Звон в ушах

Это был четверг. Не то чтобы это имело какое-то значение, но в памяти отпечаталось слишком хорошо. В тот день они должны были провести вечер за просмотром фильма про Всемогущего. Мама после работы зашла в магазин, чтобы купить продуктов для кацудона... Не купила. В СМИ объявили, что это была случайная атака злодея. Не то чтобы они соврали, но слишком много информации замяли. Изуку знает. Он искал. Нашел. Здание стояло рядом с заброшенным складом в не самом благополучном районе. Склад взорвался от сильного удара (СМИ не скажут, что именно Всемогущий нанес его), предположительно, там подпольно хранилась взрывчатка, которая случайно сработала из-за обломков. Когда соседний дом обрушился вслед, помощь не приходила долго. Слишком долго. Изуку успел от своего дома добраться до места трагедии одновременно с героями. После он будет презирать их за это, но в тот момент он только коснулся изнанки мира, еще не осознавая, что этот четверг определил его жизнь на долгие годы вперёд. Злодей и герой, не вызвавший помощь пострадавшим, отправились дальше сражаться. А люди умирали. Под обломками, из-за огня. Потом экспертиза подтвердит, что Инко Мидорию можно было бы спасти. Если бы помощь пришла хотя бы на полчаса раньше. Если бы. Изуку помнит, как изучал сводки новостей, чтобы найти новых героев для анализа. Появилась запись с места событий. Перехватило дыхание от простого понимания: там, где сейчас люди умирают под завалами, должна быть мама. Он не заметил, как в слезах и ужасе выбежал из дома в одних пижамных штанах, забыв закрыть дверь. Мидория бежал и молился. Он никогда не верил в бога, но сейчас ему оставалось лишь задушено просить высшие силы не забирать последнее, что у него осталось. Как он смог протиснуться на место происшествия? Неясно. Суть в том, что он пришел. Увидел разрушения и побежал к обломкам. Потому что там мама. Он чувствовал. Знал. Люди рыдали от боли, громко крича. Повсюду была кровь, осколки стекла. Остановившись, Изуку увидел трупы. Под обломками, на носилках. В ушах зазвенело, кто-то пытался оттащить его от разбитого бетона, а Изуку царапал пальцы, ломал ногти и кричал что-то отчаянно, слезы не прекращали течь. Адреналин не давал почувствовать ни обезвоживание, ни боль. Он звал маму, рвался к языкам пламени, пока сильные руки сдерживали его. Герой беспокойно и напряжённо пытался объяснить ему глупость такого рвения. Изуку было плевать. Сквозь звон в ушах, было сложно осознать его крики, сознание выхватывало лишь некоторые фразы: - Малыш... опасно, не... Ты знаешь..? Герои... спасут... Успокойся. Ему было страшно, больно. Слова неизвестного не могли достигнуть паникующего мозга. А потом... Потом он увидел ее. Хрупкое, изломанные тело под обломками. Неестественно лежащие ноги, странно раскрытые руки. Волосы скатались, и красивый зеленый цвет стал красным. Грудная клетка не вздымалась. Инко была неподвижной куклой в осколках стекла и каменной крошке. Ему не нужно было заключение медика, чтобы понять, что именно случилось. В ушах зазвенело. Наверное, он кричал. Его сильнее пытались оттащить от мамы, возможно, даже получилось. Изуку не знал. Ничего не знал. Хотелось чтобы это все прекратилось. Пожалуйста, пусть это все прекратится. Пожалуйста.

* * *

Изуку напряжённо смотрел в монитор. Все за одного, да? Было трудно найти это имя, но не зря же Мидория так часто изучал запрещённые сайты в поисках новой информации о героях. Он знал, где искать. О его внешности практически ничего не было. Только пару замыленных фото. Он отчаялся. Синяки ссаднили. Если до этого их причиной были одноклассники, то теперь... В приемных семьях не любят ущербных. Пара кликов мышкой на ветку с теорией, и в горле застыл крик. В ушах зазвенело. Он нашел фото. Человек, странно похожий на Хисаши Мидорию. Противный звон продолжился.