танцуй (со мной или без)

Шедеврально. Это слово всплывает у Ани каждые пару секунд, когда она стоит на краю пропасти. Ангел и бес бьются в агонии, пока она решает, что именно делать. Еще пару месяцев назад, когда Саша пришла к ней в больницу, казалось, будет совсем иная ситуация. В руках Трусова сжимает яблочный сок и шоколад. У Ани сводит зубы. — С чем он? — Обычный, горький. — Ты же знаешь, я такой не люблю. — Знаю, поэтому и взяла. Аня смотрит пристально, но не в упор. Тот факт, что Саша пришла самостоятельно, — уже маленькая победа. Хочется молчать, чтобы не разрушить мнимую идиллию. Если бы можно, она отдала всё, чтобы её простили. Только вот небольшой нюанс: за что и почему прощать? Да и отдавать Ане больше нечего — пустая, будто бутылка спрайта. Что-то на донышке ещё есть, а толку? Пить это уже невозможно. Иногда Ане казалось, что её состояние можно сравнить со сплавом на байдарке. Вокруг неё — тëмная бурлящая вода, в которой она не знает, что делать. И страх, который цепляется, как и водоросли наравне с острыми краями каменных глыб. И несёт её так, потому что в этой «недолодке» она пытается выплыть, жадно хватая воздух. И помочь-то кроме неё самой ей некому. Хочется доплыть до берега, вот и всё. А до какого и в каком состоянии — не так уже и важно. — Почему ты так себя ведëшь? Разве ты не рада, что я здесь? — Ты когда-нибудь видела, как люди сплавляются по рекам на байдарках? А теперь представь, что это человек во время эмоций, которые не может контролировать. Что бы ты делала, если бы осталось лишь одно весло и ты плывёшь в одиночестве? — Что? — Выживала бы любой ценой. Саша смотрит куда угодно, но не на Аню. Выбор каждая уже сделала. Только молчание нависает со всех сторон. Аня просто хочет, чтобы Саша сказала правду. — Я выхожу замуж, — будто что-то очевидное и простое бросает Саша. — Надеюсь, ты поймёшь. Раньше у Ани возникали сны, когда она не могла двигаться — ни руки, ни ноги, ни голова. Только глаза смотрели по сторонам в ожидании чудесного спасения. Оно всё не шло и не шло. Самое ужасное, когда кадры перемещаются и ты видишь, как со стороны выглядят твои тщетные попытки — сделать хотя бы шаг. Но происходящее сейчас — не сон. К большому сожалению, это реальность, которую вряд ли получится как-то обойти. Только одно становится понятным: теперь она не может нормально двигаться, её будто парализовало. — Это всё? — сдавленно уточняет Аня. — Нужно что-то ещё? — доносится ответ. — Уходи, — Аня надламывает горький шоколад, не без удовольствия надкусывая. — Вкусно, кстати. — Встретимся завтра вечером под луной, — легко и просто говорит Саша. Когда она уходит, Аня не может сдержать порыв — её тошнит. Зато сделала вид, что всё замечательно, прекрасно и вообще дальше — может. Главное очень сильно поверить. Главное быть убедительной. Главное сказать — я очень за тебя рада, Саш. А когда-то ведь было иначе. Даже не нужно было спрашивать, просто постоянно были вместе. Когда она говорила, что встретимся под луной — звучало посредственно. Но красная луна сейчас над ними, словно приговор — конца или начала. — Всё-таки пришла, — Саша выходит из тени больничных берёз и клёнов. — Ты ведь пригласила, — Аня вдыхает свежий воздух после нескольких недель, проведённых в больнице в душной палате, пристально вглядываясь в лицо Саши. — Это что-то важное или ты просто хотела меня увидеть? И где-то на подкорках сознания Аня уже знает — ничего хорошего этот разговор не принесёт. Точнее даже не разговор, а молчание, исходящее от Саши, которая опустила взгляд в пол и делает то шаг вперёд, то шаг назад. — Ты любишь его? — Да. Где-то Аня это уже слышала, уже переживала это, но сейчас будто иначе. Саша действительно влюбилась, Саша готова сделать ответственное решение. Но почему же так больно, словно отпустить её равняется умереть самой — конечно, не в буквальном смысле. Но внутри зреет пустота, такая родная и знакомая. Страх перед неизвестностью, чувство одиночества, ревность, неуверенность в себе — всё смешивается в один флакон. Не так как в фильме «Парфюмер: История одного убийцы», но отчётливо назревает что-то внутри похожее. Это пытка, понимает Аня, когда к горлу снова подкатывает тошнота. Сейчас бы в прямом смысле этого слова выблевать все свои чувства, только она ведь уже взрослая умная девушка, которая таким заниматься не будет. Поэтому сдавленно улыбается. — Совет да любовь? — Можем мы на сегодня притвориться, что этого нет? — Саша всё ещё смотрит себе под ноги, пытаясь отыскать что-то очень важное в куче песка, гравия и щебня. — Пожалуйста. — Да, мы можем, — сдаётся Аня, сжимая кулаки, чтобы не сорваться. — Но что будет после? Саша смотри куда-то вверх, наблюдая как облака выстраиваются в причудливые фигуры, задумываясь над чем-то, проводит руками по воздуху, обводя самое неприметное зодиакальное созвездие. Его можно увидеть лишь в ясную ночь между созвездиями Льва и Близнецов. — Мне нужно отрепетировать танец, — наконец-то говорит Саша, а потом полная уверенности произносит: — Потанцуем? — Да. Здесь, в этой забытой стороне злосчастной больницы, нет даже музыки. Абсолютно никаких зрителей, к которым они привыкли, просто они. Аня аккуратно берёт за руку Сашу, нежно прижимая её за бок к себе. Она чувствует, как Саша напряжена и взволнована. — Всё будет хорошо, — шепчет Аня, пытаясь успокоить подругу. — Я буду рядом с тобой. Саша кивает, но в её глазах всё ещё видна тревога: — Ты уверена, что можешь танцевать? — Саша взволнованно смотрит на голеностоп Ани. Аня хочет, Аня пытается взять всё из их последней такой встречи, Аня просто кивает. Музыка им не нужна, потому что стук сердца достаточно набивает нужный такт, чтобы они станцевали вальс. Из минусов — свербит в горле, потому что хочется так много сказать. Но Аня лишь ближе прислоняется к Саше, вдыхая запах чужих духов, оставляя лёгкий поцелуй на уголке губ. Это их последний танец. Дорогие новобрачные, родители и гости. Нет. Сегодня состоится торжественное соединение уз брака между Макаром и Александрой. Нет. Любовь – это дар, сокровище, которое каждый человек ищет ежедневно, тратя время и силы, но не теряя надежды. Нет. И вот однажды вы нашли друг друга. Нет. Теперь главное хранить и беречь, уважать и дополнять друг друга всю жизнь. Готовы ли вы на это? Нет. Является ли ваше решение взвешенным и осознанным? Нет. Искренни ли ваши намерения и чувства? Нет. — Я, Макар, беру тебя, Александра, в законные жёны, чтобы всегда быть вместе в радости и горе, в бедности и богатстве, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас. Нет. — Да. Они танцуют — Макар и Саша — нелепо, но так счастливо. Аня смотрит на Сашу, та бегло проходится взглядом, прикусывая губу и шепчет: «Прости». Она снимает на память.