Какой Твой Любимый Фетиш?

Ткань не была совсем чëрной, она была тëмно синей. Обрамлëнная на рукавах, подоле юбки и длинном воротнике белоснежной волнистой тканью. Форма была длинная, почти что касалась до его ступней, таким же был и передник. Вроде бы она была комфортная, закрывала все части, будто роба, но Киллеру она не нравилась, потому что была натянута на него насильно. Он знал своего босса, как человека с бизнес жилкой, но абсолютно не мыслящего в кухонных делах. Орочи был человеком, который думал, что еду они тут материализуют силой мыслей, поэтому заставлял их готовить всë с нуля за самое жалкое количество времени. Самым неприятным занятием для Киллера было готовить равиолли за двадцать минут. Приготовить тесто, - само по себе занятие на час, а уж равиолли изготовить с нуля за 20 минут было бесчинством. Когда-то Киллер мечтал о своей собственной лапшичной. Не слишком людной, но с мирной атмосферой. Сейчас он проклинал всю кулинарию к чертям собачьим. Она заняла у него всю жизнь, так как по возвращению ему приходилось делать заготовки, лишь бы не получить штраф. Вставать надо было в пять, чтобы наделать ещё больше заготовок. Перерыва на обед у него не было: Заготовки. Как же было ужасно родиться ответственным и разбираться в пасте. Начальник капал ему на мозги с самого его прихода именно в их ресторан. Не в какой-то другой, а в этот, - самый престижный. И взъелся почему-то он именно на него. Киллер не знал, что это. Может, он такой страшный, может, посмотрел не так, может, дверь не придержал, или собаку его переехал. Что было такого, за что незаметного и не конфликтного Киллера решили так замучать? Маски носить на рабочем месте запретили, навесили ему кучу задач, штрафов и лишили сна. Неудивительно, что он сорвался. Послал его. Поэтому его отстранили от кухни и заставили какого-то не путевого поварëнка готовить равиолли за 20 минут за него. Киллеру пришлось работать там, где он никогда не хотел работать. Он работал в зале. Поваром в ресторане быть легко: сидишь, готовишь и не с кем не разговариваешь. Быть официантом сложно: социфобнее Киллера не было никого. Тем временем Орочи со своим заместителем, - Кьëсиро, сидели за столиком и смеялись. Точнее Орочи смеялся как не в себя, а тот, кого Киллер реально хотел считать начальником, сидел и отводил взгляд с вежливой улыбкой. Он тут тоже варился, и Киллер его не винил. Пара унизительных комментариев и шуток, и Киллер сорвался снова. Вылил всю его еду на стол и показал ему средний палец, чем зацепил внимание кого-то смутно знакомого. После началась эта показательная порка. Киллер в женской форме местных официанток, стоит на виду у всех и терпит смех каждого посетителя в этой дыре. Чувство унижения смешанного с разочарованием. Когда он подавал резюме в популярный ресторан, он думал о своëм собственном бизнесе. Тогда он только прошëл терапию и научился думать о будущем. Которого вылили ему на голову и растоптали. Киллер даже не мог чувствовать злобы или обиды. Он просто стоял там и принимал всë, что они хотят. "Иди работай, официанточка!" Послышался этот раздражающий свинной голос начальника. Киллер хочет его убить. Но ноги, хоть и деревянные, легко двинулись вперëд. Киллер выполнял свою работу. Он обслуживал. Терпел унизительные шлепки по заднице, их комментарии и работал. Что ему ещё остаëтся? Его зарплату сократили, сбережений не хватит, чтобы найти новую, да и Орочи точно постарается, чтобы его в рестораны принимали только официантом. Позже его подозвал самый крайний столик VIP. Рука полная огромных колец, будто владелец не обладает вкусом. Подойдя к нему с пустой головой, Киллер наконец узнал в нëм того, кто смотрел за представлением со стороны. "Кид?" Смех сразу стих. Юстас Кид сидел на VIP месте. Тот заносчивый мальчик из приюта, в котором они росли вместе. Всегда мечтал и всегда возвращался в приют из-за очередного отказа. Киллер был реалистом, думал, что Кид ничего не добьется будучи сиротой, который не мог задержаться ни в одной приëмной семье. Однако его хотели. Хотели больше Киллера. И Кид сейчас на VIP месте в красивом винном костюме в дорогой шубе. Потому Киллер даже не глядел на него с равного уровня. Когда-то они