просто прохожий

Шесть вечера, после окончания работы Ким Сынмин сел в машину. Сегодня суббота, а это значит, что сегодня он должен встретиться с мамой – это у них, как ритуал. Встреча с любимыми – это очень важно. Видеть тех людей, кого любишь и кто любит тебя. Это как дышать воздухом. При встрече обнять, почувствовать тепло, уют, радость. Счастье наполняет сердце.   Сынмин – девятнадцатилетний парень, недавно устроился на работу. По этой причине ему пришлось переехать в другой город, и теперь он редко видится с родными. Из родных у него была только мама. Братьев никогда не было, он был один в семье, а отец давно спился. Жизнь отца не интересовала парня. Забота о матери – это всё, о чём он сейчас беспокоился. Новый город, новые знакомства очень сильно давили, и встретить родное лицо было просто необходимо. Хан Джисон – шестнадцатилетний парень, вырос в благополучной семье: папа, мама, сестёр и братьев не было. Можно сказать, жизнь удалась на славу. Но кто знал, что жизнь так обернётся. Родители сказали: "Сынок,  ты уже взрослый, тебе шестнадцать лет, пора учиться жить по-взрослому. Давай, собирай свои вещи и скатертью дорожка тебе в новую жизнь". Чего-чего, а такого Джи не был готов услышать. Юноша жил в кайф, ни о чём не заботился и тут всё забрали. Всё, что он умел, это вертеть своим задом. Да, Хана Бог не обделил достоинством, и паренёк мог похвастаться своим красивым задом. Сегодня он первый день как живёт отдельно и, нацепив на себя самую лучшую одежду, пошёл на трассу. Чего он ждал от этого? Да ничего. В любом случае он куда-то да доберётся, а там будь что будет. Сейчас вообще ничего не важно. Просто довериться судьбе, что сейчас и делает Хан. Надев обтягивающие джинсы и футболку она была короткой, взяв рюкзак, парень пошёл за город.  Идя вдоль дороги, Хан всё дальше отдалялся от жилых домов. Людей становилось всё меньше, но оставались звуки машин и трасса. Идя дальше, в голову приходили размышления: "Всё ли будет хорошо? ", "А может мне маньяк попадётся? ". Голова от таких мыслей начинала болеть, но изменять что-то было уже поздно. Время года - осень.  Холодно. Все спешат по своим домам. А тепло. Оно необходимо человеку. Согреться, чтобы не мёрзнуть и чтобы не умереть. Сейчас Джисон идёт всё дальше, домов не видно, и он начинает свою "охоту" да, это вполне можно было так назвать. Надо найти человека, с которым у тебя точно всё получиться, не ошибиться. Смотря на проезжающие машины, Джисон не видел ту, а вернее того водителя, которого бы можно было "охмурить" своей красотой. Который бы помог ему "согреться". Ветер дул в лицо, кудри развивались, мешая обзору. Это смешно смотрелось. Пацан шагает по обочине с портфелем за спиной, а на лице у него спутались пряди волос, из-за чего он практически ничего не видел. Это и позабавило одного водителя. – Милашка, подвести тебя? Или собираешься так дальше топать? – Спасибо, нет, я уже не могу идти, ноги болят, да и замёрз я, – ответил Хан и залез быстро в машину. Сев в машину, Джи начал осматриваться. Довольно красивый водитель, по нему видно не простой человек. Нет, он не был кем то знаменитым, певцом или актёром, нет. Но Хан увидел в нём того, кто изменит его жизнь. Потирая руки, Хан увидел бутылку пива и ему захотелось попробовать. Да, за свои шестнадцать лет парень не пробовал ещё спиртного и не курил. В общем, был идеальным по меркам общества. А то, что он давно "познал" взрослый мир, это никого не интересовало. Никто об этом не знал. Ни Родители, ни друзья. Парень умело водил всех за нос. А молчать он умел, как и хранить секреты. — Можно? – А, да, можешь допить, если хочешь. Получив согласие, Джи взял бутылку в руки и отпил. Горький вкус, и