Запах любви

      — Прибыли, — бодро объявил мистер Уизли, показывая на видавшую виды красную телефонную будку, в которой не хватало нескольких стекол. Будка стояла у глухой стены, щедро изрисованной граффити. — Прошу.       Он открыл перед дверь.       Недоумевая, Гарри вошел. Мистер Уизли, втиснувшись следом, захлопнул дверь. Для двоих здесь едва хватало места. Гарри оказался прижат к телефонному аппарату, висевшему криво, словно какой-то хулиган пытался его сорвать. Мистер Уизли протянул мимо Гарри руку и взял трубку, достал деньги маглов и засунул в проем для монет. Телефонная будка словно по волшебству тут же задрожала и как лифт начала уходить вниз.       Дверь будки распахнулась, и мистер Уизли вышел. Гарри — за ним, разинув в изумлении рот.       Они стояли в конце очень длинного, великолепного зала с темным паркетным полом, отлакированным до зеркального блеска. На переливчато-синем потолке сияли золотые символы, которые перемещались и видоизменялись, делая потолок похожим на огромную небесную доску объявлений. В стенах, обшитых гладкими панелями из темного дерева, было устроено множество позолоченных каминов. Каждые несколько секунд в том или ином камине на левой стене с мягким свистом кто-то появлялся — либо волшебница, либо волшебник. Справа перед каминами стояли небольшие очереди желающих покинуть Министерство. Посреди зала Гарри увидел фонтан, представлявший собой золотую скульптуру, в центре круглого бассейна. Самая высокая из фигур изображала благородного чародея, взметнувшего в воздух волшебную палочку.       — Туда, — сказал мистер Уизли.       Они присоединились к потоку сотрудников Министерства, одни из которых несли шаткие стопки пергаментов, другие — потертые портфели. Кое-кто читал на ходу «Ежедневный пророк».       Слегка подталкиваемый со всех сторон, Гарри вслед за мистером Уизли миновал ворота и очутился в зале поменьше, где за золотыми решетками виднелось, как минимум, двадцать лифтов. Гарри и мистер Уизли присоединились к толпе около одного из них. Поблизости стоял рослый бородатый волшебник с большой картонной коробкой в руках, откуда доносились скребущие звуки.       С превеликим лязгом и стуком спустился лифт, золотые решетки разъехались, и Гарри с мистером Уизли вошли в кабину вместе с толпой.       — Твое время слушаний изменили — сказала Артур Гарри.       — И когда начало? — спросил Гарри.       — Через 5 минут — ответил Артур и лифт тронулся с места.       — Отдел тайн, — произнес прохладный женский голос и умолк.       — Живей, Гарри, — скомандовал мистер Уизли, когда дверь лифта с лязгом распахнулась.       — Дисциплинарное слушание от двенадцатого августа объявляю открытым, — звучно провозгласил Фадж, и Перси тотчас начал вести протокол. — Разбирается дело о нарушении Указа о разумном ограничении волшебства несовершеннолетних и Международного статута о секретности Гарри Джеймсом Поттером, проживающим по адресу: графство Суррей, город Литтл-Уингинг, Тисовая улица, дом номер четыре. Допрос ведут: Корнелиус Освальд Фадж….       — Свидетель защиты — Альбус Персиваль Вулфрик Брайан Дамблдор, — произнес сзади негромкий голос.       — Вы понимали, что вам воспрещено применять волшебство вне школы, пока вам не исполнилось семнадцать лет?       — Да, но       — Вы смогли вызвать полноценного Патронуса?       — Да, — ответил Гарри, — потому что…       — Вы научились этому в школе?       — Я сделал это, чтобы прогнать дементоров! — громко сказал Гарри, никому теперь уже не дав себя перебить.       — Дементоры в Литтл-Уингинге? — спросил кто-то из-зала с великим изумлением.       После слушанья Гарри направился на поезд в Хогвартс.       Громадный черный пес, радостно гавкнув, принялся носиться вокруг них, гоняться за голубями и преследовать свой собственный хвост.       — Ради всего святого, бродяга, веди себя как положено собаке, ты нам сорвешь всю операцию — громко сказал профессор Грюм.       Когда Сириус завернул за угол в коморку он тут же принял облик человека. Т/И и Гарри сразу же побежали за ним.       — Папа, ты что творишь, тебя же могут увидеть? — яростным шепотом произнесла Блэк. Гарри лишь поддержал слова подруги.       — Ну я же не мог не проводить вас, жизнь без риска очень скучна — сказал Сириус садясь на скамейку.       Сириус передал Гарри фотографию основателей ордена Феникса.       — Ты думаешь будет война Сириус? — спросил Гарри. Сириус лишь положительно покачал головой.       — А ты дочь моя, пообещай что вступать ни в какие войны не станешь, чтобы мне не пришлось тебя спасать — обнял Сириус дочь и поцеловал в лоб.       — Ты же знаешь, такого обещанья я дать не могу, спасать буду я — обняв в ответ произнесла Т/И.       Вот ребята уже зашли в вагоны поездов, расселись по своим местам и отправились в Хогвартс. Т/И было как-то беспокойно, они с Джорджем не разговаривали с того вечера и чтобы разрулить всю ситуацию Т/И решила направиться в вагон к близнецам.       — Я скоро приду — произнесла Т/И и быстро вышла. Ребята лишь успели посмотреть ей след. Т/И через окно дверки купе увидела такую картину, Фред с Ли что-то яростно обсуждали, а Джордж смотрел в окно откинувшись на спинку сиденья и о чем-то думал. Т/И открыла дверь купе и все сразу же обратили на нее внимание. Особенно Джордж, который резко сел ровно будто все мысли улетучились.       — Ооо, Т/И, проходи, мы как раз обсуждаем с Ли оборотное зелье — сказал Фред, приглашая Т/И сесть рядом.       — Привет мальчики — с улыбкой на лице произнесла Блэк. — Я бы хотела поговорить с Джорджем. Мальчики переглянулись и спокойно вышли. Фред выходя взглянул на Т/И и подмигнул. Т/И прошла в центр купе и села напротив Джорджа. Была неловкая пауза, после которой они вдвоем заговорили.       — Давай ты первая — произнес Джордж.       — Я хотела спросить, между нами все хорошо?       — Да, почему спрашиваешь?       — Ну после того вечера мы даже ни разу не заговорили и это меня беспокоит       — Нет, все в порядке       — Джордж, прости что не замечала твоих намеков, просто вы с Фредом были и есть мне друзьями и я бы не хотела вас терять.       — Не потеряешь. И ты не должна извиняться, я не должен был тебя целовать, просто не сдержался, прости. Но я буду ждать и продолжать добиваться, только теперь уже открыто, когда ты знаешь о моих чувствах. Может и ты когда-нибудь взглянешь на меня по-другому.       — Значит у нас все в порядке? — радостная подскочила Т/И. Джордж лишь улыбаясь кивнул. — Тогда пойду позову мальчиков, а то они наверное устали стоять в проходе. И убежала. Когда они прибыли, они встретили Невилла Долгопупса. Его круглое лицо горело от напряжения: одной рукой он тащил чемодан, другой держал Тревора, свою жабу.       — Привет ребята — сказал Невилл.       — Привет Невилл — сказали хором.       — Привет Полумна — сказала Гермиона.       Девочка, сидевшая у окна, подняла на них глаза. Светлые волосы, довольно грязные и спутанные, доходили ей до пояса. У нее были очень бледные брови и глаза навыкате, все время придававшие ей удивленный вид. Полумна была, похоже, слегка того. Волшебную палочку она засунула не куда-нибудь, а за левое ухо, на шее у нее висело ожерелье из пробок от сливочного пива, журнал, который она читала, был повернут вверх тормашками. Скользнув по Невиллу, ее глаза остановились на Гарри.       — Интересное ожерелье — сказала Т/И.       — Это талисман вообще — ответила Полумна. И так всю дорогу они провели за беседой.       В Большом зале школьники рассаживались по факультетам за четыре длинных стола. Вверху простирался беззвездный черный потолок, неотличимый от неба, которое можно было видеть сквозь высокие окна. Вдоль столов в воздухе плавали свечи, освещая серебристых призраков, во множестве сновавших по залу, и учеников, которые оживленно переговаривались, обменивались летними новостями, выкрикивали приветствия друзьям с других факультетов. Полумна отделилась от них и отправилась за стол Когтеврана.       — Ученики внимание, у нас преподавательском составе две замены — громко сказал Дамблдор. Наш новый профессор от темных сил Долорес Амбридж. Она выглядела, подумал Гарри, как чья-нибудь вечно незамужняя тетушка. Пухлая и приземистая, с короткими курчавыми мышино-каштановыми волосами, она повязала голову ужасающей ярко-розовой лентой под цвет пушистой вязаной кофточки, которую надела поверх мантии. Вот она чуть повернула голову, чтобы отпить, из кубка, и Гарри, к своему ужасу, узнал это бледное жабье лицо и выпуклые, с кожистыми мешками глаза.       — Она была на разбирательстве моего дела, она работает у Фаджа! — шепотом произнес Гарри.       Но тут послышалось ее негромкое «кхе, кхе» и стало ясно, что она поднялась на ноги и намерена держать речь.       Замешательство Дамблдора продлилось всего какую-нибудь секунду. Затем он проворно сел и уставил на профессора Амбридж пытливый взгляд, точно ничего на свете не желал сильнее, чем услышать ее выступление. Но другие преподаватели не сумели так искусно скрыть свое изумление.       — Благодарю вас, директор, — улыбаясь, начала Амбридж, — за добрые слова приветствия.       Голосок у нее был высокий, девчоночий, с придыханием, и Гарри опять почувствовал сильнейший прилив необъяснимой неприязни. Она еще раз мелко откашлялась — «кхе, кхе» — и продолжала:       — Как приятно, снова оказаться в Хогвартсе! — Она опять улыбнулась, обнажив очень острые зубы. — И увидеть столько обращенных ко мне счастливых маленьких лиц!       Т/И с ребятами оглядели зал, но счастливых лиц что-то не приметили. Наоборот, все были неприятно удивлены тем, что к ним обращаются как к пятилетним.       — Я с нетерпением жду знакомства с каждым из вас и убеждена, что мы станем очень хорошими друзьями! — Это вряд-ли — хором произнесли Т/И и близнецы, сидевшие рядом с другой стороны.