все свои силы. Её разум кипел от противоречий: как объяснить матери, что теперь она — не человек, что её сердце больше не бьётся, а кровь других живых существ становится для неё источником жизни? Но в то же время она не могла просто смотреть в её глаза и продолжать лгать. Она медленно поднялась со стула и подошла к матери, осторожно взяв её за руки. Холод её кожи, такой несвойственный обычному человеку, заставил мать Кайли слегка вздрогнуть. Но она не отпустила руку дочери. — Мама, я знаю, что ты волнуешься, — голос Кайли был тихим, почти шёпотом, но в нём чувствовалась вся боль и отчаяние, которое она скрывала в течение последних дней. — Но, пожалуйста, просто поверь мне. Мне действительно нужна была поддержка, и Карлайл с его семьёй помогли мне. Сейчас это единственное, что я могу сказать. Мать Кайли смотрела на неё, её взгляд был полон слёз, но она молчала. Казалось, что в этот момент она поняла, что ответы, которые она так отчаянно искала, останутся для неё недоступными. Мама Кайли проедложила сходить на могилу к Дину и Кайли тут же согласилась Когда женщина ушла в другую комнату собираться, оставив их наедине, напряжение в комнате немного спало. Кайли молча стояла на месте, чувствуя, как внутри неё поднимается буря эмоций. Она обернулась к Карлайлу, её взгляд был наполнен смешанными чувствами: благодарностью, болью и усталостью. Не сказав ни слова, Кайли медленно подошла к нему и, внезапно для себя самой, обняла его. Карлайл ответил на её жест, крепко прижав её к себе, как будто пытаясь передать всю поддержку, на которую был способен. Его объятия были полны тепла и спокойствия, несмотря на прохладу его кожи. В этом моменте было что-то утешительное, что-то, что напоминало ей, что, несмотря на все перемены, она не одна. Карлайл слегка наклонил голову, посмотрев на неё с лёгкой улыбкой. — Ты молодец, — прошептал он, его голос был мягким и тёплым. — Ты действительно хорошо держишься. Я горжусь тобой. Эти слова прозвучали для Кайли как бальзам на душу. Несмотря на всё, через что она прошла, её страхи и сомнения, Карлайл поддерживал её на каждом шагу, верил в неё, даже когда она сама сомневалась. Его спокойствие и мудрость придавали ей уверенности в себе. Она тихо вздохнула, её руки крепче сжали его спину, словно боясь отпустить этот момент. Ей нужно было услышать эти слова, чтобы продолжить двигаться вперёд, и Карлайл, как всегда, нашёл нужные слова. — Спасибо, — прошептала Кайли, её голос дрожал от эмоций. — Я не знаю, что бы я делала без тебя. Карлайл слегка отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза, но его руки оставались на её плечах, поддерживая. — Ты не одна, — сказал он, глядя ей прямо в глаза с искренним выражением лица. — И когда тебе будет трудно, мы всегда будем рядом, чтобы помочь. Кайли кивнула, чувствуя, как напряжение в её груди немного ослабевает. Её страхи и внутренние сомнения стали меньше тяготить её душу. Этот разговор дал ей новую силу. — Ты всегда можешь на нас положиться, — добавил Карлайл. — Мы с тобой, как бы ни было сложно. В этот момент они услышали, как мама Кайли вернулась в коридор, готовая к выходу. Кайли отпустила Карлайла, но их взгляд оставался связанным на несколько мгновений, в которых было больше слов, чем можно было бы сказать вслух. Когда Кайли и её мама вышли из дома, Карлайл следовал за ними, его спокойный и уверенный шаг создавал ощущение присутствия чего-то надёжного и поддерживающего. Мама Кайли, заметив несколько машин, припаркованных рядом с домом, на мгновение замерла, её взгляд пробежал по роскошному Мерседесу и белому Порше, которые стояли рядом с её стареньким Ауди. — Откуда такие машины? — удивлённо спросила она, оглядывая Кайли, как будто пытаясь найти ответ в её лице. Кайли, почувствовав легкую неловкость, ухмыльнулась, стараясь смягчить ситуацию. — Это машины семьи Калленов. Мы можем поехать на моей, если хочешь, — предложила она, стараясь придать голосу лёгкость, хотя внутри чувствовала напряжение. Мама слегка нахмурилась, но не возражала, её любопытство явно было сильнее сомнений. Она медленно направилась к машине, ощупывая взглядом каждый элемент кузова Порше. Кайли проследила за ней взглядом, а затем повернулась к Карлайлу, который оставался на пороге дома, его глаза были полны заботы и чего-то ещё, чего она не могла сразу понять. Карлайл медленно подошел к ней, остановившись рядом. Их глаза встретились, и на мгновение весь мир вокруг них, казалось, замер. Он посмотрел на неё, в его взгляде читалась нежность и лёгкая тревога. Он осторожно поднял руку