Потерянный дом.

      Беллатрикс вернулась с Фатакуем домой, когда уже было сильно затемно. Девушка прокралась в свою комнату , наложила на дверь запирающие и защищающие заклинания, применила к себе очищающую магию и рухнула на кровать. Ее огромная комната могла посоревноваться с кабинетом Альбуса Дамблдора.       «Почему Том сегодня заступился за меня?», размышляла девушка перед полным отключения от внешнего мира. «Зачем ему нужно это? Что он задумал? Есть ли вероятность, что он просто решил заступиться за меня? Или он будет шантажировать этой информацией? Что мне делать?», пучина мыслей затягивала её все сильней.       Решив задвинуть все мысли в дальний шкафчик, девушка удобно устроилась на своей огромной обители и начала медленно проваливаться в сон. Её искалеченное состояние тела и психики было очень шатким. Порой Белле казалось, что она сходит с ума. Периодами она мечтала, чтобы её убили. Не мучая. Просто «хлоп!» и всё. Прихлопнули, как надоедливую муху.       Но бывали и дни, когда девушка была поглощена своей ненавистью и яростью. Она никогда не была дурой, о, нет. Беллатрикс Блэк была кем угодно, но только не дурой. Она понимала, что весь садизм, что ей причиняют родители сказывается на её психике. Именно поэтому она разговаривает в своей голове с непонятным ей голосом, уже привыкая к нему. Именно поэтому её сознание порой не подвластно ей.       Иногда, в особо трудные времена, она спасается бесчисленным количеством книг. Имея в своей комнате все необходимое для выживания и даже больше, девушка предпочитает не покидать двери своей так называемой крепости. Она давно поняла, что другая. Не такая Блэк, как её семья. И об этом писал её предок, предсказывая, что родится девочка, которая поменяет всё мировоззрение семьи. Но об этом предсказании знает толко Беллатрикс.       Постепенно реальность начала ускользать от девушки и она провалилась в сон, под надоедливое жужжание в своей голове. «Буду ли я когда-нибудь любима? Смогут ли меня полюбить?» подумала девушка прежде, чем провалиться в царство Морфея.       Том Реддл расхаживал по своей гостиной, шипя своей змее Годрик знает, что. Не пожалеет от его трона, что стоял по середине комнаты, виднелось хрупкое тело, тихо ронявшее слёзы. То была девушка, что была поймана его егерями, безвольно повиновалась любому его капризу. Сегодня она особенно возненавидела его.       Маг собрал своих соратников, а точнее, шайку вшивых псов, которые слушали его с благоговением, почти высунув языки от восторга. Этот ублюдок приказал девушке раздеться прямо на глазах у его псов-шестёрок. «Мелоди..держись. Скоро это закончится. Совсем скоро им надоест и они отстанут от тебя. Терпи.», подбадривала девчушка саму себя. — А теперь, будь хорошей грязнокровкой и сядь на пол, раскинув ноги в стороны. - вдруг произнес Том, в зале послышались слова одобрения и присвистывание. — Немедленно!       Реддл окончательно сошел с ума, ибо раньше он не позволял себе такого. Никогда прежде он не приказывал Мелоди делать подобные вещи да, он унижал ее из-за статуса крови, да, избивал и порой до исколечивания, но никогда вот так… — Давай, грязнокровная шлюха, покажи нам свою блядскую сторону! - крикнул кто-то из толпы.       