МБОУ СОШ №89

      В голову Ильи пришла невероятно смешная идея. Такие всегда обычно приходят под вечер. Он кинул взгляд на ничего не подозревающего Дениса. Тот лежал головой на спинке дивана, читал книгу, а ноги закинул сверху на колени сидящего на диване по-человечески Илью. Тот против не имел ничего вообще, но повеселиться можно, так что он отложил телефон и внезапно начал щекотать чужие пятки. Денис, не ожидавший такого предательства, сначала вскрикнул, потом засмеялся и согнул ноги в коленях, прижимая их к себе.       -Бля, ты внатуре конченый? - Денис увидел, что Илья снова потянул руку к его ногам, и несильно пнул её. -Да иди нахуй.       -Ладно-ладно, - Илья перестал смеяться, но яркая улыбка сохранилась на лице. -Положи ты ноги обратно, не буду я больше.       -Ага блять, - Денис всем видом показывал, что ни на секунду не поверил парню, но принял прежнее положение. Довольный Илья положил руку на его колено и стал слегка поглаживать. Что ж, это Дениса устраивало, так что он вернулся к книге.       Его устраивало и то, что через некоторое время область поглаживаний расширилась, охватывая теперь не только до ужаса худое колено. Его устраивало и то, что рука ещё через время полностью перешла на бедро. Когда же рука скользнула на внутреннюю часть бедра, Дениса это всё ещё на самом деле устраивало, но он резко сел и схватил Илью за запястье.       -Охуел?       -Ну немного, а че? - Илья улыбнулся нагло, почти нахально. Как же Дениса тащит от этой ебанутой способности Ильи вот так менять эмоции, интонации, мимику...       И вот что Денису на это отвечать? Это же вообще никак не контрится.       -Да ниче, - он притянул к себе Илью за ворот футболки и поцеловал. Тот сразу же, как будто был готов, начал наседать на Дениса, заставляя его наклоняться назад, в итоге снова касаясь головой подлокотника. На этом моменте парень наконец отстранил от себя Илью за плечи и посмотрел ему в глаза. А тот, гад такой, продолжил рукой по бедру изнутри вести, при этом с таким взглядом невинным. Дениса ужасно вело, и он не был уверен, что против. Какой же Илья наркотик.       Илья, кажется, уловил основную суть его мыслей в его взгляде, потому что снова поцеловал, слегка сжимая чужое бедро и поудобнее упираясь коленом в диван между ног Дениса. Тот, не выдерживая такой наплыв эмоций, отстранился, упираясь головой в подлокотник, и запрокинул голову, смотря в потолок. Илья просто опустился к шее, а вторую руку положил на чужой живот, слегка задрав его футболку.       -Блять, - Денис слегка вздрогнул и слегка сжал плечи Ильи, но под чужими руками необратимо таял. Он не слышал ничего, кроме оглушающего звука биения собственного сердца, пока чужая рука с его живота перемещалась на его талию, а рука на бедре перешла на внешнюю сторону. -Илюх?...       Тот поднял взгляд на его лицо, прошелся глазами по линии челюсти, очень сильно захотел её поцеловать, и наклонился над его ухом.       -Денис, останови меня, - прошептал Илья и коснулся губами сначала самого уха, потом челюсти под ним. Тот ещё сильнее запрокинул голову назад от удовольствия, и позволил себе на несколько секунд отвлечься, всё ещё возвращаясь в реальность с каждым новым поцелуем. Он задумался над словами Ильи.       Потом поднял голову и снова заглянул в его глаза. Сунул обе руки под его футболку и провел ими по голой спине на пробу, а потом ещё раз. Илья совсем слегка прогнулся под его руками, но взгляд не отвел.       -Не остановлю.

***

      Руслана вообще не ебало, че там с его легкими. Пока он может заниматься спортом - всё заебись. Именно поэтому сейчас, в три часа ночи, он зарабатывает себе одновременно рак и воспаление этих самых лёгких, куря сигареты на морозе, надо отдать должное, в той самой толстовке, которую ему привез Даня, запретив потом выходить на улицу не в ней. Руслан мальчик хороший, поэтому в этот раз его спину от фонарного столба отделяла именно эта вещица. А больше ему и не надо.       Как же, блять, не надо. Ему надо дохуя. Просто просить не у кого.       Ему нужны нормальные родители. Ему нужно нормальное жилье. Ему нужно ходить на работу, чтобы получать дополнительные карманные деньги, а не средства, на которые он может купить себе поесть. Ему нужны спокойные сны без сонных параличей. Ему нужно отсутствие нужды во вреде себе всякими изощренными способами, по типу вот таких вот пыток себя холодом. Ему нужна уверенность в завтрашнем дне. Ему нужно любить жизнь и хотеть жить.       Руслан почувствовал жгучий холод на щеке, а затем и на второй. Нос щипало далеко не от сигаретного дыма, а пальцы, что-то делающие в телефоне, тряслись не столько от холода.       На экране появился их с Даней чат. Руслан затянулся последний раз, затушил сигарету о фонарный столб, и уронил её в мусорку. Палец нажал на запись голосового сообщения.       -Дань, пиздец, я так сильно тебя люблю, - надломленным голосом произнес он, чувствуя, как на его щеках горячие слезы мгновенно остывают на морозе. -Я просто не знаю, что бы я... Я не знаю, что бы со мной было, если бы не ты. Блять, я так счастлив, что ты у меня есть, ты даже не представляешь. Я держусь... - парень остановился, чтобы сглотнуть комок в горле. -Я... Только благодаря тебе я ещё здесь. Ты меня спас. Я тебе это уже говорил, но я скажу ещё раз, и ещё сто раз. Сколько нужно. Ты единственный свет в моей пиздецовой жизни, я никогда не был... И не был бы... Так счастлив, как с тобой сейчас. Блять, мне так тебя не хватает иногда, я просто не могу... Я приду завтра? Дань, ты не представляешь, сколько... Насколько ты для меня важен, - горло сжималось от слез все сильнее, хотелось кричать, но Руслан упорно пытался говорить. Ему нужно было сказать эти слова. -Дань, ты и твои родители... Вы мне единственной семьей стали. Меня моя мать любит в бесконечность меньше, чем твоя. Да моя меня вообще не... - он не договорил, прикусив губу и зажмурив до боли глаза, уже уставшие от яркого света фонаря. -Прости, я просто... Я не могу, - он едва сдерживает всхлип и пытается вдохнуть глубоко. -Дань, прости, я никогда не сделаю для тебя столько, сколько ты делаешь для меня. Я бы хотел хотя бы немного... Хоть чем-то тебе отплатить. Спасибо, Дань, правда спасибо, что ты есть у меня... Мне это очень важно... Я так сильно тебя люблю, - последние слова он прошептал и наконец нажал кнопку "отправить", тут же не сдерживая всхлип и поднося покрасневшую на морозе руку к лицу. Пальцы почти ничего не чувствовали, когда он водил ими по лицу, стирая слезы.       Он казался себе жалким и слабым, и он никогда и никому не позволил бы узнать вот эту свою сторону, кроме Дани. Руслан знал, что он не будет считать его таковым, не разочаруется. Руслан знал, что ему он может довериться.       Он уже доверился, когда впустил Даню в свою жизнь и в своё сердце. Он боялся, что будет больно, боялся, что пожалеет, боялся, что больше никогда и никого не сможет подпустить к себе, если что-то пойдет не так.       Но он ещё ни разу не пожалел.