Эксперимент над герцогом

Трудоголики. Вполне подходящее слово, чтобы описать Клоринду и Ризли. Стоило путешественнику уехать в Натлан, как о взаимоотношениях герцога и непобедимой судебной дуэлянтки стал судачить весь Фонтейн. Особо завистливые люди говорили: «Они обречены». Когда Клоринда слышала это, на лице ее возникала едва заметная ухмылка. Как угадали, спрашивается? Они и вправду обречены. На проведение беспощадного, сводящего с ума эксперимента, разумеется. Подопытный: герцог крепости Меропид. Ризли. Исследователь: судебный дуэлянт. Клоринда.

Ход эксперимента.

День 1.

      Понедельник в «Эпиклезе» выдался нудным. Скука смертная, если говорить начистоту. Ни одна живая душа не решилась бросить вызов непобедимому дуэлянту, да и судебных заседаний было всего два. Юдекс отпустил свою подчиненную пораньше — это повод начать с сегодняшнего дня.       Вместо привычного ожидания аквабуса до Кур-де-Фонтейна Клоринда, избегая журналистов на выходе, вышла через черный ход прямиком за здание театра, чтобы спуститься в крепость к особо хмурому блюстителю порядка.       Последнее время она ощущала себя в Меропиде, как дома. Иронично, надо признать: никогда не нарушала ничего, кроме личного спокойствия герцога, а ориентировалась здесь лучше, чем многие преступники.       Ризли, как и ожидалось, сидел в своем кабинете, подпирая голову рукой.       (Заметка о подопытном: самочувствие в норме, себя контролирует. Приветлив, улыбчив, предлагает чай. Изменений в поведении не замечено).       — Как ни зайду, ты работаешь, — выдала наконец Клоринда, усаживаясь в кресло напротив рабочего стола.       — Как ни сяду работать, ты приходишь, — со смешком парировал Ризли, отрываясь от чтения документа.       «Исследователь» закинула ногу на ногу. Подопытный лишь улыбнулся. Значит, можно переходить к следующему пункту.       — Жарковато, — с трудом удержавшись от хихиканья, которое убило бы серьезность момента, дуэлянтка расстегнула верхнюю пуговицу своей идеально чистой, белоснежной рубашки и, слегка наклонившись, дотянулась до стола Ризли, чтобы взять оттуда личное дело какого-то заключенного — на первой же странице была фотография неизвестного Клоринде мужчины. Впрочем, это личное дело она собиралась использовать как веер.       — Либо разверни папку последней страницей к себе, либо положи ее на место, — отчего-то сурово озвучил Ризли. Улыбнувшись одним уголком губ, Клоринда вскинула бровь, а затем невинно спросила:       — Зачем же?       — Этот мужик смотрит на твое декольте, — тоже едва не рассмеявшись, герцог кивнул на немного выцветшую фотографию заключенного.       — Пустяки, — наигранно ответила Клоринда.       Ризли скрестил руки на груди и прикрыл глаза. Откинувшись на спинку высокого стула, он шумно втянул воздух носом.       Состояние: незначительный, шутливый приступ ревности.

День 2.