Мелоди ничего не оставалось, кроме как повиноваться и сделать то, что они говорили. Она медленно опустилась на пол, расставляя хрупкие ноги в сторону, прикрывая лицо руками. Комната вновь наполнилась криками и визгами. — Смотрите - ка. - произнес Том, — Грязнокровке стыдно. Что такое, мышь? Тебе некомфортно? Давай расслабим тебя. — Да, покажи ей, Том! — Опусти одну руку к своей грязнокровной плоти и начни ласкать себя для нас. Немедленно. Поводи пальцами вверх вниз, обязательно демонстрируя нам свою плоть. — Нет! Пожалуйста! Прошу, не мучайте меня! Умоляю! — Ты слышала, что я сказал! Сколько ещё тебе повторять, гибридная тварь, ты должна слушаться меня беспрекословно! - он навел на хрупкое тело палочку, выпуская мощнейший луч Круциатуса.       Тело девушки пронзила жуткая боль. Она выгнулась так сильно, что ребра наравили вот-вот проткнуть бледную кожу грудной клетки. Девушка была так худа, что взглянув на неё, можно было изучить внутренние органы человека и вычислить, сколько костей в скелете, будучи незнакомым с анатомией. — Исполняй. Мой. Приказ.       Дрожащая рука опустилась к промежности, накрывая маленький бугорок пальцами. Девушка начала лихорадочно выводить на горошине рандомные узоры, медленно сменяя боль предательским удовольствием. Тело отреагировало на ласки, как и следовало ожидать, вдруг, её руку пронзила острая боль. Девушка вскрикнула, отпрянув от клитора. — А теперь войди в себя. Трахни себя своими пальцами. Мы видим, как ты течешь, не изверг же я, чтобы заставить тебя изнывать от желания. Введи в себя свои пальцы.       Девушка действовала на автопилоте, выполняя все, что от неё хотят. Она вернула руку к горячему входу, введя в себя два пальца. — Ааахх.. - вырвался из её груди стон. — Смотри-ка, Том. Она получает удовольствие. Действительно грязнокровная шлюха. - произнес брюнет, сидевший к Тому ближе всех остальных, — Ускорься, грязь, кончи на свои собственные пальцы.       Мелоди вновь подчинилась, ускорив движения и вернув большой палец клитору. Несколько резких толчков и девушка кончила, издав тихий стон. Люди вокруг заверещали, крича всякую нелепость, но она почти не слышала их. — Хорошо. А теперь, убери свои руки и вылежи из дочиста.       «Боже.. за что ты так жесток со мной. Почему я прохожу через это всё..?», взмолилась девушка. Мелоди поднесла к губам руку и взяла пальцы в рот, вычищая их от собственной смазки. — Подползи ко мне. На четвереньках, - всё не унимался Реддл, — Сейчас же, дрянь, иначе луч моего Круциатуса покажется тебе мечтой!       Девушка опустилась на четвереньки, подползая к Реддлу, восседавшему на троне. Она приблизилась к нему достаточно близко, поэтому, опустила голову не осмеливаясь взглянуть ему в глаза. — Ты не так бесполезна как кажешься, не так ли, грязнокровка? - тишина служила ему ответом, — Отвечай, когда тебя спрашивают ! — Д-да, с-с-сээр! — Тогда, - он потянулся к своей штанине, освобождая свой набухший член. — Будь хорошей маленькой грязнокровкой и отсоси мне.       Не давая ей времени даже секунды на обдумать, что от неё требуется он схватил девушку за волосы, притянув к себе. Глаза Мелоди расширились от предстоящего ужаса. Но что она могла сделать? Её палочку давно забрали, а беспалочковой магией она не владела… — Руди, будь добр, вычисти этот грязнокровный рот заклинанием, я не хочу, чтобы на мне была даже капля её соков. - обратился он к рядом сидящему мужчине.       Родольфус злобно хмыкнул, доставая палочку и наводя её на рот Мелоди. Девушка зажмурила глаза, ожидая очередной боли, но её не последовало. Вместо неприятных ощущений, язык и ротовая полость слегка покалывали, как после мятной зубной пасты. — Отлично, а теперь возьми в свой похотливый рот мой член и отблагодари меня за милосердие к такой жалкой, никчемной зверушке, как ты. Клянусь Салазаром, я бы лучше позволил прикоснуться ко мне русалке или ещё какой-нибудь твари, а не этой грязнокровной шлюхе.       