Круиз

Несмотря на все грандиозные планы, которые Кейт строила в своей голове по восстановлению своей лучшей версии , последние два дня стали настоящим испытанием. Она проснулась с тяжёлым сердцем и беспокойством — всё чаще её мучили кошмары, и каждое утро начиналось с жуткой зябкости в душе. Страх и ощущение утраты не оставляли её ни на минуту. В попытках вырваться из этого подавленного состояния, Кейт решила пообщаться с людьми . Кейт уже пыталась завести светский разговор с одним из пассажиров, но её попытки оказывались лишь поверхностными: пустые диалоги о погоде, морских расстояниях и безмятежных закатах. Каждый их обмен фраз лишь подчеркивал её одиночество, как будто стена, отделяющая её от окружающих, становилась всё крепче. Одна "новая" подруга, с которой она случайно пересеклась на палубе, добродушно посоветовала ей забросить всё на неделю и устроить себе загул — по сути, как мальчишник перед свадьбой. Эта идея сначала вызвала у Кейт недоумение, но затем, как заряжающая искра, расчистила пространство для новых возможностей в её голове. "Да, почему бы и нет?" — подумала она, решив, что пора наиграться в последний раз. Так началась её безумная неделя, наполненная абсурдной каруселью веселья и хаоса. Кейт, вечно пьяная и накуренная, с каждым днём погружалась всё глубже в свой новый стиль жизни. Она могла находиться то в каюте, путаясь в собственных мыслях, то заливая горе на барной стойке. Исключительно веселые истории, которые она провозглашала своим "друзьям" и незнакомцам, постепенно становились всё более бессмысленными и неуместными. Кейт могла смеяться без остановки, но каждый смех звучал в попытке подавить внутреннюю пустоту. Она часто застывала, хлопая глазами в безмолвии, словно ожидала, что кто-то из-за спины заглянет в её мир, восхищаясь этим вечным бредом. Ощущение, что за ней кто-то наблюдает, не покидало её, нарастая с каждым деньком. В одном и том же космическом чертеже барной стойки она могла почувствовать дыхание сталкера — не физического, а неведомого, как страх, который цеплялся за неё, но не раскрывал свою истинную природу. Каждый бокал, каждая затяжка тянули её всё ближе к этой идее, и один единственный вопрос оставался в воздухе: "Что же скрывается за этой маской веселья?" Её вечное состояние пьяного бреда и непрекращающиеся срывы в каюте становились для неё всё более привычной реальностью, затем удачным прикрытием от самих себя и мучительных воспоминаний о том, кем она была, и кем всё-таки мечтала стать. Кейт поднимала бокал, вновь обращаясь к своим мыслям о том, что эта неделя — последняя возможность насладиться свободой. Но в любом случае с каждым новым днём её душа лишь углубляла это отдельное чувство одиночества, которое никуда не уходит, словно корабль, затёртый в бескрайних морских просторах без надежды на берег. 888 На протяжении всей недели Елена следила за Кейт с недоумением и страхом. Она не могла понять, что творит эта девочка с собой. Каждое утро она наблюдала, как Кейт, словно запертой внутри пузыря, висит на барной стойке или бредет по палубе, смеясь и общаясь с попутчиками, но в каждом её слове, в каждом движении ощущалась странная пустота. Елена чувствовала, что Бишоп погружается в нечто ужасное, но сама не могла подойти и поговорить с ней — как будто на кону было что- то большее, чем просто разговор . Она ждала нужного момента, но тот никак не наступал. Эта неделя стала испытанием терпения Елены, день за днем она пыталась найти подходящий момент, чтобы обратиться к Кейт, но все её попытки вроде бы встречали пустой взгляд и отсутствие настоящей заинтересованности. В ту ночь, когда Елене потребовался лёд, она решила выйти и попросить его у экипажа. Она вышла на палубу и направилась к бару, но вдруг её внимание привлекла фигура, свисающая через перила корабля к воде. Подойдя ближе, Елена сначала подумала, что кто-то просто блюет. Но в следующие мгновения её ужасом она поняла: фигура забрасывает не только руки, но и ноги. Паника охватила Елену, она бросилась к человеку , то была Кейт, понимая, что та находится в критическом состоянии. В состоянии, которое сложно было назвать иначе как алкогольный бред или психоз, пыталась отправиться за борт. Елена схватила её и с силой оттащила назад, пугаясь, что в любой момент ее может потерять. "Кейт!" — закричала Елена, глядя в пустые глаза, которые не выказывали ни боли, ни понимания. Жуткий крик Кейт только усилил страх в груди Елены: "Я хочу к маме!" Эти слова пробили её, как острое лезвие. Внутренний шрам Кейт вновь показал себя, и в этот момент Елена поняла, что девушка не просто играет с огнём — она попала в ловушку собственных демонов. С огромным усилием, полагаясь на последние запасы сил, Елена кое-как приволокла тело Кейт обратно в каюту. Они обе были на грани, и Елена осознала, насколько всё это серьезно. Она уложила Кейт на кровать, поправила одеяло и, глядя на неё, почувствовала, как с её сердца спадет огромный груз, и одновременно было невыносимо больно за то, что с этой девушкой происходит. Это было не просто падение — это была борьба, и она была готова взять на себя её часть. Теперь, когда двери в мир Кейт открылись, у Елены появился лишь один вопрос: как же помочь ей найти себя снова?