Звон в ушах

Теоретический урок у первокурсников. В классе уже сидели Маки, Панда, Тоге и на первой парте Юта. Ученики ждали Годжо, который как всегда опаздывал на занятия. Уже десять минут прошло. — Давайте свалим? — предложила Зенин, устав разглядывать часы над доской. Ровно под эти слова в кабинет зашёл Сатору, как по закону подлости. — Не нужно никуда сваливать, я уже тут, — весело проговорил сенсей, вместо нормального "здравствуйте" или "доброе утро". — Всё-таки явился, — пробурчала под нос Маки. Сатору сделал вид, что не услышал. — Я только сегодня ночью вернулся из Кагосимы и проспал. Я бы с радостью сам отпустил вас, а не читал нудные лекции о происхождении проклятий, но в таком случае мне настучат по голове. Вы ведь этого не хотите? — Годжо ослепительно улыбнулся, как умел только он. Первогодки смотрели на это без особого энтузиазма, даже скорее со скепсисом. — Будем считать, что теперь вы максимально вовлечены в тему, — продолжал учитель, убеждая учеников, да и себя, в интересности того, что он будет рассказывать. По классу пронеслось несколько непроизвольных смешков. Да уж, на сарказм Сатору горазд. — Смотрите, — парень взял в руку мел и начал рисовать карикатурного грустного человечка на зелёной доске. — Это... Мел скрипел по доске, и вдруг это начало невероятно раздражать Годжо, резать по ушам. До этой секунды такого не было. Теперь он слишком отчётливо слышал шелест бумаги за его спиной, шуршание ручек, крики птиц за окном, шум деревьев. Всё это сливалось в ужасную какофонию, невыносимое месиво , от которого начинало подташнивать. Резкая тишина. За ней последовал монотонный писк, пронзительный звон в ушах, будто прокалывающий мозг насквозь, принося нестерпимую боль. Всё вокруг заглушал этот звон. Сатору полностью погрузился в него и не мог услышать ничего другого, ни шума рядом с собой, ни даже собственного дыхания. Звон раздирал, будто тысячами игл ковырялись в голове. Сенсей схватился второй рукой за доску и опёрся на стену, тяжело дыша. — Учитель Годжо! — первым спохватился Оккоцу. Он вскочил с места и испуганно смотрел на Сатору. Парень еле-еле различил его голос во всё ещё не прекращающимся звоне, словно слыша его сквозь тысячу слоёв стекла. — Я схожу за Иэйри-сан, — сказала Зенин, тоже вставая со своего места. Сколько бы она ни обзывала Годжо, сколько бы ни смеялась над ним, он всё равно был её учителем, который помог ей сбежать из клана и сейчас помогает стать сильнее. Девушка вышла из класса и направилась в комнату Шоко. — Учитель Годжо, Вы меня вообще слышите? — Юта в это время продолжал пытаться обратить на себя внимание Сатору. Панда и Тоге, которые мало что могли сделать в такой ситуации, обеспокоенно следили за происходящим со своих мест. Годжо пытался ровно дышать, даже как-то управлять проклятой энергией сейчас, но ничего не помогало. Звон всё так же давил на барабанные перепонки. Учитель прильнул спиной к стене, чтобы тратить меньше сил на поддержание вертикального положения тела. Оккоцу старался докричаться до Годжо всеми способами, и с каждым словом Сатору слышал его всё чётче. Звон и шум медленно отступали. — Заткнись, — выпалил Годжо Юте, как только полностью пришёл в себя и перестал слышать фантомный писк. Теперь ему хотелось ощутить вожделенную тишину, и поэтому ему пришлось радикально попросить её обеспечить. — Что это было, учитель Годжо? — спросил Панда со своего места. — Собственная сила в голову ударила, — слабо усмехнулся Сатору. — Так уже было. Во время длительной командировки мне пришлось долго использовать свою технику и обратную к ней, чтобы остаться в живых. Но моя обратная техника не настолько совершенна, как Бесконечность, и после особо тяжёлых случаев может давать сбой, как сейчас. Обратная техника просто отключилась, а Прямая техника без неё начинает разрушать моё тело и в первую очередь голову, — объяснил учитель, всё ещё подпирая спиной стену и потирая затылок. Годжо вздохнул: — Неприятно... — Вы нас напугали, — ответил Панда басистым голосом. Юта, стоявший рядом с сенсеем, активно начал кивать головой в знак согласия.