встретились вновь, разговорились о своей жизни. Киллер наврал ему. Наплëл унизительным ложь, что исполнил свою мечту и что у него всë хорошо, а сам горбатился под Орочи. Тогда Кид говорил честно, но уклончиво. Что крутится то тут, то там, но выглядел он так будто сбежал из панковской вечеринки. Киллер думал, что они где-то наравне. Что у него тоже было всë, как у обычного работяги. Вот как судьба играет. Тогда Кид зажал его в местном туалете, выебал его "по старой дружбе" и поделился номером. Они встречались мельком, но как это случалось, они сразу же занимались сексом, будто Кид терпел до их следующей встречи. Киллер не мог и подумать, что между ними такая пропасть. Сидит его подростковая любовь, вся такая разодетая и при деньгах, а он... Терпит на себе предвкушающий взгляд своего начальника. Орочи притаился, словно змей, чтобы узнать, что его начальник сделает с "официанточкой". Кид смотрел на него, как-то неоднозначно. С каким-то укором или раздражением. Либо же просто смотрел. Поглощал. Киллер хотел бы объясниться, но единственное, что он смог сделать, - это прошептать: "Что ты здесь делаешь?" Кид наконец расслабился. На его лице возникла та же дерзкая улыбкая, которая присутствовала при нëм при каждой их встрече. Кид будто был тем же бунтарëм, но в тройке. Даже было странно. "Ужинаю. Что, владелец не может поесть в своëм же ресторане?" Он ответил, будто на него наезжают. Но он точно хотел донести до Киллера, что это, - его ресторан. Все столики начали шушукаться об одном и том же. Киллер чувствовал себя неловко, от того что вëл сексуальную жизнь с его непосредственным начальником. Кид поднял брови. Он ждал ответа. Это не был риторический вопрос. "Нет" Киллер тихо пробормотал, будто его ответа никто не ждал и своим ответом он больше себя унизит. "А что ты делаешь здесь?" Теперь Кид имел обвинительный тон. После того, как ему наплели о состоянии и исполнении всех грëз, было тупо увидеть, что Киллер, - унижается в качестве официанта(-ки). Киллер прикусил язык. Не хотел отвечать даже под дулом пистолета. Не дождавшись ответа от него, он наклонился, чтобы рассмотреть хохотливый столик: "Денджиро, что он тут делает?" Он на Орочи даже не посмотрел. Почему-то только на его заместителя. Но начальник всë ещë ответил, играя невинного дурачка, словно власть его не испортила: "Видите ли, босс Кид, он простой официан-.." "Я не тебя спрашивал" Кид сказал ровно. После Кьëсиро спокойно и справедливо ответил: "Он, - наш повар. Готовит пасту" "Так почему он в зале и в платье?" Кьесиро встретился взглядом с Орочи. Тот явно жестами намекал ему врать. Но он снова посмотрел на Кида. Взял свой саке в руку. "Мне бы знать" Не соврал и не сказал правду, но Орочи он заставил понервничать. Кид со вздохом выпрямился. Его палец аккуратно отстукивал ритм Thunderstruck. Потом он снова обратил внимание на Киллера, который вспотел от одного лишь взгляда из под лобья. "Ты мне солгал" "Я-.." Киллер сразу заткнулся, оправдания не могли сойти с губ, как бы он не пытался. Единственное, что он смог из себя вытащить, это тихое, "Солгал" Они оба затихли на большой отрезок времени. Кид в раздумьях отстукивал ритмы. "На стол" "Чт-.." Киллер думал, что ослышался. Возможно, его попросили положить что-то на стол? Вино там? Или меню? "Садись. На. Стол" Кид повторился, его палец стучал на каждом слове. Говорил он таким тоном, который не требовал "Но", или отказов. Этот тон так же сделал что-то с ногами Киллера. Они все стали словно желе. Все с интересом наблюдали, как Киллер садится на стол. Платье задело салфетницы. Соль и перец... Всë же ноги Киллер свесил с боку, боясь уйти в ещë больший минус за испачканную скатерть. Кид постучал по тому, где он хотел его видеть: прямо перед собой. И Киллер подчинился, ставя ноги по обе стороны от его тела. Кид его пожирал, заставлял даже челюсть дрожать от приближающегося нервного смеха. Киллеру знакомы нервные тики, когда смех непроизвольно слетал с его губ. Из-за него, всем было веселее. Пока не стало страшно. "Юбку вверх" Кид приказал. "Кид-..." Киллер хотел возразить, но поборов свой здравый смысл, всë же приподнял юбку. В зале кто-то громко уронил вилку на стол. Далее ни единого