Дождливый вечер при свечах

      Дождь бьёт в окна её дома, потоки быстрой воды стекают с крыши, шумя в изрядно проржавевших желобах, уносясь в водосточные трубы. Редкая птица издавала звуки, даже не решаясь завести свою песню, чтобы не нарушить тот бешеный и хищный ритм капель, разбивающихся об землю, шумящих в листве деревьев, отрывая самые нежные и молодые листочки, унося их ручейками в водоотводы.       Нора сидит в собственной гостиной и справляется с сонливостью. Она бы с радостью завалилась спать, прочитав до этого какую-нибудь книгу в постели под звуки непогоды за окном, но она не могла позволить себе бросить своего любимого на растерзание бушующей за окном грозы.       Они сидели на диване при свете свечей, расставленных на небольшой журнальный столик. Электричество постоянно исчезало во время гроз, виной тому была старая проводка и постоянные проблемы с щитками. Звуки дождя заглушались смехом Норы и вздохами разочарования Спортакуса. Они играли в карты, пытаясь занять себя хоть чем-то.              — Что, удача сегодня не на твоей стороне? — хихикала женщина и с громким звуком мостила мужчине две шестёрки «на погоны».       — Да ты жульничаешь! Не может такого быть, чтобы ты обыгрывала меня третий раз подряд, — возмущался проигравший и с позором снимал карты со своих плеч. — Я больше не хочу играть, давай чем-нибудь другим займёмся?       — Книги мы уже читали, это, во-первых, нудно, — Нора сделала небольшую паузу и потянулась за картами и отбоем, принялась их вновь тасовать. — А во-вторых, когда я читала, ты чуть не заснул! Да и у тебя просто мотивации выиграть нет! Где подевался твой спортивный настрой на соревнования?       — Так одно дело — спорт, а эта игра глупая. Такой настрой разозлил её, и, хорошо перемешав колоду, начала раздавать их по две каждому для нового круга:       — Хорошо, мистер зануда «я не умею проигрывать», играем теперь с новыми правилами! — Нора передразнила раздосадованное тремя проигрышами подряд лицо Спортакуса.       — С какими это ещё?       — Теперь мы играем на раздевание. Или боишься проиграть? — Женщина заговорчески улыбнулась и зажгла новую свечу на замену старой, воск от которой залил канделябр.       Дождь стучал по черепичной кровле и нагибал молодые деревца ветром к земле. Молния блестела, озаряя тёмный весенний вечер, а за ней следовал оглушающий раскат грома.       Но даже эти природные катаклизмы не могли отвлечь сосредоточенных на игре. Нора сидела всё ещё полностью одетая в свои домашние штаны и широкую футболку, вот только без носков, всё же поддалась один раз, а то вышло бы слишком некрасиво. А её соперник с задумчивым лицом и полной рукой карт пытался отбить ход. Но два туза не сулили ему выигрыша и в этот раз, пришлось брать. Нора хищно улыбнулась, предвкушая свою победу, поёрзала на диване и положила свои последние карты на импровизированное игровое поле: козырная дама червей и дама пик, и она осталась с пустыми руками, в отличие от мужчины, который держал карточный веер, полный циферок. Мужчина расстроенно вздохнул и бросил карты в отбой. Скинул с себя плед, которым прикрывал голые плечи. На нём оставались только штаны.       — Я больше не играю! — с обидой в голосе сказал Спортакус, но всё же по договорённости начал стягивать с себя и их.       — Давай, сыграем! Или ты так рано сдался? — Нора ткнула его пальцем в грудь и потрепала пальцами его щёку, словно обиженного ребёнка.       — Я не сдался, просто мне надоело играть, — Спортакус отмахнулся от её руки и снова закутался в плед.       — Да я же вижу, что тебе надоело проигрывать. Не дуйся на меня, я ж не виновата, что слишком хорошо играю, — Нора отложила колоду на стол, подвинулась к потерпевшему тотальное поражение и позорно оголённому мужчине и потянула за край тёплого пушистого пледа.       — Хочешь утешительный приз? — промурчала ему на ухо женщина и оставила лёгкий, почти невесомый поцелуй за ним. Мужчина лишь выдохнул, повернул голову в сторону обыгравшей его Норы. Та встретила его поцелуем и толкнула двумя руками на диван.       