Бесящий

— Фу, пидорас, отвали. — Вова отворачивается и пытается свалить быстрым шагом, но высокий все еще шёл за ним, не обращая внимания на едкие словечки в свой адрес. С длинными ногами с такой же скоростью ходить не составляло труда, а отступать было уже поздно. Обычно, Калюка после школы с друзьями уходил гулять, ну или к кому-нибудь на хату. Но сегодня он решил пойти домой, еще и по другой дороге. Так получилось, что им по пути. — Ну, если уж хочешь — могу побыть для тебя пидором. — Приколов лишь цокнул, пока Влад шел чуть быстрее, засунув руки в карманы. — Если я сейчас чего-то хочу, так это того, чтобы ты съебался отсюда. — Фыркнул Вова, отворачиваясь от старшего. Подколки Калюки постоянно вызывали какие-то смешанные чувства: от злости, до смущения. Вова отвечал только агрессией, чтобы до него не докапывались. И в свободное время даже думать о нем не хотел, постоянно перебивал навязчивые мысли каким-нибудь занятием. — Слушай, ну, можем ко мне съебаться. Посмотрим кинчик, полежим рядышком, — Парень потер указательные пальцы друг о друга. — А пото.. — Завали ебало! — Влад немного посмеялся от эмоциональности младшего и замолчал на пару секунд, продолжая: — А ты заткнешь? *** Дорога оказалось долгой, тем более, когда она сопровождалась побегами друг от друга по дворам, знакомства с местными бомжами и разными действиями с прохожими "на слабо". Довольно стемнело за это время, Володя и не заметил. Зато компания есть, и смешно по большей части. Парни уже практически дошли до дома Приколова, стояли прям за углом этого здания. Только Калюка опять сильно взбесил Вову своими полу-пошлыми шутками и действиями, что Приколов аж толкнул и ударил одноклассника, матеря. Высокого это явно не устроило, так что Вову тут же прижали к бетону, хватая, держа чужую руку над головой. — Че, малой, извиняться будешь? Я на коленях ток принимаю. — Вова, подняв голову, заметил, как блестит фонарь в голубых глазах. Какой же он высокий. — Да ни за что! На коленях ты увидишь только, как будет принимать у тебя твой папаша, пидор. — Пытается отвернуться, но соприкасается ухом и краем щеки до холодной стенки. И, конечно же, хотелось руку вырвать, ведь так он чувствует себя слишком открыто и неловко. — Сученок. Ну не пойдет так, Вовка. Расплачиваться-то надо, так ведь? — Цокает старший. А Приколов слишком занят освобождением своей руки, как не замечает чужое лицо слишком близко. А, вследствие, ощущает небольшое прикосновение на собственных губах. Глаза тут же округлились, Вова дернулся, осознавая, что его целуют. Свободная рука пыталась оттолкнуть парня, вторая лишь поцарапалась об бетон от резкой попытки освободиться, но кисть осталась все там же над головой. Сердце билось, как бешеное. Влад лишь на пару секунд отстранился, смотря на красного, полностью смущённого парня. — Отвали, долб.. — Его затыкают ртом. Все его действия как-будто не имеют значения для высокого. Сколько не колотить, тот ни на сантиметр не стал дальше, лишь схватил за плечо, поворачивая голову для удобства. Вова слишком слабый, он не то, что дать отпор не может, а даже просто вырваться совершенно не выходило. Осознав это, лицо еще больше горело, ведь если Влад захочет, то может и выебать его, и надвое сложить, и в трубочку завернуть. Так что, насколько бы Приколов не был против, по сравнению со старшим это было ничем, он слишком беспомощен для этого, по ощущениям, двухметрового восьмидесятикилограммового переростка с хлещущими гормонами. Влад подложил ладонь между головой Володи и бетоном, видимо, чтобы не стукнулся ненароком. А у того с каждой секундой энергия на отпор кончалась, все больше затихал. Рука медленно прекратила отталкивать и проскользила по кофте брюнета, ниже спускаясь и царапая короткими ногтями стенку. Расслабился, поддаваясь, и через время неуверенно отвечая. Чувствует себя нервозно и будто неправильно. Брюнет только улыбнулся сквозь поцелуй, смотря на то, насколько быстро парень сдался. Все девочки, которые были готовы на все за его взгляд, со временем, стали уже не так интересны, а закрытый одноклассник, отшивающий его, был притягивающим. Внутри что-то требовало его добиться, даже чисто из интереса, да и личиком он смазливый, ниче такой. Страшнее всего было то, что Приколову это даже нравилось. Нравилось быть прижатым к холодной бетонной стенке на улице вечером, которого почти насильно целует сильно симпатичный парень, которого он так много времени пытался избегать и игнорировать. Пульсирующая боль от щипления на кисти только добавляла красок. Все это было довольно..приятно. Даже если Вова хотел этого, даже если есть чувства, то он спрятал их глубоко в себе, где никто не найдёт. Потому что стыдно. А вот так, внезапно и будто нежеланно, было идеально — не так зашкварно. Но если не думать, а побыть в моменте напротив одноклассника, то даже комфортно. Прохладный ветер холодил горящие щёки и уши, остужая парней, но Влад казался очень теплым, хоть и раздражающим. Через некоторое время Калюка все-таки поднял голову, замечая небольшую ниточку слюны в свете фонаря, что быстро порвалась. Младший же прошелся глазами по асфальту, не находя, что сказать, и как оправдать, что он ответил на поцелуй. — Чего замер? Я уже простил, если что, тебе вроде домой надо было. Или ты уже передумал?) — Отпускает руку и отходит на обычное расстояние. — Да вот задумался: ты дальше там живёшь, или меня до дома преследуешь, чтобы кокнуть или выебать, не знаю. — Смеётся, кусая губы и поглядывая на довольного темноволосого. Вздыхает. — А предложение к тебе еще актуально? — Конечно.