Их последнее состязание.

Сегодня на улице было по-весеннему тепло. Почки на деревьях проклюнулись только недавно. Настроение у парней тоже было весеннее, озорное. Медведь-Дима и волк-Паша любили противостояния друг против друга в безобидных играх. Но, что-то в этом году что-то пошло не так для удачи Димы… За этот год, сколько бы двое парней не состязались, Паша почти всегда побеждал Диму. Во всём, кроме физической силы, конечно. - На этот раз, если тебе повезёт, я отдам все свои победы тебе. - Да ты гонишь. Сколько раз за последнее время ты мне это уже говорил? Недовольный Дима искоса взглянул на возможно стопроцентного победителя ещё и этого раунда. Тот же в ответ на кислое выражение лица возможного стопроцентного проигравшего всего лишь усмехнулся на секунду. - Ну, возможно, в этот раз, тебе и удастся выиграть раунд. Обменявшись ещё парой фраз, те пришли к варианту молчанки, как лучшего кандидата, так как их силы в ней были примерно одинаковы. Но, вместо изначального запрета на смех и слова, Дима с Пашей поставили в условие то, что любой звук может стать окончанием игры. - «Тише, мыши, кот на крыше: Кошку за уши ведет, Кошка драна, хвост облез… Кто промолвит, тот и съест!» После одновременно проговорённого стишка, парни сразу замолчали. Но не упустили возможности нарушить правила игры и помешать друг другу. Всё начиналось безобидно: новые и зашкварные мемы, падающий хлеб, скорченные рожицы… щекотка, попытки обездвижить и раздеть, которые полагались для унижения игрока… Ни один из способов не помог, но одежда на парнях была где-то стянута и помята. Сбитое дыхание из-за щекотки и борьбы. Красные лица от чрезмерных действий… Всё наводило на странные мысли, которые к игре не относятся никаким боком, но они были в тот момент у обоих игроков. Ни одного звука так и не было произведено. Они решили сделать перерыв. По ночам правила строго нельзя было нарушать. Паша остался у Димы с ночёвкой на этот раз. И тут, Диме в голову пришла одна интересная идея… Но её выполнение он проведёт, когда пройдёт ночь. А пока что, Паша уснул, и Дима начал подготовку. Где-то в ящике лежала хорошая верёвка подходящей длины и диаметра. Ещё час он разбирался с ней, а потом уже лёг спать, предварительно спрятав её под подушкой. Завтра его ожидает весёлый денёк, надо хорошо выспаться. Утром было немного темно, но намного светлее, чем было зимой. Паша ещё не проснулся, что было очень странно. «Он решил поддаться мне?» - промелькнуло в голове у парня. Что ж, это было мило. Но не освобождало того от мести. План всё ещё был в силе. Дима принял холодный душ, почистил зубы и пошёл готовить завтрак. Это у него получалось не очень, но и Паша не особо умел готовить. Второй же уже проснулся и также повторил утренние процедуры. Он не удивился, что Дима готовит, да и разговаривать было нельзя. Он молча уселся на единственное место за столом. В то же время, Дима уже разложил еду на столе. Паша: «……..» Ладно, туалетные приколы он вроде не осуждает… Но огромный хер из яичницы и оладушки в виде кучи дерьма – это совсем другая история! Он с отвращением и некоторой насмешкой поглядывал сначала на тарелку, потом на повара, приготовившего это чудо кулинарии. На то, что яйца подорожали, ему было плевать. Он просто взял эту тарелку и со всей дури шибанул ей Диме в лицо. Дима: «!» Он отлепил тарелку от своего лица, кидая её в Пашу. Тарелка разбилась, но с Пашей всё было нормально. Даже синяков не появилось, а про царапины и слова не было. Хотя, какие слова в молчанке… Да, они могли ругаться, но не вслух. По многозначительным взглядам и немым словам, слетавшим с губ, можно было догадаться, что кто говорит. Смеялись они тоже молча, а чаще вообще не смеялись, реагируя на всё почти с равнодушием. Паше это давалось легко, так как он уже привык. Диме же сдерживать эмоции было сложнее, но он держался. Целая пачка сухариков упала на пол сзади за вставшим Пашей. «Как не вовремя!» - подумал он про себя. Не оставалось ничего, кроме как поднять её. Паша обернулся спиной к Диме и посмотрел на пачку сухариков на полу. Уже строя планы на эти сухарики, он с нетерпением нагнулся, но был застигнут врасплох. Паша: «…..?!» Обе его руки обхватили и завели за спину, а тело прижали к полу. Дальше он почувствовал верёвку, которая петлями затянулась на запястьях. Узел был странным и прочным. Даже при всей его подготовке, Паша не смог бы развязать их. Дима навис над Пашиной спиной, наслаждаясь незамедлительной реакцией его тела. Вчера он намеренно оставил свой галстук на столе. Что-то перекрыло обзор волка. Галстук немного давил на виски. Из-за темноты, его чувства обострились. Он мог даже слышать нервное дыхание у себя за спиной. Он не мог говорить. Проигрывать