Кинктябрь

***

После небольшой перепалки они не разговаривают друг с другом уже который день, Волков уже чисто из принципа, Дракон чисто из гордости. Делать ему нечего - за щенком гоняться. Неужели нюх на нормальных молодняков так его подвёл, неужели вместо благодарности эта скотина действительно теперь началась трястись за свою репутацию, сторонясь того, кто его буквально воспитал. Нёс его тело, делил с ним последние капли воды даже в самой ебучей глуши на заданиях, выслушивал его сопливое нытьё о том, как у него и с кем у него там дела обстоят на гражданке. И зачем всё это? Чтобы в один прекрасный момент он так по-свински поступил, начав истерить о том что его, видите ли, как-то не так за руку взяли. Типа остальные солдаты всякие мерзости уже про них говорят. Олег никогда не отличался в таких вещах умом и сообразительностью, вроде чуткий нежный мальчик, а пустословие с попытками затеять какой-то раздор не различает. Хуже ребёнка, ей богу. Обычно после таких их перепалок Дракон время от времени начинает кидать что-то раздражающее, поддевать Волкова за его нити такой поломаной души, и тот в ответ, словно разнеженная баба, молча "прощает" и всё возвращается в круги своя. Малость было круто, когда Олег был тут никем, не понимал за кого ему держаться, пытался строить из себя полезного. Да он и сейчас такой на самом деле. Хотя нет, сейчас этот щенок стал увереннее в себе, и иногда может выдавать достаточно удивительные перлы, которые восхищают даже Вадика, поэтому они так тесно общаются. Всё ещё. Он единственный пока что, кто заставил блондина так долго с ним держать контакт на чисто искреннем интересе. А сейчас что? Всё, прошла любовь, завяли помидоры, потерялось табельное. Дракон за всё время ни слова не сказал, даже взгляда не кинул. Настолько обиделся? Он обычно не игрок в такое, но с каждым днём становится всё интереснее, что же всё-таки поспособствовало такому поведению. Волчонок начал анализировать то что он делал и говорил, ох, ну да, может и некрасиво, но этот мудак сам немало творит херни, после которой главный вопрос в голове колом стоит - а нахуя мне общаться с этим психопатом конченным. Негромкий стук в душевые кабины, слышно как вода сразу выключается и босыми ногами кто-то очень неторопливо начинает шлёпать по скользкому кафелю к раковине. Сам Олег пришёл нихуя не под струйками воды греться, он пришёл просить прощения, как бы абсурдно в голове это ни звучило. Очень хочется надеяться на то что он сейчас зайдёт, начнёт, Дракон его выслушает, пару раз обхуесосит, и всё сразу замнётся. Почему-то он только так себе этот спектакль и представляет. Сделав шаг, Волков приоткрывает дверь и ищет глазами Вадика. А его и искать толком не нужно. С полотенцем на бёдрах стоит у керамической раковинки, самой крайней, самой ближней, и осторожно бреется, что-то попсовое напевая себе под нос. Олег стоит неловко и чуть зажато, в шортах, футболке, и тёмных носках с резиновыми сланцами, специально для душа. У Дракона почти такие же, только из розового пластика. Удивительно. Он даже не посмотрел в его сторону. — Вад. — издалека начинает, стараясь игнорировать его мелодичное мычание и лёгкую подтанцовку. Снова ведёт себя как клоун, может это к лучшему. — Я хотел извиниться за то, что повёл себя херово тогда, что реально просто начал психовать и, в общем, прости меня. Понял это только сейчас? Какая тупая шавка. Дракон бросает на него косой оценивающий взгляд и не отвечает, продолжая добривать первую щёку острым лезвием, пока ни царапины не оставил. Любит он уход за собой, ебальник в раздражениях не его конёк, лучше от него будет пахнуть ванилькой, но выглядеть он будет не как ебучий бомж с аллеи номер семь. Его и так поколотит всё что можно в этой жизни, и всё что нельзя. — Да ну че происходит то, блять. — Волков чуть нахмурился и