Пока так

Утро выдалось суетливым и тревожным. Яхта ожила задолго до положенного часа: повсюду раздавались шаги, приглушённые голоса, хлопанье дверей. Все спешили — собирали вещи, проверяли чемоданы, переговаривались на ходу. У причала уже ждала машина, готовая отвезти их в отель. До начала вечерней премии оставалось ещё много времени — на часах едва пробило восемь утра, — но напряжение ощущалось так, словно опаздывать начали уже сейчас. Алиша нервничала особенно заметно. Она то и дело проверяла телефон, сжимала его в руках, словно ища в нём опору. — Родители написали, что приехали. У нас будут ещё гости, — сказала она Егору и Денису. — О, круто. Давно не видел Андрея, — оживился Денис. С отцом Алиши у него с детства сложились тёплые, родственные отношения. Егор лишь улыбнулся, но в его голосе прозвучала искренность: — Да, круто… Я тоже по ним немного соскучился. Он сказал это с лёгким намёком — родители Алиши стали первыми, кто узнал о его ориентации, ещё раньше его собственных. Егор внимательно посмотрела на Алишу. — Ты чего так нервничаешь? Та усмехнулась, но в её усмешке не было ни капли спокойствия. — Чего нервничаю? Да так, ничего… — она на секунду замолчала, затем продолжила уже более резко. — Только вот Антон и Арсений могут устроить очередной цирк. И как мне потом оправдываться? Она раздражённо выдохнула. — Они до сих пор от Влада не отошли. Будет это вечное: «А мы говорили», «Мы предупреждали»… И ещё начнут обсуждать, кто им больше нравится, кто меньше. Как будто вы не знаете моих родителей. — Успокойся, всё будет хорошо, — мягко сказал Егор. Она кивнула, но тревога никуда не исчезла. Они вышли, и вскоре машина уже мчала их по утренним улицам к отелю — тому самому, где Егор, Алиша и Денис останавливались каждый раз. У родителей Алиши была собственная квартира в Каннах — её мать, Ольга Николаевна, обожала этот город и не раз предлагала всем остановиться у них. Но в этот раз компания оказалась слишком большой, и было решено не нарушать привычный порядок. В отеле их уже ждали. Четвёрка импровизаторов чувствовала себя неуверенно — происходящее казалось им странным и слегка выбивало из колеи. Их разместили в огромном президентском люксе, больше напоминавшем пентхаус: множество комнат, просторные гостиные, длинные коридоры. Всё вокруг было заполнено движением. Стилисты, визажисты, парикмахеры — целая команда специалистов суетилась, создавая образы, подготавливая каждого к вечеру. Атмосфера напоминала их дом в Москве, где они когда-то проводили время вместе, но здесь всё было иначе: больше напряжения, больше официальности, больше ожиданий. Антон и Алиша по-прежнему не разговаривали. Арсений пытался держаться рядом, словно надеясь на случайный момент, но его постоянно оттесняли — то визажисты, то парикмахеры, занятые своей работой. К пяти часам вечера в номере наконец воцарилось подобие порядка. Макияж был завершён, причёски уложены, и суета на время уступила место короткой передышке. Все собрались за лёгким перекусом перед фестивалем. В наряды пока никто не переодевался — было решено сделать это непосредственно перед выходом. Именно в этот момент в дверь постучали. Егор, не раздумывая, направился открыть — и на пороге увидел Ольгу Николаевну и Андрея Павловича. Он тепло улыбнулся и обнял их. — Здравствуйте, — прозвучало почти одновременно. Они вошли внутрь, словно привнеся с собой ещё больше жизни и энергии. — А вот и мы! Всем привет! — громко объявил Андрей Павлович, оглядывая комнату. — Дениска, иди сюда. Давай, стих. Я жду. А то за своим Голливудом белорусский забудешь. — Андрей… я никогда его не забуду, — рассмеялся Денис, поднимаясь, чтобы пожать мужчине руку и обнять Ольгу Николаевну. Это была их давняя шутка. Каждый год, приезжая в Беларусь, Денис неизменно становился «учеником» Андрея Павловича, который пытался научить его какому-нибудь белорусскому стихотворению. Ходили слухи, что ни одного из них Денис так и не выучил до конца. — Мам, пап, привет… вы вообще заметили, что я тут? — с наигранной обидой произнесла Алиша, подходя к родителям и обнимая их. Импровизаторы