из-за шутки не хотелось. Всё это было выше его гордости. Шевеление у него за спиной стали немного волновать его. Что за… Ему что-то упирается в поясницу! Он повернул голову на Диму, выражая явное недовольство его действиям. Одними только губами он спросил: «Твой телефон всегда был таким длинным?» Но, не успел он сказать и половины вопроса, как был близко притянут к лицу Соболенко. Ощущая дыхание у себя на губах, Паша напрягся ещё сильнее, немного смутившись, и выгнул бровь в немом вопросе. Медведь дунул ему в лицо, из-за чего тот поморщился. Пашина реакция немного замедлилась, а из-за повязки на глазах и долгого отсутствия света, голова закружилась и дыхание сбилось. Дима, без предупреждения, взял его лицо крепче, остановился в сантиметре от лица Паши и нежно облизнул его губы. Паша: «…….» Да ты что, прикалываешься?! Паша попытался оттолкнуть Диму ногами, вот только те также были прижаты к земле. Просто брыкаться было бесполезно – он был полностью скован человеком, который был сильнее него. На руках начала ощущаться верёвка. Его явно не просто так связывают. У Паши было много мыслей, но ни одна не была хорошей. Лицо под повязкой стремительно потемнело, потом побледнело, а потом ещё несколько раз сменило свой цвет. Из-за их недавнего бешенства, Паше пришлось снять футболку, так что сейчас на нём были только шорты и нижнее бельё. И всё же, огромный «телефон» у него на спине очень напрягал. «А это точно телефон?...» Пронеслось в голове у парня. Дима написал пальцем на Пашиной руке «Ты всё ещё можешь сказать нет», после чего поднял связанного парня и посадил на стол. Движения связанного человека становились всё скованнее. Над столом на кухне висел турник. Дима забыл его убрать после ремонта, но тут он оказался как раз кстати. Высота, на которой он висел, была достаточной, чтобы руки не онемели, но и чтобы он не смог дать отпор. Паша всё ещё не проронил ни слова. Напряжение достигло пика, Паша немного вспотел, из-за чего кожа заблестела. Дима провёл по его груди кончиками пальцев. Тот вздрогнул от неожиданности, отползая в сторону. Послышался звук стягивания одежды. Паша насторожился. Дальше последовал звук расстёгивания ширинки. Он забрыкался сильнее, но узел был слишком тугим, но всё ещё молчал. Дима тоже молчал, но раздевался. Вид сопротивляющегося молодого человека побуждал сделать это быстрее. Но торопиться было нельзя, да и не к чему. Сильный толчок в живот отрезвил мысли Димы и помог Паше почувствовать себя увереннее. Второй проговорил губами «Остановись, или пожалеешь. Нашу дружбу ты точно не хочешь разрушить.» Как уже понятно, и это не помогло. Дима продолжил снимать с себя одежду, а вскоре перешёл и к партнёру. На Паше в любом случае были только шорты и нижнее бельё, стянуть их было очень просто. Паша не знал, смеяться ему или плакать. Он был обнажён и связан прямо перед другом, хотевшим его предать. Хотя дома было тепло, но его всё равно немного потряхивало от напряжения. «Предатель» же, пока его друг нервничал, не упускал возможность полюбоваться видами. Фигура Паши была от природы привлекательной: длинные ноги, высокий рост, тонкая поясница и широкие плечи. Но больше всего привлекал его орган и две розовые горошины сосков… Дима погладил грудь Паши обеими руками, особенно уделяя внимание чувствительной коже. Тело легонько подрагивало, когда он трогал их, обводя подушечками пальцев вокруг этого места. Паша закусил губу. Проигрывать не хотелось. Всё ещё оставалась надежда на то, что это просто плохая шутка. Он чуть не застонал, когда губы коснулись чувствительной головки члена. Дополнительная стимуляция груди и невозможность видеть возбуждали его воображение. Что происходит с ним сейчас? Дима убрал одну руку с Пашиной груди и перевёл её ближе, помогая себе. Одним только ртом работать было неудобно, а дополнительная дрочка никому не помешает. Шумное дыхание Паши и хлюпанье слюны вперемешку с предэякулятом, разлетались по кухне, будоража воображение первого. Он уже был готов кончить, но Дима резко прервался. Разочарованный вздох слетел с его губ. Дима не мог не порадоваться этому, ведь это означало, что Паше понравились его ласки. Дима смочил свои пальцы слюной. Да, для полноценного секса этого не хватит, но для того, чтобы растянуть, вполне хватит. Волк застыл, когда почувствовал пальцы там, где их быть не должно. Мышцы сразу напряглись, а попытки вырваться возобновились. Однако, один палец всё же прорвался внутрь, продвигаясь глубже и растягивая тугое колечко мышц. Паша шумно вдохнул от неприятных ощущений и был притянут к губам Димы. Глубокий поцелуй смягчил боль, и Дима добавил второй палец, а потом и третий. Но, к этому моменту Паша уже начал немного задыхаться, и поцелуй пришлось