      Проверять выдержку герцога — это единственное, ради чего стоило дожидаться конца рабочего дня. Клоринда повторила вчерашний «побег» через черный ход — и сразу в Меропид.       Снова кабинет. Снова сосредоточенный Ризли с чашкой чая в руке. Приверженность работе — это то, что восхищало в герцоге многих, но не Клоринду. Она ведь такая же, но отчего-то второй день подряд, временно победив тягу к трудоголизму, сидит перед герцогом, испытывает терпение. Непонятно только, чье именно теперь — свое или его?       — Ты что-то хотела? — невозмутимо поинтересовался он, посмотрев на нее.       «Тебя», — надо было ответить.       — Освободилась пораньше, вот и зашла, — сказала вместо этого Клоринда. — Вроде… у пар такое в порядке вещей?       — Ты права, — оживился Ризли и отложил бумаги в сторону. — Вчера ты довольно быстро ушла. Может, исправим это сегодня?       (Заметка о подопытном: инициативен, градус интереса повышен. Эксперимент проходит штатно).       Клоринда встала с кресла и подошла поближе к столу, предварительно расстегнув уже две пуговицы. Если подопытный продержится и сегодня, в следующий раз расстегивать что-нибудь, не обнажаясь целиком, уже будет нечего.       — Уже наработался? — с хитрецой спросила она, облокачиваясь на стол. Пожирающий взгляд, которым ее грудь одаривал герцог, бесценен.       — Я… — он быстро сглотнул. — Вообще… Еще есть дела вечером, но сейчас я готов…       — Готов что? — Клоринда наклонилась к его лицу совсем бессовестно и взяла Ризли за ярко-красный галстук — с силой притянула к себе, чтобы точно расслышать слова герцога.       — Отвлечься от работы… — почти в самые губы пробормотал он.       Клоринда моментально отпустила его:       — Ответ неверный. Попробуй в следующий раз.       Послышался легкий вздох удивления и вместе с тем — разочарования.       Приведя себя в порядок, она вышла из кабинета, виляя бедрами и многозначительно обернувшись на Ризли пару раз — тот покраснел.       Состояние: легкая степень смущения.

День 3.

      Бедные журналисты. Третий день подряд не могли выловить дуэлянтку, чтобы задать ей пару вопросов, касающихся ее личной жизни. Жаль, конечно, этих добряков — она все равно не ответила бы.       Крепость. Скрежет механизмов, отсутствие солнца, бледные лица. Ризли с кем-то разговаривает. Что ж, так даже интереснее.       — Мисс Клоринда! — он поднял руку в приветствии. Дуэлянтка сделала то же самое с одним единственным отличием — кокетливо пошевелила пальчиками, но улыбнулась так, будто ничего не произошло. Управляющий крепостью прокашлялся.       — Ваша Светлость, ваша подпись нужна будет за…       Собеседник герцога замолчал, когда Клоринда подошла к Ризли сзади и провела пальцами по затылку, скользнув затем к его покрытой шрамами шее. Кажется, они уже оба залились краской — и герцог, и тот, с кем он что-то обсуждал.       — Загляните ко мне… Завтра. Да, завтра, — едва смог из себя выдавить Ризли и, схватив Клоринду за руку, что бесцеремонно гуляла по его шее, повел ее в кабинет.       (Заметка о подопытном: градус неловкости повышен, наблюдается легкое раздражение и нетерпение).       Как только массивная дверь закрылась, Ризли прижал ухмыляющуюся Клоринду к стене.       — Что ты творишь? Ладно наедине... но на глазах у подчиненных? — его взгляд заволок туман. Ризли смотрел на влажные приоткрытые губы дуэлянтки и был готов поклясться: вот-вот ему сорвет крышу. Она так близко. Использовала его любимый парфюм. Из-под формы дуэлянта выглядывала ее выразительная ключица, на которой уже зажил засос.       — Рабочие часы закончились, милый, — Клоринда выгнулась ему навстречу — ничего другого и не оставалось, впрочем: Ризли выставил напряженные руки по обеим сторонам от головы своей девушки. — Ты перерабатываешь.       — А ты не даешь мне…       — Прямолинейно, однако, — вклинилась она в его фразу, прыснув от смеха.       — …доделать дела, — закончил Ризли, проговорив это ей в скулу.       Его выражение лица бесподобно — взгляд томный, брови сдвинуты. Из активных действий — только попытка сжать бедро. Клоринда увернулась, а Ризли, к счастью или сожалению, не сошел от этого с ума. Он поставил ногу меж ее ляжек, но поднять ее выше не рискнул. Еще держится.       — Мне просто интересно, — зашептала Клоринда ему на ухо, — на сколько тебя еще хватит?       — Так ты экспериментируешь? — почти что возмущенно проговорил герцог. Он все-таки смог ухватиться за увиливающее тело дуэлянтки — получилось, правда, только за талию. Клоринда вздрогнула — лишь одно касание любимого человека заставляло ее жаждать большего. Ризли прижался к ней, и она ощутила, что герцог чертовски возбужден. «Ему определенно тесно в этих потрясающих серых брюках». Он задышал часто-часто.       — О да, — Клоринда вновь схватилась за его галстук: знала ведь, что это его безграничная слабость. Иногда ей казалось, что он носит его специально для таких случаев. — А ты уже готов сдаться?       — Ни в коем случае, — он сделал шаг назад, соглашаясь принять участие в этом безумном исследовании собственных возможностей.       — В таком случае… Правило простое - сбрасывать напряжение нельзя. Используешь руки — считай, проиграл.       Ризли поднял руки и, пожав плечами, обезоруживающе улыбнулся.       Состояние: сильное возбуждение, ощутимый печальный вздох из-за запрета на мастурбацию.

