блаженное

— Тебе нравится целоваться? У Хакури сухие жесткие губы, и Тихиро думает, что это потому, что он вечно нервничает, вечно их жует. Но ему нравится, когда тот проходится дорожкой поцелуев по его лицу, когда целует шею, когда обхватывает лицо ладонями и впивается поцелуем уже более страстным в него, что они оба, наслаждаясь этим моментом слишком сильно, забывают про все, и лишь одно для них сейчас важно — они вместе, тут и сейчас. Когда Хакури разъединяет их губы, Тихиро шумно выдыхает, даже скорее жадно, потому что ему не хочется, чтобы этот момент завершался. Обычно он желает лишь отдавать, не прося ничего в обмен, но вместе с Хакури ему вдруг хочется стать жадным, хочется получить все. Смешно, ведь это для семьи Сазанами принято быть жадными. Может, он просто заражается от Хакури. Как знать? Так они играют. Это напоминает обмен: наедине не он остается сильным и стойким, это не он ведет в их тандеме, он всегда позволяет Хакури принять инициативу во время их уединений. Он шумно вздыхает, когда чувствует прикосновение холодной руки сначала к коже живота, потом — когда ладонь опускается ниже и ложится на потвердевший член. Хакури медленно проводит ладонью от основания вверх, и Тихиро мучительно закусывает губу, но ему нравится это чувство, когда по коже идут мурашки, когда тело невольно подается вперед, следом за рукой Хакури, который начинает ему дрочить, но не жестко и быстро, это приятное поддразнивание. Тихиро знает, что если попросит прекратить, тот так и поступит, но ему хочется ощутить этой фальшивой беспомощности еще, потому что он знает, что Хакури никогда ему не навредит, потому что рядом с Хакури ощущать себя не столь сильным приятно. Он тяжело выдыхает, когда Хакури свободной рукой окончательно избавляется сначала от его штанов, а потом спускает его собственные. У него тоже стоит колом, и Тихиро чувствует, как на лице выступает румянец. Он ахает, когда ладонь Хакури сжимает его член крепче, чуть опускает голову, и Хакури приближается к нему лицом. От него пахнет клубникой. Он опять что-то готовил. Он знает, что Тихиро нравится, когда он о нем заботится. Хакури знает его слишком хорошо, словно его отражение, словно они — продолжение одного и того же. Как начало и конец. Рассвет и закат. — Не знаю, — он улыбается, когда Хакури лукаво на него глядит. — Я никогда до тебя этого не делал. — Правда? Значит, я украл твой первый поцелуй? — Да, прямо как настоящий Сазанами. Присвоил его себе. Хакури улыбается шире и приближается к нему, а потом дышит ему на ухо, вынуждая покраснеть еще сильнее. Его рука берет Тихиро за ладонь, сжимает крепко, а потом он с лисьей улыбкой, такой хитрой, что становится страшно, шепчет: — Что ж, хорошо, что я забрал не только это. Повернись ко мне спиной, — Тихиро делает это. Он поступает послушно, потому что Хакури всегда ведет в их паре. Он чувствует, как ладонь Хакури пробегается по его спине и опускается ниже, а потом сжимает ягодицу. Теплое дыхание обжигает кожу, когда Хакури прижимается к нему спиной, а потом обхватывает его сзади. Одна рука обхватывает глотку, вторая продолжает дрочить. — Такой послушный. Тебе просто нравится, когда я тобой командую, да? — Может быть. Тихиро стискивает зубы до боли в деснах, когда Хакури проникает в него. Тяжело выдыхает, а Хакури продолжает шептать ему на ухо: — Любишь новенькое? Мне нравится, когда у тебя такой вид. Тихиро хочет спросить какой. Хочет, но не может, потому что у него спирает горло. Он лишь тяжело дышит, когда Хакури прижимает его к стене. Ощущение сенсации начинает усиливаться, он может лишь беспомощно царапать стену, когда Хакури вжимается в него всем телом — жаркий, кажется, будто кожа у него раскалена. Тихиро раскрывает рот, ахая, когда Хакури еще раз входит в него, в этот раз жестче, но не успевает, потому что в рот ему входит два пальца. Он прикусывает пальцы Хакури (намеренно), и тот смеется, но не произносит ничего, просто прикусывает его за загривок. Он не разжимает руку, ведет пальцами быстрее вверх и вниз. Тихиро кончает быстро с тихим вздохом, и Хакури разливается теплом в нем следом. Потом он обмякает в руках, чувствуя, как Хакури продолжает обнимать его со спины. Они продолжаются обниматься, и Тихиро совершено не хочется покидать его крепких объятий, хочется просто и дальше наслаждаться этим чувством защищенности и спокойствия, казалось бы, забытым, но столь реальным сейчас. Но он поворачивает голову, немного, и, когда Хакури опускает голову ему на плечо, просто целует его в щеку. Ему не хочется ничего говорить. Ему просто хочется наслаждаться этим моментом еще и еще.