и, нежно взяв её за подбородок, склонился к её губам, легко коснувшись их своими в коротком, но невероятно чувственном поцелуе. — Будь осторожна, — прошептал Карлайл, его голос был тёплым и заботливым, словно тихая просьба. — Я буду ждать тебя дома. Этот момент был полон чувств и смысла. Кайли почувствовала, как внутри поднялась волна эмоций. Она на мгновение закрыла глаза, впитывая каждый миг этого короткого, но такого важного для неё поцелуя. В нём было больше, чем просто забота. Это был знак того, что он был с ней, что она могла на него положиться, что бы ни случилось. — Хорошо, — тихо ответила она, улыбнувшись ему, её взгляд был полон благодарности и чего-то большего, того, что только начинало прорастать в её душе. — Я буду аккуратна. Карлайл, оставив её с этими словами, отступил назад, давая ей пространство для того, чтобы сделать свой выбор и отправиться в эту поездку. Кайли, чувствуя, как её душу наполняет смесь волнения и решимости, направилась к машине, где её мама уже устроилась на пассажирском сиденье. Она ещё раз оглянулась на Карлайла, который стоял на пороге дома, его фигура была спокойной, но в то же время полной ожидания. Этот момент казался особенно важным, как будто это была граница между прошлым и будущим, которое начинало формироваться прямо сейчас. Кайли села за руль, машина мягко загудела, готовая к дороге. Она бросила ещё один последний взгляд на Карлайла через зеркало заднего вида, перед тем как тронуться с места. Мама Кайли сидела в машине, её внимание было приковано к дороге, но мысли бурлили в голове. Наконец, не выдержав, она обернулась к Кайли, её голос был полон заботы и любопытства. — Кайли, — начала она, пытаясь сохранить лёгкость в тоне, — так кто такой Карлайл? Он твой парень? Как давно вы вместе? Кайли знала, что этот вопрос рано или поздно возникнет. Сначала ей показалось, что всё просто, но сейчас, когда она задумалась, стало ясно, что это может быть сложнее, чем она думала. — Да, он... — Кайли на секунду замялась, подбирая слова. — Он очень важен для меня. — И как вы познакомились? — спросила мама, поднимая брови от любопытства. — Это же не так просто встретить человека, который тебе подходит. Кайли усмехнулась, вспомнив, как всё начиналось. Она вспомнила его улыбку, теплоту его взгляда. — Мы познакомились в больнице, — произнесла она, стараясь сделать свой голос уверенным. — Он врач, очень умный и заботливый. Я просто почувствовала связь с ним. Мама кивнула, но в её глазах появилось недоумение. — И что это за поцелуи такие? — спросила она, её тон становился игривым, хотя в нём всё ещё звучала серьёзность. — Я ведь видела, как вы обнимаетесь и целуетесь... Кайли не удержалась от смеха. — Ой, мама, это просто... — она замялась, подбирая слова. — Это всего лишь поцелуи. Они такие, как и у всех. Но с ним это… по-другому. Это словно всё вокруг исчезает, когда он рядом. Мама приподняла брови, её взгляд стал более проницательным. — По-другому? Как именно? — спросила она, стараясь понять, что именно чувствует её дочь. Кайли слегка покачала головой. — Это ощущение безопасности и тепла, — объяснила она, её голос стал более мягким. — Он всегда поддерживает меня, заставляет чувствовать себя важной. И эти поцелуи... они как будто дарят мне уверенность. — Это звучит прекрасно, — произнесла мама, её голос был полон поддержки. — Ты должна чувствовать себя счастливо рядом с ним. Кайли кивнула, улыбка не покидала её лица. — Я действительно счастлива, мама. С Карлайлом я чувствую, что могу быть собой, что меня принимают такой, какая я есть. И это невероятно важно для меня. — Я рада слышать это, — сказала мама, её глаза наполнились теплотой. — Но ты должна быть осторожна. Любовь — это прекрасно, но она может быть и рискованной. Кайли улыбнулась, понимая, что мама просто заботится о ней. — Я знаю, — произнесла она, пытаясь успокоить мать. — Но с Карлайлом я чувствую, что все будет хорошо. Он всегда рядом, и я знаю, что могу на него положиться. Мама снова посмотрела на дорогу, и в её голосе прозвучала нежность. — Я просто хочу, чтобы ты была счастлива, Кайли, — сказала она. — Но помни, что я всегда рядом, если тебе понадобится поговорить. Она была благодарна за поддержку, за то, что мама старалась понять её чувства. — Спасибо, мама, — тихо произнесла она. — Мне очень важно знать, что ты на моей стороне. Их разговор продолжался, наполненный теплом и взаимопониманием, и Кайли поняла, что даже несмотря на все изменения, связь между ними остаётся крепкой. Девушка все время ловила мысли матери и ухмылялась.