Дождь за окном и не думал затихать, продолжая наполнять лужи, превращая их в небольшие болотца на неподстриженном газоне. Но подпорченный вид участка вообще не волновал хозяйку дома. Она была сосредоточена на теле оставшегося в дураках любовника. Она целовала его, прес оставляя мокрые засосы, иногда прикусывая кожу, обостряя ощущения. И наконец-то решила перейти к активным действиям: подцепила резинку его боксеров и медленно стянула их до колен. Провела своей рукой по его члену и поцеловала тазовую выпирающую косточку — кожа на ней была такая нежная и тонкая. Прошлась поцелуями по лобку, поднимаясь к пупку и возвращаясь обратно. Мужчина тяжело задышал, а живот его начал вздыматься, и волнами циркулирующая кровь увеличивала эрекцию. Нора обхватила своими губами его и провела языком по часовой стрелке. Взяла глубже и подавилась, но, сдержав себя от накрывающих рвотных позывов, подключила свою ладонь, на которую плюнула, выпустив член изо рта. Она проводила своей рукой нежно, но ритмично, в слабом свете свечей она видела лишь силуэты, а тени на плохо освещённой стене играли роль театральной постановки, извиваясь и силуэтами обрисовывая тело Норы, устроившейся между мускулистых мужских ног, и повторяли все её движения головой и руками. Спортакус лежал на диване с закрытыми глазами и сжимал в руках подушку, на которой лежал головой. Нора дарила подобные ласки ему впервые, и от этого срывало голову.       А те звуки, которые она издавала в процессе, ласкали его слух: причмокивания были такими пошлыми и громкими и так отлично смешивались со звуками бушующей природы, дикой силы весенней грозы. Мужчина хрипел и шептал её имя:       — Нора… Нора… — Во рту пересохло, а рука сама так и легла на её волосы, пальцы, словно заколдованные, зарылись в длинные волосы, а затем сжались и намотали длину волос на крепкий кулак, притянув лицо любимой как можно ближе к тому месту, где горел жар желания. Нора подавилась и закашлялась, дышать было тяжело, её горло начало сокращаться в попытке избавиться от инородного предмета, слюна потекла прямо на мужское тело и обивку дивана. Но какие же приятные чувства в этот момент получил партнёр, она ярко себе представила, ведь тазом он подался вперёд, и она почувствовала неприятный вкус во рту и слегка вязкую текстуру семени. Нора отстранилась от мужчины, отдышалась и вытерла свой рот рукой.       — Как тебе? — спросила та и потянулась за стаканом воды, что будто ждал своего момента на том самом журнальном столике. — Я, конечно, не лучшая в этом, но ради тебя я постаралась.       Нора отпила из стакана и погладила разомлевшего Спортакуса по бедру. Он не мог ответить, лишь довольно кивнул головой и своими руками провёл по собственному телу. От широкой груди спустился по торсу, пальцами одной руки прошёлся по дорожке волос от паха до пупка — вверх и вниз. И опустил руки, сложив на своём члене, словно вспоминая, прокручивая все эти моменты в своей голове. Смакуя каждый её сдержанный кашель и мягкие губы на своём теле.       От такой картины у Норы уже помокрело в трусиках — уж очень он был привлекателен физически, и находился он в полном её распоряжении.       Она стянула с себя широкие спортивные штаны вместе с бельём и уселась на него сверху. Сжав его щеки своей рукой, она наклонилась и страстно поцеловала. Он почувствовал собственный вкус на её языке, которым она провела по его передним верхним зубам.       Нора тёрлась своей промежностью по его члену, который всё ещё был способен её порадовать. Она ощущала, как влажный от её слюны и тёплый орган скользил между её половых губ и становился ещё более скользким.       Руки Спортакуса гладили её тело; он сжимал сильными пальцами её талию до синяков, до боли в руках.       Нора привстала на нём и ввела в себя эрегированный член, помогая себе рукой. Она двигалась сначала медленно, наслаждаясь каждым сантиметром, подаренным природой её мужчине. Но затем ускорилась, а он, почувствовав правильный ритм, начал ей помогать.       Оба были потные, Нора стонала и открывала свой рот, который искажался, словно она хочет произнести звук «О». Спортакус, увлечённый наблюдением за прекрасной, желанной женщиной, погладил её лицо и, проведя большим пальцем по губам, сунул его ей в рот. Женщина сначала слегка прикусила, но потом начала облизывать с огромным желанием и страстью.       Гром смешивался с их стонами и возвращал к реальности…

***

      Нора лежала на Спортакусе, они были укрыты тем самым пушистым пледом. Гроза утихала и превращалась в обычный дождь, а свечи давно погасли.       — Как хорошо, что ты в карты играть не умеешь, — тихо сказала Нора и крепче прижалась к такому тёплому и приятно пахнущему мылом и её собственными духами мужчине. И была обнята, и поцелована в макушку.