День 4.

      Они оба уже были на грани сумасшествия. Исследователь, похоже, и сам скоро превратится в подопытного: сегодня Клоринда уже готова была взмолиться всем Архонтам, чтобы Ризли не выдержал. А перед персональным божеством она вот-вот встанет на колени, лишь бы эта пытка прекратилась. «Зачем я вообще это затеяла?».       Герцог, казалось, разучился дышать. Стараниями тонких пальцев Клоринды все пуговицы рубашки оказались расстегнуты. Но Ризли все еще, черт возьми, терпел. Правда, теперь ни о какой работе и речи не шло — управляющий крепостью взвинчен до предела.       Клоринда разрешила себе наглость, которую не позволял больше никто во всем Фонтейне (и Тейвате, раз уж на то пошло) — смахнула все документы со стола герцога и забралась на него. Разлеглась перед Ризли, как его личное дело, как экспонат — выгнулась изящно, вызывающе. Смотреть на раскрасневшегося герцога не было уже сил, так что она прикрыла глаза и взялась ладонью за собственную грудь, слегка сжав ее.       — Теперь я — твоя работа. И единственная забота в данный момент, — с придыханием проговорила Клоринда, ощущая, как к щекам подступает румянец. Как хорошо, что журналисты не могут сюда добраться.       Ризли, едва не рыкнув, вскочил с места.       (Заметка о подопытном: дыхание затруднено, частота сердцебиения значительно превышает норму. Кровь приливает уж точно не к голове).       (Заметка об исследователе: потеряны остатки стыда).       Она дышала прерывисто, украдкой смотрела ему в глаза, затуманенные нескрываемым желанием отыметь ее прямо здесь, на этом блядском столе. Сколько же она будет издеваться? Как долго Ризли еще сможет держать себя в руках?       — Рин, — снизив голос, позвал он ее.       — М-м-м? — протянула Клоринда, совсем войдя в кураж: обхватила ногами бедра герцога и с ощутимым напором вынудила подойти. Прижаться. Трахнуть наконец. У нее самой уже все сводило от нетерпения — она и не подозревала, что можно желать кого-то настолько сильно.       — Если ты хочешь, — в горле пересохло, — продолжить свой чертов эксперимент, то лучше уходи. Иначе… я не отвечаю за себя.       Наверное, это должно было звучать угрожающе. Но только не тогда, когда герцог не может сосредоточиться ни на чем, кроме нее одной. Он сжимает пальцы в кулак, стараясь соблюдать эти правила, успевшие стать ненавистными. Никаких рук. Пытка, не иначе.       — Значит, ты уже на пределе? — она потянула руки к его рубашке. Безусловно, в этом костюме Ризли выглядел потрясающе хорошо. Но Клоринда знала, что без одежды герцогу равных нет вообще.       — Блять… как ты вообще можешь задавать такие вопросы?       Короткий стук в дверь отрезвил обоих. Ризли моментально отошел от стола, а Клоринда почти что скатилась с него — нырнула вниз и трясущимися от волнения руками принялась застегивать рубашку. Герцог обеспокоенно посмотрел сначала на дуэлянтку, затем на распахнувшуюся дверь.       — Ваша Светлость, я принесла медкарту Жака, — заговорила Сиджвин, заходя внутрь. Но мелюзина не успела даже подойти к лестнице — остановилась, оторопев.       — Д-да, можешь оставить там на… На ящике, — язык заплетался. Сейчас медсестра поставит свой диагноз.       — У вас учащенный пульс, — констатировала Сиджвин. — А что госпожа Клоринда делает у вас под столом, Ваша Светлость?       Состояние: сорвались все и всё. Вой от досады.       В бездну эти заметки.