переглянулись — их явно не предупредили о визите. Лёгкое замешательство повисло в воздухе, но Арсений, как всегда, первым нашёлся. Он подошёл к маме девушки и с лёгкой театральной грацией, наклонился и поцеловал её ладонь. — Здравствуйте, — произнёс он с подчеркнутой вежливостью. — Можете не переживать, я отвечаю за вашу дочь. С ней всё будет в порядке. У неё теперь есть новый охранник… и принц. Антон едва сдержал смешок: — Судя по возрасту, скорее король. Пенсионного возраста. Серёжа тут же легко толкнул его в бок, давая понять, что сейчас не лучшее время для подобных комментариев. Знакомство прошло быстро и оживлённо. Все обменялись приветствиями, несколькими словами, улыбками. Ольга Николаевна, наблюдательная и внимательная, сразу заметила взгляды Антона и Арсения, направленные на её дочь. Она бросила на Алишу короткий, многозначительный взгляд — тот самый, в котором без слов читалось понимание. Алиша лишь закатила глаза и, словно спасаясь, пригласила всех к столу. Они поели вместе, но сама девушка почти не притронулась к еде — нервозность не отпускала её ни на минуту. Разговоры текли спокойно, без острых тем. Вскоре родители собрались уходить. — Мы подъедем на премию, — сказала Ольга Николаевна, обнимая дочь. — Удачи тебе. Те же слова прозвучали и в адрес Егора. Когда дверь за ними закрылась, атмосфера вновь изменилась. Визажисты вернулись к работе, поправляя макияж, стилисты занялись последними деталями нарядов. До начала церемонии оставался всего час. Алиша уже стояла перед зеркалом в своём платье. Оно было открытым, но в меру — элегантным, продуманным до мелочей. Всё выглядело безупречно. Она смотрела на своё отражение, пытаясь найти в нём уверенность. Победа сейчас казалась не самым важным. Гораздо больше её тревожило другое — чтобы Антон и Арсений не устроили ничего лишнего. Где-то глубоко внутри жило раздражение на Антона: он так и не нашёл в себе смелости подойти и извиниться. В это же время Егор находился в своей комнате. Он уже был полностью готов и, сославшись на необходимость побыть одному, выпроводил Дениса. Ему нужно было собраться с мыслями. Телефон не умолкал — Дима Масленников писал ему слова поддержки. Егор невольно возвращался мыслями к прошедшей ночи. К тому, как легко и спокойно ему было рядом с ним. Как давно он не чувствовал себя настолько… счастливым. И от этого становилось только сложнее. Он думал о Денисе — о том, каким тот был: сдержанным, почти непроницаемым. Казалось, будто он либо не испытывает эмоций, либо просто не показывает их. С Димой всё было иначе. Ярче. Честнее. Слишком… живо. Егор запутался. Ему было страшно — не из-за выбора, а из-за того, что он не понимал, почему скрывает всё это от Дениса. Почему не может просто рассказать правду. Букет цветов, стоявший в комнате, не остался незамеченным. Как и планировал, он сказал, что это для Алиши. Арсений и Антон, конечно, отреагировали с лёгким недовольством, но расспрашивать не стали — нервы перед церемонией брали верх. Дима писал, что приедет в Монако. Что у них будет ещё один день. И Егор не отказался. Он не мог. И, если быть честным, — не хотел. Егор глубоко выдохнул, будто сбрасывая с себя лишние мысли, и убрал телефон в карман ярко-красных брюк. Он машинально поправил пиджак и на мгновение задержался у двери, собираясь. Затем вышел в гостиную, где уже собирались все перед выездом. Он выглядел безупречно. Полностью красный костюм подчёркивал фигуру, рубашка была расстёгнута ровно настолько, чтобы создать сдержанно-соблазнительный вырез. Золотая цепочка мягко поблёскивала на коже, кольца дополняли образ — уверенный, дерзкий, запоминающийся. Когда Денис увидел его, он будто на секунду перестал дышать. За годы работы он видел Егора в самых разных образах — ярких, странных, провокационных — но сейчас взгляд оторвать было невозможно. — Ты великолепен… мышонок, — почти шёпотом произнёс он. Сам Денис выглядел сдержанно: чёрная рубашка, строгие брюки — классика, которая только подчёркивала его спокойную уверенность. Серёжа тем временем поправлял пиджак Позову, который ворчал, что и так всё