***

В доме Калленов стояла тихая, почти умиротворяющая атмосфера. Элис, задорно покачивая ногами, обсуждала какие-то мелочи с Эмметом, который, смеясь, шутил о предстоящей охоте. Розали, сидя на диване, была погружена в книгу, но её внимание периодически ускользало к дверям, когда она прислушивалась к звукам с улицы. Когда Карлайл наконец вошёл в дом, его лицо светилось мягкой улыбкой, словно он принёс с собой кусочек тепла. Все мгновенно обернулись к нему, словно его присутствие приносило покой и уверенность. Джаспер, который сидел рядом с Элис, первым нарушил тишину. — Как там Кайли? Всё в порядке? — спросил он, его голос был полон заботы и интереса. Он знал, как непросто было для Кайли адаптироваться после всего, что с ней случилось, и хотел услышать о её успехах. Карлайл слегка кивнул, его выражение лица отражало гордость и радость. — Да, она большая молодец, — ответил он, с энтузиазмом произнося каждое слово. — Держится отлично. Я горжусь ею. Элис, заинтересованная новостями о подруге, отложила книгу и вцепилась в подлокотник дивана. — А что случилось? — спросила она, её глаза засияли. — Как она реагировала на всё? — Ну, когда её мама порезала палец, — начал Карлайл, улыбаясь, — Кайли даже не сорвалась. Она просто сидела с закрытыми глазами, как будто старалась взять себя в руки. Все в комнате рассмеялись, и этот смех раздался как мелодия, наполняя пространство лёгкостью. — Как же это мило, — заметила Розали, её голос был полон нежности. — Она просто сконцентрировалась на своих ощущениях и не поддалась искушению. — Да, — добавил Эммет, весело подмигивая. — Похоже, что Кайли действительно научилась контролировать себя. — В такие моменты важно помнить, что наша сила не только в физическом контроле, — сказал Карлайл, продолжая свою мысль. — Она также в умении управлять своими эмоциями и инстинктами. И Кайли справляется с этим замечательно. Джаспер, который всегда имел особую чувствительность к эмоциям окружающих, кивнул, понимая, насколько важно для Кайли было это время. Он чувствовал, как она старалась, и это внушало ему надежду на её успех. — Она будет всё лучше и лучше справляться, — заключил он, его голос стал более уверенным. — Я чувствую это. Вдруг Эммет, соскочив с дивана с ухмылкой на лице, воскликнул: — У нас гости! Все резко напряглись, когда на пороге появились Белла с Эдвардом. Атмосфера в комнате мгновенно изменилась; тревога повисла в воздухе, ведь после похищения Кайли Эдвард и Белла решили уйти в бега. Теперь они снова здесь, и неясно, что это может значить. Джаспер, чувствуя нарастающее напряжение, первым прервал молчание. — Что вам нужно? — спросил он, его голос был прямым и настороженным. Эдвард шагнул вперёд, его выражение лица оставалось серьёзным, а глаза блестели решимостью. — Защиты, — ответил он, его голос звучал твёрдо и уверенно.