прервать. Неловкий Медведь чувствовал злость, исходившую от парня. Тому пальцы в одном месте казались чем-то ужасным, а сам он чувствовал себя унизительно. Во что перешла эта шутка?! Да если бы он знал, сдался бы сразу! Сейчас, это уже было сделать невозможно. Пребывая в отчаянии, он вдруг почувствовал странные ощущения внизу живота. Спина непроизвольно выгнулась, а тело обмякло, потеряв все силы на сопротивление. Дима, заметив странную реакцию тела партнёра, обрадовался и стал массировать это место интенсивнее, поражаясь, насколько податливым стало тело под ним. Родинка на шее всегда привлекала его внимание. Дима наклонился к ней поближе, оставляя поцелуй на тёмной родинке. Еле слышные звуки из горла Паши хотя и не были заметный на расстоянии, но всё же были. Дима прижался к Пашиной ключице, сильнее толкаясь пальцами и доводя его до оргазма. Тут уже Паша не выдержал. Громкий стон из его шеи был слышен обоим. Он и не знал, что может издавать такие развратные звуки. Дима застыл на мгновенье, посмотрел на раскрасневшееся лицо и покрасневшие губы. Притянув его лицо за подбородок, Дима в который раз глубоко поцеловал его. - У тебя снова встал, - Подметил тот. Паша ничего не ответил. Он был морально и физически измотан, но его член всё ещё стоял, и это причиняло ему массу неудобств. - Сними… - Что? – не расслышал он. - Повязка… сними её. – У него очень сильно дрожал голос, как и всё тело. Диме понравился голос ослабшего парня. Стоящий член заныл сильнее, чем прежде. Он развязал повязку на глазах Паши. Тот поморщился от резкого света. Слезящиеся красные глаза выглядели мило с румянцем на лице. Влажные ресницы быстро моргали, в попытках привыкнуть к свету. Это показалось очень милым. Ещё одна серия поцелуев, и Паша уже не против. Член верхнего казался страшно большим, и Паша не верил, что он войдёт. Поцелуй в лоб немного успокоил его, но не придал большей уверенности. - Я вхожу. Массивная головка вошла в узкое отверстие. Паша сразу же простонал от боли. Дима успокоил его поглаживаниями по голове, войдя уже на пол длины и начиная понемногу двигаться. Через некоторое время, Паша привык, начиная получать удовольствие от процесса. Толчки ускорялись, доставая до более глубоких точек. - Ах… Слишком глубоко! Дима толкнулся и вошёл на всю длину. Связанные верёвкой руки сжались, спина выгнулась от удовольствия, а из глаз потекли слёзы. Он опять кончил… И Дима тоже. Это продолжалось раз за разом. Сколько поз они уже сменили? Дима отвязал обмякшего волка от турника и, не выходя из него, понёс в комнату, где они и продолжили. - Хаах… Я... Не могу больше… Паша был на пределе. Он излился множество раз, но они всё равно продолжали заниматься тем, чем занимались. Он оттолкнул Диму руками, желая закончить всё это, но его перевернули на живот, вжали в кровать и начали очень глубоко и неистово толкаться внутрь. - Нет! Ах! Казалось бы, кончать было уже нечем… Из его члена хлынул фонтан. Это была явно не сперма. Странное ощущение… Паша: «…….» Он обмочился! - Ого, - Дима ухмыльнулся – Сколько же ещё из тебя может выйти? Паша презрительно на него посмотрел. Его перспектива быть затраханным до смерти не устраивала, да и сил совсем не осталось у обоих. Волк попытался встать и уйти в душ, но свалился обратно на кровать из-за болей в пояснице. - Отнеси меня в ванную. Сюсюкаться с глупым Медведем не было желания. Тем более, после того, что он сделал. Возможно, это было их последнее состязание. Дима поднял замученного волка с кровати, грязной из-за их утех. Тёплый душ немного облегчил его плачевное состояние. Вода омывала их тела, смывая пот и сперму. Посмотрев на то, что и в каких количествах вытекло из него, Паша тихо ужаснулся. Да сколько они трахались?!... Он обиженно и с толикой злости поглядывал на виновника. - Потерпи немного. Дима вставил пальцы внутрь, раздвигая стенки и вымывая собственное семя. Паша терпел, морщась от боли. Ноги подкашивались, но Дима поддерживал его за талию, что была вся в синяках. - Хн… - Уже всё, – сказал Дима, вытаскивая пальцы. Если бы Паша мог, то втащил бы этому глупому медведю по носу. Сейчас он хотел просто лечь и уснуть. Но кровать была грязной… Паша: «………» Выйдя из ванны и одевшись, парни потопали к кровати. Дима, осознав проблему, посмотрел сначала на кровать, потом на Пашу, и решил, что сейчас они поедут к Паше разгребать последствия. *** Уже на месте, он взял Пашу на руки и унёс в дом. По пути никого они не встретили, что было несравненно хорошо. Уже на месте, Дима положил засыпающего волка на кровать. Немного замявшись, он спросил: - Так… Победы теперь мои? Паша: «………» И ты об этом именно сейчас спросить решил? - Забирай, долбаёб. - Спасибо… Хе-хе. Что ж, можно было и без хе-хе.