звука не последовало. Гости уставились на это зрелище, не зная, что происходит перед ними, но на уме каждого была надежда, что это, - эгоцентричное представление. Надежды разбились, когда Кид наклонился под слои ткани. Если Киллер до этого отключился от реальности, то действия его друга/начальника пробудили его. Когда его нос коснулся голубых трусов и громко вдохнул запах, он вспыхнул красным, как спичка. "Ки-Кид..." Киллер не смог заставить себя звучать громче бормотания. Он боялся, что кто-то поймëт, что Кид делает. Но Кид не боялся вовсе. "Ты, - мой ужин" Он сказал чуть громче нормы, "Не говори ни слова" Киллер не смог бы, даже если хотел. Слова смешались внутри, и единственное, что он мог как-то озвучить, - невнятные заикания. За спиной послышался вздох, а так же шепот. Где-то на своëм месте засмеялся Кьëсиро. Орочи оставался в каком-то напуганном ступоре. Но мир за его спиной исчез, когда по ткани трусов прошëлся горячий язык. Киллер вдохнул слишком уж громко. Кид обвил бугорок своими губами, продолжая вылизывать его языком. Киллер чувствовал его горячее дыхание, давление языка и холодок от промокшей ткани. За этим всем наблюдали гости, где-то вне его поля зрения. Это заставляло его сердце биться чаще, путало организм. Что ему делать? Бояться или получать удовольствие? А Киллер возбуждëн. Это чертовски странный стояк, но с Кидом всë было возможно. Это его природный талант, - поднимать даже мëртвое. Кид с аппетитом причмокивал выросшей длинной Киллера. Его руки обвились вокруг его бëдер для опоры. Холод металла заземлял недоумевающий мозг, но какого-то смысла этой картине не давал. Будто лишь путал всë сильнее. Рот Кида посасывал очертание члена под трусами. Он неторопливо проходился по всей длине, пока не остановился на самой головке. Когда он приступил к поеданию, Киллер почувствовал улыбку на лице. То, с каким аппетитом Кид поедал его, словно он, - самое аппетитное блюдо в меню. Он не боялся ни за свою репутацию, ни за репутацию Киллера. Он работал так, будто для него это обычное дело. Когда Киллер уже мучился, весь красный и запыханный, Кид подцепил зубами его трусы и стянул прямо к коленям. Глаза у находившихся рядом людей заполнились жасом и отвращением. Наконец понимание, что это, - не шоу начало медленно усваиваться в их сознании. Когда Кид отложил промокшее бельë себе в карман штанов, кто-то громко стукнул по столу. "Возмутительно!" Послышалось за спиной, а дальше и звон входного колокольчика. Где-то послышался детский смех, а потом и он пропал вместе со звоном. Киллер слушал поверхностно, обращая внимание лишь на Кида. Он снова приступил к трапезе. Его язык прошëлся по длине члена, вырывая из Киллера вздох. Кид слизывал смазку, причмокивал с аппетитом. Видно, его тело реально вкусное. Второй громкий вздох Киллер издал, когда Кид взял в рот одно из его яиц. Послышался звон. И ещë, и ещë. А затем Орочи виновато засмеялся и встал из-за стола: "Дорогие посетители, это всë, - большое недоразумение..." Он начал, заикаясь, но Кид сразу оторвался от своего обеда. "Сядь" Одного только приказа хватило, чтобы Орочи прикусил язык, вызывая у Киллера волну мурашек по спине. Чувство справедливости притупило страх перед публикой. Киллер даже был благодарен, что Кид, - его самый главный начальник. "Н-но клиенты-..." Орочи беспомощно пискнул... "СЯДЬ" ...И сразу же сел за стол. Кид продолжил осыпать член Киллера мокрыми поцелуями. Жар его рта и чувство, расцветающее после вырывало у него громкие вздохи. Было чувство ожидания. Небольшое нетерпение и желание большего. И момент, когда Кид оставил поцелуй на его головке и аккуратно взял еë в рот стал долгожданным. Киллер отринул тяжелую реальность, откинул голову с закрытыми глазами. Вдохнул, и воздух будто был холоднее тела. Кид не стал опускаться глубоко, но глубже и не нужно было. Киллеру и этого было достаточно. Каждый звон колокольчика объявлял новую стадию его потерянности. К тому моменту, как в ресторане остались лишь извращенные подростки и самые непрошибаемые клиенты, Киллер начал двигать бëдрами навстречу. Ему не хватало стимуляции, которой ему давали. Кид не мог пойти глубже, и этим сводил его с ума. Сильная хватка на его бёдрах