Том притянул её к себе, зажав нежные щеки одной рукой. Его хватка была стальная. Девушка на секунду пересеклась с ним взглядом, от чего он удовлетворенно хмыкнул. В её глазах читался вселенский страх, со специями боли, отчаяния и ненависти. Реддл освободил щеки от сжатия и надменно вытер руку салфеткой, показывая, что девушка ничто…буквально грязь. — Сколько уже членов переебал твой грязный рот, шлюха? - выкрикнули из толпы, — Небось пересосала всей Магической Британии? — Полно тебе, дружище, - ответил Том, грубо притягивая девушку за волосы, — Ты сделаешь мне восхитительный минет, а затем я подумаю, отдавать тебя моим..друзьям или нет. О, держу пари они показали бы тебе твое истинное место. — Да! Да! Мы покажем.Только дай её нам и мы покажем этой грязнокровной потаскухе, где её место.       Юная девушка сжалась от предстоящего ей ужаса. Она знала, что от неё не останется и следа, если Том говорит правду. «С другой стороны ты наконец-то умрешь и все твои мучения прекратятся. Так ли это ужасно?». Из мыслей её вытянула грубая рука Реддла, которая впила ей в рот пульсирующий член. — Давай, дрянь, пока, как ты умеешь работать ртом. Оохх, да.. Используй свой грязный язык, - все это время он контролировал хватку на волосах девушки, — Запомни этот момент, грязь, иначе когда ещё ты прикоснешься к такой чистой плоти.       От увеличенной силы, притягивающей её к детородному органу Реддла, девушка не рассчитала и слишком много взяла, рискуя вывалить пустой желудок прямо на ноги извращенца. Тома, казалось, всё устраивало. Мелоди дивилась тому, что Реддл не стеснялся оголить себя перед своими слугами.       Краем глаза девушка заметила, что все находящиеся в комнате, замерли. Некоторые даже откровенно мастурбировали на неё. Девушка почувствовала небывалое отвращение ко всему, что её окружало. К вещам, посуде, еде, людям, всему..даже к стенам. Но что было самым страшным, так это ее ненависть. Ненависть к себе, к своей слабости. Беспомощности. — Да, вот так, продолжай, грязь.. - даже в муках экстаза Том не прекращал контролировать ее своей рукой.       Девушка, видимо, на молекулярном уровне поняла или почувствовала, что он вот-вот кончит. Она продолжала вбирать в себя все больше и больше, задумываясь о том, за что она расплачивается. Почему такая дорогая цена. — Сэр..п-пожалуйста, я устала..я никогда раньше не делала подобных вещей. — Немедленно замолчи, тварь! — выкрикнул из толпы голос оборотня, — Заставь его кончить. И вот тогда уж мы займемся тобой.       Мелоди продрогла до ниточки. «За что…За что…ЗА ЧТО?!», причитала в голове юная волшебница. — Охх…даа. Еще..воооотт..ахххх.       Девушка быстро отпрянула от мужчины, пытаясь не запачкаться его соками. Она ненавидела его каждой клеточкой своего тела. Хотя знала…да, Мелоди определенно знала, что чертов Том, мать его Реддл, отдаст её своим псам и после них она не будет способна даже провести ногтем по столу. — Ты посмотри, - за секунду озверел Реддл, — Вылижи всё это. Сейчас же!       Мелоди уставилась на него, умоляюще прося Богов забрать её жизнь. Но Боги коварны, возможно, они даже не разошлись ещё, чтоб наиграться. Девушка кое-как заглянула в красные от злости глаза и медленно начала опускаться к полу, где следы спермы Тома обрамляли чернющий холодный кафель. — Ты, видимо, оглохла, грязнокровка? Быстро слизывай! - он слегка наступил на неё, но силы было достаточно, чтобы истощенное тело рухнуло на пол. — О, - без эмоционально произнес Том, — Она сдохла?