лицо Хана сморщилось. — ХАХАХА, малыш, ты по легче не налегай, а то я нести тебя потом не собираюсь На эти слова Джисон лишь улыбнулся и сделал ещё один глоток. Причмокнув, он поставил бутылку и улыбнулся. После чего включил музыку, стал пританцовывать, качая руками, двигая телом и головой в такт. Все действия юноши заводили водителя, поднимая настроение, а может и не только. Он был рад такой компании. Возможно, именно этого ему не хватало в этот холодный день. Глоток за глотком и Хан уже пьяный. Он был тем, кто быстро пьянел. Открыв окно, юноша высунул руки, стал изображать волну и громко смеялся. Водил руками по панели и высовывался сам из окна, что-то выкрикивал, и напевал песню, которая играла из колонок. Парень, сидящий за рулём, улыбался. — Ах да, я забыл представиться. Я Хан Джисон, но ты можешь звать меня Хани, – с улыбкой на лице пропел Джи. И под бит снова начал качать головой. — Очень необычное имя, а моё Сынмин. Можешь звать просто Мин Взгляды парней пересеклись. Глаза в глаза. Мир замер. Почему-то Кима тянуло к новому знакомому. Не было причины, но желание. Просто хотелось находиться рядом с этим человеком. Просто хотелось. Да, эти слова кажутся просто словами, но не для Сынмина. Его голову наполнили мысли, и они были довольно интересного характера. На красный свет светофора. Ким остановился, повернул голову, стал внимательно всматриваться в эти карие глаза, они как океаны, отражали всё что всё вокруг. В них можно было утонуть и с головой погрузиться.  Взял бутылку пива, старший сделал глоток. Он продолжил эту игру. Хану эта идея понравилась. Он игривым взглядом посмотрел на Сынмина и тоже отпил, после чего облизнул всё горлышко, улыбнулся и продолжил танцевать, двигая телом. В машине это была не единственная бутылка, в багажнике лежало ещё парочка. По этой причине машина остановилась на обочине. Водитель вышел "подышать" и взять ещё парочку бутылок пива. На самом деле Ким уже завёлся. Хан вёл себя вызывающе, в нём не было ни капли стеснения. Он делал, что и хотел. Открыв багажник, Ким взял бутылки и подняв свой взгляд, увидел стоящего рядом Джисона. Сглотнув ком в горле, Ким не удержался. Прижал хрупкое тело к машине, и посмотрев в эти бездонные глаза, страстно поцеловал, впившись в мягкие губы. Просто поцелуй, в нём не было страсти. Так не хотелось останавливаться, заканчивать это наслаждение. Но.. он не мог сейчас продолжить.  Отстранившись, Ким быстро сел на своё место. Джи подошёл следом и парни продолжили путь, продолжая пить. Разум у двоих мутнел, в голову приходило всё больше мыслей, разные картинки появлялись перед глазами, а за окном сменялись пейзажи. — Ты не устал? – заговорил первым Ким. — Я устал. Если тебе не сложно, можешь высадить меня возле какого-нибудь отеля? Сынмин кивнул и втопил педаль в пол. Эту дорогу он знал хорошо, и как раз по пути был один отель. Он славился своим люксом. Много хороших отзывов прочитал Мин и мечтал привести сюда кого-нибудь, но отношений не имел. Сейчас в голову пришла мысль: «а если эту ночь он проведёт не один?» Этот мальчишка уж сильно понравился, и отпускать его не хотелось. Ким Сынмин был обеспечен, имел работу и денег хватало на баловство. Он мог много потратить на выпивку, ходил по барам и клубам. Самый обычный обеспеченный парень, который построил свою жизнь сам. Начинает творить безумие.  