фыркнул, спокойно опираясь на плиточную стену рядом. — Если хочешь чтоб я зашёл попозже - скажи, я так и сделаю. — Мне нравится что каждый раз твои рассуждения приходят к тому, что ты нуждаешься в команде о том, что тебе нужно делать. — усмехается блондин и неспеша переходит к другой щеке. Но и не медлит, будто готовясь к чему-то, собираясь. — Это ты простил меня, или всё ещё дуешься? — сдерживая в себе порывы раздражения, спрашивает Олег, и внимательно смотрит на своего недо-собеседника. Всё-таки, он ведь сам сейчас сюда мириться пришёл, а не усугублять положение. — Я хочу чтоб ты понимал за что ты просишь прощения. Так что, Поварёныш, за что ты извиняешься? — Светлая бровь чуть выгибается и он улыбается, чувствуя чужой взгляд. Путь ответит то, не такой уж вопрос сложный. Немного себя придержав, Волков действительно начал рассматривать у себя в голове то, что же произошло тогда, что же случилось и как он поступил. Ну, Дракон какую-то очередную свою дурацкую хуйню начал разгонять, не прекращая, ещё и унизил при двух мимо проходящих сослуживцев. Да они вроде и не говорили потом ничего такого, косились, конечно, какое-то время, посмеиваясь. Но а как бы на их месте поступил сам Олег? Не так же? Да он не знает блять. Так, хорошо, ладно. Чем ответно насолил Волков? Ударил? Один раз он так сильно ударил Дракона, да, после того как он попросил себя отпустить с хватки рук Вадика, да, после того как Вадик раз в тысячу лет к нему отнёсся по-доброму, да, поступил так, как обычно хочет Волков. Действительно параша какая-то получилась. Раздумывая над своим содеянным, Волчонок шумно вздохнул, вспомнив то слово, которым именно Дакон назвал всё что тогда произошло. — Извини за то что я тебя.. предал?... — достаточно неуверенно пробормотал Олег, но блондин будто расколдовался от того самого волшебного слова. Немного взяв паузу, он начал смывать со своего подбородка остатки пены и схватил короткое полотенце для лица, чуть промакивая щёки. Приблизившись к лицу Волчонка, мужчина немного наклонил голову, оказываясь около его уха, да в целом впервые за последние дни настолько близко. — Предал, Поварёныш? Ох, да, я считаю что это можно счесть за предательство. А помнишь ли ты, что обычно делают с такими неблагодарными крысами? — Олег не успел и слова сказать, явно с недовольным лицом смотря на сероглазого перед собой. Но ему не дали тяфкнуть, продолжая. — Их отстреливают. Что он несёт? Если хочет дальше играть свои джокерские спектакли, пусть играет, Волков пришёл мириться, а не слушать то, как его пытаются запугать расстрелом за пустятский, даже неполноценный мордобой. Всего пальцем тронул Дракона, а тот уже так взъелся. Хотя он кажется понемногу начинает понимать в чём проблема. Вздыхая, Олег прикрывает глаза ненадолго, раздумывая о том, что он ещё может такого сказать, чтобы блондин наконец отъебался от этой ситуации, и чтоб они снова нормально между друг другом общались. Пока думал, не заметил совершенно как Вадик уже чуть отошёл. Отошёл для того чтобы взять в руки ствол и направить Волчонку прямиком в лицо. — Это что ещё? — Это выбор, Поварёшкин, либо этот ствол, либо другой. Третьего не дано для извинений. — Дракон почти сразу расплывается в злобном оскале, когда щенок начал так открывать рот и прислоняться к дулу. Настолько соскучился, настолько распереживался, настолько ему не с кем вообще нормально взаимодействовать на этой базе. Не потому что все такие конченные, потому что он конченный. Потому что он связался с Драконом и держится подле него вот уже очень долгое время. И отношения в глазах других у них довольно дружеские даже. Зависть, наверное, и страх, потому что Поварёшкин будто медленно становится таким же психопатом, как и его "наставник", который сейчас суёт ему прямо в широко раскрытую пасть конец табельного, заставляя облизывать и брать