Альбион

То, что является причиной для жизни,

может являться также отличной причиной для смерти.

Яркий свет. Шум воды. Кто-то яростно бил по щекам и кричал что-то невнятное. Тело ужасно болело, но словно на адреналине, сознание очнулось и приобрело второе дыхание. Жизнь кончена. Всё потеряно. Пути назад нет. Осталось лишь одно неоконченное дело – узнать судьбу врага и положить этому конец. Посвятив всю свою жизнь мести и опустившись на самое дно, уже нет смысла отказываться от изначальной цели. Кто-то скажет, что так поступают лишь неисправимые глупцы. Но я скажу:

«Исповедуй то, что проповедуешь».

Вновь этот назойливый крик. Слух постепенно возвращается, как и возможность дышать, когда чудесный спаситель откачал воду из лёгких. Жадный рваный вдох. — Эй, парень. Говоришь по-английски? Вижу, что да… всё будет хорошо. Силы вновь покидают тело и сознание отключается от боли, но ненадолго. Мужчина просыпается на столе в домике рыбака. Старик подлатал его раны, но плохо говорил по-английски. Он лишь улыбался, радуясь «воскрешению» спасённого парня и настаивал на том, что тот должен лежать. Лиам не мог оставаться, ведь у него было неоконченное дело, которое стимулировало его желание жить. Он должен был найти Кару. Живой или нет, не важно. Главное, что пора положить всему конец. Он бегло поблагодарил старика и уплыл вниз по реке, предварительно выпросив свободную потрёпанную лодку. Рыбак хватался за голову руками и до последнего пытался остановить это безрассудство, но всё было бесполезно. Да и честно говоря, старик тоже не хотел рисковать своей жизнью. Лиам был не из тех, кто внушал доверие и чувство безопасности, своим внешним видом и поведением. Не сегодня уж точно. — Береги себя, сынок. – сказал он напоследок Махнув на прощание, МакГрат начал спуск по реке. Гребля давалась с большим трудом и отзывалась болью во всём теле, но течение помогало. Спустя некоторое время, впереди начал виднеться берег, а там…

***

Течение реки вынесло тело девушки на берег. Она осталась лежать там, истощённая и окоченевшая от холода. Некоторое время она пролежала неподвижно, пытаясь прийти в себя. Вода стекала с её одежды, а дыхание постепенно стабилизировалось. Потихоньку, Кара начала открывать глаза, осознавая, что всё ещё жива, и ощущая, как песок и галька под её телом напоминают о недавнем заплыве. Прокашлявшись от остатков воды в лёгких, она попыталась привстать. Рана на голове ужасно болела, отдавая спазмами в виски. Схватившись за голову, она с тяжестью перевернулась на спину, а мир перед глазами закружился с новой силой. Когда симптом начал спадать, она вновь совершила попытку привстать, осматривая себя на наличие других повреждений. Помимо того, что она неплохо отбила тело о камни, нога чертовски болела. Однозначно перелом. Осмотревшись вокруг, взгляд упал на булыжник за спиной. Подтянувшись на руках, девушка подползла к нему, чтобы было удобнее сесть опираясь на него спиной. — Прекрасно. Браво, Кара. – прошептала она – И что дальше? Шум реки постепенно стихал, как будто сам мир затаил дыхание, давая ей немного покоя. Пытаясь сфокусировать взгляд, девушка заметила, что вокруг лишь пустынный берег и водоворот острых камней, среди которых едва можно было найти путь обратно. Явно не в столь беспомощном состоянии. Размышляя над дальнейшими вариантами, Кара увидела вдали лодку. В её глазах промелькнула искра надежды, но она быстро погасла. Лодка мягко скользила по поверхности воды, и даже на расстоянии она могла различить его силуэт – решительный, уверенный в себе, как и всегда. Лиам приближался всё быстрее, и с каждым мгновением её надежда таяла, сменяясь беспокойством и даже страхом. Она судорожно огляделась в поисках укрытия или хотя бы чего-то, чем можно защищаться. Ничего. Только проклятые камни. Отыскав под рукой, более-менее удобный заостренный обломок, она спрятала его за спиной и начала выжидающе наблюдать. Пока мужчина приближался, девушка пыталась встать на ноги, не потратив при этом остатки своих сил. Лиам сошел с лодки, грузно ступая на берег и опираясь на ногу, которая, похоже, тоже была ранена. Его хромота придавала походке неровный, зловещий ритм, а лицо выражало мрачную решимость. Агрессивный взгляд был устремлен прямо на Кару. Она сделала шаг назад, но ноги были слишком слабы, и баланс едва удавалось удержать. Лиам, кажется, заметил её дрожь и презрительно усмехнулся, как будто находя удовольствие в её растерянности. – Далеко ли собираешься бежать, Кара? – его голос был глухим, почти зловещим, и, несмотря на хромоту, он не спешил, явно зная, что путь для отступления у неё ограничен. — Ты ещё не устал? Всё кончено, Лиам. Просто прими поражение и живи. — Жить? – Он едва слышно рассмеялся, горько, даже печально. – Ты и понятия не имеешь, что такое жить, Морелли. Всё, чего я добился, всё, чем я был, ты забрала это. И теперь хочешь, чтобы я просто ушёл? Забудь! — И что ты хочешь? Ты подбитый, и я не в ресурсе. Вокруг вода и камни. — Довольно честный финал. Равная борьба. — Ради чего? — Ради веры в собственные убеждения. До конца. — Твои убеждения неверны. До конца. Кара едва успела поднять руки, когда Лиам бросился на неё. Его крик разорвал тишину берега, и мгновение спустя он оказался рядом, затягивая её в крепкий, жесткий захват. Она попыталась увернуться, но он был слишком силён, движимый гневом и болью, которые он носил в себе годами. — Просто прими последний бой, сестричка. – прорычал Лиам, сжимая её запястья так, что кровь пульсировала под его пальцами. Девушка, борясь с его хваткой, сосредоточилась на дыхании, пытаясь подавить панику. Её разум отчаянно искал выход, воспоминания о прошлом мелькали перед глазами: они были неразлучны, однажды он был её самым близким человеком. Но теперь между ними стояла пропасть, и её заполнила лишь ненависть и боль. Собрав всю свою силу, она напряглась и, выкрутившись из его захвата, оттолкнула его назад. — Ты сам выбрал этот путь, Лиам! – крикнула она, чувствуя, как её сердце колотится в груди. – Но я не собираюсь снова падать из-за тебя. Их взгляды встретились, в воздухе повисло напряжение, готовое вот-вот взорваться. — Инферна! Вспомни, кто ты есть и борись. Здесь и сейчас, сестричка. За павших друзей, за потерянную семью. Ты должна ненавидеть меня! – кричал МакГрат Кара чувствовала, как внутри неё поднимается ярость. Все чувства, которые она подавляла, рвались наружу, смешиваясь в горячий поток. Он хотел, чтобы она ненавидела его — и в этот момент она действительно это чувствовала. За то, что он отнял её прошлое, за то, что заставил пройти через это снова. — Ты не оставил мне выбора, брат. – прошептала она, и в её глазах вспыхнуло давно забытое пламя. – Если ты хочешь увидеть Инферну… тогда готовься, потому что она вернулась. Она шагнула к нему, её движения были уверенными, наполненными решимостью. Их удары сливались в единый ритм — удары, блоки, броски. Боль в теле казалась ничем по сравнению с напряжением в душах. Каждый знал слабые места другого, каждый знал, как сделать больнее, и потому бой был беспощадным. Кара чувствовала, как с каждым ударом её ярость усиливается, подгоняемая отчаянием и страхом за всё, что она потеряла. Внезапно над головой раздался громкий звук, и оба инстинктивно отпрянули друг от друга. Вертолёт с грохотом пролетел над рекой, на мгновение заслонив солнце, а затем завис в воздухе. Лиам быстро оценил обстановку. — Это за тобой, сестричка. – сказал он. – Похоже, что кто-то решил вмешаться в наш последний бой. Значит есть ещё один повод, чтобы поторопиться. С этими словами, он совершил удар по её сломанной ноге и повалил на землю. Не успела она скорчиться от боли, как он сел сверху на неё и скрутил руки, осматриваясь вокруг.