Просто хочется. Причина - парень вырос, ему можно, он взрослый. В нашем веке люди быстро теряют голову. Говорят: "Мне же уже восемнадцать, значит взрослый, значит, всё можно". А кто сказал, что с возрастом появляются мозги? Чтобы, правда появились мозги, нужно много стараться. Но не каждый на это способен. Не заложено в генах. Кто-то так и остаётся ребёнком и к сорока годам всё так же играет в игрушки. Таких людей много. За каждое своё действие нужно платить, не так ли? Всё верно. И становясь взрослее, нужно это чётко понимать. Отдавать себе отчёт о своих действиях. Каждый взрослый человек, если он вырос, конечно. Делает себе отчёт. А у Кима всё детство перед глазами. Игрушки, танчики. Только он перешёл на новый уровень. Играет уже с людьми. Не отдавая никаких отчётов. В первую очередь себе. В хлам пьяный Хан положил голову на колени Кима. От алкоголя в крови, голова начинала болеть, хотелось спать очень сильно, глаза закрывались, а тело не слушалось. Сынмин не удивился таким действиям мальчишки, наоборот, ему это понравилось. Он начал поглаживать голову и что-то тихо напевать. Таким способом он убаюкивал маленького мальчика. Завернув на парковку, Ким припарковал машину и начал будить Джи. — Милашка, вставай! Мы приехали. Открыв глаза, мальчишка не сразу понял, что происходит. Но сомневаться в этом парне у него не было причин. Доверившись ему, он встал и вышел из машины. Перед ним стоял мотель.  Большая красная вывеска слепила глаза, эта вывеска освещала большое здание. Красный свет плавно падал на всё вокруг, придавая этому месту собственную атмосферу. На парковке были парочки. Они целовались. Из каждого угла был слышен смех. Это место романтическое, но также оно было самым ужасным. Здесь происходило много измен и преступлений. Рядом всегда ошивались странные типы. Каждый второй говорил, что именно эти парни были из мафии. Сынмин, придерживая за талию, вёл юношу внутрь здания. — Здравствуйте, нам один номер, пожалуйста. На одну ночь — Здравствуйте, у нас остался один номер – люкс — Нам подойдёт Оплатив, Ким повёл Хана в номер. Он находился на верхнем этаже. Вид из окна открывался шикарный, бескрайний простор, поле, лес, дорога, которая извиваясь уходила в даль. Оранжевые, жёлтые, зелёные, красные листья, которые окрашивали деревья в разные цвета. От них невозможно было оторвать глаз. А когда дул ветер, листопад кружась осыпался на тротуары. Место, где сейчас они находились, было далеко от цивилизации. Это придавало ему изюминки.  Увидев эту красоту, Джисон прилип к окну и рассматривал вид за окном, смотря на целующую пару. В горле пересохло, Хан потускнел. Хоть он и познал все прелести взрослого мира, но это только через экран. На деле же, он был ещё девственником, никогда не целовался, тем более не делал чего ещё по хуже. Сынмин стоял рядом и видел все эмоции младшего. Видел, как мальчик кусал губы и трогал их руками, он видел как разгоралось желание, внутри юноши. Как он желал узнать всё о взрослом, об этом зветном, тайном.  Пара снизу продолжала целоваться уже на протяжении долгого времени. Эмоции Джисона сменялись, ему так же хотелось целоваться, чувствовать эту сладость, жар, пламя, страсть, эти чувства, которые переполняют и льются через край. Сидя на подоконнике, маленький мальчик совсем поник. Опустил голову и стал царапать пальчиком свои шорты. Ким, видя это, ухмылялся. Как же он любил такое состояние, когда "жертва" находилась в слабом состоянии, на которое можно было легко надавить. Он соблазнял многих, но на столько сладкого мальчика он ещё не встречал. Подойдя ближе, Сынмин притянул Хана за подбородок и остановился в сантиметре от его губ, смотря прямо в глаза, прикоснулся, целуя парнишку. Джисон ответил на поцелуй, он хотел этого – целоваться, не давая себе отчёт за действия. Хан коснулся холодной рукой тела напротив, касания, парни касались тел друг друга. Это как первое свидание. Не знаешь, что будет дальше. Ким тянул на себя, мальчишка не сопротивлялся. Медленно одурманивая разум, старший вёл свою игру. Залезая