Дешёвый коньяк и Дорогое вино

В ужасно пахнущем баре слишком много пьяных, громких, да и в целом неприятных людей. Дазай вообще не хотел идти сюда изначально, в "Люпине" ему в сто тысяч раз спокойнее, да и выпивка там будет куда лучше. Он просиживает свой зад в этом дрянном месте только потому, что долбяшая по ушам музыка выгоняет из головы любые мысли, а особенно воспоминания о прошлом. Он даже надел не свой привычный "наряд", а черную рубашку и штаны, чтобы ещё на грамм отдалиться от прошлого. И так бы он и просиживал всю ночь за барной стойкой, держа в руках стакан дешёвого коньяка, если бы его за плечо не дёрнул тот, чьё имя нельзя называть. - Ого, выглядишь так, словно тебя розгами весь день били. Фёдор, по его меркам, выглядел просто ужасно - на нём был идеальный костюм, прекрасная рубашка и изумительная тёмно-голубая жилетка. А самое главное - отсутствие этой дурацкой шапки на его голове! Того Достоевского, которого Осаму знал, скорее всего, кто-то запер в темнице, ибо дать резонное объяснение такому виду было заданием со звёздочкой. - Чем-чем? - переспросил Дазай. - Не так уж и важно. Я тебя еле выследил, так что вставай и пошли за мной, всё равно от дешёвого пойла ты убьёшь только свою печень. Спорить не особо хотелось. Дазай встал с места и поплёлся за Фёдором сквозь шумную толпу торчей, алкоголиков и подростков, которые только познают все "прелести" взрослой жизни. Наконец покинув данное заведение, Дазай впервые за несколько часов смог вдохнуть свежий воздух, а бесконечный шум в ушах прекратился. - Ты словно заново родился. - Усмехнулся Фёдор. - А ты чего вообще сюда явился? Я вроде проститутку не заказывал. - Не строй из себя дурачка, сколько бы алкоголя ты там не выпил, чтобы опьянеть тебе не хватит даже трёх баррелей. - На, как-будто бы, очевидное действие Дазай всё ещё ждал появления, так что томно вздохнув, Фёдор начал объясняться. - Больно ты подозрительный. Шахматная партия длилась всего ничего, а в то, что у тебя есть хоть какие-то дела я никогда в жизни не поверю. Осаму по-глупому улыбнулся, для него эти слова означали "я скучал", поэтому он всем телом прижался к Фёдору в объятиях. Второму это явно не нравилось, ибо от Дазая смердело хоть бы хны, но он всё же изволил положить свою правую руку ему на спину. Они никогда не проговаривали это вслух, но условились на том, что физический контакт - высшая форма привязанности для каждого из них, поэтому каждый подобный момент ощущался как нечто особенное. - Ты же из нелегальной организации? - Если у тебя нет денег, то это не значит, что я всегда буду спасать тебя из финансовой ямы. - Но ты же любишь меня, почему нет? - Потому, ты всегда выбираешь всё самое дорогое, а тратить всё на тебя не входит в мои планы. - Да ладно тебе, дорогущее вино раз в месяц тебя в финансовый кризис не загонит. - Изначально договор был на раз в два месяца. - Ну а теперь на раз в один, пошли уже, по тебе видно, что заждался. Осаму наконец отпустил Достоевского из своей хватки. Оставшуюся ночь они провели в ресторане, находившемся в центре Йокогамы.