Давно влюблен

Хёнджин прижимает его к стене, томно дыша куда-то в волосы. Джисон бы и рад поддаться искушению, но здесь повсюду были уши. Даже если забить на других студентов, то трахаться в туалете в любом случае опасно. Сюда мог войти кто-то из преподавателей, и тогда лететь из университета они будут далеко и навсегда. Джисон поморщился от такой картины. Его даже шанс вылететь не так пугал, как тот факт, что его голую задницу увидит кто-то кроме Хвана. — Не можешь удержать себя в штанах? Шипит он, цепляясь за плечи старшего. Он бы хотел сказать, что не хочет, но тело знает лучше, начиная понемногу нагреваться. Хотя жар он бы ещё мог скрыть, а вот растущий стояк точно нет. — Что, если да? — Может побудешь хорошим мальчиком и потерпишь до дома? — Мог бы, если бы ты ко мне переехал. — Только ради того, чтобы у тебя всегда под рукой была игрушка для секса? Обиженно бубнит Джисон, ибо не видит ничего другого. Ему даже кажется, что с этими привилегиями их дружба отошла на второй план. А Джисон ведь влюблен в старшего и уже давно. Но он лучше сожрет тухлое мыло, чем признается и услышит все свои опасения в лицо. — Не странно, если станешь не просто другом с бонусом, а парнем. Джисон в удивлении вскидывает брови вверх, но Хёнджин не дает ответить, обрушиваясь на губы с таким рвением, как будто только так он мог дышать. Хван что, издевается над ним? Считает, что смешно шутить над его чувствами? Он начинает активно вырываться из любимых рук, которые не теряя времени зря, уже вовсю шарили под рубашкой. — Издеваешься надо мной? — Почему? — Не смешно про парня. — Так я и не… Дверь туалета резко распахивается, заставляя Хвана замолчать. Хану остается лишь тихо радоваться тому, что они все же не решились испытать судьбу и не засветили голую задницу бедному Чану. — Йоу, Хён! — Чем вы тут занимаетесь? — Разговариваем. — Пара начнется через две минуты. — Ага, спасибо. Джисон кидает взгляд на потерянного Хёнджина и выходит первым. Как попытка потрахаться смогла перейти в это? Он так старался скрывать свою боль и обиду, а тут она неожиданно вырвалась. Но в любом случае нужно выяснить, что Хван имел в виду и если это такая шутка, то послать его нахрен.