нормально. Шастун стоял, облокотившись на спинку стула, уткнувшись в телефон. На нём был светлый льняной костюм и белая рубашка — стилисты идеально подогнали всё под его высокий рост. Арсения и Алиши ещё не было. Они столкнулись, выходя из своих комнат одновременно. — Вау… — выдохнул Арсений. Алиша выглядела потрясающе. Синее платье подчёркивало длину её ног, плавно ложилось по фигуре, оставляя пространство для воображения. В её образе было всё — элегантность, холодная уверенность и едва уловимая дерзость. Сам Арсений был в голубом костюме с белой рубашкой — и, когда они вместе вошли в гостиную, это заметили все. На секунду повисла тишина. Они выглядели… слишком гармонично. Алиша поймала взгляд Антона. Ей не хотелось это признавать, но он был прав — со стороны они с Арсением действительно казались парой. Однако в глазах Антона, помимо раздражения, было что-то ещё. Неожиданно он подошёл к ней ближе и, наклонившись, тихо прошептал: — Что же ты со мной делаешь… Ты шикарна. Я обещаю быть сдержанным на церемонии… но если этот индюк будет меня выводить или хоть пальцем тебя тронет — я разукрашу ему лицо, как только мы исчезнем из поля зрения камер. И ни о чём не пожалею. По коже Алиши пробежали мурашки. Она ничего не ответила. Антон отстранился, будто ничего и не говорил. Через несколько минут они уже выходили через задний вход отеля и направлялись к огромному чёрному лимузину. Дорога заняла немного времени, но перед самой красной дорожкой их ожидала длинная пробка. Машины стояли одна за другой, медленно продвигаясь вперёд. Внутри нарастало напряжение. Почувствовав это, Денис решил взять слово: — Ребят, — обратился он к импровизаторам, — я знаю, для вас это непривычно. Кажется, что всё слишком… но вы тоже звёзды. И, возможно, это начало чего-то большего. Он говорил спокойно, но уверенно. — Если к вам подходят — общайтесь на равных. Как с нами. Мы все люди, никого не нужно возвышать. Перед камерами улыбайтесь так же, как в своих шоу. Принцип тот же. Просто… сияйте. Не бойтесь. Это первый такой момент в жизни — проживите его полностью. Он сделал паузу и перевёл взгляд на Егора и Алишу. — А вы… делайте всё как обычно. Вы и так лучшие. И помните — не вам нужно бояться, когда боятся вас. Как только он закончил, машина тронулась и подъехала к месту выхода. Один. Егор глубоко вдохнул. Два. Алиша медленно выдохнула. Три. Дверь лимузина открылась. Улыбки легли на лица — отточенные, камерные. Первым вышел Денис, подавая руку Егору, затем Алише. В ту же секунду их ослепили вспышки камер. Шум, крики, десятки объективов. Они сделали несколько шагов вперёд, помахали зрителям и остановились, ожидая остальных. Антон и Арсений подошли к Алише с обеих сторон, и вместе они двинулись по длинной лестнице. Медленно, уверенно, с улыбками, которые казались идеальными. Войдя внутрь здания, они сразу направились в зону интервью. И тут же оказались в центре внимания. К Егору подошёл мужчина с микрофоном: — Сегодня ночью вас видели с мужчиной — русским блогером, недавно опубликовавшим видео с вашим участием. На ютуб канале. Можете прокомментировать, кто он? Денис стоял за его спиной. Егор это чувствовал. Но он лишь усмехнулся — спокойно, почти лениво — и уверенно ушёл от ответа. Алишу тоже не оставили в покое: — С вами пришёл мужчина в похожем образе. Это ваш парень? Она улыбнулась: — Нет. Это мой друг. — Но вы выглядите как пара… — Синий сейчас в моде, — легко парировала она. После этого последовало ещё несколько вопросов — о кино, о проектах, о планах. К Серёже и Диме тоже подошли журналисты. Те на секунду растерялись, но рядом тут же оказался Денис — спокойно включился, помог, перевёл, поддержал. Вопросы были простыми: впечатления, эмоции, ожидания. И вскоре их оставили в покое. Когда они наконец вырвались из кольца репортёров, вся компания направилась в зал награждения. Арсений, не теряя возможности, сразу занял место рядом с Алишей. Их посадили в первый ряд — как номинантов. Но, к явному разочарованию Антона и Попова, рядом с девушкой оказались её брат и лучший друг. Сзади сидели родители Алиши. Началась церемония.