поглубже. Олега всегда раздражал этот запах оружия так близко, что-то жжёное и непонятно с чем перемешанное, рвотный рефлекс давал о себе знать уже чисто из-за запаха. Он недовольно морщился, но его, конечно, игнорировали, в какой-то момент особо крепко надавив на плечо. — Сидеть. Волков напрягся, но с тяжёлым дыханием и заряженным пистолетом во рту выбирать не приходится. Боится ли он то что у Дракон в любой момент может дёрнуться рука? Немного стрёмно. С другой стороны, если не думать об этом, ощущается всё это получше, как детская игрушка, которой размахивают обычно куда не попадя. Он вообще сейчас может молча встать и уйти, его не застрелят, но после приказа от Дракона его сразу хочется выполнить, мгновенно привести в статус "готово" и ждать своей заслуженной похвалы, хотя бы самой малой капельки. Не смотря на всю свою жестокость, она от блондина достаётся Волчонку всегда, если он по-настоящему её заслуживает. А так происходит почти каждый раз. Как и сейчас. Ему сказали стонать - он стонет. Стонет эхом по открытым душевым кабинкам, с открытым окном на проветривание, пока все остальные готовятся к отбою. Их тут нет, нет свидетелей. Хотя мысль небольшая проскочила о том, что он бы наверное был и не против. Кто бы там ни был, он бы не посмел сейчас ворваться в душевую и начать разбирать кто где и чем занят. Ему будет неловко. Поэтому Дракону всегда абсолютно поебать на такие действия в около-общественных местах, он знает что все слишком заняты собой, что каждый кто посмотрит - точно побоится чего-либо сказать, решив для самого себя, что это не его забота. Сейчас, когда Волков начал чувствовать как пах у него постепенно твердеет, туда почти сразу же приземлилась чужая нога, чуть сдавливая и заставляя почти заскулить. — Ну, что ты хотел мне сказать? — совершенно спокойно блондин приподнимает светлые брови, ожидая чужого ответа и внимательно смотрит в карие глаза, очень чётко различая начало похоти. — Голос, щенок. Прямо с дулом во рту. Как унизительно. Он пытается что-то проговорить, но лишь больше слюней льёт на пистолет, старается сказать уже хоть что-нибудь в таком положении, пока Дракон не выдёргивает своё табельное и не откладывает его в сторону. — Нет-нет, так не пойдёт. — крепкая рука почти сразу ложится на чужую шею и без всяких церемоний начинает сдавиливать её. У Олега нет времени подготовиться, нет возможности осознать что происходит, нет лишней секунды для того чтобы глубоко вдохнуть в последний раз. Полотенце опускается и Волчонок уже тёмным недовольным взглядом смотрит наверх. Он не сможет ничего сделать. Слишком поздно. Вадик сжимает ладонь на чужом горле, пока членом водит у чужих губ. — Голос. — Прости. — хрипло проговаривает Волков и смотрит ожидающе наверх. Знает что этого слишком мало. — Прости, что поступил как предатель и... Слишком долго мямлит, он действительно всё это делает настолько искренне? Невероятно. Дракон продолжает душить чужую шею и вдалбливаться глубоко в горло Волчонка, внимательно смотря за тем, как его глаза мутнеют с каждым толчком всё больше и стремительнее. Он чувствует эти колебания и видит, что тот на грани того, чтобы потерять сознание. Из-за того, что Олег начал так задыхаться, тело начало непроизвольно сокращаться в небольших конвульсиях, как и горло, доставляя члену дополнительную стимуляцию. Он слышит скулёж Волкова, слышит в секундных перерывах для глотки его мычание, просьбы о чём-то. Всё это так неважно сейчас. Поднажав ещё немного, Дракон наконец излился за щёку Волчонку, смотря за тем как он молча с закрытым ртом сглатывает все обиды и одной рукой опирается о чужое бедро, чтобы не свалиться к чёртовой матери из-за недостатка кислорода. Вадик всё ещё придерживает Олега за затылок, но шею отпускает, вслушиваясь в заветные глубинные хрипы. — Я тебя прощаю, Поварёшкин.

***