остановила всë движение, заставляя его принимать всë то, что ему дают. Еда не должна диктовать, как еë есть. Но Кид сжалился в ответ на его тихие стоны. Не таким образом, как Киллер представлял. Ещë жалобнее он застонал, когда его член выпрыгнул из горячего рта. Кожу сразу начало морозить из-за слюны. Он чувствовал себя брошенным, но оставлять его вот так Кид не планировал. Через секунду лëгкой дорожкой поцелуев, он скользнул языком по мышцам ануса, заставляя Киллера задрожать. Кид не спешил в его поедании, но умелыми движениями заставлял видеть звëзды. Либо же это публичность "ужина" так повлияла на него. Кид вошëл внутрь с громким хлюпаньем. Губы обвили напряжённые мышцы, легко посасывая его проход. В своей трапезе он придвинулся ближе, закидывая ноги Киллера себе на плечи. Сам Киллер чуть ли не упал на спину, если бы не упëрся локтями в стол. Подол платья опустилась на голову Кида, всë продолжающего выедать его полностью. За спиной послышались взбудораженные смешки. Подростки наверняка снимали всë, и анонимности Киллера был конец. Но с этим будет разбираться будущий, не возбуждëнный и одетый в свою комфортную одежду Киллер. Когда Кид закончил, внутри было чувство пустоты, но его не заставили долго ждать. Снова вернулись к члену, теперь уже с энтузиазмом отсасывая ему. Киллер с каждой минутой стонал всë громче. Кид поднялся, утягивая его ноги за собой, заставляя тело удариться о стол с громким грохотом. Трапезу закончили невозмутимые люди. Прозвенел ещë один колокольчик. Это принципы поведения в социуме покинули ресторан. Оставшиеся наблюдали, как Киллер стонал, смотря в потолок, как Кид уже с голодом заглатывал чуть ли не до давки его член. Как Киллер просил его двигаться быстрее, и глубже, и выстанывал другие невнятные просьбы, которые не мог полноценно выговорить. В итоге он кончил под громкие возбуждëнные крики подростков. Кид отпрянул и облизнулся. Сперма немного стекала с члена Киллера. "Теперь я съем свой дессерт" С этими словами он слизал всë семя с его тела, не пропустив и сантиметра. Затем облизал и пальцы, будто съел самый вкусный торт голыми руками. Киллер лежал на столе никакой, как вылизанная начисто тарелка. Каждый вздох приводил его в чувства, до него потихоньку начало доходить, что произошло. Подростки ушли, обсуждая сегодняшний вечер. Остался только персонал и начальник. Кьесиро как-то непонятно усмехнулся. Удовлетворëнно, что ли? "Ну, вот такая полная посадка" Он буднично сказал, попивая своë сакэ, будто это, - очередная оплошность его начальника, (коей эта ситуация и являлась). Орочи же с ужасом смотрел на пустой зал. Все резервации, праздники. Никто даже не заплатил. Весь этот фарс с самого начала предполагал ужин за счёт заведения. "Что же вы сделали? Так же нельзя, как же так?" Столько ругательств вышло из него, сколько Киллер ещë не слышал. Интересно, чем это считать? Победой или поражением? Кид не обращал на него никакого внимания, как и прежде, будто Орочи вообще для него не существовало. Как позже выяснилось, он не обращает внимания на тех, кто у него (больше) не работает. Его внимание было только на Киллере. В его красивом платье из бархата, закрывающем всю начинку внутри. Его волосы расползлись по всему столу, словно скатерть. Киллер смотрел на него устало и безразлично. Всë равно всë уже произошло. Что будет дальше его не интересует, а дальше было интересно. Свинной визг Орочи прервали слова Кида: "Ты будешь владеть этим местом. Справишься?" Кид не дал ему выбора отказаться. Пока Орочи пытался вымолвить возражения, Киллер всë-таки засмеялся, но не от нервов, а от внезапного чувства удовлетворения. Все его мечты были смыты в канализацию, а потом заявился Кид и предоставил ему новые на красивом блюдечке. "Конечно, справлюсь" В тот день в ресторане почему-то пропал весь вай-фай, а на выходе стояли люди, проверяющие телефоны каждого на предмет компрометирующих видео. Вся информация об этом вечере передавалась лишь в устах, а затем забылась, переходя ото всех в виде сарафанного радио. Новый владелец того ресторана относится к байке, как к бесплатной рекламе. В их меню кстати добавился новый рецепт спагетти, и он намного лучше, чем у предыдущего владельца.