День 5.

      Клоринда сдала свою форму дуэлянта в городскую прачечную — вчера она изрядно вспотела и намокла. И хотя секс с герцогом так и не состоялся, можно было с уверенностью сказать: сегодня ту рубашку нельзя надевать. Да и работать в здании театра в эту пятницу не было необходимости: у месье Нёвиллета выходной. Но для дуэлянтки нашлось задание в городе — помочь Особому Патрулю.       Она не вникала в суть сегодняшней работы. Надела лишь форму жандарма, чертыхнувшись: хоть и старались подобрать по размеру, все равно оказалась мала в груди. Или же ей просто тяжело дышать из-за последних дней?       Наверное, герцог заслужил перерыв. А эксперимент, похоже, вынужден прекратиться из-за «внешних условий», которые никак контролировать нельзя. Клоринда вздыхала весь день — столько времени потратили, и все зря!       Но совсем скоро предстояло убедиться в обратном.              Похолодевшая ладонь опустилась на дверную ручку столичной квартиры. Клоринда проработала допоздна, но так и не смогла отогнать от себя похотливые мысли. Стоило закрыть глаза — всплывал образ обнаженного торса. Теперь, по ощущением, пытали ее.       Едва оказавшись дома, дуэлянтка поняла: она здесь не одна. Рука инстинктивно потянулась к пистолету.       — Я думал, ты будешь рада меня видеть, — посмеявшись, Ризли шагнул ей навстречу. — Я наконец использовал дубликат ключей, который ты мне отдала, — он продемонстрировал их ей.       — И года не прошло.       Ризли посмотрел на нее — и в его ледяных глазах заплясали черти. Он аккуратно взял из ее рук пистолет и положил его на первую попавшуюся тумбочку: с огнестрелом все-таки шутки плохи.       — Я вообще не ожидала увидеть тебя на поверхности, — озвучила Клоринда, снимая обувь. Герцог следил за ее движениями неотрывно. — У тебя были дела в городе?       — Да. У меня ордер на арест, — он хитро улыбнулся и подошел к дуэлянтке. Та, как ни в чем ни бывало, вернулась к двери, чтобы закрыть ее на ключ изнутри.       — Впервые слышу, чтобы ордеры на арест входили в обязанности управляющего крепостью Меропид, — она скрестила руки под грудью и посмотрела на него с деланным подозрением.       — Все просто — мне надо арестовать жандарма.       Все полетело к чертям. Ризли схватил ее за запястья, завел руки ей за спину и заковал в наручники, пока Клоринда не успела опомниться. Хотя едва ли она стала бы сопротивляться всерьез. По телу прошлась приятная дрожь.       — Ты думала, что сможешь дразнить меня целую неделю? Отвлекать от работы, издеваться?       Грубый Ризли — это то, чего она ждала. Герцог взял Клоринду за предплечье и повел ее в спальню — прекрасно знал, как туда попасть. Как и знал, что там есть до жути удобная, пустая стена. И с удовольствием воспользовался этим знанием — прижал Клоринду лицом к этой самой стене, как настоящую преступницу.       — Думала, что можешь остаться безнаказанной?       От его голоса над ее ухом вот-вот остановится сердце. Стена была холодной, но дыхание Ризли обжигало. Он взял Клоринду за горло.       — Никак нет, Ваша Светлость… — шепотом произнесла Клоринда, поддаваясь внезапной ролевой игре. Надо же — его даже не пришлось заставлять вступать в «Настольную труппу», чтобы сыграть партию.       Ризли шлепнул ее по ягодице — дуэлянтка тихо застонала.       — О нет, не сдерживайся. Я хочу слышать тебя.       С ее пересохших губ сорвался послушный громкий стон. Ризли же запустил руки ей под жандармский китель — это спровоцировало томный вздох.       — Аккуратнее, — предупредила Клоринда. — Мне одолжили эту форму.       Теперь было еще больше соблазна разорвать ее в клочья.       — И что тебе будет, если ты ее повредишь? — оставив мокрый поцелуй на шее Клоринды, решил выяснить он.       — Просто куплю новую, — будничным тоном сообщила она и пожала плечами.       В ту же секунду послышался треск ткани. Вот ведь незадача — форма-то не такая крепкая, как о ней говорят. Клоринда широко открыла рот, наблюдая, как куски ее временной одежды падают на пол.       — Ризли!       — Будь послушной девочкой, — он закрыл ей рот ладонью, — и я все оплачу. Все, что хочешь. И эту дурацкую форму в том числе.       У нее уже подкашивались ноги — Ризли понял это без слов, а потому отошел от стены и дернул девушку за наручники. Клоринда больше не принадлежала себе. Превосходное, совершенно новое чувство. Герцог толкнул ее на кровать — она подчинилась. Уткнулась лицом в подушку, а бедра приподняла — Ризли моментально схватился за них и сжал. Наверное, даже до следов от пальцев. Дуэлянтка взвизгнула — выскажет ему претензии за синяки чуть позже. Если вспомнит, конечно же.       Герцог избавил ее от остатков одежды на ногах — в сторону полетели чудом уцелевшие чулки, которые слегка сдавливали ляжки, а намокшие кружевные трусики он повесил на свой указательный палец, словно добытый трофей.       — Ну надо же, — с придыханием заговорил он, наклонившись и сжав Клоринду за левую ягодицу, — я еще ничего не сделал, а ты уже настолько заведена? Не ожидал.       — Да ты заковал меня в наручники, как ты… ах!       Стон, вызванный действиями герцога, был усладой для его же ушей. Ризли раздвинул пальцами ее половые губы и невесомо коснулся языком головки клитора. Клоринда задрожала, хныкнув в подушку. Герцог не говорил о наказании напрямую, но, кажется, это оно и было.       — М-м! Ризли, я уже не… Ах, пощади!       — Признай свою вину, детка, — отстранившись, приказал он. — И помни: все, что ты скажешь, может быть использовано против тебя в суде.       — Не порть атмосферу, придурок! — подавляя в себе желание рассмеяться, воскликнула Клоринда. — Мне так или иначе надо туда идти завтра.       — Не пойдешь, — авторитетно заявил Ризли, ухмыльнувшись.       — С чего бы?       — Я договорился, — он накрутил темно-синие волосы Клоринды на жилистую руку, на которой виднелось несколько шрамов, и слегка потянул их на себя. Дуэлянтка вновь застонала — теперь уже от осознания, что Ризли воплотил в жизнь еще одну ее смелую фантазию.       Её волосы мягкие и блестящие. Герцог определенно боится выдрать их в порыве страсти, оттого и не рискует дергать слишком сильно, о чем Клоринда жалеет. Но лишь немножечко: знает, что Ризли применит силу в другом месте.       — Будешь отрабатывать дома, — похотливо произнес он. Отчего-то захотелось хихикнуть.       — Звучит по-идиотски.       — Не припомню, чтобы я разрешал тебе что-то, кроме стонов.       Ризли шлепнул ее вновь — говорить в самом деле стало трудно. Руки в наручниках онемели, но умолять снять их — это не по правилам. Если они вообще были, правила эти. Вместо этого Клоринда умоляюще взглянула на герцога — насколько это вообще было возможно — и прерывисто выдохнула. Ее дорогой партнер совсем не торопился — и это бесило, ведь естественная смазка уже стекала по внутренней стороне бедра.       — Умоляю, — тихо простонала дуэлянтка. — Я так хочу… пожалуйста…       — Так сладко просишь, — словно упиваясь, подначивал Ризли. — Будешь еще меня дразнить на работе?       «Разумеется», — подумала Клоринда.       — Н-нет, — подыграла. — Молю, прекрати эту пытку, прошу тебя…       Он прижался к ее бедрам — ткань его брюк была натянута до невозможности. Клоринда вдохнула ртом; одна лишь мысль о том, что Ризли тоже возбужден, заставляла ее извиваться. Она двинулась навстречу его тазу — и теперь уже герцог издал приглушенный стон. Дуэлянтка довольно прикрыла глаза.       — Умоляй.       «Да ты же сам еле-еле соображаешь уже», — пронеслось в голове.       — Прошу те…       Как оказалось, не слишком-то долго пришлось упрашивать: Ризли приспустил брюки вместе с боксерами, ловко управившись с этой задачей всего одной рукой — другой он до сих пор держал Клоринду за волосы, и резко вошел в ее нутро. Не встретил совсем никакого сопротивления — было мокро, горячо и совсем неприлично.       — Ризли… Ах…       — Громче, — рыкнул он, совершая грубый толчок. Влажный, полный бесстыдства звук разлетелся по спальне, а после него — шлепок.       — Риз-ли!       — Соседи должны знать, кто владеет тобой, — он приобнял ее за талию и притянул к себе. Грудь Клоринды начала покачиваться в такт движениям герцога.              «Уже знают», — была уверена она. Другие мысли если и были в голове, то исчезли без следа, когда Ризли взял ее за горло; внутри все сжалось от трепета. Клоринда оказалась совсем близко к нему, настолько, что чувствовала спиной кубики его пресса и шероховатости шрамов. И это завело ее еще больше — она качнула бедрами, не нарушая устоявшегося ритма толчков. Ризли простонал ей в шею.       — Блять, да что же ты делаешь…       — Мщу, — сдержав собственный стон, объяснила Клоринда.       «Жди ответа», — хотел бы он сказать, но промолчал. Действия всегда эффектнее слов.       Он перехватил ее волосы покрепче, вынуждая Клоринду согнуться — почти впечатал ее лицом в мягкое постельное белье, пахнущее радужными розами и морским бризом. За этим последовал еще один грубый, властный толчок.       — А ты в курсе, что… тебе светит новый срок? — вдруг заговорила Клоринда, жмурясь от удовольствия.       — Договори, — повелел он.       — Сегодня я жандарм. Ты… трахаешь служителя закона.       Он непременно оценит эту шутку потом; скажет, что вертел он этот закон… Впрочем, прямо сейчас и вертел. Однако в данный момент Ризли не мог думать. Все сознание заволокло мыслями о том, как хорошо его девочка сжимает член стенками влагалища. Это не оставляет ему выбора: придется ускориться.       — Ты так… прекрасна. В одних лишь наручниках.       — Даже на комплимент расщедрился? — Клоринда выдохнула, четко осознавая: тугой узел внизу живота жаждет развязаться, и сделает это уже совсем скоро.       — Не делай из меня изверга.       — Сделаю, если замедлишься. Не вздумай, а-ах… Не смей останавлива… а-а!              Ризли и не может. Он трахает ее жестко — лупит по ягодицам до покраснения, тянет за волосы, наслаждается ее стонами, как наградами за превосходную работу. Ощущает пульсацию вокруг члена; дуэлянтка задрожала, выгибаясь, сжимая безмерно затекшие пальцы в кулак. Она кончила беззвучно — стон застрял на припухших губах, которые вот-вот растянутся в довольной улыбке.       Дамы вперед — принцип, которым руководствовался герцог. И раз уж Клоринда удовлетворена, то наступила его очередь. Ризли держался из последних сил, чтобы не кончить до того, как он покинет ее разгоряченное, податливое тело. К счастью, ему удалось — он излился ей на спину, отчего та моментально покрылась россыпью мурашек. Ризли поспешил снять наручники с Клоринды, на что она благодарно выдохнула и отодвинулась в сторону, чтобы он смог сесть на кровать.       — Повторим потом? — немного отдышавшись, без предисловий спросила дуэлянтка.       — Даже не вздумай, — глуповато улыбаясь, Ризли взял девушку за руки и стал растирать их, силясь прогнать онемение.       Результат эксперимента: подопытный отымел исследователя и выглядит вполне довольным.