под футболку, касаясь разгорячённого тела, он сводил с ума парнишку. Наивность – это враг детей, не зная последствий ведутся на всё подряд. Сынмин этим пользовался. Очаровывая Хана, своей "харизмой" – дешёвый трюк. Руки поднимались выше, к самому чувствительному – соскам. Касаясь и начал теребить. Нежно сжимая то один, то второй. Тем временем углубляя поцелуй, делая его пламенем и желание разгоралось сильнее. Хан отдавался, он таял, тело переставало слушаться. Еле стоя на ногах паренёк целовался. Как мог, показывая своё желание. Целуя каждый сантиметр. Проникая всё глубже, сплетаясь языком с языком Хана, кусая губы, чмокая и тяжело дыша. Каждый вдох и выдох, опалял нежную кожу. Сынмин медленно заводил младшего. Опустив вторую руку ещё ниже, коснулся выпуклого бугорка, надавливая на него и теребя, начал массировать, двигая рукой очень активно. Делая каждое движение очень плавным, чтобы по коже бежали мурашки, а тело всё потряхивало от возбуждения. Хан тяжело дышал, совсем не понимая, что сейчас происходит, и к чему это всё приведёт. Юноша тихо постанывал, каждый его стон, возбуждал ещё больше желание Кима. Не выдержав очередного стона, парень прижимает парнишку к стене и берёт его за подбородок, начинает целовать с ещё большим энтузиазмом, страстно, до звёздочек перед глазами, до того, пока воздух в лёгких не закончился. Кусает язык, губы, оттягивает то нижнюю то верхнюю, глаза так и пожирают, раздевают. Как бы насытиться им, этим мальчиком по полной. Хочется взять всё. Хан сводит его с ума, эти вздохи, и маленькие ручки, которые упёрлись в твёрдое тело. Как этот парнишка пытается его поцеловать, ответить на поцелуй. Это выходит не умело. Ким хочет научить его, показать как нужно. Старший прижимается к маленькому телу и придавливает. Ограничивая движения. Обстановка становиться не выносимой, она давит своей страстью. Парень видит огоньки в глазах напротив. Видит как Хан этого хочет. Резко отвернув голову, Сынмин отходит, и рыщет в своей сумке, пока Хан пытается отдышаться. Держась за горло, он жадно глотает воздух. Для него это казалось романтично. Подняв голову парнишка видит наручники, которые через минуту оказываются на его руках. В голову пришли мысли: «А правильно ли это?», «Хотя, я ведь отвечаю, и мне это нравится, значит так и должно быть?». Незнание, вот что давало сейчас ему надежду. Юноша не знал, как правильно, по это верил всему. Старший усадил Хана на кровать и начал раздевать, он не старался, рвал футболку, джинсы, и уже через каких-то три минуты Джи лежал голый на кровати. Грудь вздымалась, сердце учащённо билось, разум затуманен. Алкоголь, он сильно действовал на восприятие мира, много чувств, он не испытывал сейчас, и одно из них, это чувство страха. Мальчик не боялся, он не переживал, просто получал удовольствие от процесса. Ким снял с себя одежду, кинул ее на пол, рядом с постелью и приступил к такому долгожданному. Тело лежащее перед ним, манило, оно было таким сладким, как тортик, который ты очень любишь и не можешь терпеть. Тебе нужно его прямо сейчас съесть. Сынмин облизнулся и взялся за пышные бёдра Хана, за них он и притянул мальчишку к себе и сбросил на пол. Взяв за волосы, он упёрся членом в лицо парнишки. – Давай, возьми в ротик, сделай мне приятно, ты же этого хочешь? Хан кивнул и открыв рот, облизнул головку слизывая предъякулят, медленно взял половину, пробуя. Такие действия не понравились старшему, слишком дорого , так удовольствие и за всю ночь не получить. Взяв за волосы, он начал самостоятельно насаживать Хана. Мальчик не ожидая таких резких действий, усердно стал пытаться подавить рвотный рефлекс. Прикрывая глаза из которых текли слёзы, и беря в очередной