***

— Ты всё ещё хочешь меня? — Всегда. По растерянному лицу Хёнджина видно, что он ожидал вот вообще не этого. И это было логично. Они разошлись на чем-то неоднозначном и последнее, чего старший ждал, так это предложения продолжить. Джисон бы действительно хотел поговорить об их отношениях, но так сильно перенервничал и накрутил себя, что ему нужно выпустить пар. Все внутри было натянуто, как струны на его гитаре, и если сейчас они не уберут это долбанное напряжение, то Джисон будет зол и нормальной беседы не выйдет. Тем более… Если Хван окажется мудаком, то они больше не будут расслабляться таким способом, а от жизни надо брать все. — Может сначала… — Сначала секс, потом разговор, идёт? — Конечно. Этого было достаточно, чтобы активировать озабоченную сторону Хёнджина. Он зажимает младшего прямо у стены, стягивая с него кардиган и жадно целуя в губы. Чувств было так много, что они мешались между собой, создавая непередаваемый коктейль. И весь этот «напиток» только для Хвана, который уже цепляет его брюки, но пока не снимает. Мурашки разбегаются в разные стороны находя конечную точку где-то ниже живота. Джисон прикусывает чужую губу, зарываясь руками в отросшие волосы. Это продолжается ещё какое-то время, за которое он почти решается поторопить процесс, но Хёнджин оказывается быстрее. Он отцепляет его от себя и поворачивает лицом к стене. Ощущение старшего за спиной возбуждает ещё сильнее, если это вообще возможно. Тот медленно очерчивает его фигуру, спускаясь ниже, пока не достигает брюк. Ловкие пальцы быстро находят ширинку и уже через пару секунд штаны вместе с нижним бельем оказываются в районе колен Джисона. — Я уже подготовлен. — Уверен? — Да, входи. Нетерпеливо бормочет младший, специально покачивая задницей, зная, что Хвана это заводит. Тот недовольно дышит Джисону в шею, нежно оглаживая его ягодицу, чтобы затем звонко шлепнуть. А потом ещё раз. Приятная волна пробегает по животу вниз, требуя освобождения. Как будто слыша его мысли, он чувствует влажные пальцы четко у входа. Хёнджин проходится ими вокруг, а затем входит сразу двумя, на пробу раздвигая их внутри. — Видишь? Войди уже! Ты… Джисон не может договорить, так как Хван начинает двигать пальцами резче, попадая четко по простате. Джисон выгибается, стараясь получить больше, но пальцев все равно было мало. Штаны съезжают ещё ниже и Джисон переступает с ноги на ногу, чтобы избавится от них совсем. Неожиданно внутри снова становится пусто и до ушей Джисона доносятся хлюпающие звуки, которые значат только одно. Сейчас в нем окажется член. Хёнджин входит медленно, замирая лишь на несколько секунд, видимо потеряв все терпение на быстрой растяжке. Пока Джисон пытается удобнее опереться о стенку, Хёнджин хватает его за волосы, прижимаясь ближе и входя глубже. С губ сами по себе слетают стоны, а внизу приятно тянет, обещая скорый оргазм. Хван ускоряется, создавая быстрые эротичные шлепки, которые, кажется, оглушают. Он входит резко, почти на грани боли, но Хану нравится. Ему всегда нравилось, как Хёнджин балансировал на границе нежности и грубости. Внутри завязывается знакомый узел и Джисон уже готов был кончить, как неожиданно старший останавливается. — Почему ты… Но тот молча разворачивает Джисона к себе и тот почти не обижается за упущенное удовольствие, ибо Хван выглядит… Вау. Лицо блестит от пота и глаза… Они кажутся абсолютно черными. — Обхвати меня руками за шею. Крепче. Джисон нетерпеливо повинуется и ахает, когда Хван хватает его за бедра, поднимая с пола. — Хёнджин! — Я хочу трахнуть тебя на весу. — Что? Тот сжимает губы, крепче перехватывая младшего, а затем подстраивается, и снова оказывается внутри. Из-за новой позы он входит глубже, попадая четко по простате. Джисон нетерпеливо пытается насадиться самостоятельно, но Хван крепко держится за него. — Быстрее! Он прижимает его спиной к стене, ускоряясь достаточно, что спина Джисона начинает нагреваться от трения. С губ срывается мольба, которую Хан даже не пытается остановить. Конец так близко, что Хан кричит, когда приходит к финалу. Оргазм накрывает его с головой, на несколько секунд выбивая из реальности.

***

— Ты говорил серьёзно? — А? — Про парня. — Конечно. Я уже давно влюблен в тебя. — Правда? Джисон приподнимается с груди, на которой успел так уютно устроится и заглядывает старшему в глаза. Он думал увидеть усмешку, но ничего подобного там не нашел. Лишь нежность. — Да. Все уже это заметили, кроме тебя. — А почему ты… Почему не поговорил со мной, а только зажимаешь постоянно по углам? — Я боялся. Ты как-то сказал, что после бывшего готов максимум на секс по дружбе. Шестеренки в голове Джисона начинают бешено носится, сшибая друг друга, а затем и вовсе взрываются. Это получается… — Так он… Мудак был редкостный, а ты… Я думал, что кроме моего тела тебя и не интересует ничего! Влюблен был все это время! Даже с бывшим начал эту хуйню, так как думал, что с тобой шансов нет! — Джисони. — Ой, иди нахуй, а? Джисон бьёт его в грудь, резво вскакивая и начиная собираться домой. Его тело дрожит от эмоций. Он тут значит страдал все это время, а этот кретин! К горлу подкатывает ком, но Хан пытается его проглотить. Ему нужно подумать. — Погоди. — Отстань. — Ну не уходи. — строит ему глазки старший, крепко вцепляясь в руку. — Прости, ладно? Если бы я знал, я бы давно признался тебе в чувствах. Просто… Я тоже переживал, ладно? Джисон выдергивает руку из цепких лап, но тот на это лишь хихикает, вновь сжимая её в своей и тянет к губам, начиная покрывать каждый сантиметр поцелуями. — Я подумаю. — Я куплю тебе твоё любимое мороженное. — Две штуки. И торт. — Да хоть два. — Думаешь, что я откажусь? — Думаю, что я самый счастливый человек на земле.