***

Парни спускались вниз по руслу реки в поисках девушки, стараясь делать всё как можно быстрее. Николай, Капитан и Газ уже пролетали сверху на вертолёте. Они тщательно всматривались в бурное течение реки, выискивая знакомый силуэт. Пейзаж вокруг был суров. Островки острыми камнями и размытыми склонами, которые не предвещали ничего хорошего. Внезапно Николай резко откинулся к рации, с трудом сдерживая радость. — Вижу её! Девушка на берегу. – голос его был глухим и напряжённым. – Похоже, она не одна. Газ тут же передал сообщение группе внизу, и вертолёт завис над местом, откуда Николай разглядел фигуру Кары. На берегу действительно были двое – мужчина и женщина, явно сцепившиеся в противостоянии, которое застыло лишь на мгновение, когда они заметили вертолёт. — Мы нашли её, парни, но поспешите. – добавил Газ – Похоже, у неё не самый дружелюбный спутник. — МакГрат…чёртов упырь! – прокричал Соуп и они с Гоустом побежали в сторону указанного места. Вертолёт завис над рекой, но неровный ландшафт и острые скалы делали посадку невозможной. — Мы не сможем сесть. Двигаемся дальше по плану. Газ, готовь тросы для спуска. Газ быстро закрепил тросы у двери, проверяя крепление. Они не могли ждать, когда подруге угрожает такая опасность. — Держись, мы будем рядом. – прошептал Николай, пристально глядя на её фигуру внизу. Затем он снова активировал рацию: — Парни, спускаемся с вертолёта. Соуп и Гоуст пробирались по скалистому берегу, каждый шаг выверяя так, чтобы не шуметь и не привлекать внимания. Наконец, они заметили Кару и Лиама. МакГрат заметил их. — А у тебя настырные друзья. Но слишком поздно. Подняв лежащий рядом булыжник, он хотел было замахнуться. Девушка от безысходности прикрылась освободившимися руками, пытаясь сообразить, что ещё можно сделать. — Кара! – закричал знакомый голос и время замедлилось — Прощай сестричка! — Лиам… Выстрел. Мужчина на мгновение завис над ней. Камень выпал из его рук, буквально в сантиметре от головы девушки. Капли крови капали на её лицо. Безжизненное тело брата свалилось прямо на неё. Осознание конца, словно оглушило её и она уже ничего не замечала вокруг себя. Кто-то подбежал к ней сбоку и скинул обессиленное тело, попутно пытаясь что-то ей сказать, но она не слышала. Точнее не желала слушать. Вместе с осознанием ситуации, нахлынула волна ощущения, что она умерла вместе с ним. По щеке скатилась одинокая слеза. — Кара… Всё будет хорошо. – шептал знакомый голос, поднимая её на руки. Закрыв глаза, она отключила сознание и позволила себе расслабиться. Выстрел в голову и борьба до последнего вздоха. Таким был конец Лиама МакГрата. Брата, друга, профессионала своего дела и просто обиженного загнанного ребёнка, который не знал любви.