раз член полностью, упираясь в лобок лицом. Слюни стекали по подбородку, и капали вниз, на пол, где сидел юноша. Такой вид Киму очень нравится, иметь сладкое тело, смотреть как мальчик задыхается, как по его личику, такому милому, текут слёзы. Глаза становятся такими красивыми. От этой картины можно было кончить. Узкое горло, стенки так давят, принося удовольствие. Хан, который сейчас сидит на полу, и уперевшись своими руками в пол, пытается удержаться и не упасть. Как отдаётся, не сопротивляется. То, как он заглатывает член и он исчезает там внутри. Ещё несколько резких толчков и Ким кончил Хану на лицо, парнишка такую бурю эмоций старшего не выдержал. И мальчишку вывернуло. – БЛЯТЬ. Парень толкнул Джисона, и подошёл к сумке, снова начал искать что-то в ней. Вернувшись, Ким взял салфетки со стола и и вытер ими рот Хана, после засунул тряпку в рот, плотно утромбовал, чтобы мальчик не мог избавиться от неё. Хан плакал, ему было больно, физически, тряпка мешала, из-за неё было трудно дышать, а рвотный рефлекс никуда не делся. Сынмин поднял парня и бросил на постель. Он до сих пор был возбуждён, одной разрядки было мало. Раздвинув ноги юноши, Ким начал тереться о его промежность, смазка обильно текла по внутренней стороне бедра, ее так и хотелось слизать. Наклонившись, старший прошёлся языком и слизал смазку, слизал её всю, не пропустив и капли. Хан дрожал, тело было разгорячённым, маленький член был возбуждён, он время от времени упирался в мягкий животик, оставляя на нём предьякулят. Мальчишка оказался очень сладким, теперь в голову пришла ещё одна сумасшедшая идея. Ким резко вошёл, от узости закатил глаза и прорычал. Это сводило его с ума. Этот сладкий мальчик, так и хочется получить всю его сладость. Хан от новых ощущений излился на свой животик, эта наполненность, и переизбыток эмоций, то как Ким касался его, то как реагировал на младшего. Всё это заводило и придавало новые ощущения. Ким начал быстро входить и выходить, смазка текла, пачкала простынь. Смотря как Джисон выгибается, простанывает его имя, просит остановиться, как его семя растекается по телу, из-за чего оно становиться липким. Парень как ненормальный продолжал входить в юное тело. Хан выгибался, старался отстраниться. Но действия старшего ему приносили удовольствие, это давление, эта власть. То как он его берёт, прямо сейчас. Ему нравилось, да, ему это нравилось. Хоть и было больно, хоть и чувствовал, как член проникает слишком глубоко. Но это было безумно. Размеренные шлепки раздавались по комнате, мычание, и вздохи. Свет был выключен, и только свет луны за окном плавно падал на тела, играя с тенями. Комната делала отдельную атмосферу, страсть пылала, а в голове полный бардак. Не понимание, не осознавание происходящего. Кажется это всего лишь такой сон. Но на утро Хан проснулся весь испачканный спермой, руки до сих пор были связаны наручниками. А во рту всё ещё была та тряпка. Встать сил не было, паренёк не ел, ни пил, а бурный секс забрал последние силы. Смотря в окно юноша улыбнулся. Он тоже сумасшедший, ему это нравится. Он получал от этого удовольствие. Прикрыв глаза, Хан надеялся поспать ещё хотя бы минуту, но его планы нарушил звук сирен. Дверь открылась и в комнату зашли полицейские. Они укрыли мальчика и унесли в машину, позже отправили в больницу на обследование. Ким Сынмина арестовали, и на глазах у Джисона повязали и увезли. Хан Джисон долго думал, что же этот незнакомец сделал не так, но так и не понял. Когда родители мальчика узнали о произошедшем, тут же забрали его домой. Больше никогда не упоминая взрослую жизнь. Они хранили своего единственного сына как зеницу ока, не давая и шанса на повторение этой истории.